Данная флагманская публикация является частью серии ПОЛОЖЕНИЕ ДЕЛ В МИРЕ Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций.

Обязательная ссылка:

ФАО. 2022. Cостояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022. На пути к “голубой” трансформации. Рим, ФАО.

https://doi.org/10.4060/cc0461ru

Используемые в настоящем информационном документе обозначения и представление в нем материала не означают выражения какого-либо мнения со стороны Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций (ФАО) относительно правового статуса или уровня развития той или иной страны, территории, города или района, или их принадлежности, или относительно делимитации их границ или рубежей. Упоминание конкретных компаний или продуктов определенных производителей, независимо от того, запатентованы они или нет, не означает, что ФАО одобряет или рекомендует их, отдавая им предпочтение перед другими компаниями или продуктами аналогичного характера, не упомянутыми в тексте.

Используемые на картах обозначения и представление на них материала не означают выражения какого-либо мнения со стороны ФАО относительно правового или конституционного статуса той или иной страны, территории или морского района, или относительно делимитации их границ. Пунктирные линии на географических картах обозначают приблизительные границы, которые могут быть окончательно не согласованы.

ISSN 2070-6197 [ПЕЧАТНАЯ ВЕРСИЯ]

ISSN 2663-8657 [ЭЛЕКТРОННАЯ ВЕРСИЯ]

ISBN 978-92-5-136472-7

© ФАО, 2022

Некоторые права защищены. Настоящая работа предоставляется в соответствии с лицензией Creative Commons “С указанием авторства – Некоммерческая – С сохранением условий 3.0 НПО” (CC BY-NC-SA 3.0 IGO; https://creativecommons.org/licenses/by-ncsa/3.0/igo/deed.ru).

Cогласно условиям данной лицензии настоящую работу можно копировать, распространять и адаптировать в некоммерческих целях при условии надлежащего указания авторства. При любом использовании данной работы не должно быть никаких указаний на то, что ФАО поддерживает какую-либо организацию, продукты или услуги. Использование логотипа ФАО не разрешено. В случае адаптации работы она должна быть лицензирована на условиях аналогичной или равнозначной лицензии Creative Commons. В случае перевода данной работы, вместе с обязательной ссылкой на источник, в него должна быть включена следующая оговорка: “Данный перевод не был выполнен Продовольственной и сельскохозяйственной организацией Объединенных Наций (ФАО). ФАО не несет ответственности за содержание или точность данного перевода. Достоверной редакцией является издание на английском языке”.

Возникающие в связи с настоящей лицензией споры, которые не могут быть урегулированы по обоюдному согласию, должны разрешаться через посредничество и арбитражное разбирательство в соответствии с положениями Статьи 8 лицензии, если в ней не оговорено иное. Посредничество осуществляется в соответствии с “Правилами о посредничестве” Всемирной организации интеллектуальной собственности http://www.wipo.int/amc/ru/mediation/rules/index.html, а любое арбитражное разбирательство должно производиться в соответствии с “Арбитражным регламентом” Комиссии Организации Объединенных Наций по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ).

Материалы третьих лиц. Пользователи, желающие повторно использовать материал из данной работы, авторство которого принадлежит третьей стороне, например, таблицы, рисунки или изображения, отвечают за то, чтобы установить, требуется ли разрешение на такое повторное использование, а также за получение разрешения от правообладателя. Удовлетворение исков, поданных в результате нарушения прав в отношении той или иной составляющей части, авторские права на которую принадлежат третьей стороне, лежит исключительно на пользователе.

Продажа, права и лицензирование. Информационные продукты ФАО размещаются на веб-сайте ФАО (www.fao.org/publications); желающие приобрести информационные продукты ФАО могут обращаться по адресу: publications-sales@fao.org. По вопросам коммерческого использования следует обращаться по адресу: www.fao.org/contact-us/licence-request. За справками по вопросам прав и лицензирования следует обращаться по адресу: copyright@fao.org.

ФОТОГРАФИЯ НА ОБЛОЖКЕ: ©Theerawat Payakyut | Dreamstime.com

ТАИЛАНД. Подготовка рыболовных сетей на лодке.

СОДЕРЖАНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ

МЕТОДИКА

ВЫРАЖЕНИЕ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ

СОКРАЩЕНИЯ И АББРЕВИАТУРЫ

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ

РЕЗЮМЕ

ЧАСТЬ 1

ОБЗОР ПОЛОЖЕНИЯ В МИРЕ

Краткая информация о рыболовстве и аквакультуре

Общий объем продукции рыболовства и аквакультуры

Продукция промышленного рыболовства

Производство продукции аквакультуры

Состояние рыбных ресурсов

Рыболовный флот

Занятость в секторе рыболовства и аквакультуры

Использование и переработка продукции рыболовства и аквакультуры

Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов

Торговля продукцией промышленного рыболоства и аквакультуры

ЧАСТЬ 2

НА ПУТИ К “ГОЛУБОЙ” ТРАНСФОРМАЦИИ

“Голубая” трансформация. Концепция преобразования продовольственных систем, в которых используются водные ресурсы

Интенсификация и расширение устойчивого производства продукции аквакультуры

Совершенствование управления рыболовством

Инновации в производственно-сбытовых цепочках в рыболовстве и аквакультуре

Международный год кустарного рыболовства и аквакультуры – 2022

ЧАСТЬ 3

“ГОЛУБАЯ” ТРАНСФОРМАЦИЯ КАК СРЕДСТВО ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ПОВЕСТКИ ДНЯ В ОБЛАСТИ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ НА ПЕРИОД ДО 2030 ГОДА

Десятилетие действий по достижению глобальных целей

Десятилетие, посвященное науке об океане в интересах устойчивого развития (2021-2030)

Десятилетие по восстановлению экосистем и действия по всестороннему учету проблематики биоразнообразия

ЧАСТЬ 4

НОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

COVID-19 – беспрецедентный кризис: первые выводы

Адаптация рыболовства и аквакультуры к изменению климата

На пути к гендерному равенству в секторе рыболовства и аквакультуры

Прогнозы по развитию рыболовства и аквакультуры

ГЛОССАРИЙ

БИБЛИОГРАФИЯ

ТАБЛИЦЫ

1 Производство, использование и продажа продукции мирового рыболовства и аквакультуры

2 Продукция морского промышленного рыболовства – страны и территории с самым значительным объемом производства

3 Продукция морского промышленного рыболовства: основные виды и рода

4 Продукция рыболовства во внутренних водоемах и морского промышленного рыболовства: основные промысловые районы ФАО

5 Продукция промышленного рыболовства во внутренних водоемах – страны и территории самым высоким объемом производства

6 Объем и рост объема продукции аквакультуры

7 Распределение аквакультуры по регионам и по отдельным крупнейшим производителям

8 Продукция аквакультуры во внутренних водоемах, морской и прибрежной аквакультуры в разбивке по регионам и по основным группам видов, 2020 год

9 Искусственное выращивание костных рыб в садках и огороженных участках во внутренних водоемах в отдельных странах

10 Производство продукции аквакультуры в мире – основные виды (включая видовые группы)

11 Предоставленные отдельными странами и территориями данные по количеству моторных и немоторных судов в составе рыболовного флота в разбивке по ОД, 2020 год

12 Число занятых в рыболовстве и аквакультуре в мире в разбивке по регионам в отдельные годы, 1995–2020 год

13 Занятость на этапе переработки продукции из водного происхождения в разбивке по странам в отдельные годы, 1995–2020 годы

14 Общее и подушевое видимое потребление пищевой продукции из водных биоресурсов по регионам и экономической категории, 2019 год

15 Основные проблемы и решения в части укрепления потенциала в области управления рыболовством в условиях ограниченных данных и потенциала

16 Динамика предоставления членами ФАО данных по показателю достижения ЦУР 14.6.1 в разбивке по регионам, 2018–2022 годы

17 Динамика предоставления членами ФАО данных по показателю достижения ЦУР 14.b.1 в разбивке по регионам, 2018–2022 годы

18 Прогнозы по производству продукции рыболовства и аквакультуры на период до 2030 года (эквивалент живого веса)

РИСУНКИ

1 Продукция мирового промышленного рыболовства и аквакультуры

2 Использование и видимое потребление продукции мирового рыболовства и аквакультуры

3 Продукция мирового рыболовства и аквакультуры в мире (с учетом и без учета водорослей)

4 Доля продукции мирового рыболовства и аквакультуры, добываемой во внутренних водоемах и в морских водах

5 Доля регионов в общемировом объеме производства продукции промышленного рыболовства и аквакультуры

6 Продукция промышленного рыболовства и аквакультуры в мире в разбивке по категориям МССКВЖР в 2020 году, в абсолютных цифрах и процентах

7 Динамика показателей мирового промышленного рыболовства

8 Десять стран с самым высоким объемом продукции промышленного рыболовства, 2020 год

9 Средний объем продукции промышленного рыболовства, 2018–2020 годы

10 Продукция морского промышленного рыболовства: тенденции по трем основным категориям промысловых районов

11 Пять стран с самым высоким объемом производства продукции промышленного рыболовства во внутренних водоемах

12 Средний объем продукции промышленного рыболовства во внутренних водоемах в разбивке по странам, 2018–2020 годы

13 Производство продукции аквакультуры, 1990–2020 годы

14 Годовой прирост объема продукции аквакультуры водных животных в разбивке по континентам, 1990–2020 годы

15 Распределение продукции по отдельным основным группам видов и типам аквакультуры, 2005–2020 годы

16 Доля продукции аквакультуры в общем объеме продукции рыболовства и аквакультуры (без учета водорослей) в разбивке по регионам, 2000–2020 годы

17 Сравнение темпов развития рыболовства и аквакультуры в группах стран с разным уровнем дохода (без учета водорослей), 1990–2020 годы

18 Доля продукции аквакультуры в общем объеме продукции рыболовства и аквакультуры по основным группам видов, 2020 год

19 Сокращение объемов аквакультуры в огороженных участках водоемов и садках в китае (материковом) в последние годы

20 Состав продукции морской и прибрежной аквакультуры по основным группам видов, 2016–2020 годы

21 Производство продукции аквакультуры с использованием и без использования кормов, разные виды животных, 2000–2020 годы

22 Производство рыб, дышащих атмосферным воздухом, в аквакультуре во внутренних водоемах, 1990–2020 годы

23 Глобальные тенденции в части состояния рыбных запасов мирового океана, 1974–2019 годы

24 Доля рыбных запасов, эксплуатируемых в пределах уровня биологической устойчивости, и эксплуатируемых на неустойчивом уровне, в разбивке по статистическим районам ФАО, 2019 год

25 Три группы по распределению выгрузок во времени, 1950–2019 годы

26 Состояние основных районов рыболовства во внутренних водоемах в разбивке по регионам

27 Распределение рыболовных судов в мире по континентам, 2020 год

28 Рыболовный флот в разбивке по наличию/отсутствию двигателя, Китай, 2000–2020 годы

29 Численность рыболовного флота в разбивке по наличию/отсутствию двигателя, ЕС-27, 2000–2020 годы

30 Доля моторных и немоторных рыболовных судов в мире в разбивке по континентам, 2020 год

31 Распределение моторных рыболовных судов по размеру в разбивке по континентам, 2020 год

32 Доля занятых в рыболовстве и аквакультуре по континентам

33 Отчетность по категориям время затрат в первичном секторе рыболовства и аквакультуры

34 Дезагрегированные по полу данные о занятости в секторе рыболовства и аквакультуры в разбивке по регионам, 2020 год

35 Использование продукции рыболовства и аквакультуры в мире, 1961–2020 годы

36 Использование рыбной муки и рыбьего жира

37 Сырье, используемое для переработки в рыбную муку и рыбий жир, 2020 год

38 Среднегодовые показатели роста потребления пищевой продукции из водных биоресурсов

39 Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов в разбивке по континентам, 1961–2019 годы

40 Видимое потребление пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения, усредненные данные за 2017–2019 годы

41 Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов и роль этой продукции как источника животных белков в разбивке по экономической категории стран, 2019 год

42 Вклад растительных и животных белков в среднесуточное потребление белка в мире, 2019 год

43 Роль пищевой продукции из водных биоресурсов как источника животного белка, усредненные данные за 2017–2019 годы

44 Относительная доля продукции промышленного рыболовства и аквакультуры в общем объеме доступной для потребления в пищу человеком пищевой продукции из водных биоресурсов

45 Мировой объем экспорта пищевой продукции из водных биоресурсов и мяса наземных животных в денежном выражении, 2020 год

46 Стоимость мировой товарной торговли и объема экспорта пищевой продукции из водных биоресурсов, индексы с постоянной базой (1976 год = 100), 1976–2020 годы

47 Доля стоимости мирового объема импорта пищевой продукции из водных биоресурсов по экономической категории, 1976–2020 годы

48 Импорт пищевой продукции из водных биоресурсов в мире в рамках торговли между странами с высоким уровнем дохода и странами, не имеющими высокого уровня дохода, в разбивкепо объему в денежном выражении, 2020 год

49 Десять ведущих стран, импортирующих самые высокие объемы пищевой продукции из водных биоресурсов (в денежном выражении), 2020 год

50 Удельный объем импорта пищевой продукции из водных биоресурсов в денежном выражении в разбивке по экономической категории стран-импортеров, 1976–2020 годы

51 Доля мирового объема экспорта пищевой продукции из водных биоресурсов в денежном выражении в разбивке по экономической категории стран, 1976–2020 годы

52 Лидирующие 10 стран, экспортирующие самые высокие объемы пищевой продукции из водных биоресурсов в денежном выражении, 2020 год

53 Торговые потоки пищевой продукции из водных биоресурсов по континентам (доля импорта в денежном выражении), 2020 год

54 Индекс цен на рыбу ФАО

55 Доля основных групп видов в общем объеме экспорта пищевой продукции из водных биоресурсов в стоимостном выражении, 2020 год

56 Прослеживаемость в производственно-сбытовых цепочках рыболовства и аквакультуры

57 Инициатива ФАО “Голубые рыболовные порты”

58 Основные тезисы, лежащие в основе МГКРА 2022

59 Вклад маломасштабного рыболовства в устойчивое развитие

60 Применение на практике принципов УМР до МГКРА 2022

61 Достигнутый регионами прогресс с точки зрения степени выполнения положений международных соглашений по борьбе с ННН-промыслом, 2018–2022 годы (показатель ЦУР 14.6.1)

62 Вклад рыболовства и аквакультуры в экономику, 2019 год (показатель достижения ЦУР 14.7.1)

63 Достигнутый регионами прогресс с точки зрения объема применения нормативно-правовых/стратегических/институциональных механизмов, обеспечивающих признание важности мелких рыболовецких хозяйств и защиту их прав доступа к ресурсам по регионам, 2018-2022 годы (показатель ЦУР 14.в.1)

64 Открывай, контактируй, действуй: десятилетие ООН, посвященное науке об океане в интересах устойчивого развития (2021–2030 годы)

65 Число морских видов, включенных в перечень СИТЕС, в разные периоды

66 Зоны, в которых РФМО регулируют донный лов, в районах за пределами действия национальной юрисдикции

67 Примеры сбоев, стратегий адаптации и снижения рисков и выводы, извлеченнные из кризиса, вызванного пандемией COVID-19

68 Циклы адаптивного управления с дополнительным каналом обратной связи, отражающим динамику изменения климата

69 Карта рисков утраты биомассы лососевых вследствие вредоносного цветения водорослей на основании прогнозов изменения климата

70 Мировой объем продукции промышленного рыболовства и аквакультуры, 1980–2030 годы

71 Мировой объем продукции промышленного рыболовства и аквакультуры, 1980–2030 годы

72 Годовой прирост мирового объема продукции аквакультуры, 1980–2030 годы

73 Вклад аквакультуры в производство продукции рыболовства и аквакультуры в регионах

74 Производство рыбной муки в мире, 1990–2030 годы

75 Возрастающая роль аквакультуры

ВРЕЗКИ

1 ФАО – источник статистических данных о мировом рыболовстве и аквакультуре более чем за 70 лет (1950–2020 годы)

2 Влияние COVID-19 на производство продукции рыболовства и аквакультуры в мире и соответствующую статистику

3 Повышение качества проводимой ФАО периодической оценки состояния мировых рыбных ресурсов

4 Пример оценки бассейна: озеро Малави/Ниасса/Ньяса

5 Показатели деятельности мирового рыболовного флота

6 Актуальность данных о занятости с разбивкой по полу: пример перерабатывающего сектора

7 Основные выводы доклада о роли пищевой продукции из водных биоресурсов в питании

8 Трансформация аквакультуры в Азии

9 Глобальный план действий в области водных генетических ресурсов для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства

10 Методика поэтапного повышения биобезопасности в аквакультуре

11 Морская аквакультура

12 Полевые школы аквакультуры в Африке: влияние на молодежь и женщин

13 Интеллектуальное взаимодействие: эффективные механизмы планирования и осуществления действий во время кризиса – пример проекта в Мозамбике

14 Регулирование, мониторинг и контроль перегрузки с целью снижения риска попадания на рынки рыбы, добытой посредством ННН-промысла

15 Измерение эффективности управления

16 Информационно-коммуникационные технологии для маломасштабного рыболовства (ИКТ для МР)

17 FISH4ACP – раскрывая потенциал рационального ведения рыбного хозяйства и аквакультуры в Африке, Карибском бассейне и Тихом океане

18 Использование возобновляемых источников энергии в производственно-сбытовых цепочках в маломасштабном рыболовстве и аквакультуре

19 Рыба и другая пищевая продукция из водных биоресурсов как элемент здорового рациона и устойчивых продовольственных систем

20 Задача 2.5 ЦУР в части, касающейся генетического разнообразия водных ресурсов

21 Вклад ФАО в выполнение показателей по сохранению биоразнообразия и функций экосистем в рамках ЦУР 14

22 Обеспечение качества национальных показателей в рамках показателя ЦУР 14.4.1

23 Повышение качества и расширение охвата отчетности по показателю ЦУР 14.7.1 посредством действий по наращиванию потенциала – примеры стран

24 Определение роли пищевой продукции из водных биоресурсов в обеспечении населения стран питательной пищей в период до 2030 года и впоследствии

25 Цифровые инновации для идентификации видов

26 Пространственный многокритериальный анализ решений в рамках инициативы “Рука об руку” в Нигерии

27 Восстановление рыбных ресурсов

28 Применение других эффективных природоохранных мер на порайонной основе (ДЭПО) в секторе рыболовства – как добиться успеха?

