Глобальная оценка лесных ресурсов

Леса, управляемые в соответствии с принципами устойчивого управления, дают продукты и блага, без которых невозможно существование людей, и поэтому вносят важнейший вклад в обеспечение устойчивого развития.

По просьбе своих государств-членов, в рамках Программы глобальной оценки лесных ресурсов (ОЛР), ФАО осуществляет регулярный мониторинг состояния лесов мира, управления ими и использования. Подробную информацию о программе ОЛР–2015, публикациях и онлайновой базе данных можно получить на веб-сайте ОЛР (www.fao.org/forestry/fra).

Осуществление процесса Глобальной оценки лесных ресурсов координируется Департаментом лесного хозяйства ФАО, размещающимся в штаб-квартире ФАО в Риме. Шестью партнерами программы «Совместный вопросник по лесным ресурсам» (СВЛР) являются: Европейская экономическая комиссия Организации Объединенных Наций (ЕЭК ООН), ЛЕСА ЕВРОПЫ, Международная организация по тропической древесине (МОТД), Монреальский процесс, ФАО, Центральноафриканская комиссия по лесоводству (КОМИФАК/ОФАК).

Используемые обозначения и представление материала в настоящем информационном продукте не означают выражения какого-либо мнения со стороны Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций относительно правового статуса или уровня развития той или иной страны, территории, города или района, или их властей, или относительно делимитации их границ или рубежей. Упоминание конкретных компаний или продуктов определенных производителей, независимо от того, запатентованы они или нет, не означает, что ФАО одобряет или рекомендует их, отдавая им предпочтение перед другими компаниями или продуктами аналогичного характера, которые в тексте не упоминаются.

ISBN 978-92-5-408821-7

E-ISBN 978-92-5-408852-1 (MOBI)

© ФАО, 2015

ФАО приветствует использование, тиражирование и распространение материала, содержащегося в настоящем информационном продукте. Если не указано иное, этот материал разрешается копировать, скачивать и распечатывать для целей частного изучения, научных исследований и обучения, либо для использования в некоммерческих продуктах или услугах при условии, что ФАО будет надлежащим образом указана в качестве источника и обладателя авторского права, и что при этом никоим образом не предполагается, что ФАО одобряет мнения, продукты или услуги пользователей.

Для получения прав на перевод и адаптацию, а также на перепродажу и другие виды коммерческого использования, следует направить запрос по адресам: www.fao.org/contact-us/licence-request или copyright@fao.org.

Информационные продукты ФАО размещаются на веб-сайте ФАО (www.fao.org/publications); желающие приобрести информационные продукты ФАО могут обращаться по адресу: publications-sales@fao.org.

Содержание

Предисловие

Выражение признательности

Сокращения и аббревиатуры

1990–2015 годы: двадцать пять лет под пристальным вниманием

Введение в ОЛР–2015

Сотрудничество

Краткое пояснение к представленным данным

Статистические данные

Глобальные статистические данные (234 страны и территории)

Региональные статистические данные

Показатели устойчивости

Что это за показатели?

Почему они важны?

Что представлено в разделах «Каковы перспективы на будущее»?

СОСТОЯНИЕ ЭКОСИСТЕМЫ И ПРОДУКТИВНАЯ ФУНКЦИЯ ЛЕСОВ

Динамика площади лесов

Динамика площади естественного леса и лесопосадок

Является ли частичное сокращение древесного полога косвенным показателем деградации леса?

УСТОЙЧИВОЕ УПРАВЛЕНИЕ ЛЕСНЫМИ РЕСУРСАМИ

Сколько леса предполагается сохранить в течение длительного времени?

Планы управления лесами

Сертификация системы управления лесами

Лесной мониторинг и отчетность

СОХРАНЕНИЕ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ И БИОРАЗНООБРАЗИЯ

Сохраняемые и охраняемые районы

Биомасса и изменение запаса углерода

Охрана почвенных и водных ресурсов и экологические услуги

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНЫЕ ВЫГОДЫ

Тенденции в продуктивной функции, многофункциональном использовании лесов и в вывозке древесины

Доля лесного хозяйства в валовом внутреннем продукте

Занятость в лесном хозяйстве

Право собственности на леса и право на управление лесными ресурсами

Особое значение лесных фондов для малых островных развивающихся государств

Взгляд на будущую динамику лесов

Источники и качество данных

Библиография

Предисловие

Вклад лесов в благополучие человечества чрезвычайно разнообразен, обширен и имеет поистине глобальное значение. Леса играют важнейшую роль в борьбе с сельской бедностью, в обеспечении продовольственной безопасности и в предоставлении источников средств для достойного существования; они предлагают перспективные среднесрочные возможности «зеленого» роста; являются поставщиками жизненно важных долгосрочных экологических благ и услуг, таких как чистый воздух и вода, сохранение биоразнообразия и смягчение последствий изменения климата.

Лесное хозяйство занимает важное место в Стратегической рамочной программе ФАО, которая предусматривает последовательное применение комплексного подхода к решению важнейших задач, касающихся производства продовольствия, развития сельских районов, землепользования и устойчивого управления природными ресурсами.

Чтобы мудро управлять нашими лесами в интересах нынешнего и будущих поколений, важно иметь четкое представление о состоянии и современных тенденциях в динамике лесов мира.

Глобальная оценка лесных ресурсов (ОЛР) предоставляет нам именно эту возможность. С 1948 года, когда была опубликована первая ОЛР, ФАО периодически выпускает доклады о состоянии лесов мира и предоставляет международному сообществу самые полные доступные сведения и оптимальные методы.

ОЛР–2015 появилась в решающий для лесов и устойчивого развития год. В этом году определяется повестка дня в области развития до 2030 года, включая принятие новых целей в области устойчивого развития (ЦУР). Лесам и их роли в защите и восстановлении земных экосистем, а также обеспечиваемым ими услугам, отводится важное место в повестке дня в области развития на период после 2015 года.

На Конференции сторон Рамочной конвенции Организации Объединенных Наций об изменении климата, которая состоится в Париже в декабре 2015 года, предстоит заключить глобальное и всеобъемлющее соглашение об изменении климата, одним из ключевых компонентов которого будут леса. В 2015 году в Дурбане состоится XIV Всемирный лесной конгресс – крупнейшее международное лесное мероприятие этого десятилетия, впервые проводимое в Африке, где мы с большим удовлетворением представим ОЛР–2015.

ОЛР–2015 отражает весьма обнадеживающую тенденцию к снижению темпов обезлесения, сокращению выбросов углерода из лесов и к росту потенциала для устойчивого управления лесами. Существенно повысилась достоверность собранной информации: в настоящее время национальная лесная инвентаризация охватывает около 81% всей площади лесов мира – это действительно значительный рост, достигнутый за последнее десятилетие.

Все это позволяет сделать два широких вывода: 1) сегодня мы располагаем огромным объемом достоверной информации о состоянии лесов мира; 2) наблюдается положительный вектор изменений со множеством впечатляющих примеров прогресса во всех регионах мира. Однако эту тенденцию необходимо усилить, особенно в странах, которые пока еще отстают в достижении этих целей.

ОЛР–2015 является результатом коллективных усилий стран, а также около 300 национальных корреспондентов, партнеров и ФАО. Организованная шестью партнерами и процессами программа «Совместный вопросник по лесным ресурсам» охватывает 88% мировых лесов. Эта совместная работа повышает согласованность данных и снижает бремя отчетности стран. Наряду с этим в ОЛР–2015 впервые включены показатели качества собранных данных.

ОЛР–2015 предоставляется в различных форматах, в том числе в виде настоящего обобщенного документа, настольного справочника, содержащего сводные таблицы, специального выпуска журнала «Форест эколоджи энд менеджмент» и веб-сайта Forest Land Use Data Explorer – онлайновой базы данных, в которой данные ОЛР объединены с данными из других источников ФАО.

ОЛР–2015 является важным шагом вперед. Рекомендую вам в полной мере использовать информацию, включенную в данный отчет.

Жозе Грациану да Силва

Генеральный директор ФАО

Выражение признательности

Отчет «Глобальная оценка лесных ресурсов 2015: как меняются леса мира?» стал результатом усилий многих участников и сторонников. ФАО с благодарностью отмечает финансовые взносы правительств Канады, Соединенных Штатов Америки, Финляндии и Японии, а также финансовую поддержку, которую оказывал Европейский Союз в ходе всего процесса подготовки ОЛР–2015. Высоко оценивается также и финансовая помощь в создании отчета, предоставленная Канадой, форумом ЛЕСА ЕВРОПЫ и Международной организацией по тропической древесине (МОТД). Объединенный исследовательский центр (ОИЦ) Европейской комиссии обеспечил поддержку в вопросах, касающихся дистанционного зондирования.

Было бы невозможно составить глобальный отчет о состоянии лесных ресурсов без вклада почти 300 национальных корреспондентов по ОЛР и их помощников, назначаемых правительствами стран для подготовки ответов на вопросник СВЛР/ОРЛ. Страны внесли существенные средства в сбор данных, в проведение семинаров и в составление докладов, которые легли в основу 155 страновых отчетов, охваченных ОЛР–2015. ФАО/ЕЭК ООН, Канада, Индия, Мексика, Соединенные Штаты Америки, Таиланд, Финляндия и Япония совместно спонсировали региональные и глобальные семинары и стали важными участниками всего процесса ОЛР–2015.

Авторами отчета являются К. Макдикен, О. Йонссон, Л. Пинья, С. Мауло, Й. Адикари, М. Гарцулья, Е. Линдкуист, Г. Римс и Р. Д’Аннунцио. Техническую поддержку обеспечили П. Мундхенк и К. Боитани. Поддержку в подготовке публикации оказали М. Палермо и Л. Маринаро. Редактированием текста отчета занималась Д. Тейлор. С. Лапстун обеспечила редакторские услуги и координировала работы по производству публикации. Графическое оформление и верстку выполнила Ф. Дикарло. Выражаем благодарность рецензентам – партнерам СВЛР, сотрудникам Департамента лесного хозяйства ФАО и экспертам, силами которых было улучшено качество данных и отчета в целом.

1990–2015 годы: двадцать пять лет под пристальным вниманием

Леса и лесопользование существенно изменились за последние 25 лет. В целом этот период был отмечен рядом положительных результатов. Хотя в глобальном масштабе объем мировых лесных ресурсов продолжает сокращаться по мере роста народонаселения и увеличения спроса на продовольствие и землю, темпы чистых потерь леса снизились более чем на половину. В то же время внимание к устойчивому управлению лесами никогда не было столь высоким: больше земли отводится под постоянный лесной фонд, интенсифицируется работа по оценке, мониторингу, отчетности и планированию, расширяется участие заинтересованных сторон; правовая основа для поддержания системы управления лесами стала практически универсальной. Расширяется площадь лесов, предназначенных для сохранения биоразнообразия, и в то же самое время леса удовлетворяют растущий спрос на лесные товары и услуги.

В 1990 году в мире насчитывалось 4128 млн га леса; к 2015 году эта площадь сократилась до 3999 млн га. Произошло сокращение занимаемой лесами территории суши с 31,6% в 1990 году до 30,6%[1] в 2015 году. Однако явление обезлесения, или перестройки структуры лесной площади, носит более сложный характер. В глобальном масштабе расширение и потери площади лесов происходят постоянно, и их очень трудно контролировать даже при помощи спутниковой визуальной информации высокого разрешения. Динамика изменения естественного леса и лесопосадок различается, и эти различия носят весьма существенный характер в разных национальных условиях и в разных типах лесов.

Процесс изменения площади лесов можно представить как прирост (расширение лесов) и потери (обезлесение). Изменение общей площади лесов дает представление о том, как меняются совокупные лесные ресурсы. Изменение естественного леса является, пожалуй, наиболее оптимальным показателем динамики естественной среды обитания видов и биоразнообразия. Изменения, вносимые в лесопосадки, позволяют понять, как меняется номенклатура лесной продукции, источниками которых являются естественные леса и лесонасаждения.

С 1990 по 2015 год чистая потеря площади естественных лесов и лесопосадок составила около 129 млн га, что соответствует годовым темпам чистых потерь порядка –0,13%, а по площади это равнозначно территории Южной Африки. Однако эти цифры следует рассматривать в контексте, который характеризуется сокращением годовых темпов потерь с –0,18% в 1990-е годы до –0,08 за последние пять лет. В период 2010–2015 годов потери составляли 7,6 млн га в год, а прирост – 4,3 млн га в год, что привело к чистому сокращению площади лесов на 3,3 млн га в год.

Большая потеря лесных площадей произошла в тропиках, в частности, в Южной Америке и Африке, но темпы сокращения в этих регионах существенно замедлились за последние пять лет. С 1990 по 2015 год средняя площадь на душу населения сократилась с 0,8 га до 0,6 га. Хотя такое сокращение наиболее заметно в тропиках и субтропиках, это явление происходит в каждом климатическом поясе (за исключением умеренного) по мере роста населения и перевода земель, покрытых лесом, под сельскохозяйственный оборот и другие типы использования.

Основная часть лесных ресурсов мира представлена естественным лесом[2], который в 2015 году занимал 93% совокупной площади леса, или 3,7 млрд га. В период с 2010 по 2015 год чистое сокращение площади естественных лесов составляло 6,6 млн га в год (потери 8,8 млн га и прирост 2,2 млн га). Это свидетельствует о замедлении ежегодной потери лесных площадей с 8,5 млн га в год (1990–2000 годы) до 6.6 млн га в год (2010–2015 годы). В связи со сложностью сбора статистики обезлесения в ОЛР не приводятся данные непосредственно об обезлесении, но весьма надежным косвенным показателем может служить площадь естественных лесов.

Большая доля естественных лесов относится к категории «других лесов, восстанавливающихся естественным путем» (65%); остальные 35% относятся к «девственным лесам». С 1990 года к категории «преобразованных» или «сведенных» лесов 38 млн га девственного леса были отнесены странами, ежегодно представляющими данные (хотя и не все страны сообщают сведения ежегодно). Это не обязательно означает, что этот лес переводится в другие виды лесопользования. Когда девственный лес преобразовывают, но не расчищают, он преобразуется в другие восстанавливающиеся естественным путем (вторичные) леса, а в некоторых случаях заменяется лесопосадками. Увеличение указанной в отчетах совокупной площади девственных лесов с 1990 по 2015 год произошло в основном потому, что все больше стран теперь сообщают сведения об этой характеристике лесов. Некоторые страны (например: Коста-Рика, Малайзия, Российская Федерация и Соединенные Штаты Америки) сообщили об увеличении площади девственных лесов вследствие изменения категорий старовозрастных лесов в национальных классификациях.

Площадь лесопосадок увеличилась более чем на 110 млн га с 1990 года, что составляет 7% мировой площади лесов. Годовые темпы прироста в период между 1990 и 2000 годом составляли в среднем 3,6 млн га и достигли пикового уровня в 5,2 млн га в год в период с 2000 по 2010 год, который затем замедлился до 3,1 млн га в 2010–2015 годах по мере того, как происходило сокращение лесопосадок в Восточной Азии, Европе, Северной Америке, Южной и Юго-Восточной Азии. За этот период чистый прирост площади лесопосадок составлял 3,1 млн га в год (прирост лесопосадок: 3,5 млн га; потери: 0,4 млн га).

Производство/потребление древесины в целом возрастало в течение всего периода, пока зависимость от древесного топлива оставалась высокой. В 1990 году годовой объем вывозки древесины составил 2,8 млрд куб. метров, из которых 41% предназначался для использования в качестве древесного топлива; в 2011 году годовой объем вывозки составил 3,0 млрд куб. метров, из которых на топливо шло 49%. Увеличилась как доля древесины, используемой в качестве топлива, так и общий объем древесины, используемой в качестве топлива.

В 2015 году около 30% мирового лесного фонда относилось к категории продуктивных лесов – немного больше, чем в 1990 году (28%). В период 1990–2015 годов площадь лесов, предназначенных для многоцелевого использования, увеличилась с 23% от совокупной площади лесов до 26%. Многоцелевые леса являются источниками древесины, недревесных лесных продуктов, воды, пастбищ, создают условия для воспроизводства диких животных, и несут в себе социально-рекреационную ценность. Увеличение этой доли лесов частично объясняется стабильностью распределения лесов по функциональным категориям и сокращением совокупной площади лесных ресурсов.

Сохранение биоразнообразия представляет собой основную цель управления 13% мировых лесов, и с 1990 года эта категория была расширена за счет добавления еще 150 млн га леса. Леса, предназначенные для защиты почвенных и водных ресурсов, составляют 25% от совокупной площади лесов.

Пониженная плотность древостоя – явление менее заметное, но весьма важное для многих регионов мира. За последние 25 лет мировые запасы углерода в лесной биомассе снизились почти на 17,4 гигатонн (Гт). Это сокращение было в основном обусловлено переводом лесов в другие виды землепользования и деградацией лесов.

За последние 25 лет отмечается существенный прогресс в переходе к устойчивому лесопользованию (УУЛ). Сегодня лесные программы и законодательство на национальном и субнациональном уровне распространяются на 99% мирового лесного фонда. Большинство стран предоставляют заинтересованным сторонам возможность участвовать в процессе разработки национальных программ, хотя это происходит с разной степенью эффективности. Прогресс был выше в зонах с умеренным климатом и сильно варьирует в тропиках, где потенциал, необходимый для применения или обеспечения выполнения программ, законов и правил в сфере УУЛ, остается неоднородным.

В настоящее время сбор данных по лесным ресурсам проводится чаще, чем когда-либо раньше. Так, в 2014 году 112 стран имели национальные системы инвентаризации лесов, и порядка 77% мировой площади лесных угодий были охвачены процессами инвентаризации, которые были либо завершены, либо начаты в 2010 году. Площадь, охваченная национальной инвентаризацией лесов (НИЛ) в период между 1970 и 2014 годом, составляла 3,3 млрд га, или 82% от совокупной площади лесного фонда. Это отражает огромные усилия, которые правительства предпринимают в последние годы для того, чтобы лучше понять, какими лесными ресурсами они располагают. Данные об огромной доле лесных массивов (92%) предоставляются национальными системами отчетности, хотя страны в тропических регионах и страны с низким уровнем доходов отстают в предоставлении такой отчетности.

Площадь лесов, находящихся под управлением, также увеличилась. В 1953 году планы управления лесными ресурсами охватывали около 27% площади продуктивных лесов, а в 2010 году – 70%. К 2010 году эта площадь составляла 52% от совокупной площади лесов, равномерно распределенных между продуктивными лесами и лесами, предназначенными для природоохранных целей. Большинство из имеющихся планов требуют определения условий участия гражданского общества и общин, а также картирования лесов высокой природоохранной ценности (ЛВПЦ). Более половины всех массивов, охваченных планами управления лесными ресурсами, включают в себя спецификации по охране почвенных и водных ресурсов.

Площадь массивов, охваченных сертификацией системы лесоуправления и лесопользования, продолжает увеличиваться – с 18 млн га, сертифицированных по проверяемым международным критериям в 2000 году, до 438 млн га в 2014 году. Около 90% общей площади сертифицированных в 2014 году лесов сосредоточено в умеренном и бореальном климатическом поясе, однако охват сертификацией, хотя и более медленными темпами, отмечается и в тропиках и субтропиках.

В лесной отрасли в настоящее время занято около 1,7% мировой рабочей силы (см. доклад «Состояние лесов мира» [СОФО], ФАО, 2014), из них 0,4% работают непосредственно в лесах. Остальные заняты на транспортных операциях, на переработке и производстве лесной продукции вне границ леса.

Большинство лесных ресурсов остаются в государственной собственности, но увеличилась площадь лесов, находящихся в общинной или частной собственности. Доля лесов в частной собственности от совокупной площади лесов возросла с 13% в 1990 году до 19% в 2010 году. Этот рост приходится в основном на страны с доходами выше среднего уровня. В любом случае в странах, в которых существует частная собственность на леса, эта доля намного выше – в 1990 году около 26% лесного фонда этих стран принадлежали частным собственникам, и эта доля увеличилась до 30% в 2010 году. С 1990 по 2010 год площадь государственных массивов, права на управление которыми принадлежат частным компаниям, существенно расширилась – с 3 до 15% от совокупной площади общественных лесов.

За последние 25 лет леса мира изменялись стремительно и неоднородно. Сегодня страны имеют больше знаний о своих лесных ресурсах, чем когда-либо прежде, и в результате мы имеем более полную картину глобального изменения лесов. Темпы потери лесных угодий замедляются, и показатели устойчивого лесопользования свидетельствуют о положительном прогрессе в управлении лесами. В то же время сохраняются серьезные проблемы. Эффективная политика, законодательство и регулирование не всегда сопровождаются столь же эффективными методами стимулирования или обеспечения исполнения требований. Несмотря на активизацию усилий, неустойчивая практика лесоводства и перевода лесов в другие категории сохраняется до сих пор, а блага, получаемые от лесов, в некоторых странах не достаются местным общинам. В ОЛР–2015 отражен существенный прогресс, достигнутый в управлении лесами, и в то же время подчеркивается необходимость в продолжении усилий по улучшению управления лесами в интересах нынешнего и будущих поколений.

Введение в ОЛР–2015

Сотрудничество

Первый выпуск «Глобальной оценки лесных ресурсов» ФАО был опубликован в 1948 году. Он включал в себя пять показателей, и его основная задача заключалась в оценке наличия древесины. С тех пор глобальные оценки совершенствовались параллельно растущим потребностям в информации и стали включать в себя все параметры, характеризующие лесные ресурсы и устойчивое управление лесами. ОЛР–2015 стала результатом усилий 155 стран и упорной работы национальных корреспондентов, подготовивших страновые доклады, которые представляют лесную государственную статистику в едином для всех стран формате.

В 1948 году, когда было положено начало процессу ОЛР, ФАО была единственной организацией, занимавшейся сбором и представлением информации о состоянии глобальных лесных ресурсов. Сегодня существует множество международных и региональных организаций, участвующих в оценке, мониторинге и представлении данных о лесах, полученных в основном методами дистанционного зондирования, которые помимо оценки площади лесного покрова предоставляют либо незначительную, либо никакую другую информацию. В 2011 году шесть международных организаций и процессов[3] объединили усилия и разработали Совместный вопросник по лесным ресурсам (СВЛР), охвативший около 100 стран и 88% общей площади лесов мира. Эти организации совместно собирают данные для более 60% параметров, охваченных процессом ОЛР. Эти данные затем распределяются среди партнеров СВЛР так, чтобы страны представляли эту информацию лишь один раз. Иначе говоря, данные собираются один раз, но могут использоваться многократно разными организациями. Это уменьшает бремя отчетности и повышает согласованность данных, которые используют все задействованные организации. Кроме того, в ходе осуществления этого процесса партнеры СВЛР помогли стандартизировать определения и сроки сбора данных.

Помимо составления СВЛР, партнерство играет важную роль в получении и обработке данных дистанционного зондирования. В глобальном обследовании по использованию данных дистанционного зондирования участвуют более 200 специалистов из 100 стран мира. Кроме того, тесные рабочие отношения с Объединенным исследовательским центром Европейской комиссии (ОИЦ) создали возможности для совместного использования технических средств и для распределения нагрузки по анализу полученных со спутника Landsat данных, отражающих изменения, происходящие с лесами на глобальном уровне.

Краткое пояснение к представленным данным

Данные и анализ, включенные в ОЛР/СВЛР–2015, имеют ряд отличительных особенностей, которые следует учитывать при использовании настоящего документа. Более подробная информация об источниках данных приводится в разделе «Источники данных» в конце публикации.

Следует иметь в виду следующее:

1. Сводные таблицы со всеми параметрами, собранными в ОЛР–2015, представлены в базе данных, описанной в «Настольном справочнике по ОЛР–2015», опубликованном по адресу: http://www.fao.org/forestry/fra/fra2015/en/.

2. Подробная аналитическая документация приводится в статьях, рецензированных независимыми экспертами и опубликованных в журнале «Форест эколоджи энд менеджмент» http://www.sciencedirect.com/science/journal/03781127/352.

3. Данные также можно найти на веб-сайте Forest Land Use Data Explorer (FLUDE), который обеспечивает доступ ко всем документам ОЛР–2015 и к данным по землепользованию. Веб-сайт доступен по приведенной выше ссылке на ОЛР–2015.

4. Отдельные методики анализа данных могут включать разные параметры или категории. Их краткое описание доступно на веб-сайте: http://www.fao.org/forestry/fra/76872/en/.

5. Основные категории, использованные для анализа данных:

5.1. Регион и субрегион. Географические регионы и субрегионы в разбивке, аналогичной той, что использована в ОЛР–2010.

5.2. Климатический пояс. Национальные данные для ОЛР классифицируются по доминирующему климатическому поясу (тропический, субтропический, умеренный и бореальный) каждой страны (http://www.fao.org/forestry/fra/76872/en/). В некоторых случаях, особенно в северных широтах, представлены не все климатические пояса. Например, в Соединенных Штатах Америки леса имеются в зоне бореального, умеренного и субтропического климата, но поскольку самой крупной категорией являются леса умеренной зоны, ее относят к умеренному климатическому поясу. Несколько меньшее число таких примеров можно привести и по странам с тропическим и субтропическим климатическими поясами.

5.3. Категории доходов стран. При анализе этих данных используются категории доходов стран, определенные Всемирным банком; они обновляются ежегодно в июле месяце. В ходе анализа данных для ОЛР–2015 применялась классификация 2013 года, доступная по адресу: http://data.worldbank.org/news/new-country-classifications. Эти категории охватывают большинство стран и территорий, но не абсолютно все. Это значит, что показатели общей площади, получаемые сложением показателей стран, относящихся к одной категории, будут отличаться от суммы площадей всех стран и территорий, но такая разница будет незначительной. Разумеется, есть страны, которые перешли из одной категории дохода в другую в период 1990–2013 годов; такие изменения трудно отследить, и они не рассматриваются в этих аналитических материалах.