29 Рыболовство во внутренних водоемах

30 Основные положения Климатического пакта Глазго

31 Содействие адаптации к изменению климата и смягчению его последствий путем совершенствования управления прибрежными районами

32 Успешная предпринимательская деятельность женщин

33 Возможные сценарии развития рыболовства и аквакультуры до 2050 года

34 Украина: предварительные выводы о воздействии конфликта на сектор рыболовства и аквакультуры

ПРЕДИСЛОВИЕ

Несмотря на достигнутые в предыдущие годы значительные успехи, работа, направленная на ликвидацию голода и неполноценного питания во всех его формах к 2030 году, ведется с отставанием. Деградирующие экосистемы, усиливающийся климатический кризис и растущие темпы утраты биоразнообразия создают опасность потери рабочих мест, угрожают экономике, окружающей среде и продовольственной безопасности во всем мире; при этом последствия пандемии COVID-19, кризисов и других чрезвычайных гуманитарных ситуаций усугубляют положение дел. Сегодня в мире насчитывается 811 млн голодающих, и еще три миллиарда человек не могут позволить себе здоровое питание.

На этом фоне назрела насущная необходимость преобразования наших агропродовольственных систем для обеспечения продовольственной безопасности, улучшения качества питания и обеспечения растущего населения финансово доступным, здоровым питанием, сохраняя при этом источники средств к существованию и наши природные ресурсы.

В мире все больше признается важнейшая роль пищевой продукции из водных биоресурсов в обеспечении продовольственной безопасности и питания. Эти уникальные, разнообразные продукты являются источником не только белка, но и незаменимых жирных кислот омега-3 и биодоступных микроэлементов. Придание приоритетности и активное принятие во внимание вопросов, касающихся рыболовства и аквакультуры, в ходе разработки стратегий и мер политики в отношении глобальных, региональных и национальных продовольственных систем должны стать неотъемлемой частью назревшей перестройки наших агропродовольственных систем.

Это основная мысль доклада «Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022: на пути к “голубой” трансформации», в котором приводятся количественные данные, свидетельствующие о растущей важности рыболовства и аквакультуры в обеспечении продовольствия, питания и занятости. В 2020 году в секторе был произведен рекордный объем продукции – 214 млн тонн (в стоимостном выражении – порядка 424 млрд долл. США). Объем добытых в 2020 году водных животных более чем на 60 процентов превышал средний показатель за 1990-е годы, значительно опережая рост мирового населения, что прежде всего обусловлено повышением объемов производства продукции аквакультуры. Мы потребляем беспрецедентное количество пищевой продукции из водных биоресурсов – в 2020 году подушевое потребление составило около 20,2 кг, что как минимум вдвое больше, чем 50 лет назад. Население планеты получает из этих продуктов около 17 процентов, а в отдельных странах Азии и Африки – более 50 процентов белков. Только лишь в первичном производстве занято около 58,5 млн человек, при этом на долю женщин приходится примерно 21 процент занятых в секторе работников.

Кроме того, в докладе освещается вопрос о том, какие еще изменения необходимы в секторе рыболовства и аквакультуры для решения задач по обеспечению мирового населения продовольствием на принципах эффективности, равенства и устойчивости. Его подзаголовок – “На пути к “голубой” трансформации” – отражает необходимость наращивания усилий по построению устойчивого, инклюзивного и эффективного сектора, способного решать возложенные на него задачи, в срочном порядке интегрировать в меры политики и программы в области национальных продовольственных систем положения об устойчивом производстве пищевой продукции из водных биоресурсов и создавать возможности для участия сектора в восстановлении водной среды обитания и водного биоразнообразия.

При подготовке доклада “Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022” учитывался общий политический контекст. Во-первых, на тридцать четвертой сессии Комитета ФАО по рыбному хозяйству (КРХ) в 2021 году была единогласно принята Декларация об устойчивости рыболовства и аквакультуры, которая завершается призывом к членам содействовать “развитию сектора рыболовства и аквакультуры и положительному отношению к нему в XXI веке и полноценному признанию вклада сектора в борьбу с нищетой, голодом и неполноценным питанием”. Во-вторых, одновременно с публикацией издания в 2022 году проводятся три важных десятилетия ООН: Десятилетие действий по достижению Глобальных целей, Десятилетие, посвященное науке об океане в интересах устойчивого развития, и Десятилетие по восстановлению экосистем. Наконец доклад выйдет в середине Международного года кустарного рыболовства и аквакультуры – 2022. Современный политический ландшафт формируют беспрецедентно амбициозные меры политики и мероприятия, и сейчас настал оптимальный момент для осуществления преобразований, направленных на переход к более эффективным, инклюзивным, жизнестойким и стабильным системам производства пищевой продукции из водных биоресурсов для содействия достижению Целей в области устойчивого развития.

С 1995 года, когда вышло первое издание доклада “Состояние мирового рыболовства и аквакультуры”, в нем освещаются технические аспекты и раскрываются фактические данные, относящиеся к сектору, играющему важнейшую роль в успешном развитии общества. Доклад, ориентированный на широкую аудиторию – от представителей директивных органов, руководящих работников и ученых до рыбаков и потребителей, – иллюстрирует важнейшую роль рыболовства и аквакультуры в решении задач по улучшению производства, улучшению качества питания, улучшению состояния окружающей среды и улучшению качества жизни с соблюдением принципа “никто не должен остаться без внимания”. Убежден, что этот выпуск Доклада, как и предыдущие, послужит источником ценной информации, которая поможет нам в преодолении проблем XXI века.

Цюй Дунъюй

Генеральный директор ФАО

МЕТОДИКА

Подготовка доклада “Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022” началась в апреле 2021 года. За нее отвечала редакционная коллегия в составе 12 членов, представляющих разные группы Отдела рыболовства и аквакультуры ФАО (NFI) под руководством группы старших руководителей в Группе управления информацией и знаниями NFI и представителя Управления коммуникаций ФАО. На регулярных совещаниях под председательством Директора NFI редакционная коллегия планировала и уточняла структуру и содержание Доклада, анализировала ход работы и решала возникающие проблемы. В работе использовались результаты консультаций с участием групп ФАО, отвечающих за пять флагманских публикаций Организации.

В период с мая по июнь 2021 года на рассмотрение редакционной коллегии предлагались темы и кандидатуры авторов, коллегия разрабатывала и уточняла план Доклада, привлекая к этой работе в виртуальном формате всех сотрудников отдела и часть сотрудников других отделов ФАО, при этом сотрудники децентрализованных представительств ФАО предлагали примеры из практики и важную информацию о своих регионах. Следует отметить, что редакционная коллегия ориентировалась на выводы глобальных мероприятий высокого уровня, в первую очередь на рекомендации тридцать четвертой сессии Комитета ФАО по рыбному хозяйству, закрепленных в его Декларации об устойчивости рыболовства и аквакультуры, в которой сформулирован призыв к членам к “развитию сектора рыболовства и аквакультуры и положительному отношению к нему в XXI веке и полноценному признанию вклада сектора в борьбу с нищетой, голодом и неполноценным питанием”.

Редакционная коллегия расширила трехуровневую структуру издания 2020 года, что позволило всесторонне осветить в новом издании концепцию “голубой” трансформации. Благодаря подробному описанию концепции в частях 2 и 3 Доклад становится важнейшим элементом осуществления Стратегической рамочной программы ФАО на 2022–2031 годы в контексте Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, с особым вниманием к десятилетиям Организации Объединенных Наций (ООН): Десятилетию действий ООН по достижению глобальных целей, Десятилетию ООН, посвященному науке об океане в интересах устойчивого развития, и Десятилетию ООН по восстановлению экосистем. Подготовка проекта проходила в период, когда мир столкнулся с беспрецедентными проблемами, вызванными пандемией COVID-19, которая стала причиной временных и постоянных структурных изменений в секторе. В докладе “Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022” освещаются изменения, которые, как можно предположить, станут нормой по мере выхода сектора рыболовства и аквакультуры из кризиса.

Проведя предварительный анализ ситуации, редакция приняла решение, что Доклад будет состоять из четырех частей. Часть 1 “Обзор положения в мире” осталась без изменений, так как она традиционно находила отклик у широкого круга читателей. Часть 2 “На пути к “голубой” трансформации” посвящена темам, которые вышли на первый план в 2021–2022 годах. В ней рассматриваются ключевые проблемы в трех сферах, которым в соответствии с концепцией “голубой” трансформации уделяется особое внимание: расширение и интенсификация производства продукции аквакультуры для удовлетворения растущего спроса, повышение эффективности управления рыболовством для обеспечения значительных запасов, а также модернизация производственно-сбытовых цепочек в рыболовстве и аквакультуре и новаторские решения в этих цепочках. В части 3 рассматриваются ориентиры для конкретных действий на следующее десятилетие с особым вниманием на соответствующие задачи в рамках Целей в области устойчивого развития (ЦУР); необходимость развития науки и принятия инновационных подходов; и важность всеобъемлющего учета вопросов восстановления экосистем и биоразнообразия, с тем чтобы создать условия для реализации “голубой” трансформации с целью эффективного содействия в достижении Глобальных целей. Это акцент Часть 4 посвящена вновь возникающим проблемам и прогнозам (перспективам). Кроме того, в издание 2022 года впервые включено резюме, в котором не только описываются глобальные тенденции, но и кратко излагается содержание всей публикации.

После принятия пересмотренной структуры разным членам редакционной коллегии было поручено руководство подготовкой отдельных тематических секций. Большинство материалов подготовили сотрудники ФАО, по мере необходимости – совместно с внешними экспертами (см. раздел “Выражение признательности”).

Резюме было подготовлено в июле 2021 года силами всех ведущих авторов и пересмотрено с учетом замечаний редакционной коллегии. Оно было направлено руководству NFI, а в середине июля 2021 года – представлено на утверждение заместителю Генерального директора ФАО (Природные ресурсы и устойчивое развитие). Ведущие авторы взяли этот документ за основу при подготовке публикации.

Части 2, 3 и 4 были подготовлены в период с сентября 2021 года по январь 2022 года, после чего было выполнено техническое и литературное редактирование. В части 3 раздел ЦУР был доработан в марте, чтобы обеспечить включение самых актуальных данных (на момент февраля 2022 года), предоставленных Статистическим отделом Организации Объединенных Наций, по четырем показателям ЦУР 14, находящихся в ведении ФАО. В феврале – марте подготовленные разделы были частями направлены для перевода на шесть официальных языков ФАО и представлены на рассмотрение Отделу рыболовства и аквакультуры ФАО и редакционной коллегии.

Раздел части 1, посвященный обзору положения в мире, был подготовлен на основе официальной статистики ФАО в области рыболовства и аквакультуры. Работа над этим разделом началась в ноябре 2021 года и закончилась в феврале – марте 2022 года, после ежегодного завершения наполнения тематических баз данных, в которые вносится структурированная информация. Такой подход дал возможность отразить в разделе самые актуальные статистические данные. Они собираются в рамках отдельной программы, призванной обеспечить получение максимально достоверной информации и помочь странам в укреплении их потенциала по сбору и представлению информации в соответствии с международными стандартами. Данные тщательно сверяются, анализируются и проверяются. При отсутствии национальной отчетности ФАО представляет оценочные показатели, рассчитанные на основе наиболее качественных данных, полученных из других источников или с помощью стандартных методик.

Произошедшие в последние десятилетия изменения в секторе рыболовства и аквакультуры, связанные с повышением его важности для продовольственной безопасности, питания людей и торговли, сопровождались значительным расширением соответствующего понятийно-терминологического аппарата. Поэтому для того, чтобы обеспечить единообразие терминологии в Докладе “Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022” и использовать в нем точные и понятные термины в соответствии с определениями, сформулированными авторитетными источниками в ФАО и других организациях, потребовалось провести обстоятельный анализ. Для выполнения этой задачи была создана рабочая группа и в помощь авторам, редакторам и читателям был разработан Глоссарий.

В марте 2022 года три известных эксперта в области рыболовства и аквакультуры выполнили внешнюю экспертизу предварительного проекта публикации. Окончательная редакция была представлена на утверждение в Канцелярию заместителя Генерального директора (Природные ресурсы и устойчивое развитие) и в Канцелярию Генерального директора ФАО.

ВЫРАЖЕНИЕ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ

Доклад “Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022” был подготовлен под общим руководством Мануэля Баранжа и координируемой им редакционной коллегии, в состав которой вошли Лахсен Абабуш, Вера Агостини, Марсиу Кастру ди Соза, Рут Даффи, Эстер Хидас, Алессандро Лователли, Ана Менезиш, Ребекка Метцнер, Марк Таконе, Жиль ван дер Валле, Стефания Ваннуччини и Киран Випарти.

Руководство работой с авторами каждого раздела и координацию этой работы осуществляли разные члены редакционной коллегии. Процессом подготовки руководил Марк Таконе, которому оказывали поддержку Лахсен Абабуш (научное редактирование), Эммануэль Блондель (карты), Рут Даффи (стилистическое редактирование и руководство проектом) при содействии Марианны Гийонне (взаимодействие) и Киран Випарти (информатика).

Основными авторами (если не указано иное, все они представляют ФАО) стали:

Часть 1

Краткая информация о рыболовстве и аквакультуре – Лахсен Абабуш и Стефания Ваннуччини

Общий объем продукции рыболовства и аквакультуры – Стефания Ваннуччини (ведущий автор)

Продукция промышленного рыболовства – Джеймс Гиан (ведущий автор)

Производство продукции аквакультуры – Сяовэй Чжоу (ведущий автор)

Состояние рыбных ресурсов – Йиминь Йе (ведущий автор раздела по морским водам), Джон Вальбо-Йоргенсен (ведущий автор раздела по внутренним водоемам), Таруб Бахри, Педро Баррос, Николас Гутиеррес, Риши Шарма, Мерете Тандстад, Марсело Васконсельос, Саймон Фандж-Смит, Абигейл Линч, Гретхен Стоукс, Самуэль Шмидт и Джесс Вонг (Геологическая служба Соединенных Штатов и Университет Флориды)

Рыболовный флот – Дженнифер Ги (ведущий автор), Пьер Моду и Раймон ван Анрой

Занятость в секторе рыболовства и аквакультуры – Дженнифер Ги (ведущий автор) и Пьер Моду

Использование и переработка продукции рыболовства и аквакультуры – Стефания Ваннуччини (ведущий автор), Ансен Уорд, Омар Риегу Пеньярубия, Йогеир Топпе и Молли Ахерн

Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов – Адриенн Эггер (ведущий автор) и Молли Ахерн

Торговля продукцией промышленного рыболовства и аквакультуры – Адриенн Эггер (ведущий автор) и Феликс Дент

Часть 2
“Голубая” трансформация – концепция преобразования продовольственных систем, в которых используются водные ресурсы – Мануэль Баранж (ведущий автор) и Карлос Фуэнтевилья

Интенсификация и расширение устойчивого производства продукции аквакультуры (координатор – Алессандро Лователли):

Цели и задачи – Синьхуа Юань (ведущий автор), Алессандро Лователли и Саймон Фандж-Смит

Улучшение производственных систем – Синьхуа Юань (ведущий автор), Алессандро Лователли, Даниэла Лученте, Кван Сук О, Грэм Мейр и Мельба Реантасо

Эффективное регулирование в интересах расширения аквакультуры – Ана Менезиш (ведущий автор), Пьер Мурекези и Натаниэль Хишамунда

Инвестиции в аквакультуру в интересах “голубой” трансформации – Цзюннин Цай (ведущий автор), Раймон ван Анрой, Николь Франц, Натаниэль Хишамунда, Алессандро Лователли и Нил Симс (руководитель Ocean Era Inc., Гавайи)

Инновационные методы в аквакультуре – Синьхуа Юань (ведущий автор) и Алессандро Лователли

Развитие потенциала, научно-исследовательская работа иналаживание партнерского взаимодействия в аквакультуре – Ана Менезиш (ведущий автор), Синьхуа Юань и Мартин ван дер Кнаап

Совершенствование управления рыболовством (координаторы – Ребекка Метцнер и Эстер Хидас)

Цели и задачи – Ребекка Метцнер (ведущий автор), Николас Гутиеррес и Джон Вальбо-Йоргенсен

Совершенствование управления и реформы в области политики – Терье Лобаш (ведущий автор), Пьеро Маннини, Джулиано Каррара и Кристин фон Кистовски

Более рациональная эксплуатация ресурсов и производство – Педро Баррос (ведущий автор), Ребекка Метцнер, Джон Вальбо-Йоргенсен, Феликс Мартинн, Алисия Мостейро, Николас Гутиеррес и Йиминь Йе

Передовые практические методы, инновации и технологии, направленные на совершенствование управления рыболовством – Хосе Антонио Акунья Баррос (ведущий автор), Ким Стобберап, Раймон ван Анрой, Кристин фон Кистовски, Хавьер Вильянуэва Гарсия-Бенитес и Николь Франц

Улучшение качества жизни: социальная защита и достойная занятость – Даниэла Каликоски (ведущий автор), Биргитт Крох-Поулсен, Уве Барг, Даниэлла Салазар Эррера, Мариана Туссен и Николь Франц

Поддержка управления рыболовством в регионах с нехваткой данных и потенциала – Никола Гуттиэрес (ведущий автор), Саймон Фандж-Смит и Стефания Ваннуччини

Инновации в производственно-сбытовых цепочках в рыболовстве и аквакультуре (координаторы – Марсиу Кастру ди Соза и Жиль ван де Валле)

Конкурентоспособные производственно-сбытовые цепочки – Марсиу Кастру ди Соза (ведущий автор), Вэйвэй Ван, Уильям Гриффин, Няньцзинь Шэнь, Ансен Уорд, Омар Риегу Пеньярубия, Джон Райдер, Эстер Гарридо Гамарро, Жиль ван де Валле, Йогеир Топпе и Димитар Тасков

Прозрачные и ответственные производственно-сбытовые цепочки – Няньцзинь Шэнь (ведущий автор), Нада Бугусс, Димитар Тасков, Шелли Кларк, Эстер Хидас, Аудун Лем, Джон Райдер, Марсиу Кастру ди Соза и Мариана Туссен

Комплексные и невосприимчивые к внешним воздействиям производственно-сбытовые цепочки – Няньцзинь Шэнь (ведущий автор), Хосе Агилар-Манхаррес, Джон Райдер, Марсиу Кастру ди Соза, Вэйвэй Ван, Уильям Гриффин, Йогеир Топпе и Молли Ахерн

Международный год кустарного рыболовства и аквакультуры (МГКРА) (координатор – Ребекка Метцнер)

Цель Международного года – Николь Франц (ведущий автор), Лена Вестлунд и Алессандро Лователли

Семь основных компонентов Глобального плана действий по проведению МГКРА 2022 в интересах достижения ЦУР – Николь Франц (ведущий автор), Молли Ахерн, Дженнифер Ги, Даниэла Каликоски, Алессандро Лователли, Грэм Мейр, Флоранс Пулэн, Лена Вестлунд и Синьхуа Юань

Выявление скрытых ресурсов: вклад маломасштабного рыболовства в устойчивое развитие – Николь Франц (ведущий автор) и Лена Вестлунд

Вклад маломасштабного рыболовства и аквакультуры в обеспечение продовольственных систем и продовольственной безопасности – Молли Ахерн (ведущий автор)

Партнерское взаимодействие, направленное на расширение практического применения Добровольных руководящих принципов обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства – Лена Вестлунд (ведущий автор) и Николь Франц

Часть 3

Десятилетие действий по достижению Глобальных целей (координатор – Марк Таконе)

Цели в области устойчивого развития и рыболовство и аквакультура – Аудун Лем (ведущий автор), Марк Таконе, Грэм Мейр, Диана Фернандес Регуэра, Майкл Гриффин, Ким Фридман и Даниэла Лученте

Показатель ЦУР 14.4.1. Доля рыбных запасов, находящихся в биологически устойчивых пределах: Марк Таконе (ведущий автор), Йиминь Йе, Николас Гутиеррес, Риши Шарма и Анна-Элиза Ниблас

Показатель ЦУР 14.6.1. Оценка степени соблюдения международно-правовых документов по борьбе с незаконным, нерегистрируемым и нерегулируемым рыбным промыслом – Пьеро Маннини (ведущий автор) и Джулиано Каррара

Показатель ЦУР 14.7.1. Измерение вклада устойчивого рыболовства в экономику стран – Марсиу Кастру ди Соза (ведущий автор), Вэйвэй Ван и Майкл Гриффин

Показатель ЦУР 14.b.1. Оценка признания и защиты прав доступа мелких рыбопромысловых предприятий – Николь Франц (ведущий автор), Стефания Саворе и Джулиано Каррара

Десятилетие Организации Объединенных Наций, посвященное науке об океане в интересах устойчивого развития (2021–2030 годы) (координатор – Вера Агостини)

Возможности для управления рыболовством и аквакультурой, связанные с наукой – Диана Фернандес Регуэра (ведущий автор), Вера Агостини, Шакунтала Хараксингх Тилстед (руководитель общемировых проектов в сфере питания и здравоохранения, WorldFish, КГМСХИ, автор врезки P3.2.b1), Ким Фридман и Риши Шарма

Что такое Десятилетие, посвященное науке об океане? – Джозеф Зеласни (ведущий автор), Мерете Тандстад, Антон Элленбрук, Марк Таконе и Вера Агостини

ФАО и действия в рамках Десятилетия – Джозеф Зеласни (ведущий автор), Мерете Тандстад, Марк Таконе, Антон Элленбрук, Вера Агостини и Нельсон Росас Рибейру Филью

Десятилетие Организации Объединенных Наций по восстановлению экосистем (координатор – Эстер Хидас)

Рыболовство и аквакультура и Десятилетие ФАО–ЮНЕП по восстановлению экосистем – Ким Фридман (ведущий автор), Диана Фернандес Регуэра и Вера Агостини

Рыболовство и аквакультура и Глобальная рамочная программа в области биоразнообразия на период после 2020 года – Ким Фридман (ведущий автор), Вера Агостини и Эмбер Химес-Корнелл

Действия по восстановлению уязвимых видов и среды обитания – Ким Фридман, Эмбер Химес-Корнелл, Мерете Танстад, Энтони Томпсон, Джон Вальбо-Йоргенсен и Дэвид Коутс

Оптимизация устойчивого использования биоразнообразия, включая смягчение воздействия на экосистемы, с помощью технологий и инноваций – Грэм Мэйр, Джонатан Лэнсли и Ампаро Перес Рода

Часть 4

COVID-19 – беспрецедентный кризис – Флоранс Пулэн (ведущий автор), Хосе Эсторс Карбальо, Лионель Даббади, Алехандро Флорес, Дженнифер Ги, Кэтрин Хетт, Роберт Ли, Даниэла Каликоски, Джон Лэнсли, Феликс Марттин, Даниэлла Салазар Эррера, Джессика Сандерс, Сусана Сиар и Мартин Ван дер Кнап

Адаптация рыболовства и аквакультуры к изменению климата – Сюэчань Ма (ведущий автор), Таруб Бахри, Хосе Агилар-Манхаррес, Диана Фернандес Регуэра, Якуб Иссола (ЮНЕП/Абиджанская конвенция), Флоранс Пулэн и Фату Сок

На пути к гендерному равенству в секторе рыболовства и аквакультуры – Дженнифер Ги (ведущий автор), Роксана Миск, Мария Грация Кантарелла, Маттео Луцци и Омар Риегу Пеньярубия

Прогнозы по развитию рыболовства и аквакультуры – Стефания Ваннуччини (ведущий автор) и Мануэль Баранж

Внешними рецензентами публикации выступили Малколм Беверидж (Фаскалли, Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии), Марк Дики-Коллас (Международный совет по исследованию моря, Дания) и Дорис Сото (Междисциплинарный центр исследований аквакультуры, Чили). Авторы выражают им признательность за значительный вклад. Внутреннее рецензирование Доклада подготовили Вера Агостини, Мануэль Баранж и редакционная коллегия, а также специалисты, представляющие другие технические подразделения ФАО, не относящиеся к Департаменту рыболовства и аквакультуры.

Переводы были выполнены Лингвистическим подотделом (GSGL) Отдела обслуживания руководящих органов (CSG).

Редакционную поддержку, художественное оформление и подготовку макета, а также общую координацию подготовки издания на всех шести официальных языках обеспечивала Издательская группа (OCCP) Управления общеорганизационных коммуникаций ФАО (OCC).

СОКРАЩЕНИЯ И АББРЕВИАТУРЫ

АИС

автоматическая идентификационная система

АС

Африканский союз

БПНЮ

биоразнообразие за пределами действия национальной юрисдикции

ВВП

валовой внутренний продукт

ВГР

водные генетические ресурсы для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства

ВОЗ

Всемирная организация здравоохранения

ВПП

Всемирная продовольственная программа

ВСР

выявление скрытых ресурсов

ВТАО

Всемирная таможенная организация

ВТО

Всемирная торговая организация

ГАР

Секция по гендерным вопросам в аквакультуре и рыболовстве

ГЕСАМП

Объединенная группа экспертов по научным аспектам защиты морской среды

ГИБЛПО

Глобальная инициатива по борьбе с ловом потерянными орудиями лова

ГИС

Геоинформационная система

ГКА

Глобальная конференция по аквакультуре

ГКРС

Генеральная комиссия по рыболовству в Средиземном море

ГС

Гармонизированная система описания и кодирования товаров

ГСОИ

Глобальная система обмена информацией

ГСП

Глобальная система позиционирования

ГССША

Геологическая служба Соединенных Штатов Америки

ГЭВУ

Группа экспертов высокого уровня по вопросам продовольственной безопасности и питания

ДГК

докозагексаеновая кислота

ДНОУР ООН

Десятилетие Организации Объединенных Наций, посвященное науке об океане в интересах устойчивого развития (2021–2030 годы)

ДОИ

доход от инвестиций

ДОС

доход от основных средств

ДЭПО

другие эффективные природоохранные меры на порайонной основе

ДЭСВ ООН

Департамент по экономическим и социальным вопросам ООН

ЕС

Европейский союз

ИБАР

Межафриканское бюро по изучению ресурсов животного мира

ИКЕС

Международный совет по исследованию моря

ИКТ

информационно-коммуникационные технологии

ИКТ для МР

информационно-коммуникационные технологии для маломасштабного рыболовства

ИМА

интегрированная мультитрофная аквакультура

ИМО

Международная морская организация

ИНФОПЕСКА

Центр информационных и консультационных услуг по маркетингу рыбопродуктов в Латинской Америке и Карибском бассейне

ИНФОФИШ

Межправительственная организация по информационному и консультативно-техническому обеспечению сбыта рыбной продукции в Азиатско-Тихоокеанском регионе

ИОЗА

интеграция орошаемого земледелия и аквакультуры

ИОИР

инструмент оценки инфраструктуры сектора рыболовства

ИРР

Институт развития рыболовства

ИРР

Инициатива “Рука об руку”

ИСХА

интеграция сельского хозяйства и аквакультуры

ИУПО

инструменты управления на порайонной основе

ИЦР ФАО

индекс цен на рыбу ФАО

ИФПРИ

Международный исследовательский институт продовольственной политики

ИФФО

Организация по морским ингредиентам

КБР

Конвенция о биологическом разнообразии

КВПБ

Комитет по всемирной продовольственной безопасности

КГМСХИ

Организация системы КГМСХИ

Кодекс

Кодекс ведения ответственного рыболовства

КРХ

Комитет по рыбному хозяйству

КС-26

двадцать шестая сессия Конференции Сторон

КУЭ

Комиссия по управлению экосистемами

КЭД

ключевой элемент данных

МГКРА 2022

Международный год кустарного рыболовства и аквакультуры

МГЭИК

Межправительственная группа экспертов по изменению климата

МКН

мониторинг, контроль и наблюдение

ММР

маломасштабное рыболовство

МОК ЮНЕСКО

Межправительственная океанографическая комиссия ЮНЕСКО

МОО

мониторинг, оценка и обучение

МОСТРАГ

малое островное развивающееся государство

МОТ

Международная организация труда

МПД

Международный план действий

МПР БА

методика поэтапного решения проблемы биобезопасности в аквакультуре

МС

малые и средние

МСОП

Международный союз охраны природы и природных ресурсов

МСП

малые и средние предприятия

МССКВЖР

международная стандартная статистическая классификация водных животных и растений

МУВ

максимальный устойчивый вылов

МФСР

Международный фонд сельскохозяйственного развития

МЮОД

международный юридически обязательный документ

НД

наибольшая длина

ННН-промысел

незаконный, несообщаемый и нерегулируемый промысел

НОРАД

Норвежское агентство по сотрудничеству в области развития

НПД

национальный план действий

НПД УМР

национальный план действий в поддержку осуществления Принципов УМР

НПО

неправительственная организация

НРС

наименее развитая страна

НТМ

нетарифная мера

ОВЭ

Общество восстановления экологии

ОЖЦ

оценка жизненного цикла

ОМР

охраняемый морской район

ОНУВ

определяемый на национальном уровне вклад

ООН

Организация Объединенных Наций

ОСПЕСКА

Центральноамериканская организация по рыбному промыслу и аквакультуре

ОУБОЛ

оставленные, утерянные или иным образом брошенные орудия лова

ОЭСР

Организация экономического сотрудничества и развития

ПБ ФАО

продовольственные балансы ФАО

ПГО

подход, ориентированный на изменение гендерных отношений

ПКА КРХ

Подкомитет по аквакультуре КРХ

ПКТ КРХ

Подкомитет по торговле рыбой КРХ

ПНЖК

полиненасыщенная жирная кислота

ПНОП

приоритетные направления осуществления программ
Повестка дня на период до 2030 года
Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года

ППП

потери и порча пищевой продукции

Принципы УМР

Добровольные руководящие принципы обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства в контексте продовольственной безопасности и искоренения бедности

ПФВУ

Политический форум высокого уровня по устойчивому развитию Организации Объединенных Наций

РГРТПР

Рабочая группа по рыболовным технологиям и поведению рыб

РКИКООН

Рамочная конвенция Организации Объединенных Наций об изменении климата

РМОЛ

Рекомендации по маркировке орудий лова

РПНЮ

районы за пределами действия национальной юрисдикции

РРХО

региональный рыбохозяйственный орган

РССДУ

Рекомендации по составлению схем документации улова

РТС

региональное торговое соглашение

РУРА

Рекомендации по устойчивому развитию аквакультуры

РФАБ

региональный консультативный орган по вопросам рыболовства

РФМО

региональная организация по управлению рыболовством

СДУ

система документации уловов

СЗНЗ

”Слишком значимо, чтобы не замечать”

СИДА

Шведское агентство международного сотрудничества в области развития

СИТЕС

Конвенция по международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения

СМГП

Соглашение о мерах государства порта по предупреждению, сдерживанию и ликвидации незаконного, несообщаемого и нерегулируемого промысла

СМС

система мониторинга судов

СО ООН

Статистический отдел Организации Объединенных Наций

СЦАИ

Система центральноамериканской интеграции

ТБТ

технические барьеры в торговле

УМЭ

уязвимая морская экосистема

ЦУР

Цель в области устойчивого развития

ЭКЛАК

Экономическая комиссия для Латинской Америки и Карибского бассейна

ЭПА

экосистемный подход к аквакультуре

ЭПК

эйкозапентаеновая кислота

ЭПР

экосистемный подход к рыболовству

ЮНЕП

Программа Организации Объединенных Наций по окружающей среде

ЮНИСЕФ

Детский фонд Организации Объединенных Наций

ЮНКЛОС

Конвенция Организации Объединенных Наций по морскому праву

ЮНКТАД

Конференция Организации Объединенных Наций по торговле и развитию

B2B

”бизнес для бизнеса”

B2C

”бизнес для потребителя”

COVID-19

коронавирусная инфекция 2019 года

EATIP

Европейская технологическая и инновационная платформа по аквакультуре

EUMOFA

Проект по мониторингу европейских рынков продукции рыболовства и аквакультуры

INFOYU

Китайский центр информационно-консультационных услуг по вопросам сбыта рыбы

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ

1. В настоящее время мире производятся рекордно высокие объемы продукции рыболовства и аквакультуры, и в дальнейшем вклад сектора в обеспечение продовольствия и питания будет расти.

В 2020 году общий объем продукции рыболовства и аквакультуры достиг 214 млн тонн, включая 178 млн тонн водных животных и 36 млн тонн водорослей, что в значительной степени стало следствием развития аквакультуры, особенно в Азии. Объем продукции, предназначенной для потребления человеком (за исключением водорослей) составил 20,2 кг на душу населения, что более чем вдвое превышает средний показатель 1960-х годов – 9,9 кг. В первичном сегменте сектора рыболовства и аквакультуры занято 58,5 млн человек; по оценкам, он является источником средств к существованию примерно для 600 млн человек, включая работников натурального рыболовства и вторичного сектора, а также их иждивенцев. В 2020 году объем международной торговли продуктами рыболовства и аквакультуры составил около 151 млрд долл. США – это ниже рекордного уровня в 165 млрд долл. США, достигнутого в 2018 году; основной причиной снижения показателя стала вспышка COVID-19.

2. Аквакультура обладает огромным потенциалом обеспечения продовольствием и питанием растущее население планеты. Однако ее рост должен быть устойчивым.

В 2020 году в мире был произведен рекордный объем продукции аквакультуры – 122,6 млн тонн на общую сумму 281,5 млрд долл. США На водных животных приходилось 87,5 млн тонн и 35,1 млн тонн – на водоросли. Благодаря росту производства в Чили, Китае и Норвегии в 2020 году во всех регионах, кроме Африки, было произведено больше продукции аквакультуры, чем ранее; снижение объемов продукции, которую поставила на рынки Африка, было вызвано сокращением производства в Египте и Нигерии. В остальных районах Африки был зарегистрирован рост на 14,5 процентов по сравнению с 2019 годом. Азия осталась на первом месте в мире по объему производства продукции аквакультуры – в регионе было произведено 91,6 процента общемирового объема. Рост аквакультуры во многих районах происходит в ущерб окружающей среде. Устойчивое развитие субсектора остается критически важным условием удовлетворения растущего спроса на пищевую продукцию из водных биоресурсов.

3. В последние годы потребление пищевой продукции из водных биоресурсов в мире значительно увеличилось, и этот рост продолжится.

Начиная с 1961 года потребление пищевой продукции из водных биоресурсов росло в среднем на 3,0 процента в год; при этом темпы прироста мирового населения составляли 1,6 процента. Потребление этой продукции в расчете на душу населения возросло в среднем с 9,9 кг в 1960-х годах до рекордного уровня 20,5 кг в 2019 году, при этом в 2020 году этот показатель незначительно снизился до 20,2 кг. Согласно прогнозам, в будущем потребление пищевой продукции из водных биоресурсов вырастет на 15 процентов и в 2030 году на душу населения будет приходиться в среднем 21,4 кг этой продукции. Этот рост будет обусловлен повышением доходов, урбанизацией, повышением качества послепромысловой обработки и изменениями в моделях питания.

4. Из-за перелова, загрязнения, неэффективного регулирования и других факторов рыбные ресурсы продолжают сокращаться, но объем выгруженного улова из биологически устойчивых запасов растет.