6. В ОЛР–2015 представлены показатели качества данных в виде системы уровней, в соответствии с которой страны оценивают качество переменных на основе заранее установленных определений. Основная цель такой системы заключается в определении качества показателей – в первую очередь их давности и типа источника исходных данных. Уровень 3 присваивается самым свежим и надежным источникам данных, уровень 2 – более давним и менее полным, а уровень 1 – экспертным оценкам (см. раздел «Источники данных»).

Статистические данные

Показатели устойчивости

Ответственное и устойчивое управление лесами требует сбалансированного подхода, охватывающего три измерения устойчивого развития – экономическое, социальное и экологическое. Убедительное измерение прогресса в каждой из этих широких сфер – задача сложная и во многих случаях не в полной мере достижимая, даже в странах, которые имеют ресурсы для сбора необходимых данных. Тем не менее, показатели, которые измеряют прогресс, дают понять, каким образом откорректировать управленческие и инвестиционные решения, чтобы удовлетворить потребности и ожидания нынешнего и будущих поколений.

Что это за показатели?

Показатели устойчивого управления лесами – это научно обоснованные индикаторы, позволяющие последовательно определять, оценивать, контролировать и докладывать о прогрессе на пути к устойчивому управлению лесами широкому кругу заинтересованных сторон и учреждений, в том числе правительствам, частному сектору, НПО, донорским организациям, научным кругам и общественности. Показатели устойчивого управления могут использоваться для определения того, какие изменения необходимо внести в практику управления лесами, чтобы сохранять и укреплять здоровье лесов.

Почему они важны?

Индикаторы для ОЛР–2015 дают представление о текущем состоянии мировых лесных ресурсов и, самое главное, о динамике их изменения за последний 25-летний период. Вся информация, предоставленная странами для составления ОЛР и информирования мирового сообщества, является основой для разработки направлений политики, совершенствования практики и расширения инвестиций, оказывающих воздействие на леса и лесное хозяйство.

Учитывая сложность оценки лесов мира и социальных выгод, получаемых от лесов, ни один отдельный индикатор не может убедительно оценить прогресс в достижении целей устойчивого управления лесами. Чтобы получить полную и всестороннюю картину, необходимо учесть целый ряд показателей.

Что представлено в разделах «Каковы перспективы на будущее»?

Важно осмыслить глобальную динамику лесных ресурсов в свете произошедших изменений. Полезно также получить представление о том, что может произойти в ближайшие годы. В конце каждой категории показателей приводится краткий прогноз изменений, которые могут иметь место в ближайшем будущем. Эти прогнозы основаны на тенденциях, рассмотренных в ОЛР–2015. Раздел документа с прогнозом на будущее включает установленные странами целевые показатели и пространственную модель будущих изменений в продуктивной и природоохранной функции лесов. По своей природе эти соображения являются теоретическими и служат побуждением к обдумыванию, обсуждению и действиям.

СОСТОЯНИЕ ЭКОСИСТЕМЫ И ПРОДУКТИВНАЯ ФУНКЦИЯ ЛЕСОВ

Масштабы и здоровье лесных экосистем имеют определяющее значение для обеспечения неистощимости лесной продукции и услуг. Понимание того, как изменяются лесные ресурсы, необходимо для принятия управленческих и инвестиционных решений и мер, от которых зависит сохранение лесов для будущих поколений.

Динамика площади лесов

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Знание того, как и почему площадь лесов изменяется во времени, имеет важное значение для устойчивого управления лесами, поскольку такие изменения могут привести в долгосрочном периоде к списанию лесов из лесного фонда (например, вследствие отведения лесов под сельскохозяйственные угодья) или к его расширению (например, за счет лесопосадок). Поскольку леса обеспечивают основную часть мировых лесных продуктов и выполняют целый ряд экологических и природоохранных функций, таких как очистка воды, сдерживание эрозии и поглощение углерода, крайне важно знать, каковы имеющиеся лесные ресурсы и каковы разнообразные направления изменения лесов. Леса также поглощают углерод и являются его источником, поэтому контроль за расширением и убылью лесов вследствие изменения вида землепользования помогает ученым и руководителям оценивать возможность лесов снижать выбросы газов, вызывающих парниковый эффект (ПГ).

Изменение площади лесов часто приводит к изменениям в способности леса обеспечивать товары и услуги, имеющие глобальное значение, такие как занятость, лесоматериалы, недревесные лесные продукты и a услуги. Понимание этих изменений закладывает прочную основу для принятия программных, инвестиционных и управленческих решений в национальном, региональном и глобальном масштабах.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

За последние 25 лет площадь лесов сократилась с 4,1 млрд га до почти 4 млрд га, или на 3,1%. В целом темпы изменения площади, занимаемой лесами, замедлились более чем на половину в период 1990–2015 годов (таблица 1). Эти изменения стали результатом снижения темпов конверсии лесов в некоторых странах и расширения площади лесов – в других. Похоже, что за последние десять лет чистое изменение лесной площади стабилизировалось. Это важно особенно в свете того, что вывозка древесины в 2011 году была на 200 млн куб. метров в год выше, чем в 1990 году, при том что численность населения выросла за этот период приблизительно на 37%.

Показатели годового изменения леса с 2010 по 2015 год отражают положительную тенденцию – снижение темпов убыли естественных лесов. На рисунке 1 показана доля лесов в общей площади суши в мире в 2015 году. На десять самых богатых лесами стран приходится около 67% площади всех лесов мира (таблица 2).

То, каким образом изменилась эта площадь за последние 25 лет, имеет большое значение, особенно в свете непрерывного роста численности населения и спроса на лесные продукты. Таблицы 3 и 4 показывают, где происходят наиболее масштабные изменения площади лесных массивов.

В период 1990–2015 годов несравненно бòльшая площадь лесов была переведена в другие виды землепользования в тропическом поясе, и это привело к потере площадей в каждом рассматриваемом периоде начиная с 1990 года (рисунок 2). Чистая площадь лесов увеличилась в странах с умеренным климатом в каждом отчетном периоде. Относительно мало изменений наблюдалось в бореальных и субтропических климатических поясах.

Наибольшая доля лесов в мире сосредоточена в странах с высоким уровнем доходов, затем следуют страны с уровнем доходов выше среднего, ниже среднего и с низким уровнем доходов. Такое распределение верно для совокупной площади лесов, девственного леса, других восстанавливающихся естественным путем лесов и лесопосадок (рисунок 3).

На рисунке 4 показаны страны со стабильной площадью лесов, а также с расширившейся и сократившейся площадью лесов в период 1990–2015 годов.

В то время как площадь лесов сократилась, население мира увеличилось, это означает, что площадь лесов на душу населения сокращается – такая тенденция существует на протяжении уже многих тысячелетий. Изменение площади лесов на душу населения, как и другие параметры изменения площади лесов, происходит неравномерно в разных климатических поясах и субрегионах. Изменения в бореальных и умеренных зонах были постепенными в отличие тропической зоны, где площадь лесов на душу населения сократилась почти вдвое за последние 25 лет (рисунок 5). Сокращение площади леса на душу населения в субтропиках составило более 35%.

Динамика площади лесов среди стран с высоким уровнем доходов была положительной в течение последних 25 лет, со среднегодовым ростом выше 0,05% в год. Страны с доходами выше среднего обладают второй по величине долей облесенных земель, и им удалось замедлить ежегодные потери лесов с 0,14% в 1990–2000 годах до практически незначительного уровня в период 2010–2015 годов.

Очевидно, что расширение и потеря площади лесов были максимальными в странах, относящихся к категории стран с высокими доходами и доходами выше среднего (рисунок 6), в то время как темпы потери остались практически неизменными на протяжении последних 25 лет в странах с низким уровнем доходов. В странах с доходами ниже среднего площади лесов изменялись в среднем в пределах от 0,60 до 0,35% в год в период 1990–2015 годов, при этом темпы изменения, как представляется, являются стабильными и продолжают оставаться отрицательными. В странах с низким уровнем доходов темпы потери лесных угодий существенно не изменились, при этом годовые темпы колебались между 0,57 и 0,64% за 25-летний период.

Режим землепользования относительно лесного покрова: почему это важно?

ОЛР дает статистические данные о лесах по категориям использования лесных земель. Это значит, что даже если площадь земли, включенная в категорию «лес», не всегда покрыта растущим лесом, тем не менее она учитывается как лес, если есть намерение провести на этой площади мероприятия по лесовосстановлению в ближайшие 4 – 10 лет. Представьте себе пахотные земли: кукурузное поле в зимнее время или в течение длительного сухого сезона остается обнаженным, не используется, но оно по-прежнему считается кукурузным полем. То же самое относится к облесенной земле. В разных глобальных оценках показатель сомкнутости древесного полога приводится независимо от того, являются ли деревья лесными или садовыми видами, и от того, что перед посадкой саженцев на участке были только что завершены работы по лесозаготовке. Это приводит к неточным оценкам обезлесения как во времени, так и в пространстве.

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Снижение показателя чистой потери лесов в тропиках и субтропиках в сочетании со стабильным или умеренным ростом лесов в умеренных и бореальных зонах заставляет предположить, что ритм потери лесов, вероятно, продолжит замедляться в ближайшие годы. По мере роста населения, возможно, потребность в отведении все большего количества облесенных земель под сельскохозяйственные угодья будет сохраняться, особенно в тропиках (если не произойдет существенного роста продуктивности сельскохозяйственного производства на существующих землях сельскохозяйственного назначения). Сокращение площади лесов на душу населения в сочетании с устойчивым увеличением вывозки древесины указывает на то, что в ближайшие годы потребуется получать большие объемы древесины с меньшей площади земли.

Динамика площади естественного леса и лесопосадок

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Сходство и различия между естественным лесом и лесопосадками является одной из тем, обсуждаемых среди многих сторон, для которых тема изменения лесов является важной. Естественные леса способствуют сохранению разнообразия генотипов, поддержанию естественного видового состава деревьев, сохранению динамики экологической структуры и обычно являются поставщиками критически важной лесной продукции. Лесопосадки часто проводятся в производственных целях, для борьбы с ветровой эрозией и/или для охраны почвенных и водных ресурсов. Разумное ведение лесопосадки может обеспечить получение различных лесных товаров и услуг и содействует снижению нагрузки на естественные леса.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

Во всем мире наблюдается сокращение площади естественных лесов и расширение площадей лесопосадок. В 2015 году доля площади естественного леса в совокупной площади лесов составила 93%, в то время как лесопосадки – 7%, или 290 млн га.

Чистые потери естественных лесов сократились с приблизительно 8,5 млн га в год в 1990-х годах до 6,6 млн га в год в период 2010–2015 годов. Это стало результатом потери 8,8 млн га леса в год и прироста 2.2 млн га в год. Причиной прироста является экспансия естественных лесов, часто охватывающая территории бывших сельскохозяйственных угодий.

Крупнейшие массивы естественных лесов находятся в Европе, где их площадь составляет около 900 млн га (рисунок 7), из которых около 88% сосредоточено в Российской Федерации. Наибольшая потеря естественных лесов отмечается в Южной Америке. В этом регионе площадь естественного леса снижалась, по оценкам, по 3,5 млн га в год в период 1990–2000 годов, но темпы сокращения замедлились до 2,1 млн га в год в период 2010–2015 годов. Аналогичная тенденция наблюдалась в странах Африки к югу от Сахары. Восточная Азия сообщила о самом большом уровне роста площади естественных лесов: 450 000 га в год с 1990 года; из них в среднем 43% расширения вызвано естественной экспансией лесов, а оставшаяся часть – лесопосадками. В Европе, в странах Карибского бассейна и в Океании наблюдается относительно стабильная тенденция.

Площадь лесопосадок увеличилась более чем на 110 млн га с 1990 года и составляет 7% мировой площади лесов. Среднегодовые темпы роста в период 1990–2000 годов составляли 3,6 млн га и достигли пика в 5,2 млн га/год в 2000–2010 годы, а затем в 2010–2015 годы сократились до 3,1 млн га в год по мере того, как мероприятия по лесопосадке сокращались в Восточной Азии, Европе, Северной Америке, Южной Азии и в Юго-Восточной Азии. За этот период чистый прирост лесопосадок составил 3,1 млн га в год (расширение лесопосадок в размере 3,5 млн га за вычетом потери лесопосадок, составившей 0,4 млн га).

Крупнейшая площадь, занятая лесопосадками, находится в зоне умеренного климата – на нее приходится 150 млн га, затем следуют тропическая и бореальная зоны с приблизительно 57 млн га в каждой. За последние 25 лет площадь лесопосадок увеличилась во всех климатических поясах, особенно в бореальных, где она почти удвоилась. В тропических и умеренных зонах она увеличилась на 69% и 57% соответственно (рис 8).

Лесопосадки выполняют широкий спектр продуктивных и защитных функций, а также используются в различных целях коммерческого и некоммерческого характера. Они включают в себя смешанные виды насаждений и монокультуры, возделываемые с разной степенью интенсивности и разного назначения. Они поставляют древесину (в том числе, древесное топливо), недревесные лесные продукты и обеспечивают многообразные природоохранные услуги, предоставляемые естественными лесами.

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Хотя в течение последних десяти лет сокращение естественного леса идет более медленными темпами, его площади, вероятно, так и будут сокращаться, особенно в тропиках, в первую очередь вследствие перевода лесов под сельскохозяйственные угодья. С другой стороны, в ближайшие годы из-за растущего спроса на лесные товары и экологические услуги площадь лесопосадок, скорее всего, будет продолжать расти.