В 2019 году на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, эксплуатировалось 64,6 процента рыбных запасов, что на 1,2 процента ниже, чем в 2017 году. При этом на биологически устойчивые запасы приходилось 82,5 процента выгруженного улова – это на 3,8 процента выше, чем в 2017 году. Подтверждено, что эффективное регулирование рыболовства позволяет успешно восстанавливать запасы и увеличивать объемы вылова в границах экосистем. Совершенствование регулирования рыболовства в мире остается крайне важным для восстановления здоровья и продуктивности экосистем, а также обеспечения поставок пищевой продукции из водных биоресурсов в долгосрочной перспективе. Восстановление перелавливаемых запасов позволит увеличить объем продукции морского промышленного рыболовства на 16,5 млн тонн и повысить вклад морского рыболовства в обеспечение продовольственной безопасности, питания, экономического роста и благополучия населения прибрежных районов.

5. Размер мирового рыболовного флота продолжает сокращаться, однако необходимо принятие дополнительных мер с целью минимизации избыточных мощностей и обеспечения устойчивости промысла.

В 2020 году в мире насчитывалось порядка 4,1 млн рыболовных судов, что на 10 процентов меньше, чем в 2015 году; такое изменение стало результатом усилий стран, в частности Китая и стран Европы, по сокращению численности мирового флота. Азия по-прежнему располагает крупнейшим рыболовным флотом, который составляет около двух третей от общемирового. Однако уменьшение размера флота само по себе не гарантирует устойчивых результатов, так как изменения в эффективности рыболовства могут свести на нет повышение устойчивости вследствие сокращения численности судов.

6. По прогнозам, к 2030 году производство водных животных вырастет еще на 14 процентов. Важно, чтобы этот рост происходил в неразрывной связи с сохранением экосистем, снижением загрязнения, охраной биоразнообразия и обеспечением социального равенства.

Согласно прогнозам ФАО по рыболовству и аквакультуре до 2030 года, объемы производства, потребления и сбыта продукции сектора будут расти, хотя и более низкими темпами, чем сегодня. Ожидается, что общий объем производства водных животных в 2030 году достигнет 202 млн тонн, причем этот прирост в основном будет обеспечиваться за счет дальнейшего развития аквакультуры – объем ее продукции в 2027 году впервые достигнет 100 млн тонн, а в 2030 году составит 106 млн тонн. Прогнозируется восстановление мирового промышленного рыболовства, объем продукции которого в 2030 году вырастет на 6 процентов по сравнению с 2020 годом и достигнет 96 млн тонн. Такой рост станет результатом повышения эффективности эксплуатации ресурсов, недолова ресурсов и сокращения выбросов, потерь и порчи.

7. Системы производства пищевой продукции из водных биоресурсов поддерживают жизнедеятельность миллионов людей и обеспечивают им средства к существованию. Однако многие мелкие производители, особенно женщины, находятся в уязвимом положении по причине нестабильных условий труда. Повышение их жизнестойкости является важнейшим фактором устойчивости и развития на принципах равенства.

Из 58,5 млн человек, занятых в 2020 году в первичном секторе рыболовства и аквакультуры, женщины составляли 21 процент, а во всех производственно-сбытовых цепочках изготовления продукции водного происхождения (в том числе на этапах до- и послепромысловой обработки) их доля достигает 50 процентов. Несмотря на важную роль женщин в рыболовстве и аквакультуре, они преобладают в численности работников, занятых в неформальном сегменте, выполняя самые низкооплачиваемые и низкоквалифицированные работы и занимая самые нестабильные должности; многие из них сталкиваются с гендерными ограничениями, которые не позволяют им в полной мере реализовать себя в секторе и воспользоваться преимуществом своей важной роли в нем.

8. Построение систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов является действенным решением. Реализуя концепцию “голубой” трансформации, можно решить двойную задачу по обеспечению продовольственной безопасности и экологической устойчивости.

ФАО твердо намерена осуществить “голубую” трансформацию – дальновидную стратегию, предполагающую создание правовой, политической и технической базы, которая поможет поддержать рост и расширить внедрение инноваций в интересах повышения вклада систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов в обеспечение продовольствием растущего населения планеты. В рамках стратегии предлагается ряд действий, направленных на поддержание жизнестойкости систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов и обеспечение устойчивого роста рыболовства и аквакультуры с соблюдением принципа “никто не должен остаться без внимания” и с особым акцентом на население, чья жизнедеятельность зависит от сектора. Важнейшими элементами “голубой” трансформации являются меры политики и методы, ориентированные на решение проблем изменения климата и улучшение состояния окружающей среды.

9. Если мы намерены достичь целей принятой Организацией Объединенных Наций Повестки дня на период до 2030 года, реализация “голубой” трансформации потребует выражения приверженности со стороны государственного и частного секторов, особенно с учетом того факта, что пандемия COVID-19 обратила вспять сформировавшиеся ранее благоприятные тенденции.

Правительства, частный сектор и гражданское общество должны ответственно отнестись к реализации концепции “голубой” трансформации, с тем чтобы максимально использовать возможности, которые открывает развитие рыболовства и аквакультуры. Эта стратегия призвана обеспечить устойчивое расширение и интенсификацию аквакультуры, эффективное регулирование всех рыбных промыслов и модернизацию производственно-сбытовых цепочек. Для улучшения производства, сокращения потерь и порчи пищевой продукции и расширения равноправного доступа к прибыльным рынкам необходимо налаживать активное взаимодействие государственного и частного секторов. Более того, для расширения наличия и улучшения доступа пищевой продукции из водных биоресурсов необходимо ее включение пищевой продукции из водных биоресурсов в национальные стратегии по продовольственной безопасности питанию наряду с инициативами по улучшению информирования потребителей пищевой продукции из водных биоресурсов о преимуществах и доступности.

РЕЗЮМЕ

За последние два десятилетия секторы рыболовства и аквакультуры получают все большее признание за их существенный вклад в глобальную продовольственную безопасность и питание. Расширение этого вклада требует увеличения масштабов преобразований в политике, управлении, инновациях и инвестициях для достижения устойчивого и инклюзивного рыболовства и аквакультуры в мире на принципах справедливости. В докладе “Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022”[1] представлены подтвержденные и актуальные статистические данные[2] по сектору, проанализировано его положение в контексте международной политики и освещены отдельные высокоэффективные действия, предпринимаемые в интересах наращивания международных усилий в интересах достижения Целей в области устойчивого развития (ЦУР). В докладе рассматривается воздействие пандемии COVID-19 на производство, использование и сбыт продукции рыболовства и аквакультуры и освещаются перспективы развития сектора.

1. Обзор положения в мире

В 2020 году общий объем продукции в секторе рыболовства и аквакультуры достиг рекордных 214 млн тонн, включая 178 млн тонн водных животных и 36 млн тонн водорослей[3], что на 3 процента выше предыдущего максимума, зарегистрированного в 2018 году – 213 млн тонн. Столь незначительный рост был преимущественно обусловлен снижением объема продукции промышленного рыболовства на 4,4 процента вследствие сокращения вылова пелагических видов, особенно анчоуса, снижения улова в Китае и воздействия пандемии COVID-19 в 2020 году. Это снижение компенсировал продолжающийся, хотя и замедлившийся в последние два года, рост аквакультуры.

Такова общая тенденция производства водных животных, но между континентами, регионами и странами существуют значительные различия. В 2020 году больше всего продукции производилось в странах Азии; в странах региона с самым высоким объемом производства было произведено 70 процентов общего объема продукции; за ними следовали страны Северной и Южной Америки, Европы, Африки и Океании. Ведущим производителем оставался Китай, который поставил на рынки 35 процентов от общего объема продукции. Развитие аквакультуры в последние десятилетия способствовало росту производства водных животных во внутренних водоемах: в конце 1980-х годов они составляли 12 процентов от общего объема продукции сектора, а в 2020 году – уже 37 процентов.

В 2020 году мировой объем продукции промышленного рыболовства (за исключением водорослей) составил 90,3 млн тонн, что соответствовало порядка 141 млрд долл. США, и включало 78,8 млн тонн улова в морских водах и 11,5 млн тонн – во внутренних водоемах. Это на 4,0 процента ниже, чем в среднем в предыдущие три года. Около 85 процентов от общего объема вылова в морских водах составили костные рыбы, при этом в самых значительных объемах, как и ранее, вылавливался анчоус. В 2020 году вылов четырех наиболее ценных групп (тунцы, головоногие моллюски, креветки и омары) оставался рекордно высоким либо незначительно снизился по сравнению с пиковыми объемами, зафиксированными ранее.

Объемы вылова во внутренних водоемах снизились на 5,1 процента по сравнению с 2019 годом, но оставались беспрецедентно высокими на уровне 11,5 млн тонн. Столь высокий показатель, в частности, был достигнут благодаря повышению качества данных, предоставляемых странами-производителями. Почти две трети от общего объема вылова во внутренних водоемах приходилось на Азию, за которой следовала Африка; рыболовство во внутренних водоемах играет важную роль в обеспечении продовольственной безопасности обоих регионов. Китай впервые с середины 1980-х годов уступил первое место по вылову во внутренних водоемах Индии, которая поставила на рынки 1,8 млн тонн продукции.

В мировой аквакультуре в 2020 году было произведено рекордное количество продукции – 122,6 млн тонн, включая 87,5 млн тонн водных животных на сумму 264,8 млрд долл. США и 35,1 млн тонн водорослей на сумму 16,5 млрд долл. США. Около 54,4 млн тонн из этого объема было выращено во внутренних водоемах, а 68,1 млн тонн – на объектах морской и прибрежной аквакультуры.

Во всех регионах, кроме Африки, в 2020 году объемы продукции аквакультуры продолжали расти; этот рост был обусловлен развитием сектора в Чили, Китае и Норвегии – ведущих производителях в своих регионах. Снижение объемов продукции, произведенной в Африке, было вызвано сокращением производства в Египте и Нигерии; при этом в остальных районах Африки был зарегистрирован 14,5-процентный рост по сравнению с 2019 годом. Азия осталась на первом месте в мире по объему продукции аквакультуры: ее доля в общем объеме производства субсектора составила 90 процентов.

В 2020 году вклад аквакультуры в производство водных животных в мире достиг беспрецедентного показателя на уровне 49,2 процента. Как и в предыдущие годы, в аквакультуре с применением кормов было произведено больше водных животных, чем в аквакультуре без применения кормов. Несмотря на широкое разнообразие искусственно выращиваемых водных видов, в аквакультуре преимущественно используются лишь несколько “основных” видов: так, во внутренних водоемах в основном выращивается амур белый, а в морской аквакультуре – лосось атлантический.

ФАО продолжает представлять доклады о состоянии рыбных ресурсов. Данные осуществляемого Организацией долгосрочного мониторинга оцененных запасов морских рыбных ресурсов подтверждают, что морские рыбные ресурсы продолжают сокращаться. Доля рыбных запасов, находящихся в биологически устойчивых пределах, снизилась с 90 процентов в 1974 году до 64,6 процентов в 2019 году; 57,3 процента запасов вылавливались с обеспечением максимальной устойчивости, а 7,2 процента запасов эксплуатировались с недоловом.

Тем не менее, несмотря на отрицательную динамику по количеству, в 2019 году на долю запасов, находящихся в биологически устойчивых пределах, пришлось 82,5 процентов выгруженной продукции из водных биоресурсов[4], что на 3,8 процентов больше, чем в 2017 году. Например, в 2019 году на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, в среднем эксплуатировались 66,7 процента запасов 10 видов, которые выгружались в самых значительных объемах: анчоус, минтай, полосатый тунец, атлантическая сельдь, желтоперый тунец, путассу северная, сардина европейская, японская скумбрия, атлантическая треска и рыба-сабля – это несколько выше, чем в 2017 году. Из представленных данных можно сделать вывод, что крупные запасы более эффективно.

Восстановление запасов, подвергающихся перелову, может увеличить производство продукции морского промышленного рыболовства на 16,5 млн тонн, способствуя тем самым улучшению продовольственной безопасности, питания, экономического положения и благосостояния населения прибрежных районов. Оценка запасов научными методами и их регулирование с применением интенсивного подхода, как правило, способствует росту численности популяций до предлагаемых целевых уровней, тогда как в регионах, где применяются менее проработанные подходы к регулированию рыбных ресурсов, объемы вылова оказываются значительно выше, а численность популяций ниже. Этот вывод свидетельствует о назревшей необходимости распространения эффективных стратегий и мер регулирования на районы рыболовства, где отсутствует устойчивое регулирование, и адаптировать эти стратегии и меры к новым условиям, а также внедрять инновационные, разработанные на основе экосистемного подхода механизмы содействия устойчивому использованию и сохранению ресурсов во всем мире.

Многие важные рыбные промыслы во внутренних водоемах находятся в наименее развитых и развивающихся странах, где нехватка людских и финансовых ресурсов, необходимых для мониторинга и регулирования этих промыслов, представляет собой серьезное препятствие. Даже в ряде развитых стран рыболовству во внутренних водоемах уделяется недостаточно внимания, поэтому оценка и мониторинг запасов в этих странах могут считаться низкоприоритетными задачами по сравнению с другими конкурирующими потребностями. В 2016 году ФАО начала разработку глобальной карты угроз для рыболовства во внутренних водоемах, с тем чтобы сформировать базовые показатели для отслеживания изменений в основных бассейнах и улучшения состояния добываемых в этих водоемах рыбных ресурсов. Предварительные результаты показывают, что 55 процентов рыбных ресурсов во всех основных бассейнах эксплуатируются с умеренной интенсивностью, а 17 процентов – крайне интенсивно.

Согласно данным по рыболовному флоту, в 2020 году в мире насчитывалось порядка 4,1 млн рыболовных судов, что на 10 процентов меньше, чем в 2015 году; такое изменение стало результатом усилий многих стран, в частности Китая и стран Европы, по сокращению численности мирового флота. Азия по-прежнему располагает крупнейшим рыболовным флотом, который насчитывает около двух третей от общего числа судов в мире. В мире, как и ранее, насчитывается 2,5 млн моторных судов, причем почти 75 процентов от этого числа приходится на Азию; около 97 процентов немоторных судов распределено между Азией и Африкой.

Что касается занятости в рыболовстве и аквакультуре, то в 2020 году на этапе первичного производства в секторе на условиях полной или частичной занятости трудились около 58,5 млн человек; примерно 35 процентов из них были заняты в аквакультуре, причем в последние годы рост этого показателя замедлился, а число рыбаков в мире сократилось. В 2020 году 84 процента рыбаков и рыбоводов проживали в Азии. В целом, женщины в 2020 году в среднем составляли 21 процент работников первичного этапа производства в секторе (в аквакультуре – 28 процентов, а в рыболовстве – 18 процентов); при этом они, как правило, занимали нестабильные должности, составляя всего 15 процентов от числа работающих на условиях полной занятости. Однако отдельные данные по сектору переработки показывают, что здесь женщины составляют немногим более 50 процентов работников, трудоустроенных на условиях полной занятости, и 71 процент работающих на условиях частичной занятости.

В последние десятилетия ощутимо изменились модели использования и переработки продукции рыболовства и аквакультуры. В 1960-х годах для непосредственного употребления в пищу человеком использовалось 67 процентов общемирового объема продукции, а в 2020 году – уже 89 процентов (157 млн тонн) без учета водорослей. Остальная часть продукции (более 20 млн тонн) была направлена на непродовольственные цели: практически весь этот объем был использован на производство рыбной муки и рыбьего жира; а оставшуюся часть продукции составили декоративные рыбы и водные животные, используемые в качестве наживки, в фармацевтике, в качестве корма для домашних питомцев, сырья для непосредственного кормления культивируемой рыбы, сельскохозяйственных животных и пушных зверей. Самую значительную долю пищевой продукции из водных биоресурсов[5] по-прежнему составляли живые, свежие и охлажденные формы (кроме водорослей), использовавшиеся для прямого употребления в пищу человеком; в несколько меньших объемах на рынки поставлялась замороженная, приготовленная, консервированная и вяленая продукция. В Азии и Африке доля пищевой продукции из водных биоресурсов, сохраняемой путем засолки, копчения, ферментации и сушки, выше, чем в среднем по миру. Растет доля побочных продуктов, используемых в пищевых и непищевых целях. Например, в 2020 году из них было произведено 27 процентов общемирового объема рыбной муки и 48 процентов рыбьего жира.

В период с 1961 по 2019 год общемировое потребление пищевой продукции из водных биоресурсов (кроме водорослей) росло в среднем на 3,0 процента в год, что почти в два раза превышало темпы годового прироста населения мира за тот же период (1,6 процента) с рекордным объемом годового потребления на душу населения на уровне 20,5 кг в 2019 году. По предварительным оценкам, в 2020 году потребление снизилось по причине сокращения спроса на фоне COVID-19, за которым последовало некоторое его увеличение в 2021 году. Почти во всех странах, за исключением лишь нескольких, особенно Японии, потребление пищевых продуктов из водных биоресурсов на душу населения в период с 1961 по 2019 год увеличилось; при этом самые высокие годовые темпы роста отмечались в странах с уровнем дохода выше среднего. В 2019 году население планеты получало из этих продуктов около 17 процентов животных белков и 7 процентов всех белков. Три целых и три десятых млрд человек получали из пищевой продукции из водных биоресурсов почти 20 процентов от суммарного среднедушевого объема потребляемых животных белков. Население Камбоджи, Сьерра-Леоне, Бангладеш, Индонезии, Ганы, Мозамбика и ряда малых островных развивающихся государств получают из такой продукции не менее половины общего объема потребляемых животных белков.

За последние десятилетия ощутимо вырос объем международной торговли продукцией водного происхождения, охватывая разные континенты и регионы. В 2020 году мировой объем экспорта продуктов водного происхождения, кроме водорослей, составил 151 млрд долл. США, что на 7 процентов меньше рекордного показателя 2018 года – 165 млрд долл. США. Объем торговли водной продукцией в ценовом выражении в том же году составил 11 процентов от общего объема торговли сельскохозяйственной продукцией (за исключением продукции лесного хозяйства) и около 1 процента суммарного объема торговли товарами. Во многих странах, например, в Кабо-Верде, Исландии, Кирибати и на Мальдивских Островах, этот показатель гораздо выше – более 40 процентов от товарной торговли в ценовом выражении. Почти 90 процентов товаров водного происхождения, за исключением водорослей, составляет консервированная продукция, преимущественно замороженная. Кроме того, 1,9 млрд долл. США были получены от экспорта водорослей, несъедобных побочных продуктов, а также губок и кораллов.

В период 1976–2020 годов стоимость экспортируемых продуктов водного происхождения росла в номинальном выражении на 6,9 процентов, а в реальном – на 3,9 процентов в год (с поправкой на инфляцию). Более высокие темпы роста объемов в ценовом выражении по сравнению с ростом количества обусловлены повышением доли поставляемых на рынки высокоценных видов и продуктов, подвергшихся переработке или обработке в других формах с целью повышения стоимости.

На первом месте по объему экспорта продукции из водных животных остается Китай, за которым следуют Норвегия и Вьетнам, а крупнейшим рынком-импортером является Европейский союз. Первое место по объему импорта занимают Соединенные Штаты Америки, за которыми следуют Китай и Япония. Самое большое количество видов по объему (живой вес) импортирует Китай, который закупает продукцию не только для внутреннего потребления, но и в качестве сырья для переработки внутри страны и последующего реэкспорта.

2. На пути к “голубой” трансформации[6]

Десятилетие действий по достижению Глобальных целей [7] призвано стимулировать меры по решению проблемы продовольственной безопасности и сохранению природных ресурсов планеты. Пищевая продукция из водных биоресурсов, производство которой к 2030 году, по прогнозам, возрастет еще на 15 процентов, способна удовлетворить значительную долю потребностей человечества в питательной пищевых продуктах. “Голубая” трансформация – это концепция устойчивого преобразования продовольственных систем, в которых используются водные ресурсы, признанный эффективным комплекс решений, предполагающий обеспечение продовольственной и пищевой безопасности, а также экологического и социального благополучия путем сохранения здоровья водных экосистем, снижения уровня загрязнения, охраны биоразнообразия и повышения социального равенства.

В основе концепции лежат устойчивое расширение и интенсификация аквакультуры, эффективное регулирование всего рыбного промысла и модернизация производственно-сбытовых цепочек. Для их решения необходимо разрабатывать целостные, гибкие подходы с учетом сложных взаимосвязей между разными элементами агропродовольственных систем и содействовать применению коллективных мер, разработанные с использованием имеющихся и новых сведений, инструментов и методов, гарантирующих и повышающих вклад водных продовольственных систем в глобальную продовольственную безопасность и питание.

По прогнозам, к 2030 году объемы производства пищевой продукции из водных биоресурсов вырастут еще на 15 процентов, в основном за счет интенсификации и расширения устойчивой аквакультуры. При этом необходимо не только обеспечивать рост производства, но и сохранять здоровье водных экосистем, предотвращать загрязнение и поддерживать биоразнообразие и социальное равенство. Инициатива “Голубая трансформация” осуществляется со следующими целями: i) расширение разработки и внедрения устойчивых методов аквакультуры; ii) интеграция аквакультуры в стратегии в области развития и продовольственную политику национальных, региональных и глобальных масштабов; iii) расширение и интенсификация производства продукции аквакультуры с удовлетворением растущего спроса на пищевую продукцию из водных биоресурсов и созданием условий для инклюзивного обеспечения средств к существованию; и iv) наращивание потенциала для разработки и внедрения инновационных технологий и методов регулирования в интересах повышения эффективности и устойчивости предприятий аквакультуры.

Необходимо устранять фундаментальные препятствия для развития систем производства продукции аквакультуры, повышения качества общего руководства, инвестиций, инноваций и наращивания потенциала. Для совершенствования систем аквакультуры нужно продолжать внедрять новаторские технические решения с акцентом на достижение генетических улучшений с помощью селекционных программ, а также на повышение качества кормов, уровня биобезопасности и эффективности борьбы с болезнями; при этом необходимо проводить последовательную политику и создавать соответствующие стимулы во всех сегментах производственно-сбытовых цепочек. В первую очередь необходимо внедрять инновационные методы в таких областях, как корма и откорм, осуществлять цифровизацию и содействовать применению эффективных подходов, не наносящих урона окружающей среде. Для этого необходимо обеспечивать достаточные возможности и квалификацию работников, осуществлять обучение, исследования и партнерское взаимодействие, а также развивать информационно-коммуникационные технологии и расширять доступ к мобильным приложениям и платформам.

Важнейшую роль в создании благоприятных условий для привлечения инвестиций в расширение аквакультуры играет надлежащее управление, которое невозможно без развитых нормативно правовых и институциональных механизмов с гарантированными возможностями применения. Необходим сбалансированный комплекс финансовых и страховых услуг на всех уровнях для совершенствования инфраструктуры и более широкого внедрения технических новшеств и таких механизмов, как углеродные или азотные квоты и “голубые” облигации для стимулирования инвестиций в “голубые” технологии, помогающие улучшать состояние окружающей среды и обеспечивать экосистемные услуги.

Основной целью “голубой” трансформации является эффективный менеджмент рыболовства. Для повышения его эффективности важно не только восстанавливать рыбные запасы, повышать улов и восстанавливать здоровье и продуктивность экосистем, но и использовать эксплуатируемые ресурсы в границах экосистем. Необходимы всеобъемлющие изменения, направленные на создание благоприятных условий для реформ в области управления и политики, эффективные механизмы регулирования, инновационные технологии и надлежащие меры социальной защиты.

При проведении реформ в области политики и общего руководства во всем мире, направленных на перевод в практическую плоскость действий в области регулирования на страновом и региональном уровнях, необходимо ориентироваться на международные документы, такие как Конвенция ООН по морскому праву, Кодекс ведения ответственного рыболовства и соответствующие средства реализации, включая Соглашение о мерах государства порта. Межправительственные организации (МПО), неправительственные организации (НПО) и частный сектор должны активизировать межсекторальное взаимодействие и шире применять механизмы межсекторального сотрудничества, что позволит им более результативно выполнять взаимодополняющие функции по решению вопросов регулирования рыбных ресурсов на местном, национальном и региональном уровнях.

Для эффективного регулирования рыболовства необходимо применять экосистемный подход с учетом вопросов владения и пользования, прав и совместного управления, а также выгод и взаимовлияния экологических, социальных и экономических целей эксплуатации рыбных ресурсов и водных экосистем. Соответствующие заинтересованные стороны должны привлекаться к процессам принятия решений с помощью структур совместного управления, использование которых должно дополняться эффективным мониторингом, контролем и наблюдением (МКН), расширенным обменом информацией, обеспечением применения соответствующих механизмов и укреплением координации.

Для эффективного осуществления мер по сохранению и рациональной эксплуатации ресурсов важны современные технические решения, которые помогают повышать качество сбора, анализа и распространения данных и МКН, повышать эффективность действий, в том числе по охране окружающей среды, и обеспечивать безопасность на море. Программы социальной защиты, разрабатываемые с учетом вопросов достойной работы и с опорой на права человека, помогают сохранять ресурсы и поддерживать необходимый уровень жизни.

Развивающиеся, особенно наименее развитые, страны не располагают достаточным техническим и институциональным потенциалом для обеспечения эффективного регулирования рыболовства. Им необходимы специальные инициативы по развитию потенциала с применением подходов, адаптированных к условиям нехватки финансовых и человеческих ресурсов.

Расширение аквакультуры и обеспечение эффективного управления рыболовством невозможны без внедрения инноваций в производственно-сбытовые цепочки продукции рыболовства и аквакультуры. Для этого нужны государственно-частные партнерства, которые бы содействовали внедрению новых технологий, росту доступности пищевой продукции из водных биоресурсов, повышению осведомленности потребителей о преимуществах пищевой продукции из водных биоресурсов и о ее наличии, сокращению потерь и порчи пищевой продукции (ППП) и улучшению доступа к прибыльным рынкам. Для сокращения ППП необходимы комплексные мероприятия, охватывающие такие сферы, как управление, технологии, навыки и знания, услуги, инфраструктура и рыночные связи. Чтобы предоставлять доступ к прибыльным рынкам, необходимо создавать возможности для удовлетворения рыночных требований, в частности, разрабатывать нетарифные меры, направленные на защиту потребителей, охрану окружающей среды и обеспечение социальной защиты, и использовать прозрачные и надежные системы прослеживаемости.

Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций объявила 2022 год Международным годом кустарного рыболовства и аквакультуры. Его проведение призвано повысить осведомленность мировой общественности о маломасштабном кустарном рыболовстве и аквакультуре, углубить их понимание, активизировать действия по поддержанию их вклада в устойчивое развитие, расширить диалог и сотрудничество между разными субъектами и партнерами и привлечь основные заинтересованные стороны в государственном и частном секторах к решению проблем и расширению возможностей маломасштабного рыболовства и аквакультуры в интересах достижения Целей в области устойчивого развития (ЦУР).

3. ”Голубая” трансформация как средство осуществления Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года

До 2030 года остается менее восьми лет, но работа по ликвидации голода и неполноценного питания в мире и достижению ЦУР ведется с отставанием. Следствием пандемии COVID-19 стало обращение вспять сформировавшихся ранее благоприятных тенденций. Десятилетие действий по достижению Глобальных целей, задачи которого определяются положениями Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, призвано упрочить основу для осуществления стратегий стран, МПО, НПО и организаций гражданского общества, направленных на построение справедливого, процветающего и устойчивого мира.

Рыболовство и аквакультура вносят вклад в достижение большинства ЦУР, в частности, ЦУР 14 (сохранение морских экосистем), непосредственно касающейся океана и морских ресурсов. Будучи куратором четырех показателей ЦУР, касающихся устойчивого использования живых ресурсов моря, ФАО использует и адаптирует существующие глобальные механизмы мониторинга и отчетности так, чтобы иметь возможность учитывать данные стран. Последние данные показывают обнадеживающую динамику в реализации мер политики, направленных на достижение показателей ЦУР 14.6.1 и 14.b.1. Осуществляются и планируются меры по совершенствованию методики, призванные решить проблему нехватки во многих развивающихся странах национального потенциала для измерения устойчивости запасов морской рыбы (показатель ЦУР 14.4.1) и углубить понимание странами важности устойчивого рыбного промысла для их национальной экономики (показатель ЦУР 14.7.1). Результаты оценки некоторых показателей в рамках задач ЦУР 14.1, 14.3 и 14.5, касающихся решения экологических проблем океана, указывают на ухудшение его состояния и ускорение загрязнения, однако данные свидетельствуют о явном прогрессе в решении этих задач и о наличии твердой политической воли к принятию национального законодательства по охране морской среды.

Важнее всего то, что представление информации о фактическом вкладе рыболовства и аквакультуры в осуществление Повестки дня на период до 2030 года остается сложной задачей, поскольку показатели достижения ЦУР 14 преимущественно относятся к морскому промышленному рыболовству; показатели, касающиеся вклада аквакультуры, не всегда точно формулируются или передаются; а данные, позволяющие измерять вклад рыболовства и аквакультуры во внутренних водоемах в обеспечение продовольствием и в питание, в последних текстах ЦУР отсутствуют вовсе.

В рамках Десятилетия Организации Объединенных Наций, посвященного науке об океане в интересах устойчивого развития (2021–2030 годы) (ДОУР ООН) признается решающее значение активного взаимодействия между наукой и политикой для выработки устойчивых решений и в конечном счете для того, чтобы решения, соглашения и мероприятия готовились с опорой на наиболее качественные фактические данные. План проведения ДОУР ООН, подготовленный в рамках коллективного и инклюзивного процесса, сформулирован с учетом достигнутых результатов. Он охватывает различные географические регионы, сектора, дисциплины и поколения и предполагает выполнение 10 приоритетных задач и осуществление коллективных действий общими усилиями партнеров Десятилетия. Для решения проблем, стоящих перед рыболовством и аквакультурой, они стремятся генерировать знания, поддерживать инновационную деятельность, устранять неравенство возможностей для изучения океана и разрабатывать решения, нацеленные на оптимизацию роли океана в обеспечении продовольственной безопасности в меняющихся экологических, социальных и климатических условиях.

В рамках Десятилетия Организации Объединенных Наций по восстановлению экосистем под эгидой ФАО и Программы ООН по окружающей среде поставлены задачи по восстановлению мировых экосистем и их услуг путем оздоровления среды обитания и улучшения состояния видов с целью обеспечить продуктивность социально-экологических систем и их невосприимчивость к воздействию существующих и прогнозируемых вызовов.

Для восстановления внутренних, прибрежных и морских экосистем необходимо обеспечивать эффективность общего руководства и содействовать принятию различными субъектами, секторами и юрисдикциями комплекса мер по сохранению ресурсов и устойчивому производству. Десятилетие дает возможности создавать сети и партнерства по всему миру и налаживать контакты между ними, укрепляя связь между восстановлением, наукой и политикой.

Чтобы восстановить продуктивность рыбных ресурсов, нужно восстанавливать мангровые леса, пласты морской травы и рифы, а также водосборы и водно-болотные угодья, и осуществлять эффективные меры регулирования, с тем чтобы восстанавливать рыбные запасы и снижать негативное воздействие рыболовства на экосистемы. В области аквакультуры основное внимание направлено на восстановление структуры и функций экосистем, так чтобы обеспечивать население продовольствием и при этом минимизировать загрязнение, распространение инвазивных чужеродных видов и вспышки болезней.

В Глобальной рамочной программе в области биоразнообразия на период после 2020 года сформулированы три важные задачи: i) расширить ее принятие и реализацию за пределами природоохранных организаций и обеспечить ответственное отношение широкого круга субъектов к проблемам и решениям в области биоразнообразия; ii) обеспечить соответствие ресурсов для реализации изменений в отношении амбициозности поставленных задач; и iii) наладить динамичный процесс, поддающийся измерению и воспроизведению.

Чтобы включить эти задачи в свои планы действий, заинтересованные стороны должны обеспечивать более прочные взаимосвязи между восстановлением биоразнообразия, экономической выгодой и обеспечением средств к существованию. Различные учреждения, в том числе ФАО, осуществляют инициативы и действия, обеспечивающие поддержку усилий по восстановлению уязвимых видов и мест обитания. Это, в частности, характеризация видов, находящихся под угрозой, осуществление национальных планов действий по акулам и морским птицам, управление рыболовством на порайонной основе и управление рыболовством во внутренних водоемах в масштабах бассейнов. Также осуществляются другие действия, ориентированные на оптимизацию устойчивого использования биоразнообразия путем смягчения рисков и последствий, связанных с разнообразием искусственно выращиваемых водных организмов, снижения прилова и загрязнения, связанных с оставленными, утраченными и иным образом брошенными орудиями лова, и путем использования устройств для селективного лова.

4. Новые проблемы и перспективы

Начавшаяся в марте 2020 года пандемия COVID-19 охватила все страны и континенты и причинила беспрецедентный ущерб здоровью населения, социальный и экономический ущерб, включая сектор рыболовства и аквакультуры. В рамках реагирования на беспрецедентный кризис, вызванный COVID-19 во всем мире, вводились карантинные меры и закрывались рынки, порты и границы, следствием чего стали значительное сокращение торговли, сбои в производстве и дистрибуции пищевой продукции из водных биоресурсов, потеря людьми работы и средств к существованию.

Было нарушено функционирование сектора рыболовства, и стало сложно поддерживать плановые производственные циклы в аквакультуре. Особенно уязвимыми для ограничений, связанных с пандемией, оказались цепочки поставок, в которых преобладали малые и средние предприятия. В самом неблагоприятном положении оказались уязвимые и маргинализированные группы населения, при этом в числе тех, кто потерял работу и возможности для обеспечения семей средствами к существованию, преобладали женщины. Тем не менее людям постепенно удалось улучшить свое положение за счет диверсификации доходов домохозяйств за счет других видов сельскохозяйственной деятельности, оптимизации затрат на ведение бизнеса, налаживания поставок на местные рынки и освоения онлайновых рынков и схем прямых поставок.

Правительства принимали многоплановые, комплексные меры поддержки в области здравоохранения, социальной, экономической, образовательной и экологической сферах, характер которых зависел от национальных приоритетов, возможностей и ресурсов. В странах с полноценно функционирующими механизмами социальной защиты принимались более эффективные меры по смягчению последствий пандемии. К сожалению, эти меры далеко не всегда распространялись на многих работников сектора рыболовства и аквакультуры, которые трудятся на условиях неформальной занятости.

Пандемия показала, что рынки и цепочки поставок тесно взаимосвязаны, и заставила признать необходимость создания комплексных, инклюзивных национальных систем, способных адаптироваться к потрясениям. Кризис оказал и положительное воздействие: он ускорил цифровизацию сектора и развитие электронных средств мониторинга и обеспечения исполнения требований, способствовал расширению использования “зеленых” источников энергии и экологичных технологий, ускорил развитие местного производства и формирование местных рынков.

Усиливающееся потепление вызвало необратимые изменения, которые потребовали неотложных действий на просторах океана в интересах повышения эффективности и масштабов мер по смягчению последствий изменения климата и адаптации к ним и обусловили назревшую необходимость реализации мер по адаптации рыболовства и аквакультуры к изменившимся климатическим условиям. В частности, необходимо в полной мере учитывать климатические факторы стресса в управлении рыболовством и аквакультурой и увязывать планы адаптации и действия по регулированию или развитию, в том числе с учетом местных и зависящих от контекста показателей воздействия климатических факторов на сектор.

На национальном и местном уровнях необходимо разработать всеобъемлющие планы адаптации с акцентом на наиболее уязвимые группы населения, используя коллективный и инклюзивный подход и учитывая потребности и выгоды субъектов маломасштабного рыболовства и аквакультуры. Такие планы будут более эффективными, если в их основу будут положены пространственные подходы к регулированию c учетом климатической проблематики, если в них будут учитываться аспекты равенства и прав человека и предусматриваться инвестиции в инновации.

На двадцать шестой сессии Конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата в Глазго (КС-26) была подчеркнута важность океанов, что дало возможность увеличить вклад сектора рыболовства и аквакультуры в глобальные усилия, распространить решения по адаптации к изменению климата и смягчению его последствий и выдвинуть вопросы рыболовства и аквакультуры во внутренних водоемах на первый план в международных обсуждениях, посвященных климату.