Является ли частичное сокращение древесного полога косвенным показателем деградации леса?

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Деградация лесов является критически важным параметром для отслеживания воздействия на биоразнообразие, потоки атмосферного углерода, а также в качестве предвестника конверсии леса. Однако оценка этого параметра представляется проблематичной по ряду причин. Во-первых, общеизвестно, что трудно дать точное определение понятию деградация леса. Во-вторых, деградацию леса, по любому определению, трудно обнаружить при помощи большинства используемых способов оценки, поскольку проявления деградации бывают едва заметны. Обнаружение деградации по данным дистанционного зондирования, особенно при использовании наиболее распространенных зондов среднего пространственного разрешения, затруднительно, поскольку деградация часто происходит в диапазоне разрешающей способности субпиксела. Это означает, что по своему характеру деградация поражает меньшую площадь, чем способность обнаружения пиксела в системах дистанционного зондирования.

Деревья за пределами леса

В то время как с технической точки зрения «деревья за пределами леса» не принадлежат к категории «леса» в свете принятого определения, используемого ФАО и многими другими международными организациями, тем не менее деревья за пределами леса являются ценным источником многих продуктов и услуг, которые обычно обеспечиваются лесами. В некоторых странах они обеспечивают важнейшие объемы древесины, плодов и других недревесных продуктов леса. По данным, представленным для ОЛР–2015, площадь деревьев за пределами лесов составляла 284 млн га в 2015 году, что свидетельствует об увеличении этого показателя по сравнению с 274 млн га, указанного в 1990 году. Это частично объясняется увеличением числа стран, представивших свои данные (за 1990 год данные представили 87 стран, тогда как в 2015 году – 98). Хотя работа по измерению площади, занимаемой деревьями за пределами лесов, значительно труднее и связана с большими затратами, чем при измерении лесных массивов в национальном масштабе, очевидно, что деревья за пределами лесов являются критически важным природным ресурсом.

КАК ЭТО БЫЛО СДЕЛАНО?

Временные ряды данных, отражающих структуру лесного покрова в непрерывных шкалах с разрешением 250 м/пиксел (VCF, Vegetation Continues Field), полученных спутниковым сканирующим спектрорадиометром со средним разрешением (MODIS), были проанализированы для выявления признаков частичного сокращения древесного полога. Для этого был вычислен наклон кривой, образованной процентными годовыми оценками древесного покрова, и абсолютный диапазон процентных оценок древесного покрова, выполненный за определенное время. Поскольку пиксел имеет грубое разрешение, можно выявить только участки с относительно большим количеством частичной утраты древесного полога. Была использована Глобальная карта малонарушенных лесных и водно-болотных территорий для получения вспомогательных наборов данных, чтобы уменьшить риск ложных обнаружений там, где частичное сокращение древесного полога (ЧСДП) было маловероятным. В то время как ЧСДП может быть ассоциировано с деградацией леса, этот показатель охватывает также участки, охваченные процессами устойчивого управления лесными ресурсами.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

Частичное сокращение древесного полога было суммировано по всем годам в период 2000–2012 годов, поэтому отсутствуют временные ряды значений для оценки того, что изменилось в темпах или в местах сокращения полога. Полная площадь ЧСДП составляла 185 млн га, но она неравномерно распределена между климатическими поясами (рисунок 9). В тропическом поясе было выявлено самое большое изменение, охватившее территорию около 156 млн га, или 9% всей территории пояса. Как в бореальном, так и в субтропическом поясе, ЧСДП составляет около 2% (1.8% и 2.1% соответственно). Площадь ЧСДП была выше, чем площадь расширения только в бореальной зоне (в три раза); во всех других поясах потеря или расширение леса превышали площадь ЧСДП (рисунок 9).

На рисунке 10 представлены результаты расчетов для ЧСДП по субрегиону. Потеря лесов превышала площадь ЧСДП в Восточной и Южной Африке (почти в четыре раза), в Южной Америке (почти в два раза) и в Центральной Америке. На Южную и Юго-Восточную Азию приходится максимальная величина ЧСДП – более чем 50 млн га. Результаты по Южной Америке дают сокращение приблизительно на 47 млн га. Западная и Центральная Африка стали третьим регионом по величине сокращения ЧСДП – около 35 млн га. В 2010 году субрегионом с наибольшим уровнем ЧСДП, выраженным в процентах от совокупной площади лесов, была Центральная Америка, где около 18% площади лесов было отнесено к категории ЧСДП.

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Дополнительное сокращение древесного полога в лесах, безусловно, произойдет вследствие выборочной лесозаготовки, сохранения более низкой плотности посадки, пожаров, поражения вредителями, болезней и/или выпаса скота. Свидетельства погодных сдвигов в результате изменения климата наводят на мысль, что некоторые виды деревьев будут затронуты сокращением в большей степени, чем другие, и поэтому в смешанном древостое со временем возникнут дополнительные пустоты. Эти пустоты в конечном итоге могут быть заполнены другими видами. Изменения в ЧСДП также будут отражать известные естественные процессы, такие как циклические нашествия насекомых и вспышки болезней. Причинами ЧСДП являются не только те антропогенные действия, которые могут считаться вредным для функционирования малонарушенных лесов, но и хозяйственная деятельность человека, и природные явления, которые являются частью должным образом функционирующих лесных экосистем или могут рассматриваться как явления, усиливающие функции лесных систем. Следовательно, большие площади ЧСДП, вероятно, возникают в результате пожара, а другие – в контексте изменения режимов устойчивого управления лесами.

УСТОЙЧИВОЕ УПРАВЛЕНИЕ ЛЕСНЫМИ РЕСУРСАМИ

Устойчивое управление лесами – разные люди вкладывают в это понятие разное значение. Оно включает в себя использование социальных, экологических и экономических критериев, которые помогают поддерживать поток лесных товаров и услуг без существенного ухудшения в течение долгого времени[4]. По сути, это управление лесами в долгосрочной перспективе: производство лесных товаров и услуг для удовлетворения потребностей нынешнего и будущих поколений, не истощая при этом природный капитал.

ПОЧЕМУ ВАЖЕН ЭТОТ НАБОР ПОКАЗАТЕЛЕЙ?

Устойчивое управление лесными ресурсами (УУЛ) усиливается при наличии благоприятных условий. Эти условия включают в себя национальные правовые, политические и институциональные основы. В отсутствие системы управления, создающей благоприятные условия, долгосрочное управление влечет за собой риск и неопределенность, которые могут быть слишком высокими для тех, кто инвестирует в устойчивое лесопользование, включая правительства и частный сектор, неправительственные организации, доноров, отдельных лиц и общины. Практики, формирующие благоприятные условия для УУЛ, делают такие инвестиции более привлекательными.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

Ряд ключевых показателей свидетельствует о существенном прогрессе, достигнутом на пути к УУЛ за последние годы. В общих чертах к таким достижениям относятся:

- Нормативно-правовая основа, участие заинтересованных сторон, доступность данных, национальные кадастры и планы управления лесами – все это охватывает около 1,1 млрд га земель лесного фонда.

- Объемы постоянного леса несколько увеличились в период 1990–2015 годов.

- Площадь лесов с планами управления (ПУЛ) постепенно возросла и равномерно распределяется между лесами, выполняющими продуктивную функцию и функцию сохранения.

- В среднем проверка исполнения планов управления лесами (ПУЛ) в тропическом поясе проводится каждые три года.

- Леса, имеющие высокое природоохранное значение (ЛВПЦ), и социальные функции лесов охвачены почти всеми ПУЛ; реже в них включают компоненты по сохранению почвенных и водных ресурсов.

- Сертификация расширилась почти во всех климатических поясах в период 2000–2014 годов, наибольший охват сертификацией отмечается в странах с высокими доходами/в уверенном климатическом поясе. В общей сложности 438 млн га охвачено процедурами международной сертификации лесоуправления.

- Площадь лесов, охваченная инвентаризацией, заметно возросла за последние пять лет, причем 85% этой площади сосредоточено в странах с высоким уровнем доходов и с уровнем доходов выше среднего. В 2014 году 112 стран сообщили о наличии кадастров, охватывающих около 3242 млн га, или примерно 82% мировых лесов. Почти все (96%) лесные кадастры использовали карты земельных участков и около 70% всех национальных лесных кадастров применяют комплексный подход, основанный на аэро- и спутниковых снимках наряду с наземными методами измерения.

Используя показатели УУЛ, собранные в ходе ОЛР–2015, можно, исходя из площади постоянного лесного фонда[5], оценить, сколько лесных земель охвачено приведенными ниже показателями. На рисунке 11 представлена схема, где, начиная слева, показана площадь лесов, условия которых способствуют УЛЛ. Слева направо на этом рисунке показана совокупная площадь лесов, относящаяся к постоянному лесному фонду, и площадь постоянного лесного фонда, на которую распространяется каждый из «инструментов» УУЛ, перечисленных на горизонтальной оси. Размер этой площади уменьшается в зависимости от степени эффективности правовой базы, наличия данных, планов управления и участия заинтересованных сторон на оперативном уровне. Здесь показано, что почти во всех странах, в которых имеется постоянный лесной фонд, имеются программы, законы и нормативные акты, содействующие УУЛ; около 98% совокупной площади постоянного леса охвачено программами или регулированием, поддерживающими УУЛ. Это указывает на намерение правительств оказывать в перспективе широкую поддержку УУЛ на территории около 2,2 млрд га (55% от площади лесов мира в 2015 году). С учетом всех инструментов УУЛ эта площадь уменьшается до 1,1 млрд га по всему миру (50% площади постоянных лесов мира).

Сколько леса предполагается сохранить в течение длительного времени?

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Большинство лесов находится в собственности государства, отдельных лиц или компаний. Среди лесов в государственном владении имеются облесенные земли, которые в силу закона или нормативного акта должны всегда оставаться в категории лесов. В докладе ОЛР эти земли именуются постоянным лесным фондом. Частные лесовладельцы (которым принадлежало около 19% от всей площади лесов в 2010 году) не могут быть принуждены законом навечно сохранять такое назначение лесных угодий, однако многие из них имеют именно такое намерение. Для некоторых видов частной собственности на леса существуют правовые нормы, обеспечивающие сохранение этих угодий в постоянном лесном фонде. Этот показатель включает как государственные (постоянный лесной фонд), так и частные владения, которые предполагается сохранить в составе постоянного лесного фонда.

Не все облесенные земли, существующие сегодня, будут существовать и в будущем. Знание того, сколько земли в настоящее время относится к постоянному фонду, дает представление о том, сколько земель в агрегированных государственных и частных планах предусматривается сохранить в постоянном фонде, и указывает на необходимость разработки стратегий, поощряющих создание новых лесов. Китай является хорошим примером того, как забота об увеличении постоянного лесного фонда привела к масштабному облесению за счет естественной экспансии (восстановления) и посадки лесов.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ?

В 1990 году площадь заявленного постоянного лесного фонда составляла 1,4 млрд га (ОЛР–2010), или 34% от всей площади лесов; к 2010 году эта доля возросла до 37% (ОЛР–2015). Тем не менее совокупное количество облесенных земель, предназначенное для сохранения в виде лесов, составляло 54% от совокупной площади лесов в 2010 году (рисунок 12). Разница между этими двумя значениями вызвана добавлением частных облесенных земель, предназначенных для сохранения в виде лесов, к постоянному лесному фонду, согласно законодательству.

Доля лесов, сохраняющихся в виде постоянного леса в силу закона (ПЛФ), также варьируется по категориям доходов стран (рисунок 13). В странах с низким уровнем доходов объем постоянного фонда значительно меньше, чем в других категориях, в то время как постоянный фонд, подлежащий сохранению таковым в силу закона, эквивалентен почти всей категории постоянного лесного фонда. Страны с доходами ниже среднего уровня имеют самую высокую долю частных земель в категории постоянных лесов (43%), тогда как в странах с высоким уровнем доходов доля частных лесных угодий в полном объеме постоянного лесного фонда является самой крупной.

Планы управления лесами

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Поставки лестных товаров и услуг в течение долгого периода времени можно обеспечить наилучшим образом за счет долгосрочных инвестиций и планового управления лесами. Обычно это приводит к тому, что обязанности по управлению любым отдельным лесом переходят со временем от одних лиц, компаний и государственных ведомств к другим. Чтобы обеспечить управление лесами с учетом далекой перспективы, используются планы управления реализацией продуктивных и природоохранных функций и услуг по сохранению биоразнообразия.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ?

Доля лесов, имеющих план управления, резко различается в разных субрегионах. Европа, Центральная Америка и Южная Азия сообщают об очень высокой доле таких лесов (> 80%) в совокупном лесном фонде, в то время как Африка, Океания и Южная Америка – об очень низкой (<30%) (рисунок 14). Наибольшая доля лесов с планами управления (ПУЛ) приходится на бореальный пояс и наименьший – на тропический (таблица 5).

В 1953 году только 27% мировых продуктивных лесов имели планы управления. В 2010 году такие планы имели уже 70% продуктивных лесов. Полная площадь, охваченная планами управления в 2010 году, составляла 2100 млн га, или 52% от совокупной площади лесов. Существенное изменение по сравнению с 1950-и годами заключается в том, что планы управления были равномерно распределены по площади между лесами, предназначенными для выполнения продуктивной функции и для сохранения, и эти две категории практически равны на глобальном уровне (таблица 5).

Планы управления лесами в некоторых случаях не выполняются из-за отсутствия механизмов обеспечения исполнения. Частота проверки исполнения планов, судя по отчетам, достаточно высока, при этом наиболее частый контроль осуществляется в тропических странах. В тропиках более 35% планов управления подвергаются ежегодному контролю исполнения, в результате чего, по меньшей мере теоретически, контроль каждого плана управления осуществляется каждые три годы.

В глобальном масштабе планы управления лесами содержат несколько общих элементов, касающихся природоохранной функции и вовлечения общин (рисунок 15). Управление почвенными и водными ресурсами и демаркацию лесов высокой природоохранной ценности необходимо обеспечивать согласно планам управления, охватывающим более 60% и 80% мировой площади лесов соответственно. Это указывает на формальное признание важности экологических требований, предъявляемых к управляемым лесам. Соображения социального характера и участие общин также включаются в планы управления, которыми охвачено более 80% мировой площади лесов.

Сертификация системы управления лесами

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Стремление сохранить и укрепить характеристики и показатели долгосрочной неистощимости лесов привело к широкомасштабному усилению внимания к устойчивому управлению лесами. В то время как интерес к этому вопросу действительно широк, не существует столь же широкого консенсуса в отношении того, что означает понятие УУЛ. Многие принципы устойчивого управления лесами нашли признание, но разные заинтересованные стороны часто по-разному трактуют его отдельные аспекты. Сертификация системы управления лесами включает дефиницию практики лесопользования, которая отвечает требованиям, предъявляемым к передовым практикам в этой сфере, включая такие параметры, как биоразнообразие, устойчивое производство лесных товаров и предоставление экологических услуг, минимальное использование химических веществ, защита прав и благополучия трудящихся, трудоустройство местной рабочей силы, уважение прав коренных народов и осуществление лесопользования в рамках национальной правовой базы с учетом передового опыта.

Сертификат системы управления лесами не является самым идеальным методом описания устойчивого лесопользования. Тем не менее это важный косвенный показатель, который поддается мониторингу и независимой проверке на соответствие определенному стандарту. Сертификация с проведением сторонней проверки является хорошим доказательством того, что управляющий лесом инвестирует в непрерывное улучшение и обеспечение применения лучших практик, которые могут привести к устойчивому осуществлению продуктивной функции и сохранению природоохранной ценности леса. Сертификация может быть оптимальным единым средством оценки прогресса в достижении устойчивого лесопользования, поскольку он относительно легко поддается документированию.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

Площадь, охваченная сертификацией системы управления лесами, резко увеличилась с 18 млн га в 2000 году до более 430 млн га в 2014 году – это более чем 20-кратное увеличение. В то же время предполагалось, что сертификация была бы наиболее полезной в тропиках, где практические методы лесоуправления считаются менее устойчивыми по сравнению с другими климатическими поясами. В любом случае самый стремительный и устойчивый рост международной сертификации по-прежнему сохранятся в умеренном и бореальном поясах (рисунок 16)[6].

В то время как распространение сертификации было относительно постоянным по обеим основным схемам, произошло сокращение сертификации по национальным схемам, сведения о которых были представлены в отчетах. Это происходит, прежде всего, вследствие изменений, внесенных в отчетность крупнейших национальных схем в Северной Америке, и не полностью отражает факт появления национальных схем в Индонезии и в других странах.

Лесной мониторинг и отчетность

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Национальная лесная отчетность представляет собой способ информирования специалистов и общественности о характеристиках лесов и изменениях, происходящих с лесами. Выявление и понимание того, как изменяются лесные ресурсы, полностью зависит от непрерывного или периодического осуществления лесной инвентаризации и мониторинга. Без мониторинга характер и направление изменения лесов будет основываться на догадках. Мониторинг лесов является основой управления лесами и инвестициями в леса и в лесное хозяйство со стороны правительств, частных компаний, международных доноров, отдельных лиц и гражданского общества.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

Cущественно увеличилась площадь лесов, охваченная завершившейся или текущей национальной инвентаризаций. Последним раундом оценки в период 2011–2015 годов было охвачено около 81% мировой площади лесов (рисунок 17), в то время как предпоследняя инвентаризация, которая была проведена до 2011 года, охватила лишь около 13% площади лесов. К 2015 году 112 стран либо недавно завершили, либо все еще проводят инвентаризацию лесов, охватывающую более 3 млрд га земель лесного фонда.

Кроме того, большое число этих стран сообщило о высокой доле постоянно действующих или периодически проводимых программах лесной инвентаризации (почти 94%), при этом некоторые страны не имеют конкретных планов по проведению повторных измерений. По сравнению с инвентаризацией, проводимой лишь однократно, повторные инвентаризации повышают точность и степень надежности измерений, а также дают прогнозные оценки изменения лесов.

В рамках анализа на уровне климатических зон работа по инвентаризации проводилась только на 61% площади лесов тропического пояса по сравнению с более высокой долей лесов, внесенных в кадастр в других поясах: 100% в бореальном, 98% в субтропическом и 95% в умеренном поясе.

Наблюдается весьма сильная взаимосвязь между богатством (или категориями дохода) и количеством инвентаризованных лесов (таблица 6). Страны с высоким уровнем доходов сообщили, что национальные кадастры охватывают почти полную площадь лесов (98%) в их группе; 28 из 55 стран с доходами выше среднего уровня указали 80%, 25 из 48 стран с доходами ниже среднего уровня – 55% и 17 из 33 стран с низким уровнем доходов – 37%.

Страны взяли на себя важное обязательство предоставлять сведения о своих лесах, и около 92% мировой площади лесов подпадают, по крайней мере, под один тип государственной отчетности. Отчеты не были представлены 38 странами, которые вместе имеют только 5% мировой площади лесов.

Хотя все виды национальной отчетности важны, национальные периодические отчеты «о состоянии лесов» могут быть особенно полезны, поскольку они содержат важный исходный уровень для определения динамики лесов с течением времени. Так, 116 стран охватили такими отчетами почти 90% совокупной площади лесов. Ситуация даже еще лучше с докладами о критериях и показателях (КиП), которые дают более полное представление о прогрессе страны на пути к УУЛ, поскольку они разработаны с целью получения всесторонней информации о социальных, экономических и природоохранных аспектах. Доклады о КИП были составлены 86 странами, они охватили 77% от совокупной площади лесов. Почти вся площадь лесов, не охваченная докладами о КиП, сосредоточена на территории стран с низким уровнем доходов (рисунок 18).

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Разумно ожидать, что, в конечном счете, практически все лесные страны будут иметь программы и регулирование, поддерживающие УУЛ. Задача, будет заключаться в том, чтобы создать такие правила, которые поощряли бы управляющих лесами соблюдать их, инвестировать в практические улучшения, окупающиеся за разумный период времени. Обеспечение поддержки УУЛ на правовом и информационном уровне, на уровне планирования управления и участия заинтересованных сторон, имеет решающее значение для содействия долгосрочному лесопользованию. Это относится к правительствам, частным компаниям, общинам и отдельным лицам.

Площадь постоянного лесного фонда как доля площади всех лесов несколько увеличилась в связи с сокращением совокупной площади лесов, в то время как мало что изменилось в размерах площади постоянного лесного фонда (ПЛФ). Такая стабильность, наблюдаемая в течение последних 25 лет в площади лесов, выделенной государством под постоянный лесной фонд, дает достаточно четкое представление о том, что назначение 1,5 млрд га, выделенных под ПЛФ, не изменится в обозримом будущем. Меньшая определенность имеется в отношении того, останутся ли частные лесистые земли лесом, хотя в глобальном масштабе доля лесов в частной собственности растет.

Доля площади лесов, охваченной планами управления, скорее всего либо останется стабильной, либо увеличится в связи с увеличивающимся интересом к эффективному мониторингу и возможностью пересмотра планов управления по мере изменения задач управления. По мере увеличения площади лесов, охваченных сертификацией лесоуправления, увеличивается и площадь, охваченная планами управления лесами, проверяемыми независимыми организациями. Точно также, по мере улучшения надежности и полноты информации о существующих лесных ресурсах, получаемой за счет инвентаризации лесов, расширяется и основа для улучшения планирования управления лесами.

Значительное расширение площади лесов, охваченных инвентаризацией в последние годы, указывает на увеличивающееся число стран, имеющих национальные лесные кадастры. Можно обоснованно ожидать, что эта тенденция продолжится. В свете потенциала, заложенного в системе зависящих от достигнутых результатов выплат по линии СВОД–плюс[7], для многих тропических стран возникают дополнительные стимулы для проведения инвентаризации их лесов.

В дополнение к этому столь большая доля стран, осуществляющих программы постоянной или периодической инвентаризации лесов, дает повод для оптимизма в отношение того, что в будущем предоставление информации о лесных ресурсах будет постоянно улучшаться.

СОХРАНЕНИЕ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ И БИОРАЗНООБРАЗИЯ

Леса играют важную роль в поддержании и сохранении экологических систем и циклов. Леса зависят от многих сложных процессов, обеспечивающих круговорот углерода и воды в природе, и в тоже время способствуют их осуществлению. Они регулируют водные стоки и защищают почвы. То, как осуществляется управление лесами сегодня, в будущем может повлиять на их роль в сохранении генетического и таксономического разнообразия, экосистемных функций и экологических услуг.

Сохраняемые и охраняемые районы

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Сохранение биоразнообразия на сохраняемых и охраняемых участках лесов позволяет различным видам фауны и флоры выживать, развиваться и динамически адаптироваться к изменяющимся условиям окружающей среды. Это также укрепляет генофонд растений и животных и создает генетическую среду для выведения новых сортов деревьев. Таким образом, сохранение биоразнообразия имеет решающее значение для долгосрочного сохранения здоровья и устойчивой продуктивности лесов мира. Надежные данные о биоразнообразии лесов дают представление о том, в каких странах может идти процесс расширения или сокращения биоразнообразия.

Площадь девственного леса, а также леса, предназначенного прежде всего для сохранения биоразнообразия, и лесов, в силу закона отнесенных к категории охраняемых[8], были исследованы в целях отслеживания изменений в биоразнообразии лесов с течением времени.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

В 2015 году девственные леса составляли 33% мировых лесов, что соответствует около 1,3 млрд га; половина этой площади находится в тропиках. На региональном уровне наибольшей протяженностью девственного леса отличается Южная Америка, за которой следуют Северная и Центральная Америка. Более половины девственных лесов мира сосредоточено лишь в трех странах – это Бразилия, Канада и Российская Федерация. Информация о состоянии девственных лесов в 2015 году имеется по 203 странам и территориям, что соответствует 97% мировой площади лесов. Однако многие страны до сих пор при оценке объема девственного леса используют косвенные данные, такие как объем лесов в национальных парках и в природоохранных зонах.

Изменение площади девственных лесов следует рассматривать с определенной осмотрительностью, особенно в тропическом поясе. Согласно отчетам стран, данные лишь по 33% площади девственных лесов относились к уровню 3 (высшая категория качества данных) и 57% – к уровню 1 (наименее надежные данные). Большинству стран трудно выделить девственный лес, особенно когда применяются строгие дефиниции этого понятия. Расширение площади таких лесов обычно объясняется реклассификацией лесов в национальном масштабе, например, выделением новых лесов с целью сохранения дикой природы или нетронутых лесов.

С точки зрения климатических поясов, похоже, что совокупная площадь девственных лесов увеличивалась или оставалась стабильной в период 1990–2015 годов во всех климатических поясах (рисунок 19). Однако в тропиках это частично связано с увеличением числа стран, которые за этот период времени начали представлять отчеты (111 в 1990 году и 119 в 2015 году), а не с увеличением объемов девственных лесов. На рисунке 19 кривая по странам, ежегодно представлявшим отчеты, сопоставима с площадью всех девственных лесов, данные по которым были представлены для всех климатических поясов, кроме тропиков, где отмечается убыль девственного леса в странах, которые представляли отчетность каждый год. Площадь девственных лесов увеличивалась на протяжении отчетного периода в странах с высоким уровнем доходов и уменьшалась в странах с низким уровнем доходов.

Пока еще не известна полная информация о том, какая доля сокращения девственных лесов вызвана обезлесением и какая – реклассификацией в другие категории лесов в результате лесохозяйственных мероприятий и прочих видов антропогенного вмешательства. Сравнение ежегодного изменения девственного и других восстанавливающихся естественным путем лесов показало, что среди стран, которые сообщили о сокращении девственных лесов за последние 25 лет, 13 стран (которым соответствует 54% от общей потери девственных лесов) указали на увеличение площади леса, восстанавливающегося естественным путем (рисунок 20). В некоторых из этих стран корреляция между потерей площади девственного леса и расширением площади естественно восстанавливающегося леса особенно заметна, что позволяет предположить, что потеря девственных лесов может быть, главным образом, обусловлена их конверсией в другие виды естественного леса.