Для повышения устойчивости и инклюзивности в рыболовстве и аквакультуре необходимо наращивать усилия по обеспечению гендерного равенства в секторе. Несмотря на важную роль в нем женщин, они преимущественно работают на условиях неформальной занятости, выполняют самые низкооплачиваемые, требующие самой низкой квалификации работы и занимают самые нестабильные должности. В силу социального, культурного и экономического контекста многие из них сталкиваются с гендерными ограничениями, которые не позволяют им в полной мере реализовать себя в и извлечь из своей важной роли в секторе все возможные выгоды. Их положение дополнительно осложняется ограниченным доступом к информации, услугам, инфраструктуре, рынкам, социальной защите и возможностям для достойной занятости, участия в принятии решений и работы на руководящих должностях.

Политика ФАО по обеспечению гендерного равенства легла в основу принятых Организацией важнейших документов и разработанных ею инструментов, призванных расширить применение подходов, ориентированных на преобразование гендерных взаимоотношений и признание роли женщин в качестве ключевых проводников изменений в интересах “голубой” трансформации.

Организация составляет прогнозы производства, использования, сбыта и стоимости продукции сектора рыболовства и аквакультуры, а также основных проблем, которые могут повлиять на спрос и предложение в будущем, с опорой на предположения, касающиеся экономики, политики и окружающей среды. Согласно прогнозам ФАО до 2030 года, объемы производства, потребления и сбыта продукции рыболовства и аквакультуры будут расти, хотя и невысокими темпами. Ожидается, что общий объем производства водных животных в 2030 году достигнет 202 млн тонн, причем этот прирост в основном будет обеспечиваться за счет аквакультуры – ее продукция в 2030 году составит 106 млн тонн. Мировой объем продукции промышленного рыболовства увеличится до 96 млн тонн. Этот рост станет результатом восстановления запасов некоторых видов благодаря более эффективному регулированию ресурсов, росту вылова недолавливаемых ресурсов, а также сокращения выбросов, потерь и порчи.

В 2030 году на потребление человеком будет направляться 90 процентов добываемых водных животных, что на 15 процентов больше, чем в 2020 году. Годовое потребление продукции на душу населения вырастет с 20,2 кг в 2020 году до 21,4 кг в 2030 году. Этот рост будет обусловлен высоким спросом, связанным с ростом доходов, урбанизацией, наращиванием производства, рационализацией послепромысловой обработки и дистрибуции, а также изменениями в моделях питания. Во всех регионах, кроме Африки, ожидается увеличение предложения пищевой продукции из водных биоресурсов, в то время как в Африке, особенно в странах Африки к югу от Сахары, ожидается некоторое снижение потребления на душу населения, что представляет собой проблему с точки зрения продовольственной безопасности.

Торговля продукцией водного происхождения продолжит развиваться, но темпы ее роста снизятся по сравнению с предыдущим десятилетием, что будет вызвано замедлением роста производства, ростом цен, препятствующим повышению спроса и потребления, и более высоким внутренним спросом в ряде стран, находящихся на первых местах по производству и экспорту продукции, таких как Китай. Стабильная доля продукции, направляемой на экспорт, останется в 2030 году на уровне 36 процентов, при этом доля продукции аквакультуры в этом объеме возрастет. Основным экспортером пищевой продукции из водных биоресурсов в количественном выражении останется Китай; на следующих местах по этому показателю будут находиться Вьетнам и Норвегия. В Европейский союз, Японию и Соединенные Штаты Америки в 2030 году будет ввозиться 39 процентов от общего объема импорта пищевых продуктов из водных биоресурсов.

К 2030 году цены на продукты водного происхождения, являющиеся предметом международной торговли, по оценкам, вырастут на 33 процента в номинальном выражении. Этот рост будет обусловлен повышением доходов населения, ростом численности населения, высоким спросом, сокращением предложения и повышением себестоимости продукции за счет таких факторов производства, как корма, энергия и рыбий жир.

1 Следует отметить, что в докладе “Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022” впервые появился Глоссарий, что обусловлено постоянным расширением терминологии, связанным с возрастающей ролью сектора в обеспечении продовольственной безопасности и питания людей и в торговле.

2 В Части 1 “Обзор положения в мире”, если не указано иное, статистический анализ производства, использования, потребления и торговли проводится отдельно для водных животных (за исключением водных млекопитающих и рептилий) и водорослей. Подробный охват видов и конкретных отраслевых исключений указан в Глоссарии в основном докладе.

3 См. Глоссарий в отношении определений водорослей, производства продукции рыболовства и аквакультуры, в том числе к контексте СОФИА 2022.

4 См. Глоссарий в отношении продукциии из водных биоресурсов, в том числе к контексте СОФИА 2022.

5 См. Глоссарий в отношении пищевой продукциии из водных биоресурсов, в том числе к контексте СОФИА 2022.

6 См. Глоссарий в отношении определения “голубой” трансформации.

7 В 2019 году Генеральный секретарь ООН призвал провести десятилетие амбициозных действий по достижению целей в области устойчивого развития к 2030 году – Десятилетие действий по достижению Глобальных целей.

ЧАСТЬ 1
ОБЗОР ПОЛОЖЕНИЯ В МИРЕ

ГАЙАНА

Рыбаки на небольших судах, пришвартованных в месте выгрузки в устье, - улучшая производственно-сбытовые цепочки в рамках проекта FISH4ACP.

©FAO/Nieuw Image Media

Краткая информация о рыболовстве и аквакультуре

В мире все в большей степени признается важнейший вклад рыболовства и аквакультуры в продовольственную безопасность и питание населения в XXI веке. Для дальнейшего наращивания этого вклада необходимо ускорять всеобъемлющие преобразования в таких сферах, как политика, управление, инновации и инвестиции, с тем чтобы обеспечить устойчивость и равноправие в рыболовстве и аквакультуре во все мире. В докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022"[1] представлены актуальные и подтвержденные статистические данные[2] по сектору (врезка 1) проанализировано его положение в контексте международных мер политики и освещены отдельные высокоэффективные инициативы и действия, призванные служить катализатором международных усилий в интересах достижения целей в области устойчивого развития. В публикации рассматривается воздействие пандемии COVID-19 на производство[3], использование и сбыт продукции рыболовства и аквакультуры.

ВРЕЗКА 1 ФАО – ИСТОЧНИК СТАТИСТИЧЕСКИХ ДАННЫХ О МИРОВОМ РЫБОЛОВСТВЕ И АКВАКУЛЬТУРЕ БОЛЕЕ ЧЕМ ЗА 70 ЛЕТ (1950–2020 ГОДЫ)

Ведение статистического учета – одна из основных функций ФАО. С момента основания на Организацию были возложены полномочия собирать, обобщать, анализировать и распространять информацию, касающуюся питания, продовольствия и сельского хозяйства в соответствии со Статьей 1 Устава ФАО1[1]. Статистическая система ФАО играет важную роль в усилиях в области сельского хозяйства и продовольствия: содержащиеся в ней данные используются при разработке странами мер политики по искоренению голода и содействию устойчивому использованию природных ресурсов, для чего необходимы обоснованные решения на основе высококачественных и полных данных. В частности, в ведении ФАО находится FishStat – единственный источник глобальной статистики по рыболовству и аквакультуре и уникальный глобальный ресурс, являющийся общественным благом, который может использоваться для анализа и мониторинга функционирования сектора. Статистика разделена на коллекции данных (продукция промышленного рыболовства и аквакультуры, переработка, торговля, флот, занятость и потребление), которые находятся в свободном доступе в различных форматах. Пользователи могут использовать их в составе ряда инструментов и продуктов в разбивке по странам и группам стран, видам и группам видов, условиям лова и т.д. Важной вехой для Организации стал 2022 год, когда ФАО смогла представить большинство категорий статистических данных по рыболовству и аквакультуре за 1950–2020 годы – ранее она никогда не публиковала статистику за столь длительный период. В честь этого важного события будет осуществлен ряд инициатив, включая семинары и подготовку специальных публикаций, с целью повышения качества взаимодействия с членами и пользователями в интересах удовлетворения их потребностей.

Основой для статистики ФАО по рыболовству и аквакультуре главным образом служат данные, ежегодно собираемые из национальных источников с помощью вопросников, которые готовятся с учетом специфики всех видов данных, и страновые данные. Каждый год странам предлагается предоставить данные за последний год, а также сверить и пересмотреть данные за несколько последних лет. Качество статистики ФАО в значительной степени зависит от точности и достоверности собираемых и предоставляемых странами данных. ФАО стремится проверять поступающие официальные данные и обеспечивать их качество. Они тщательно анализируются и перепроверяются с помощью различных данных и другой доступной информации. При выявлении аномалий или пробелов в данных ФАО в сотрудничестве со странами изучает возникающие проблемы и ищет способы их совместного решения с тем, чтобы обеспечить согласованность при распространении официальной информации.

Однако процесс устранения несоответствий в данных часто бывает медленным и трудоемким. При необходимости в базах данных и распространяемых информационных материалах используются расчетные данные Организации (помеченные значком "E"). Это побуждает многие страны принимать корректирующие меры и подключаться к совместным с ФАО усилиям по решению вопросов, касающихся достоверности их статистических данных по рыболовству и аквакультуре.

Данные национальной статистики, предоставляемые странами, – основной, но не единственный источник, который ФАО использует для ведения своих статистических баз данных по рыболовству и аквакультуре. Статистические данные, предоставляемые национальными органами, дополняются, а в некоторых случаях заменяются данными из альтернативных источников и более достоверными сведениями. Это, в частности, касается данных о вылове, распространяемых региональными рыбохозяйственными органами (РРХО). Координационная рабочая группа по статистике рыбного хозяйства (КРГ) на своей восемнадцатой сессии в 1999 году[2] рекомендовала своим членам "в целом считать наиболее достоверными те данные, которые находятся в распоряжении регионального органа, несущего ответственность за оценку запасов" и которые считаются результатом "наиболее точной научной оценки". Во исполнение этой рекомендации ФАО регулярно сравнивает данные об уловах, полученные от национальных ведомств, в частности, по тунцу и видам, подобным тунцу, с данными, подтвержденными РРХО.

Когда данные не сообщаются вовсе или сообщаются лишь частично, ФАО проводит расчеты, ориентируясь на самую точную информацию из альтернативных источников; в частности, данные РРХО о промышленном рыболовстве. Как учреждение/организация, руководящая работой по сбору и распространению глобальной статистики в области рыболовства и аквакультуры, ФАО обязана оценивать данные по всем странам, не сообщающим информацию, а также по странам, сообщающим информацию лишь частично, что дает ей возможность получать обоснованные агрегированные данные на глобальном, региональном и национальном уровнях. Это особенно важно в свете ключевой роли Организации в расчете продовольственных балансов, предназначенных для оценки структуры продовольственного обеспечения стран и мониторинга тенденций в области наличия продовольствия и продовольственной безопасности.

Данные по текущему состоянию и тенденциям во всех сегментах производственно-сбытовых цепочек чрезвычайно важны для принятия продуманных мер политики, а также для оценки и отслеживания эффективности управления в рыболовстве и аквакультуре. В своей работе ФАО привержена обеспечению значительного улучшения в отношении охвата детализированными данными в разбивке по видам и странам. В то же время значительно возросла потребность в более подробной и своевременной статистике в разбивке по секторам, а также в данных национального и субнационального уровня. Ограниченная доступность информации зачастую тормозит разработку мер политики и планирование. Тем не менее в последние 20 лет во многих странах не произошло значительного улучшения общей доступности данных, причиной чему стала нехватка человеческих и финансовых ресурсов. Наиболее серьезные проблемы возникают при сборе статистики по маломасштабному рыболовству и промыслу для собственных нужд. Кроме того, отсутствуют многие важные статистические данные глобального уровня, такие как экономические и социальные данные, сведения о выбросах и промысловых мощностях.

ФАО не только обеспечивает данные для глобального мониторинга, но и играет фундаментальнуюё роль, важность которой высоко ценится: она предоставляет многим странам техническую помощь и услуги по развитию потенциала в области подготовки статистики по рыболовству для многих стран, а также содействует им в разработке методов и стандартов для статистики по рыболовству и аквакультуре и координирует глобальное сотрудничество через учрежденную в 1960 году межучрежденческую КРГ, в которой выполняет функции Секретариата. ФАО твердо убеждена, что сотрудничество со странами является единственным эффективным способом повышения качества статистики в области рыболовства и аквакультуры, с тем чтобы обеспечить возможность использовать ее для разработки мер политики, направленных на удовлетворение потребностей стран в области продовольственной безопасности и управления рыболовством и аквакультурой, а также для удовлетворения потребностей РРХО и самой ФАО. При этом Организация признает, что повышение эффективности основных механизмов сбора данных в странах возможно только при наличии финансовых, человеческих и технических ресурсов, с тем чтобы обеспечить соответствующий потенциал в странах для внедрения и поддержания зачастую сложных и ресурсоемких систем сбора, обработки и передачи данных.

[1] ФАО. 2017. Сборник базовых документов Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций. Тома I и II, издание 2017 года. Рим. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/mp046e/mp046e.pdf).

[2] FAO. 1999. Report of the eighteenth session of the Coordinating Working Party on Fishery Statistics, Luxembourg, 6–9 July 1999. FAO Fisheries Report No. 608. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/x3554e/x3554e.pdf).

В 2020 году на мировые рынки было поставлено порядка 178 млн тонн водных животных, что несколько ниже рекордного объема, зарегистрированного в 2018 году – 179 млн тонн (таблица 1 и рисунок 1). Объем продукции промышленного рыболовства составил 90 млн тонн (51 процент от общего объема), а объем продукции аквакультуры – 88 млн тонн (49 процентов). Сто двенадцать миллионов тонн (63 процента от общего объема продукции) было добыто в морских водах (70 процентов – продукция промышленного рыболовства, 30 процентов – продукция аквакультуры), а 66 млн тонн (37 процентов) – во внутренних водоемах (83 процента – продукция аквакультуры, 17 процентов – продукция промышленного рыболовства). Общемировой объем этой продукции, выраженный в ценах первой продажи, составил порядка 406 млрд долл. США; из них на продукцию промышленного рыболовства приходится 141 млрд долл. США, а на продукцию аквакультуры – 265 млрд долл. США. В том же году на рынки было поставлено 36 млн тонн (сырой вес) водорослей[3], 97 процентов этого объема были произведены в аквакультуре, преимущественно морской.

ТАБЛИЦА 1 ПРОИЗВОДСТВО, ИСПОЛЬЗОВАНИЕ И ПРОДАЖА ПРОДУКЦИИ МИРОВОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ^1

1 Без учета морских млекопитающих, крокодилов, аллигаторов и кайманов, морских водорослей и других видов водорослей. Итоговые цифры могут не совпадать с суммой слагаемых из-за округления.

2 Данные по использованию за 2018–2020 годы являются предварительными.

3 Источник данных о населении: ООН. 2019. 2019 Revision of World Population Prospects. См.: ООН. Нью-Йорк. Доступно онлайн [по состоянию на 22 апреля 2022 г]: https://population.un.org/wpp

ИСТОЧНИК: ФАО.

РИСУНОК 1 ПРОДУКЦИЯ МИРОВОГО ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водорослей. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Более 157 млн тонн (89 процентов) добытых водных животных было использовано для потребления человеком. Остальные 20 млн тонн были направлены на непищевые цели, главным образом на производство рыбной муки и рыбьего жира (для их изготовления было использовано 16 млн тонн, или 81 процент продукции) (см. рисунок 2).

РИСУНОК 2 ИСПОЛЬЗОВАНИЕ И ВИДИМОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ ПРОДУКЦИИ МИРОВОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водорослей. Данные выражены в эквиваленте живого веса. См. Глосарий в отношении определений водорослей и видимого потребления, в том числе в контексте СОФИА 2022. .

Источник данных о населении: Организация Объединенных Наций. 2019. 2019 Revision of World Population Prospects. См.: ООН. Нью-Йорк. Доступно онлайн [по состоянию на 22 апреля 2022 года] https://population.un.org/wpp

ИСТОЧНИК: ФАО.

В период с 1961 по 2019 год общемировое видимое потребление[3] пищевой продукции из водных биоресурсов[3] росло в среднем на 3,0 процента в год, что почти в два раза превышает темпы годового прироста населения мира (1,6 процента) за тот же период. Потребление пищевой продукции из водных животных на душу населения росло примерно на 1,4 процента в год – с 9,0 кг (в эквиваленте живого веса) в 1961 году до 20,5 кг в 2019 году. Согласно предварительным данным за 2020 год, этот показатель немного снизился до 20,2 кг. В том же году в секторе аквакультуры было произведено 56 процентов пищевой продукции из водных животных, доступных для потребления человеком. В последние десятилетия на потребление пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения прежде всего влияли рост предложения этой продукции, изменение потребительских предпочтений, развитие технологий и рост доходов.

Пищевая продукция из водных биоресурсов представляет собой одну из наиболее востребованных групп продовольственных товаров в мире: в 2020 году продукцией рыболовства и аквакультуры в том или ином объеме торговали 225 государств и территорий. Общемировой объем экспорта продукции водного происхождения, за исключением водорослей, в 2020 году составил около 60 млн тонн живого веса стоимостью 151 млрд долл. США) (таблица 1). Это значительно (на 8,4 процента в стоимостном выражении и на 10,5 процента по объему) ниже рекордного уровня, зафиксированного в 2018 году – 67 млн тонн, или 165 млрд долл. США.

В период 1976–2020 годов стоимость экспортируемой продукции рыболовства и аквакультуры (за исключением водорослей) в номинальном выражении росла на 6,9 процента, а в реальном – на 3,9 процента в год (с поправкой на инфляцию); годовой рост в количественном выражении за тот же период составил 2,9 процента.

Общий объем продукции рыболовства и аквакультуры[4]

За последние 70 лет совокупный объем продукции рыболовства и аквакультуры (за исключением водорослей)[4] значительно вырос: в 1950 году он составлял 19 млн тонн (в эквиваленте живого веса), а в 2018 году достиг исторического максимума – около 179 млн тонн; при этом годовой темп роста составлял 3,3 процента. В 2019 году объем производства снизился на 1 процент по сравнению с 2018 годом, а в 2020 году вновь увеличился, хотя и всего на 0,2 процента, и достиг 178 млн тонн. Общая рыночная стоимость водных животных, произведенных в секторе, в 2020 году составила 406 млрд долл. США, причем 265 млрд долл. США пришлось на продукцию аквакультуры.