В других странах (например, в Бразилии), в которых наблюдается сокращение как «других лесов, восстанавливающихся естественным путем», так и девственных лесов, и небольшое увеличение лесопосадок, труднее сформулировать гипотезы в отношении динамики девственного леса.

Площадь лесов, в первую очередь предназначенная для сохранения биоразнообразия, составляет 13% мирового лесного фонда, или 524 млн га, при этом крупнейшие площади, согласно отчетам стран, сосредоточены в Бразилии и в Соединенных Штатах Америки (таблица 7). Площадь лесов, предназначенных для этой цели, увеличилась на 150 млн га с 1990 года, но темпы ежегодного роста замедлились в течение последних пяти лет. За последний пятилетний период в Африке зарегистрировано самое высокое годовое увеличение площади сохраняемых лесов, в то время как в Европе, а также в Северной, Центральной и Южной Америке – самое низкое по сравнению с предыдущими отчетными периодами. Ежегодное увеличение, наблюдавшееся в Азии в 2010–2015 годах, было ниже, чем в 2000–2010 годах, но выше по сравнению с данными за 1990-е годы.

Семнадцать процентов мировых лесов, или 651 млн га, сосредоточены на территориях, охраняемых в силу закона. Южная Америка сообщила о самой высокой доле охраняемых лесов (34%). Это объясняется главным образом тем, что в Бразилии 42% лесов сосредоточены в сети охраняемых территорий (таблица 8). С 1990 года площадь лесов в охраняемых зонах увеличилась на 210 млн га, но темпы этого роста замедлились в период 2010–2015 годов. Увеличение площади лесов на охраняемых территориях было особенно заметно в тропиках, где после 1990 года еще 144 млн га лесов впервые получили статус охраняемых (рисунок 21).

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Обезлесение, деградация и фрагментация лесов, загрязнение окружающей среды и изменение климата – все это негативно воздействует на биоразнообразие лесов. Анализ подтвердил, что, несмотря на активизацию усилий по сохранению лесов за последние 25 лет, угроза потери биоразнообразия, проявляющаяся в деградации или утрате девственных лесов, сохраняется и, скорее всего, продолжится. Возможные будущие тенденции определить трудно из-за низкой достоверности данных и отсутствия более подробной информации о динамике девственных лесов. Хотя более обширные лесные массивы будут, вероятно, предназначены для сохранения биоразнообразия, ощутимые результаты в сокращении потерь биоразнообразия будут получены только путем интеграции политики сохранения лесов в более широкие национальные программы развития и за счет систематического анализа компромиссов между потребностью в сохранении биоразнообразия и другими нуждами общества. Расширение практики устойчивого лесопользования также будет способствовать сохранению биоразнообразия.

Биомасса и изменение запаса углерода

ПОЧЕМУ ДАННЫЙ ИНДИКАТОР ЯВЛЯЕТСЯ ВАЖНЫМ?

Биомасса и запасы углерода в лесах являются важными показателями продуктивной функции, энергетического потенциала леса и его способности поглощать углерод. Роль лесов как наземных хранилищ и источников диоксида углерода привлекает все больше внимания с момента принятия в 1997 году Киотского протокола к Рамочной конвенции Организации Объединенных Наций об изменении климата (РКИК ООН).

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

По оценкам, мировые леса хранят 296 Гт углерода[9] как в надземной, так и в подземной биомассе, которая содержит почти половину от общего запаса углерода, накопленного в лесах. Самые высокие значения плотности углерода обнаруживаются в лесах Западной и Центральной Африки и Южной Америки, где хранится около 120 тонн углерода на гектар только лишь в живой биомассе. Среднее мировое значение приближается к 75 тоннам с гектара.

За последние 25 лет запасы углерода в лесной биомассе сократились почти на 17,4 Гт, что эквивалентно сокращению в 697 млн тонн в год, или около 2,5 Гт углекислого газа (СО2). Такое сокращение в основном обусловлено изменениями в запасах углерода, вызванными переводом лесных земель под сельскохозяйственные угодья и населенные пункты, а также деградацией лесистых земель. На Африку, Южную и Юго-Восточную Азию и Южную Америку приходится наибольшая доля этих потерь (рис 22). Самое большое увеличение запасов углерода произошло в Восточной Азии, Европе, Северной Америке, а также в Западной и Центральной Азии. Страны Карибского бассейна сообщили лишь о незначительном увеличении.

За 25-летний период чистые потери углерода сократились с 1,2 Гт в год в 1990-х годах до 0,4 Гт в год в период 2000–2010 годов и на 0,2 Гт в год в период 2010–2015 годов. Одной из причин такого изменения является влияние стран Азии и Южной и Центральной Америки, которым удалось существенно замедлить темпы потери. Бразилия сообщила, что только лишь ее ежегодные потери углерода в надземной и подземной биомассе сократились с 193 млн тонн углерода в год в 1990-х годах до приблизительно 63 млн тонн в год в течение 2010–2015 годов.

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Нынешняя глобальная тенденция снижения запасов углерода, скорее всего, продолжится, но видимо, можно ожидать, что темпы потери стабилизируются. Применение СВОД–плюс и других инициатив способствовало повышению осведомленности о роли лесов как хранилища и источника диоксида углерода. Новые данные, вероятно, так и будут показывать изменения в объеме выбросов парниковых газов лесами. Использование древесной биомассы, вероятно, увеличится, как и признание того, что леса и лесное хозяйство могут сократить выбросы CO2 различными путями, например, путем более широкого использования древесного биотоплива в качестве заменителя ископаемого топлива. Оптимизация использования энергосберегающих строительных материалов, таких как дерево и бамбук, взамен высокоэнергоемких материалов, таких как железо и бетон, будет продолжать вносить вклад в сокращение выбросов парниковых газов. Продукты лесозаготовки могут сыграть свою роль и в хранении углерода и в обеспечении таких полезных функций, как удержание парниковых газов.

Охрана почвенных и водных ресурсов и экологические услуги

ПОЧЕМУ ДАННЫЙ ИНДИКАТОР ЯВЛЯЕТСЯ ВАЖНЫМ?

Леса обеспечивают охрану или сохранение природных ресурсов, включая почвенные и водные ресурсы, и предоставляют экологические услуги. Леса замедляют водную дисперсию и способствуют инфильтрации и просачиванию дождевой воды, насыщающей почву и восполняющей запасы подземных вод. Это является определяющим фактором для получения чистой питьевой воды, чистой воды для сельского хозяйства и для удовлетворения других потребностей человека. Леса защищают почвы от ветра и водной эрозии, от лавин и оползней.

Лес служит местом обитания различных видов, поддерживает биоразнообразие и экологические процессы, а также представляет собой культурную, религиозную и рекреативную ценность, имеющую большое значение для многих лесопользователей. Знание о наличии или отсутствии этих функций, или о существовании угрозы лесам позволяет правительствам определять приоритетные потребности в области природовосстановления.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ?

Согласно страновым отчетам, в период с 1990 до 2015 года площадь лесов, предназначенная для охраны почвенных и водных ресурсов, увеличилась на 185 млн га, и на 201 млн га увеличилась площадь лесов для предоставления экологических услуг. По представленным данным, площадь, предназначенная для охраны почвенных и водных ресурсов, увеличилась на 5% за последние 25 лет и немногим более чем на 6% – для экологических услуг. Географическое распределение этих функций отражает относительные изменения в период 1990–2015 годов (рисунок 23). Большинство стран Латинской Америки и многие страны Африки, Океании и Юго-Восточной Азии сообщили об отсутствии или о незначительной величине такой функции, как охраны почвенных и водных ресурсов, хотя большинство лесных массивов в этих регионах, несомненно, выполняют такую функцию. Следует отметить незначительное изменение этих данных за отчетные периоды: большинство стран, представивших информацию в 2015 году, предоставили аналогичные цифры в 1990 году.

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Площадь лесных фондов, выполняющих защитные функции, обычно стабильна и, похоже, не изменится в ближайшем будущем. Постоянно растет понимание важности поддержания этих функций как для обеспечения продуктивности, так и сохранности лесных фондов, и число стран, представляющих отчеты, по всей вероятности, будет расти. Принимая во внимание существующий интерес к восстановлению лесных земель, очень вероятно, что многие страны будут также проводить оценку наличия или отсутствия данных функций на большей площади лесных фондов и принимать меры к снижению степени деградации лесов.

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНЫЕ ВЫГОДЫ

Экологически устойчивое управление лесами означает обеспечение в течение длительного периода времени предоставления лесами широкого диапазона продуктов и услуг, а также значительных экономических и социальных благ.

Тенденции в продуктивной функции, много-функциональном использовании лесов и в вывозке древесины

ПОЧЕМУ ВАЖНЫ ЭТИ ИНДИКАТОРЫ?

Древесина являются составной частью повседневной жизни практически каждого из нас, ибо мы используем ее в виде бумаги или других лесоматериалов. Отслеживая объемы вывозки производственных круглых лесоматериалов и древесного топлива, мы можем получить приблизительное представление о том, сколько лесоматериалов требуется для удовлетворения наших нужд и как изменяются эти потребности со временем. Основной объем древесины в мире поступает из продуктивных лесов и лесов многофункционального назначения. Отслеживание этих параметров в отдельных странах также показывает, где вывозка леса из таких лесов является незначительной и где деревья за пределами лесов или с других облесенных земель имеют большее значение. Анализ тенденций потребности в лесоматериалах и видов лесов, служащих для заготовки древесины и древесного топлива, помогает подчеркнуть важность классификации этих лесов для долгосрочного обеспечения лесоматериалами.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

С 1990 года потребность в древесине и в лесных землях, отведенных под ее производство, непрерывно растет. Спрос на древесину вырос с 2,75 млрд куб. метров в год в 1990 году до 3,0 млрд куб. метров в год в 2011 году. За период 1990–2015 годов площадь леса для производства древесины и площадь леса многофункционального назначения выросла более чем на 128 млн га.

Около 1,2 млрд гектаров лесов предназначено для получения древесины, причем более половины этой площади сосредоточено в странах с высоким уровнем доходов и только 8% – в странах с низким уровнем доходов (рисунок 24A). По отчетным данным, с 1990 года площадь продуктивных лесов увеличилась на 47 млн га. В дополнение к этому около 1 млрд га площади лесных фондов предназначено для многофункционального использования, и в большинстве случаев сюда входит также и производство древесных и недревесных лесных продуктов (рисунок 24B). Около двух третьих от совокупной площади лесов многофункционального назначения приходится на страны с высоким уровнем доходов, и только одна десятая – на страны с низким уровнем доходов. За последние 25 лет площадь, предназначенная для многофункционального использования, увеличилась приблизительно на 82 млн га, причем в основном этот рост относится к странам с уровнем доходов выше среднего (рисунок 25)[10].

В 2011 году общий объем вывозки древесины составил около 3 млрд куб. метров, что равнозначно 0,65% совокупному запасу древостоя (рисунок 26). По полученным данным, в период 1990–2011 годов объем вывозки древесины вырос приблизительно на 250 млн куб. метров в год[11]. Самый низкий объем вывозки древесины относится к 1992 году (2,6 млрд куб. метров), что в большой степени объясняется резким сокращением вывозки древесины по данным Российской Федерации. Самый высокий объем вывозки зарегистрирован в 2005 году (около 3 млрд куб. метров). После финансового кризиса 2007–2008 годов, Европа и Северная Америка вместе представили данные о снижении объема вывозки древесины с 1,3 млрд куб. метров в 2007 году до 1 млрд куб. метров в 2009 году. Затем был отмечен рост вплоть до 1,1 млрд в 2011 году (рисунок 26). В других регионах не был отмечено значительного суммарного снижения объема вывозки древесины вследствие финансового кризиса. Страны с самыми высокими показателями вывозки древесины приведены в таблице 9.

На мировом уровне почти половина общего объема вывозимой древесины используется в качестве древесного топлива, однако доля древесного топлива значительно варьируется в странах с разной категорией доходов (рисунок 27). Для стран с высоким уровнем доходов доля древесного топлива составляет около 17%, для стран с уровнем доходов выше среднего – 41%, а для стран с уровнем доходов ниже среднего и с низким уровнем доходов – 86 и 94% соответственно. Самая высокая доля лесных фондов, предназначенная для производства и многофункционального использования, относится к странам с высоким уровнем доходов (72%), затем следуют страны с уровнем доходов ниже среднего (52%), с низким уровнем (48%) и с уровнем выше среднего (36%).

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Спрос на лесные продукты, похоже, будет продолжать расти на мировом уровне. В странах с высоким уровнем доходов доля древесного топлива, возможно, возрастет, поскольку древесина является экологическим и возобновляемым источником энергии, при этом часть возобновляемых источников энергии будет производиться из промышленных отходов и из древесины низкого качества. В странах с низким уровнем доходов эта доля, скорее всего, снизится в большинстве регионов. Данные по площади продуктивных и многофункциональных лесов, скорее всего, останутся без изменений, хотя и понятно, что большая часть вывозки древесины будет осуществляться из иных облесенных земель, за счет деревьев за пределами лесов и из лесов, предназначенных для других целей.

Доля лесного хозяйства в валовом внутреннем продукте

Программа ОЛР стремится гармонизировать процедуры с Международной стандартной отраслевой классификацией всех видов экономической деятельности (МСОК, 2008) с 2010 года. В соответствии с МСОК, границы лесного сектора могут быть представлены суммой трех категорий: лесоводство и лесозаготовки (МСОК, Ред. 4, Подраздел 02), производство древесины (МСОК, Ред. 4, Подраздел 16) и производство бумаги и изделий из бумаги (МСОК, Ред. 4, Подраздел 17). ОЛР–2015 ограничивается первичным производством в этом секторе, т.е. категорией «лесоводство и лесозаготовки» (МСОК, Ред. 4, Подраздел 02). Поэтому статистические данные о добавленной стоимости в лесном хозяйстве и статистика занятости относятся исключительно к категории «лесоводство и лесозаготовки».

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Лесное хозяйство вносит свой вклад в ВВП страны как в формальном, так и в неформальном секторах экономики. Во многих быстро развивающихся странах относительная роль лесного хозяйства и лесозаготовок снижается на национальном уровне. Однако экономическое влияние доходов, получаемых за счет лесного хозяйства и лесозаготовок, ощущается в основном на местном уровне. Динамика доли лесных производственных операций, включенная в ОЛР–2015, отражает экономическую значимость этого сектора на национальном уровне. Добавленная стоимость соотносится с экономикой всей страны, поэтому данный индикатор отражает эффективность лесного хозяйства, лесозаготовок и ВВП.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

Доля лесного сектора в общем объеме ВВП составляет 600 млрд долларов США, или 0,8% от глобального объема ВВП. Из них доля лесного хозяйства и лесозаготовок в 2011 году составила 150 млрд долларов США, или 0,2% от общего объема ВВП. На мировом уровне на страны с низким уровнем доходов приходится лишь 4% от общего объема добавленной стоимости, полученной от лесного хозяйства и лесозаготовок, – однако в большинстве случаев их вклад был чрезвычайно важным. В среднем страны с высоким уровнем доходов отводили большую долю лесных угодий под продуктивные цели или под многофункциональное использование и имели самую низкую долю лесного хозяйства в ВВП, причем почти вся эта сумма (84%) обеспечивалась скорее древесиной, чем древесным топливом (рисунок 28). И наоборот, страны с низким уровнем доходов используют для производства и многофункционального использования меньшую часть лесных угодий, и в основном они производят древесное топливо, в то время как доля лесного хозяйства в их ВВП намного выше (1,3%).

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

По мере роста национального дохода будет развиваться тенденция снижения степени зависимости от древесного топлива для бытового использования в долевом отношении к ВВП. Для стран с низким уровнем доходов и стран с доходами ниже среднего доля древесного топлива в ВВП будет оставаться значительной в прогнозируемом будущем. В странах с высоким уровнем доходов стоимость продукции нелесного сектора будет расти быстрее, чем добавленная стоимость в лесном хозяйстве. Однако в любом случае добавленная стоимость в лесном хозяйстве имеет меньшее значение на национальном уровне по сравнению с местным уровнем, где общины и регионы могут в большей степени зависеть от доходов, получаемых от лесов.

Недревесные лесные продукты

Недревесные лесные продукты (НДЛП) обычно являются источником средств к существованию для сельских жителей и для промышленности, перерабатывающей или использующей эти продукты. Понимание стоимости НДЛП помогает подчеркнуть их значимость для развития экономики стран и для стратегий управления лесными ресурсами. Стоимость этих продуктов в рамках ОЛР–2015 определяется как реализационная рыночная стоимость.

Несмотря на важность НДЛП, сложно получить надежные и обоснованные данные в этом секторе в связи с тем, что во всем мире большинство из этих продуктов не представлены на товарных рынках, в то время как данные о их нерыночной стоимости обычно являются ненадежными или вовсе отсутствуют, а данные о рыночной стоимости заготовленных НДЛП, безусловно, существенно занижены относительной их реальной стоимости.

Занятость в лесном хозяйстве

ОЛР–2015 содержит данные об эквиваленте полной занятости в секторе лесного хозяйства и лесозаготовок. Они относятся только к занятым в лесном хозяйстве, а не во всем лесном секторе (куда входит занятость в секторе производства лесоматериалов и соответствующие рабочие места). Эти цифры охватывают оценки занятости в формальном и неформальном секторах (МСОК/КДЕС, Ред. 4, вид деятельности A02). Они дополняют данные, опубликованные в докладе «Состояние лесов мира» (ФАО, 2014), основанном на сведениях из многочисленных источников.

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Занятость в лесном хозяйстве и в лесозаготовках во многом определяет экономическое, экологическое и социальное благополучие общества. Лесохозяйственная деятельность характерна для сельской местности, где обычно бывает мало других возможностей для трудоустройства населения. Поэтому обеспечение занятости в этих сообществах является особенно важным вопросом. Оценка и представление отчетности по занятости дают понять, сколько рабочих мест существует в сельских лесных районах.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

Занятость в лесном хозяйстве в 2010 году составила 12,7 млн человек (в эквиваленте полной занятости), причем 79% из них – это жители Азии, в основном, Бангладеш, Индии и Китая. Показатели занятости в лесном хозяйстве и на лесозаготовках были достаточно стабильными за последние 20 лет и начали слегка снижаться с 2005 года (рисунок 29), однако их рост продолжается в тропическом поясе, что частично объясняется низким уровнем механизации этого сектора. Занятость в лесном хозяйстве (в основном в лесозаготовках и лесоводстве, включая производство древесного топлива и сбор недревесных лесных продуктов) весьма неполно отражена в отчетах в связи с отсутствием соответствующих данных, в частности, по неформальной или неполной занятости.

Только 29 стран представили отчеты как о занятости в целом, так и о занятости женщин за все отчетные годы, что свидетельствует об отсутствии гендерно дезагрегированных данных о занятости в большинстве стран. В странах, представляющих отчеты ежегодно, доля женской занятости постоянно увеличивалась от 20% в 1990 году до 30% в 2010 году.

Страны с наибольшим количеством женщин, работающих в лесном секторе: Бангладеш (600 000), Китай (301 000) и Мали (180 000). Страны с наибольшей долей занятых женщин: Мали (90%), Монголия и Намибия (45%) и Бангладеш (40%). Бангладеш модернизировал свою политику и законодательство в области лесного хозяйства с целью повышения роли женщин в развитии социального измерения лесного хозяйства. В Монголии женщины традиционно заняты сбором топливной древесины, лесовосстановлением и обучением, в то время как в Мали женщины активно участвуют в сборе древесного топлива и недревесных лесных продуктов.

За последние 20 лет количество работников на 1000 гектаров лесного фонда увеличилось с 3,0 до 3,1. Существуют значительные различия между странами, что частично объясняется значимостью сектора лесного хозяйства на национальном уровне.

За последние 10 лет производительность труда (т.е. объем произведенной работником продукции за единицу времени) постоянно растет (рисунок 30). Производительность повышается по мере экономического развития страны. В странах тропического пояса занятость и вывозка древесины увеличивается одинаковыми темпами, в связи с чем производительность практически не изменяется. Обратная тенденция наблюдается в странах бореального пояса, где занятость снижалась более высокими темпами по сравнению с темпами вывозки леса, в связи с чем производительность оставалась высокой в период кризиса 2007–2009 годов.

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Похоже, что в целом занятость в лесном хозяйстве будет снижаться по мере роста производительности труда в большинстве регионов мира. Это снижение вряд ли затронет страны с высоким показателем использования древесного топлива, где маловероятно, что эффективность использования трудовых ресурсов изменится в обозримом будущем.

Право собственности на леса и право на управление лесными ресурсами

ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОКАЗАТЕЛЬ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Информация о том, кто является обладателем права на владение лесом и права на управление лесными ресурсами является важнейшим элементом для отслеживания экологического, социального и экономического развития. Ясное и четкое определение прав собственности и прав на управление лесами является важным для эффективного и устойчивого управления лесным хозяйством. Информация о том, кто имеет право собственности на леса, помогает лучше понять, кто контролирует деятельность по управлению лесами и их использованию, и кто получает блага или несет потери от лесохозяйственной деятельности. Хорошо налаженная система лесовладения служит стимулом для вложения капитала со стороны как правительства, так и частного сектора, а также играет роль в создании системы поощрений для стимулирования устойчивого использования лесных ресурсов.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

Представление отчетности о лесовладении улучшилось, и возросла доля лесов, находящихся в частной собственности. В 1990 году 64% совокупной площади лесных фондов находились в государственной собственности, 13% – в частной, в то время как принадлежность права собственности на 1% лесов была неизвестна, а на 23% лесов сведения о собственности не сообщались. В 2010 году в государственной собственности было 74% совокупной площади лесных фондов, в частной – 19%, в неизвестной собственности – 4%, и на 3% лесов сведения о собственности не сообщались. Тем не менее глобальные данные не дают полного представления о важности лесов, находящихся в частном владении, для стран, в которых существует частная форма собственности на леса. В странах, в которых имеются как частные, так и государственные леса, доля частной собственности на леса выросла с 26% в 1990 году до 30% в 2010 году. Западная и Центральная Африка является регионом с самой высокой долей государственного лесовладения (99%), за ним следует Западная и Центральная Азия (98%) и Южная и Юго-Восточная Азия (90%). Самая высокая доля частных лесов приходится на Восточную Азию и Океанию (42%), за которыми следует Северная Америка (33%).

В странах с доходами выше среднего отмечалось самое высокое – почти вдвое – увеличение объемов лесов, находящихся в частном владении (рисунок 31). Прирост в Китае составил 85 млн га, что связано с реформой коллективного лесовладения, осуществленной в 2008 году.

В период 1990–2010 годов доля индивидуального частного лесовладения увеличилась с 42% в 1990 году до 56% в 2010 году, в то же время снизилась доля лесных угодий, принадлежащих частным предприятиям, учреждениям, а также местным собществам, племенам и общинам коренных народов. Хотя относительная доля лесов, находившихся в собственности общин, снизилась с 19% в 1990 году до 15% в 2010 году, на практике абсолютная площадь лесов, принадлежащих общинам, увеличилась с 60 млн га до 64 млн га.

Доля лесов, находящихся в государственной собственности в национальном масштабе, снизилась с 47% в 1990 году до 23% в 2010 году. Это связано, в основном, с крупномасштабным переходом от национальной к субнациональной собственности в Российской Федерации.

На рисунке 32 представлена тенденция неуклонного сокращения доли лесов, принадлежащих общинам и частному бизнесу, и увеличения доли лесов в частном владении граждан.

В глобальном масштабе право на управление государственными лесами принадлежит именно государству (почти 82%), на частные компании приходится 15% (рисунок 33). В период 1990–2010 годов полномочия государственных органов в сфере управления сократились с почти 95% в 1990 году до почти 82% в 2010 году.

Странами с самыми крупными государственными лесными угодьями, находящимися в управлении общин, были Бразилия и Колумбия с площадью 152 млн га и 30 млн га соответственно. Тимор-Лешти, Сен-Пьер и Микелон сообщили о том, что право на управление полным объемом их государственных лесов принадлежало местным общинам.

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Современная тенденция передачи прав владения лесными угодьями частному сектору и расширения полномочий частных компаний в сфере управления лесами, по всей видимости, продолжится. Похоже, что во многих странах продолжится и тенденция децентрализации управления лесным хозяйством с передачей полномочий с национального на субнациональный уровень. Приватизация лесного фонда в странах с доходами выше среднего, скорее всего, продолжится, особенно по мере роста национального дохода.

Особое значение лесных фондов для малых островных развивающихся государств

ПОЧЕМУ ЛЕСА СТОЛЬ ВАЖНЫ ДЛЯ ЭТИХ ГОСУДАРСТВ?

Лесной покров малых островных развивающихся государств (МОСРГ)[12] составляет менее 1% мирового лесного фонда, и эта цифра незначительна в глобальном масштабе. Однако во многих таких странах леса и деревья играют более важную роль в социальном и экономическом развитии, чем во многих более крупных странах. Среда обитания на многих островах имеет важное значение для сохранения биоразнообразия в глобальном масштабе, особенно это касается сохранения эндемических видов растений и животных.

Управление лесами имеет большое значение для данных государств в свете определяющей роли лесов в охране почвенных и водных ресурсов и в укреплении потенциала противодействия бедствиям. В дополнении к этому прибрежные и мангровые леса имеют большое значение для морской среды обитания и для защиты от береговой эрозии.

ЧТО ИЗМЕНИЛОСЬ И ПОЧЕМУ?

Малые островные развивающиеся государства отличаются самой высокой долей лесного покрова относительно их общей площади земель, покрытых лесами. Фактически шесть из десяти стран с самым высоким соотношением площади лесов к площади суши относятся именно к группе МОСРГ. За 25-летний период общая площадь лесов в этих государствах увеличилась с 80,8 млн га до 82 млн га в 2015 году.

Пять государств с самой обширной площадью лесов имеют 86% общей площади лесного фонда МОСРГ, в то время как 38 государств с самой малой площадью лесов – лишь 1,6% общей площади лесного фонда (таблица 11). В то время как площадь лесов в государствах МОСРГ с наименьшим объемом лесного фонда увеличилась в период 1990–2010 годов, темпы роста снизились с +11 000 гектаров в 1990-х годах до +2800 в 2000-х годах. Это привело в потере площади лесов в размере 1000 гектаров в год в период 2010–2015 годов.