Стагнация, наблюдавшаяся в последние два года, в первую очередь связана с некоторым ухудшением положения в секторе промышленного рыболовства, в котором в 2019 году было произведено на 4,5 процента меньше продукции по сравнению с пиковым показателем 2018 года (96 млн тонн), а в 2020 году – еще на 2,1 процента меньше. Эту динамику определяли следующие факторы: колебания вылова пелагических видов, особенно анчоуса, сокращение улова в Китае в последние годы и воздействие COVID-19 на сектор в 2020 году (см. разделы "Продукция промышленного рыболовства", "COVID-19 – беспрецедентный кризис: первые выводы" и врезку 2). В последние два года продолжился рост производства в аквакультуре (за счет которой преимущественно рос общий объем производства с конца 1980-х годов), хотя его темпы снизились (в 2018–2019 годах – 3,3 процента, а в 2019–2020 годах – 2,6 процента при среднегодовом росте в 2010–2018 годах в 4,6 процента) (см. раздел "Производство продукции аквакультуры"). Замедление роста обусловлено целым рядом факторов, включая изменения в политике Китая, направленные на охрану окружающей среды, и возникшие в 2020 году проблемы, связанные с COVID-19, включая санитарные меры, которые не только повлияли на производство для экспортных рынков, но и снизили объемы доступной рабочей силы, расходных материалов и средств производства (включая корма, мальков и лед); свой след оставили и перебои с транспортировкой и сбытом. Поскольку в последние два года аквакультура развивалась быстрее, чем промышленное рыболовство, ее доля в общем объеме продукции рыболовства и аквакультуры продолжила расти. В 2020 году было произведено 178 млн тонн продукции; в этом объеме продукция промышленного рыболовства составила 51 процент (90 млн тонн), а продукция аквакультуры – 49 процентов (88 млн тонн) (см. рисунок 3). Это значительно больше, чем в 1950-х годах, когда доля продукции аквакультуры составляла 4 процента, в 1970-х годах, когда на нее приходилось 5 процентов, в 1990-х годах (20 процентов) и в 2010-х годах (44 процента).

ВРЕЗКА 2 ВЛИЯНИЕ COVID-19 НА ПРОИЗВОДСТВО ПРОДУКЦИИ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В МИРЕ И СООТВЕТСТВУЮЩУЮ СТАТИСТИКУ

Пандемия COVID-19 оказала всеобъемлющее воздействие на рыболовство и аквакультуру во всем мире (см. раздел "COVID-19 - беспрецедентный кризис"), обусловленное изменением потребительского спроса, сбоями в функционировании рынков и логистическими трудностями, связанными с введением жестких мер по сдерживанию распространения инфекции, которые затрудняли работу сектора или препятствовали ей. В числе этих мер были закрытие магазинов, установление комендантского часа, требование о поддержании физической дистанции в операционной деятельности и на борту судов, а также ограничения в портах.

В ряде стран закрытие магазинов спровоцировало падение спроса и, как следствие, снижение цен на продукцию рыболовства и аквакультуры. Многие рыболовные флоты и предприятия аквакультуры прекратили или сократили свою деятельность, поскольку она стала нерентабельной; особенно тяжело им приходилось во время первых волн пандемии в 2020 году. Из-за низкого спроса, закрытия рынков и/или нехватки мощностей для холодильного хранения не заполнялись квоты на вылов рыбы. Ограничения на передвижение распространялись на профессиональных моряков, включая наблюдателей, работающих на промысле в открытом море, и морской персонал в портах, что препятствовало смене экипажей и репатриации моряков. Ввиду невозможности реализовать продукцию аквакультуры повысились затраты на корма и возросла смертность среди водных животных. Производство продукции рыболовства и аквакультуры, ориентированной на экспортные рынки, снизилось более существенно, чем производство продукции, предназначенной для внутренних рынков. Причиной этому стали закрытие рынков, повышение транспортных издержек, отмена рейсов и ограничения на границах. Из-за закрытия предприятий общественного питания (например, гостиниц, ресторанов, школьных и заводских столовых) также серьезно снизились поставки свежей рыбы и моллюсков на внутренние рынки[1].

Последствия в мире оказались неоднородны по масштабам: во многих странах объемы вылова и производства продукции аквакультуры падали в первые недели и месяцы кризиса, после чего сектор адаптировался к ситуации и положение улучшалось. Например, в разгар кризиса, вызванного COVID-19, вылов во всех районах Соединенных Штатов Америки сократился на 40 процентов[2]. Также снижение промыслового усилия было отмечено в Африке, Азии, Европе и Океании; особенно заметно сократились объемы вылова флотов, которые добывали более ценные виды, такие как омары или тунцы, предназначенные на экспорт.

Не во всех странах можно было тщательно отследить фактическое воздействие пандемии на сектор рыболовства и аквакультуры, поскольку возникли серьезные сбои в плановых сборе и обработке статистических данных по сектору. Помимо прочего, в сложившейся ситуации расширились возможности для незаконного, несообщаемого и нерегулируемого промысла. В одних случаях полностью прекращалось наблюдение за морем, что создало риск прекращения сбора важнейших данных для оценки динамики запасов в пространстве и времени. В других случаях было невозможно направлять в море научных наблюдателей ввиду трудностей с обеспечением выполнения санитарных мер (таких как физическое дистанцирование между членами экипажа в море) или отсутствия необходимых материалов (например, масок и перчаток). Кризис ощутимо повлиял и на сбор данных с объектов аквакультуры.

Во многих странах регулярно приостанавливался традиционный сбор данных о рыболовстве и аквакультуре в пунктах выгрузки. Также прерывались обследования домашних хозяйств и переписи населения, которые являются важными источниками информации для оценки социально-экономических аспектов сектора и его динамики. Таким образом, пандемия COVID-19 создала новые проблемы для статистических систем и предприятий в странах. Масштабы проблем в разных странах и даже в разных районах в пределах одной страны разнились, поскольку применяемые в них для выработки решений институциональные и финансовые, технические и цифровые системы различались по эффективности. В одних странах были приняты альтернативные подходы и методы, а в других в течение нескольких месяцев данные не собирались совсем или собирались фрагментарно. Принятые подходы или неполный охват могли повлиять на качество и сопоставимость данных ряда стран за 2020 год. На фоне пандемии в 2020 и 2021 годах усугубились имеющиеся проблемы, связанные с несвоевременным предоставлением или непредоставлением в ФАО статистических данных по рыболовству и аквакультуре. Кроме того, данные, поступившие из ряда стран, указывали на аномальные тенденции, поэтому для обеспечения качества и последовательности данных, распространяемых ФАО, понадобилось непосредственное взаимодействие с соответствующими странами и сверка с данными из других источников.

[1] ФАО. 2020. Новый коронавирус (COVID-19). Вопросы и ответы: Последствия пандемии COVID-19 для рыболовства и аквакультуры (на английском языке). См.: ФАО. Рим. Доступно по адресу [по состоянию на 19 апреля 2022 года]: www.fao.org/2019-ncov/q-and-a/impact-on-fisheries-and-aquaculture/en

[2] White, E.R., Froehlich, H.E., Gephart, J.A., Cottrell, R.S., Branch, T.A., Bejarano, R.A. & Baum, J.K. 2020. Early effects of COVID-19 on US fisheries and seafood consumption. Fish and Fisheries, 22(1): 232–239. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1111/faf.12525

РИСУНОК 3 ПРОДУКЦИЯ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В МИРЕ (С УЧЕТОМ И БЕЗ УЧЕТА ВОДОРОСЛЕЙ)

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов и кайманов. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Сто двенадцать миллионов тонн (63 процентов от общего объема продукции) было добыто в морских водах (70 процентов – продукция промышленного рыболовства, 30 процентов – продукция аквакультуры), а 66 млн тонн (37 процентов) – во внутренних водоемах (83 процента – продукция аквакультуры, 17 процентов – продукция промышленного рыболовства) (см. рисунок 4). Благодаря развитию аквакультуры в последние несколько десятилетий выросло и производство во внутренних водоемах. В 1950 году во внутренних водоемах было выловлено всего 12 процентов от общего объема продукции рыболовства и аквакультуры, и эта доля оставалась относительно стабильной, хотя и с небольшими колебаниями, до конца 1980-х годов. Впоследствии объем продукции аквакультуры вырос, как и ее доля в общем объеме: в 1990-х годах – 18 процентов, в 2000-х годах – 28 процентов, а в 2010-х годах – 34 процента. Тем не менее основным источником продукции и основным методом производства определенных видов остается промышленное рыболовство в морских водах (в 1950–1980 годах в субсекторе было добыто примерно 87 процентов от общего количества водных животных, а в 2020 году – 44 процента). В течение нескольких десятилетий объем морского промышленного рыболовства устойчиво возрастал, а с конца 1980-х годов остается стабильным и составляет около 80 млн тонн, с небольшими межгодовыми колебаниями в пределах 3–4 млн тонн.

РИСУНОК 4 ДОЛЯ ПРОДУКЦИИ МИРОВОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ, ДОБЫВАЕМОЙ ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ И В МОРСКИХ ВОДАХ

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водорослей. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Такова общая тенденция, но между континентами, регионами и странами существуют значительные различия. В 2020 году больше всего продукции производилось в странах Азии, на долю которых приходилось 70 процентов общего объема производства водных животных в рыболовстве и аквакультуре; за ними следовали страны Северной и Южной Америки (12 процентов), Европы (10 процентов), Африки (7 процентов) и Океании (1 процент). За последние несколько десятилетий общий объем продукции рыболовства и аквакультуры значительно вырос на всех континентах (см. рисунок 5). Исключение составляют Европа, где он постепенно снижался с конца 1980-х годов, затем несколько лет рос небольшими темпами, в 2018 году достиг максимума и вновь стал снижаться, и Северная и Южная Америка, где он достиг пика в середине 1990-х годов, а затем несколько раз повышался и понижался, преимущественно вследствие колебаний в улове анчоуса. В Африке и Азии рассматриваемый показатель за последние 20 лет вырос почти вдвое. При этом в 2020 году объем производства водных животных в странах Африки снизился на 3 процента, а в странах Океании – на 5 процентов по сравнению с 2019 годом – вероятнее всего, это снижение было вызвано пандемией COVID-19. Китай в 2020 году оставался на первом месте по объему производства продукции (35 процентов от общего объема); за ним следовали Индия (8 процентов), Индонезия (7 процентов), Вьетнам (5 процентов) и Перу (3 процента). На эти пять стран приходилось около 58 процентов водных животных, добытых в мировом секторе рыболовства и аквакультуры в 2020 году. Вклад сектора в экономическое развитие также был неоднородным. В последние десятилетия растет доля продукции рыболовства и аквакультуры, которую поставляют на рынки страны с низким и средним уровнем дохода (в 1950-х годах – порядка 33 процентов, а в 2020 году – уже 87 процентов). В 2020 году больше всего водных животных было произведено в странах с уровнем дохода выше среднего, включая Китай (49 процентов от общего объема); за ними следовали страны с уровнем дохода ниже среднего (32 процента), страны с высоким уровнем дохода (17 процентов) и наконец страны с низким уровнем дохода (2 процента).

РИСУНОК 5 ДОЛЯ РЕГИОНОВ В ОБЩЕМИРОВОМ ОБЪЕМЕ ПРОИЗВОДСТВА ПРОДУКЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: без учета морских млекопитающих, крокодилов, аллигаторов и кайманов, морских водорослей и других видов водорослей.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Анализ данных показывает значительные различия между разными основными промысловыми районами ФАО. В 2020 году во внутренних водоемах Азии было произведено около 33 процентов общего объема водных животных, в северо-западной части Тихого океана – 22 процента, а в западной оконечности центральной части Тихого океана – 10 процентов. В 1950-х годах в Атлантическом океане добывалось более 40 процентов продукции; а в 2020 году самая высокая доля от общего объема поступала из Тихого океана (40 процентов), а из Атлантического океана – всего 13 процентов. Объем производства в разных районах зависит от разных факторов, включая уровень развития стран, окружающих эти районы, применяемые меры по управлению рыболовством и аквакультурой, объем незаконного, несообщаемого и нерегулируемого промысла (ННН-промысла), состояние рыбных запасов, наличие и качество внутренних водоемов и видовой состав добываемых организмов. Например, в ряде промысловых районов вылов может значительно колебаться, если в популяции велика доля мелкой пелагической рыбы, которая в большей степени подвержена колебаниям, связанным, в частности, с изменчивостью климатических условий – это один из факторов, под влиянием которых колеблется вылов анчоуса в юго восточной части Тихого океана, в Южной Америке.

Ежегодно вылавливается множество видов рыбы, при этом ее количество и видовой состав варьируется в зависимости от региона. В 2020 году 76 процентов от общего объема выловленных водных животных составили костные рыбы, преимущественно морские рыбы, которые составили 51 процент от общего объема добытых костных рыб и 39 процентов от общего объема выловленных водных животных. В несколько меньших объемах (43 процента от общего объема производства костных рыб и 33 процента от общего объема производства водных животных) вылавливались пресноводные рыбы[5] (см. рисунок 6). В самых больших объемах в 2020 году на рынки поставлялись карпы, усачи обыкновенные и другие карповые (18 процентов выловленных водных животных); за ними следовали различные пресноводные виды и сельдеобразные, такие как сельди, сардины и анчоусы. Как показывают данные на уровне видов, на первом месте по объему вылова в 2020 году находилась белоногая креветка (Penaeus vannamei) – 5,8 млн тонн, а на следующих местах – амур белый (Ctenopharyngodon idellus), устрицы (Crassostrea spp.), толстолобик белый (Hypophthalmichthys molitrix) и перуанский анчоус (Engraulis ringens).

РИСУНОК 6 ПРОДУКЦИЯ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В МИРЕ В РАЗБИВКЕ ПО КАТЕГОРИЯМ МССКВЖР В 2020 ГОДУ, В АБСОЛЮТНЫХ ЦИФРАХ И ПРОЦЕНТАХ

ПРИМЕЧАНИЕ: без учета морских млекопитающих, крокодилов, аллигаторов и кайманов. Данные выражены в эквиваленте живого веса. МССКВЖР = Международная стандартная статистическая классификация животного и растительного мира.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Общий объем вылова водных животных в 2020 году составил 178 млн тонн; в том же году на рынки было поставлено 36 млн тонн (сырой вес) морских и прочих видов водорослей, 97 процентов из которых были произведены в секторе аквакультуры. В последние несколько десятилетий резко возросло производство морских и прочих видов водорослей: в 2000 году оно составляло 12 млн тонн, а в 2010 году – 21 млн тонн. Но в 2020 году оно увеличилось всего на 2 процента по сравнению с 2019 годом. Основными производителями морских и прочих видов водорослей оставались страны Азии, на которые приходилось 97 процентов продукции. На первом месте по объему производства в 2020 году находился Китай (58 процентов от общего объема), за которым следовали Индонезия (27 процентов) и Республика Корея (5 процентов).

Суммарный объем продукции сектора рыболовства и аквакультуры, включая как морские и другие виды водорослей, так и водных животных, в 2020 году достиг исторического максимума в 214 млн тонн, при этом общий рост по сравнению с 2019 годом составил всего 0,4 процент, а по сравнению с 2018 годом, когда был зарегистрирован предыдущий рекорд, – 0,3 процента. Больше всего продукции в 2020 году было произведено в странах Азии (75 процентов); за ними следовали страны Северной и Южной Америки (10 процентов), Европы (8 процентов), Африки (6 процентов) и Океании (1 процент). Уже в 2013 году сектор аквакультуры поставил на рынки больше водных животных и водорослей в совокупности, чем промышленное рыболовство, а в 2020 году его доля в общем объеме производства достигла 57 процентов (см. рисунок 3).

Продукция промышленного рыболовства

В 2020 году объем продукции мирового промышленного рыболовства (за исключением водорослей[6]) составил 90,3 млн тонн (таблица 1), что на 4 процента меньше, чем в среднем за предыдущие три года. Сокращение объема коснулось как морское промышленное рыболовств, так и промышленного рыболовства во внутренних водоемах (на 3,9 и 4,3 процента соответственно), что, вероятнее всего, связано как с перебоями в промысловой деятельности вследствие пандемии COVID-19 (врезка 2), так и с продолжающимся сокращением вылова в Китае (в 2020 году – на 10 процентов меньше по сравнению со средним показателем за предыдущие три года). Высокий средний показатель за 2017–2019 годы объясняется резким повышением вылова в 2018 году (96,5 млн тонн) в связи с достаточно высокими уловами анчоуса (Engraulis ringens). При этом долгосрочные показатели в мировом промышленном рыболовстве остаются относительно стабильными. С конца 1980-х годов общий объем вылова колебался в пределах от 86 млн до 93 млн тонн в год (см. рисунок 7).

РИСУНОК 7 ДИНАМИКА ПОКАЗАТЕЛЕЙ МИРОВОГО ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА

ПРИМЕЧАНИЯ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водорослей. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Несмотря на корректировку данных о вылове за 2009–2016 годы в сторону понижения[7] и снижение вылова в 2015–2020 годах на 19,3 процента, Китай сохранил за собой первое место по производству продукции промышленного рыболовства. В 2020 году на него приходилось почти 15 процентов объема вылова, т.е. больше, чем на все страны, находящиеся на второй и третьей позициях, в совокупности. Семь ведущих производителей продукции промышленного рыболовства (Вьетнам, Индонезия, Китай, Перу, Российская Федерация и Соединенные Штаты Америки) поставили на мировые рынки почти 49 процентов этой продукции (см. рисунок 8), а 20 крупнейших производителей – свыше 73 процентов.