Площадь лесов в возросла в государствах МОСРГ с обширным лесным фондом и в категориях стран с высоким уровнем доходов и с доходами выше среднего уровня, в то время как она снизилась в странах с доходами ниже среднего и с низким уровнем доходов (рисунок 34) и в государствах с малой площадью лесов (рисунок 35).

Благодаря широкому видовому разнообразию растительного мира, ставшему местом обитания огромного количества различных видов животных, мангровые экосистемы не только богаты биоразнообразием, но и защищают от последствий природных катастроф, таких как циклонов, эрозии, возникающей вследствие повышения уровня морей, и цунами. Они также отличаются ландшафтными ресурсами, представляющими высокую ценность для жилищного строительства и туризма. Площадь мангровых лесов в мире составляет почти 15 млн га, из них 15% (2,2 млн га) находятся на территории МОСРГ.

КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ?

Леса малых островных развивающихся государств будут оставаться важными для обеспечения биоразнообразия и социальных и экономических ценностей. Сложно прогнозировать процесс изменений лесов по причине неустойчивости темпов изменений, однако маловероятно, что в этой области произойдут крупные изменения в обозримом будущем. Единственным исключением, возможно, будут малые МОСРГ с сокращающейся площадью лесов; и эта проблема приобретает все большое значение в свете темпов потери лесов, наблюдающихся в этих странах в последние 25 лет.

Взгляд на будущую динамику лесов

ПОЧЕМУ ЭТО ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ?

Понимание процессов, происходивших с лесными ресурсами в прошлом, помогает оценить текущее состояние лесов и выявить те области, которые подверглись важнейшим изменениям, но не всегда подсказывает, чего можно ожидать в будущем. Рост численности населения планеты, спрос на продовольствие и лесоматериалы, сокращение площади почв, пригодных для возделывания сельскохозяйственных культур, расширение доступа к покрытым лесом землям – все эти факторы определяют будущее лесных фондов. И это относится как к лесам, выполняющим функцию сохранения, так и к лесам, выполняющим продуктивную функцию.

КАКИХ ИЗМЕНЕНИЙ МОЖНО ОЖИДАТЬ?

Изменения в площади лесов существенно варьируются в разных регионах. На рисунке 36 приведены данные по площади лесов в различных регионах, рассчитанные по данным ОЛР за период 1990–2010 годов (сплошная линия); прогнозные данные, смоделированные в программе Модели управления глобальными лесными ресурсами (GFRM) до 2050 года (пунктирная линия); и данные, заимствованные из отчетов ОЛР–2015 в отношении конкретных целей (ожиданий) каждой страны на период до 2030 года (точки). Самая большая доля потери лесов ожидается в Латинской Америке, за ней следует Африка. Во всех других регионах прогнозируется увеличение лесного фонда. Обратите внимание на то, что расхождения в данных по Азии и Африке в значительной степени обусловлено низким числом стран, представляющих отчеты, а также ожидаемым изменением тенденций в определенных странах этих регионов.

Регион, охватывающий Южную и Северную Америку, отличается самой обширной площадью лесов, выполняющих природоохранную функцию, и небольшой прогнозируемой долей потерь в охраняемых зонах. Согласно прогнозам, Африка и Азия потеряют самую большую долю природоохранных зон (–0,7% и –0,9%). В субрегионах, где прогнозируемые потери лесов либо малы, либо отсутствуют – это Восточная Азия, Западная и Центральная Азия и Северная Африка – существует весьма малая площадь природоохранных зон.

Всего 91 страна представила отчет с прогнозами изменения своих лесных фондов к 2030 году. Большинство стран (58) ожидают, что существующая в настоящее время тенденция сохранится. Прогнозируются потери в Бразилии и Мали, а расширение лесов – в Индии, Китае и в Российской Федерации. С другой стороны, за последние 15 лет площадь лесных фондов увеличилась в Беларуси, Бутане, Исламской Республике Иран и в США, однако эти страны ожидают убыли лесов в ближайшие 15 лет. И наоборот, в таких странах, как Аргентина, Индонезия, Непал, Нигерия, Объединенная Республика Танзания и Таиланд ожидается расширение площади лесов, вопреки наблюдавшихся в прошлом потерь.

Относительно климатических поясов, очевидно, что наибольший риск исчезновения лесов сохранится в тропических зонах, и этот риск особенно высок для продуктивных лесов (таблица 12). Степень риска снижается в субтропиках, и является очень низкой в умеренном и бореальном поясах. Ожидается, что сокращение охраняемых лесов будет следовать описанному выше сценарию, но темпы потерь здесь будут существенно ниже.

Очевидно, что к лесам, находящимся под большой угрозой конверсии, относятся продуктивные или многофункциональные леса в тропическом поясе. Похоже, что в ближайшем будущем риск перехода охраняемых лесов к другой форме землепользования является относительно незначительным.

Источники и качество данных

Основная доля данных, приведенных в настоящей публикации и в других материалах ОЛР–2015, получена из отчетов стран, подготовленных национальными правительствами. Эти отчеты, как правило, составляются национальными корреспондентами и визируются органами управления лесным хозяйством страны в соответствии с принятыми национальными регламентами или практикой.

ОЛР–2015 содержит отчеты 234 стран и территорий, 155 из которых получены из докладов стран, подготовленных национальными корреспондентами, которых назначают государственные ведомства, отвечающие за лесное хозяйство. Другие материалы являются результатом тематических исследований, которые с момента проведения ОЛР–2000 использовались в качестве оценочных данных в рамках лесной статистики по странам и территориям, не назначившим своих национальных корреспондентов или не представившим свои страновые отчеты. Несмотря на большое количество тематических исследований, в общей сложности они соответствуют лишь 1,2% совокупной площади лесов мира. Это значит, что для ОЛР–2015 страны сами представили данные, охватывающие 98,8% совокупной площади лесов мира.

Процесс сбора данных и представления отчетности на период до 2015 года сопровождался рядом семинаров и учебных мероприятий, проводимых с целью обеспечения максимальной степени согласованности между отчетами. В рамках ОЛР–2015 этому содействовал сбор данных через онлайновый портал «Информационная система управления по лесным ресурсам (ИСУЛР/FRIMS)». Странам были предоставлены таблицы, в которые были уже введены данные, представленные ими за период с 1990 по 2010 год для ОЛР–2010.

Странам было предложено проверить прежние цифры и уточнить их в случае поступления новых данных, и затем дать оценочные данные за 2015 год. Это дает возможность странам уточнять предыдущие отчеты по мере поступления новых данных. Помимо сбора данных, представляемых странами, ФАО вместе с национальными корреспондентами работала над данными, полученными из внешних источников. Большая часть таких источников представляет собой материалы, ранее предоставленные национальными правительствами Организации Объединенных Наций, включая данные о численности населения, площади лесов и вывозке древесины.

Важно отметить, что доклады стран были индивидуально рецензированы специалистами ФАО, членами Партнерства по Совместному вопроснику по лесным ресурсам по программе (СВЛР) и сторонними экспертами. Рецензии были переданы национальным корреспондентам для включения в индивидуальные страновые отчеты, и, в случае необходимости, в данные были внесены соответствующие исправления перед тем, как ввести их в окончательную версию базы данных ОЛР–2015.

Формат отчетности предусматривал представление странами справочных данных и данных для расчета различных показателей. В некоторых случаях страны представили полную и качественную документацию, которая позволяет пользователям проверить и пересчитать значения, представленные для ОЛР–2015. Пользователи могут получить дополнительные сведения, ссылки и описательные материалы, представленные в докладах стран[13]. Здесь же размещены публикации и документы, включающие термины и определения, а также руководство по представлению отчетности для ОЛР–2015.

В рамках ОЛР–2015 используется набор категорий различных уровней, аналогичный используемому Межправительственной группой экспертов по изменению климата (МГЭИК). Уровни должны указываться по всем переменным, которые могли иметь более одного источника данных. Эти уровни были определены странами для каждой из включенных в отчет переменных, для статуса (т.е. самый последний отчет) и тенденции (т.е. за два или более отчетных периодов). Странам было предложено присвоить уровень каждой оценочной переменной: Уровень 1 (экспертная оценка), Уровень 2 (неглубокие или неполные обследования, старые данные) или Уровень 3 (высокая надежность, последние источники данных национального масштаба). В соответствии с такой классификацией в ИСУЛР приводятся точные определения каждого уровня; эти определения доступны в диалоговом режиме в Докладах стран по ОЛР.

Библиография

ФАО. 2010. Глобальная оценка лесных ресурсов – 2010. Рим (доступно по адресу: www.fao.org/forestry/fra/fra2010/en/).

FAO. 2012. FRA–2015. Terms and Definitions. Forest Resources Assessment Working Paper 180. Рим (доступно по адресу: http://www.fao.org/docrep/017/ap862e/ap862e00.pdf).

ФАО. 2014. «Состояние лесов мира» 2014. Рим (доступно по адресу: www.fao.org/forestry/sofo/en/).

FAO. Country Reports. Рим (доступно по адресу: www.fao.org/forestry/fra2015.

Fernholz, K. & Kraxner, F. 2012. Certified forest products markets, 2011–2012. В UNECE/FAO Forest Products Annual Market Review. Женева, Европейская экономическая комиссия Организации Объединенных Наций (доступно по адресу: www.unece.org/fileadmin/DAM/timber/publications/10.pdf).

МСОК. 2008. Международная стандартная отраслевая классификация всех видов экономической деятельности (МСОК), Ред. 4. Статистические документы серии M, №4, Ред.  4. Нью-Йорк, Организация Объединенных Наций (доступно по адресу: unstats.un.org/unsd/publication/seriesM/seriesm_4rev4e.pdf).

Генеральная ассамблея Организация Объединенных Наций. Резолюция, принятая Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций, A/RES/62/98, 31 января 2008. Нью-Йорк, Организация Объединенных Наций.

[1]Рассчитано исходя из территории суши в 2015 году.

[2]Сумма девственных лесов и других лесов, восстанавливающихся естественным путем.

[3]Европейская экономическая комиссия Организации Объединенных Наций (ЕЭК ООН), ЛЕСА ЕВРОПЫ, Международная организация по тропической древесине (МОТД), Монреальский процесс, ФАО, Центральноафриканская комиссия по лесоводству/Обсерватория лесов в Центральной Африке (КОМИФАК/ОФАК).

[4]Определение УУЛ, используемое Организацией Объединенных Наций: «[УУЛ] это динамическая и развивающаяся концепция, [которая] направлена на поддержание и усиление экономических, социальных и природоохранных ценностей всех видов лесов на благо настоящего и будущих поколений». Резолюция Генеральной ассамблеи Организации Объединенных Наций A/RES/62/98, 31 января 2008.

[5]Сочетание постоянных лесов, определенных в силу закона (например, постоянный лесной фонд), и государственных оценок частных лесных угодий, которые по всей вероятности сохранятся в виде постоянных лесов.

[6]Не учитывается по причине возможного двойного учета в случае применения различных схем сертификации, и составляет около 2% от общей суммы в основном в Европе (см. Fernholz and Kraxner, 2012, pp. 107–116).

[7]Сокращение выбросов, обусловленных обезлесением и деградацией лесов.

[8]Термины и дефиниции переменных, включенных в ОЛР–2015, см. FRA 2015 Terms and Definitions (доступно по адресу://www.fao.org/docrep/017/ap862e/ap862e00.pdf).

[9]Эта цифра включает в себя как данные, представленные странами, так и оценочные значения, восполняющие недостающие данные.

[10]Обратите внимание на то, что это сумма по всем странам. Тенденции по странам, представлявшим отчеты во все годы, отражены кривой на рисунке 24.

[11]Это значение включает сумму по всем странам за оба года. По приблизительному расчету, недостающие данные за 1990 год составляют приблизительно 4% от общего объема вывозки древесины за 1990 год, однако они не включены в это значение по причине неопределенности этих данных.

[12]Американское Самоа, Ангилья, Антигуа и Барбуда, Аруба, Багамские Острова, Барбадос, Бахрейн, Белиз, Британские Виргинские острова, Вануату, Виргинские острова США, Гаити, Гайана, Гвинея-Биссау, Гренада, Гуам, Доминика, Доминиканская Республика, Кабо-Верде, Кипр, Кирибати, Коморские Острова, Куба, Маврикий, Мальдивские о-ва, Мальта, Маршалловы острова, Микронезия (Федеративные Штаты), Монтсеррат, Науру, Нидерландские Антильские острова, Ниуэ, Новая Каледония, Острова Кука, Палау, Папуа-Новая Гвинея, Пуэрто-Рико, Самоа, Сан-Томе и Принсипи, Северные Марианские острова, Сейшельские острова, Сент-Китс и Невис, Сент-Винсент и Гренадины, Сент-Люсия, Сингапур, Соломоновы острова, Суринам, Тимор-Лешти, Тонга, Тринидад и Тобаго, Тувалу, Фиджи, Французская Полинезия, Ямайка.

[13]См. www.fao.org/forestry/fra2015.