РИСУНОК 8 ДЕСЯТЬ СТРАН С САМЫМ ВЫСОКИМ ОБЪЕМОМ ПРОДУКЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА, 2020 ГОД

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водорослей. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Ниже приводится более подробная информация о динамике уловов промышленного рыболовства в морских водах и внутренних водоемах, которые в 2018–2020 годах составили соответственно 87,3 и 12,7 процента от общемирового показателя.

Продукция морского промышленного рыболовства

В 2020 году мировой объем продукции морского промышленного рыболовства составит 78,8 млн тонн, что на 6,8 процентов меньше максимального уровня в 84,5 млн тонн, достигнутого в 2018 году, когда в Перу и Чили был зарегистрирован достаточно высокий объем вылова анчоуса (таблица 2).

ТАБЛИЦА 2 ПРОДУКЦИЯ МОРСКОГО ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА – СТРАНЫ И ТЕРРИТОРИИ С САМЫМ ЗНАЧИТЕЛЬНЫМ ОБЪЕМОМ ПРОИЗВОДСТВА

ПРИМЕЧАНИЕ: исключая водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водоросли.

ИСТОЧНИК: ФАО.

На объеме вылова в морских водах серьезно сказались сбои в рыболовстве в 2020 году, вызванные пандемией COVID-19. Но оценить влияние кризиса на вылов в морских водах сложно, и его необходимо рассматривать в контексте более долгосрочных тенденций в секторе, включая продолжающееся сокращение сообщаемых уловов в Китае в последние годы. Кроме того, на межгодовые изменения общемирового вылова в морских водах ощутимо влияет высокая численность таких видов, как анчоус, перуанская сардина (Sardinops sagax) и калифорнийская ставрида (Trachurus symmetricus), подверженная при этом значительным колебаниям под влиянием явления "Эль-Ниньо" и колебаний океанографических условий.

По сравнению с 2019 годом (т.е. периодом до пандемии COVID-19) мировой вылов в морских водах в 2020 году сократился на 1,6 процента что не превышает межгодовые колебания в предыдущие годы. Объем вылова, о котором в 2020 году сообщали большинство из 10 крупнейших производителей продукции промышленного рыболовства в мире, был либо равен показателю 2019 года, либо превысил его (например, в Перу, Индии, Российской Федерации и Норвегии).

В течение рассматриваемого периода вылов основных промысловых видов и объем продукции, поставляемый основными странами-производителями, значительно колебался. Например, в Индонезии в начале 2000-х годов вылов составлял менее 4 млн тонн, а в 2018 году превысил 6,7 млн тонн; этот рост отчасти объясняется изменениями в подходах страны к сбору и обработке данных и публикации их в открытом доступе после внедрения системы Satu Data ("Единые данные") в 2016 году. Несмотря на инициативы по совершенствованию сбора данных в стране, в Индонезии сохраняются колебания в объемах продукции морского промышленного рыболовства и проблемы, связанные с несвоевременным предоставлением или отсутствием непредоставленных данных в ФАО.

Основную долю продукции морского промышленного рыболовства продолжает поставлять на рынки небольшое число производителей (см. рисунок 9a). Как и в предыдущие годы, в 2020 году свыше 50 процентов общего количества продукции поставили на мировой рынок семь стран с самым высоким объемом вылова: 14,9 процента мирового объема приходилось на Китай (таблица 2), за которым следовали Индонезия (8,2 процента), Перу (7,1 процента) Российская Федерация (6,1 процента), Соединенные Штаты Америки (5,4 процента), Индия (4,7 процента) и Вьетнам (4,2 процента).

РИСУНОК 9 СРЕДНИЙ ОБЪЕМ ПРОДУКЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА, 2018–2020 ГОДЫ

Использование названий и представление материала на данной карте не означают выражения какого-либо мнения со стороны ФАО относительно правового статуса той или иной страны, территории, города, района либо их властей или относительно делимитации их границ или рубежей. Пунктирной линией обозначена приблизительная линия контроля в Джамму и Кашмире, согласованная Индией и Пакистаном. Окончательный статус Джамму и Кашмира сторонами пока не согласован. Граница между Республикой Судан и Республикой Южный Судан пока не определена окончательно. Статус области Абьей пока не определен окончательно. Правительства Аргентины и Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии оспаривают суверенитет над Фолклендскими (Мальвинскими) островами.

ПРИМЕЧАНИЕ: данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Китай остается на первом месте в мире по объему продукции морского промышленного рыболовства, но его уловы сократились с 14,4 млн тонн в 2015 году до 11,8 млн тонн в 2020 году, что на 18,2 процента ниже уровня 2015 года и на 7,2 процента ниже, чем в 2018 году (в среднем объемы снижались на 3,9 процента в год). Если Китай продолжит проводить политику ограничения вылова и по окончании периодов, на которые рассчитаны тринадцатый и четырнадцатый пятилетние планы (2016–2020 и 2021–2025 годы), то в ближайшие годы снижение объемов продолжится.

Считается, что в базе данных ФАО приведены полные данные о суммарном вылове Китая, но необходимо уточнить распределение продукции экспедиционного промысла страны по районам и разбивку улова по видам.

Согласно представленным данным, общий вылов Китая в 2020 году составил 11,8 млн тонн, включая продукцию экспедиционного лова в количестве 2,3 млн тонн; при этом подробная информация о добываемых видах и районах, в которых ведется такой промысел, была представлена только по району 61, т.е. северо-западной части Тихого океана. Часть оставшегося объема продукции экспедиционного промысла Китая была отнесена к другим районам промысла на основании данных, полученных от региональных рыбохозяйственных организаций (РРХО), а оставшиеся 1,8 млн тонн были внесены в базу данных ФАО как "морские рыбы, не включенные в другие группы", с указанием промыслового района 61 (северо-западная часть Тихого океана), что, возможно, привело к завышению объема вылова по указанному району и общего объема выловленной Китаем морской рыбы, не отнесенной к конкретным категориям.

В глобальной базе данных ФАО по морскому рыболовству отражены данные о вылове более 2 600 видов (включая обозначенные как "не включенные в другие группы"), при этом около 85 процентов продукции приходится на костных рыб; в самых значительных объемах добывается рыба мелких пелагических видов, в несколько меньших – трескообразные, тунец и подобные тунцу виды. Обзор данных о морском улове по основным видовым группам и основным промысловым районам ФАО представлен на рисунке 9[8].

В 2020 году на первом месте по вылову вновь оказался перуанский анчоус, годовой объем которого составил почти 4,9 млн тонн, хотя этот объем был ниже рекордного показателя 2018 года (более 7 млн тонн). На втором месте находился минтай (Gadus chalcogrammus) – 3,5 млн тонн, а на третьем одиннадцатый год подряд – полосатый тунец (Katsuwonus pelamis) – 2,8 млн тонн (таблица 3).

ТАБЛИЦА 3 ПРОДУКЦИЯ МОРСКОГО ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА: ОСНОВНЫЕ ВИДЫ И РОДА

1 Прочие – не включенные в другие группы.

ПРИМЕЧАНИЕ: исключая водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водоросли.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Хотя меры сдерживания COVID-19, такие как ограничения на движение транспорта и доступ к мировым рынкам и закрытие предприятий общественного питания, привели к снижению спроса, объемы вылова четырех наиболее высокоценных групп (тунцы, головоногие моллюски, креветки и омары) в 2020 году оставались рекордно высокими или незначительно снизились по сравнению с максимальными уровнями, зафиксированными в предыдущие пять лет:

- ▸в частности, очень высокими оставались уловы тунца и видов, подобных тунцу, хотя в 2019 году они составляли 8,2 млн тонн, а в 2020 году снизились до 7,8 млн тонн, что объясняется снижением экспорта свежего тунца и сокращением рынка сашими на фоне ограничений, связанных с COVID-19. Наиболее значительно в последнее время вырос объем вылова в районе 71, западной оконечности центральной части Тихого океана: в середине 2000-х годов он составлял примерно 2,7 млн тонн, а в 2019 году – уже почти 3,8 млн тонн; при этом в 2020 году он снизился более чем на 5 процентов (3,6 млн тонн). Свыше 55 процентов объема вылова в этой группе приходилось на полосатого тунца и желтоперого тунца (Thunnus albacares);

- ▸в 2014 году был зарегистрирован максимальный вылов головоногих (4,9 млн тонн), после чего показатель снизился до 3,5–3,8 млн тонн. Тем не менее вылов оставался на относительно высоком уровне и почти непрерывно повышался в течение последних 20 лет; в 2020 году он составил 3,7 млн тонн. Головоногие моллюски относятся к быстрорастущим видам, на которые существенно влияет изменчивость окружающей среды; вероятно, именно этим объясняются колебания в объемах их вылова, в том числе в отношении вылова трех основных видов кальмаров – кальмара гигантского (Dosidicus gigas), аргентинского иллекса (Illex argentinus) и тихоокеанского кальмара (Todarodes pacificus);

- ▸уловы креветок в 2017 году превысили ранее зарегистрированный максимальный уровень, достигнув почти 3,4 млн тонн. Такая динамика в первую очередь была обусловлена продолжающимся восстановлением выловов аргентинской красной креветки (Pleoticus muelleri), которое компенсировало снижение вылова других основных видов креветок, в частности, креветки акиами (Acetes japonicus) и южной шероховатой креветки (Trachysalambria curvirostris). В 2020 году вылов составил 3,2 млн тонн, сохраняя динамику предыдущих лет, когда показатель колебался в пределах от 3,1 млн до 3,4 млн тонн в год;

- ▸уловы омаров в 2020 году сократились до 255 000 тон – самого низкого уровня с 2009 года: омар входит в число высокоценных видов, вылов которых вследствие ограничений, связанных с пандемией COVID-19 и с прекращением деятельности мировых экспортных рынков, сократился в наиболее значительной степени. Ожидается, что при ослаблении ограничений вылов этих видов, в первую очередь американского омара (Homarus americanus), на долю которого приходится более половины уловов в этой группе, восстановится до уровня последних лет (более 300 000 тонн).

Статистические данные по вылову перечисленных ниже категорий в разбивке по основным промысловым районам ФАО за последние пять лет и за прошедшие десятилетия приведены в таблице 4 (см. рисунок 10):

- ▸районы с умеренным климатом (районы 21, 27, 37, 41, 61, 67 и 81);

- ▸районы с тропическим климатом (районы 31, 51, 57 и 71);

- ▸районы апвеллинга (районы 34, 47, 77 и 87);

- ▸районы в Арктике и Антарктике (районы 18, 48, 58 и 88).

ТАБЛИЦА 4 ПРОДУКЦИЯ РЫБОЛОВСТВА ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ И МОРСКОГО ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА: ОСНОВНЫЕ ПРОМЫСЛОВЫЕ РАЙОНЫ ФАО

1 Включая Российскую Федерацию.

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водорослей.

ИСТОЧНИК: ФАО.

РИСУНОК 10 ПРОДУКЦИЯ МОРСКОГО ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА: ТЕНДЕНЦИИ ПО ТРЕМ ОСНОВНЫМ КАТЕГОРИЯМ ПРОМЫСЛОВЫХ РАЙОНОВ

ПРИМЕЧАНИЯ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водорослей. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В районах с умеренным климатом уловы в 2020 году составили 35,2 млн тонн – это несколько ниже, чем в предыдущие годы. В 1988 и 1997 годах в этом климатическом поясе были достигнуты пиковые объемы вылова (порядка 45 млн тонн), при этом с начала 2000-х годов вылов остается стабильным и составляет от 36,2 до 39,6 млн тонн в год.

Самый высокий уровень производства в 2020 году был зарегистрирован в северо-западной части Тихого океана (район 61): 19,2 млн тонн или 24 процента мирового объема выгрузки. Как отмечалось выше, в общем объеме вылова в этом районе учитывается часть рыбы, которая вылавливается экспедиционным рыболовным флотом Китая в других районах и регистрируется как "морская рыба, не включенная в другие группы", с указанием района 61 ввиду отсутствия информации о фактическом месте вылова.

В других районах с умеренным климатом объемы вылова в течение последних 10 лет оставались большей частью постоянными за исключением сокращения объема производства в районах 41 и 81 (юго-западная Атлантика и юго-западная часть Тихого океана) в результате заметного сокращения вылова странами, ведущими экспедиционный лов головоногих в юго-западной Атлантике и различных видов в юго западной части Тихого океана.

Что касается тропических районов, то здесь самые высокие показатели были достигнуты в Индийском океане (районы 51 и 57) и западной оконечности центральной части Тихого океана (район 71): 12,5 млн тонн в 2017 году и 13,3 млн тонн в 2018 году. Затем уловы сократились, но без значительного снижения по сравнению с пиковыми показателями последних лет, и остаются стабильными.

Вылов в Индийском океане, особенно в районе 57 (восточная часть Индийского океана), стабильно повышается с 1980-х годов, в основном за счет мелких пелагических видов, крупных пелагических видов (тунцов и парусниковых) и креветок.

На втором месте по вылову в 2020 году, судя по данным в разбивке по районам, находилась западная оконечность центральной части Тихого океана (район 71) – здесь выгрузка составила 13,3 млн тонн. Здесь объемы вылова также устойчиво росли с 1950-х годов, в первую очередь за счет тунца и видов, подобных тунцу. В частности, вылов полосатого тунца за последние 20 лет увеличился с 1,0 млн до почти 1,9 млн тонн, в то время как уловы прочих видовых групп, добываемых в наиболее значительных объемах, в целом оставались стабильными.

В районе 31 (западная оконечность центральной части Атлантического океана) максимальный объем вылова в 2,5 млн тонн был достигнут в середине 1980 х годов, после чего снизился, но с середины 2000-х годов оставался относительно стабильным и колебался в пределах от 1,2 млн до 1,6 млн тонн в год. Общая динамика производства в этом районе в значительной степени определяется добычей Соединенными Штатами Америки заливного менхадена (Brevoortia patronus) – на долю этого вида группы сельдевых, который перерабатывается в рыбную муку и рыбий жир, приходится более 30 процентов общего объема вылова.

Объемы вылова в зонах апвеллинга значительно различаются по годам. На их совокупный улов серьезно влияет объем добычи в районе 87 (юго-восточная часть Тихого океана), где численность перуанского анчоуса во многом определяется океанографическими условиями под воздействием "Эль-Ниньо". Улов этой рыбы составляет 50–70 процентов от общего улова в районе 87.

С середины 1990-х годов в районе 87 сохраняется долгосрочная тенденция к снижению уловов, даже с учетом колебаний в объемах вылова перуанского анчоуса. В 1994 году годовой улов здесь составлял более 20 млн тонн, а в последние годы снизился до уровня около 7–10 млн тонн; основным фактором этого изменения стало сокращение вылова двух основных видов: перуанского анчоуса и перуанской ставриды (Trachurus murphyi). При этом с начала 2000-х годов ощутимо растет вылов такого ценного вида, как гигантский кальмар; этот рост частично компенсировал снижение вылова других видов. В 2000 году вылов гигантского кальмара составил 128 000 тонн, достигнув в 2015 году рекордного уровня в 1 миллион тонн, а в последующие годы колебался и в 2020 году составил 880 000 тонн.

В районе 34 (восточная оконечность центральной части Атлантического океана) вылов увеличивался почти без колебаний до 2018 года, достигнув максимума в 5,5 млн тонн, а в 2020 году снизился до 4,9 млн тонн. В районе 47 (юго-восточная часть Атлантики) наблюдается противоположная тенденция: объем вылова здесь постепенно снижался по сравнению с пиковым значением в 3,3 млн тонн, зарегистрированным в 1978 году, составив в 2020 году 1,4 млн тонн.

В районе 77 (восточная оконечность центральной части Тихого океана) вылов в целом остается стабильным на уровне от 1,6 млн до 2 млн тонн в год.

Совокупный вылов в промысловых районах Антарктики (районы 48, 58 и 88) невысок, но в последние годы резко вырос: в 2017 году он составлял 270 000 тонн, а в 2020 году достиг самого высокого уровня с начала 1990-х годов – 462 000 тонн. Основу промысла в этом регионе составляет антарктический криль (Euphausia superba), объемы вылова которого в начале 1990-х годов снизились, в конце 1990-х годов составляли менее 100 000 тонн, а в 2020 году выросли до 455 000 тонн. Вылов второго по объему добычи вида – патагонского клыкача (Dissostichus eleginoides) – оставался относительно стабильным и составлял от 10 500 до 12 200 тонн в год.

Продукция промышленного рыболовства во внутренних водоемах

В 2020 году суммарный мировой объем продукции промышленного рыболовства во внутренних водоемах составил 11,5 млн тонн (таблица 5), что на 5,1 процента меньше, чем в 2019 году. Как и морское рыболовство, промысел во внутренних водоемах в 2020 году серьезно сократился вследствие пандемии COVID-19, что усугубилось сокращением объемов вылова в Китае. Несмотря на снижение вылова во внутренних водоемах в 2020 году, показатель остается рекордно высоким и лишь незначительно снизился по сравнению с максимальным уровнем, зафиксированным в 2019 году (12 млн тонн).

ТАБЛИЦА 5 ПРОДУКЦИЯ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ – СТРАНЫ И ТЕРРИТОРИИ САМЫМ ВЫСОКИМ ОБЪЕМОМ ПРОИЗВОДСТВА

1 Включая Союз Советских Социалистических Республик.

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водорослей.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Отмечавшаяся на протяжении продолжительного времени тенденция к росту может быть обусловлена совершенствованием системы учета и оценки на страновом уровне. Тем не менее системы сбора данных по внутренним водоемам зачастую не дают достоверной информации или вообще отсутствуют, и даже усовершенствованные методы представления данных не всегда способны отражать реальное положение дел в отдельных странах. Не менее важно и то, что многие страны передают данные лишь о части объемов улова во внутренних водоемах или не передают таких данных вовсе, вследствие чего ФАО делает расчеты в сторону пропорционально большего объема общего вылова во внутренних водоемах по сравнению с морскими водами.

В 2020 году Китай впервые с середины 1980-х годов уступил первое место по вылову во внутренних водоемах Индии, где был зарегистрирован самый высокий вылов, составляющий 1,8 млн тонн. В то время как Китай остается одном из самых крупных производителей продукции промышленного рыболовства во внутренних водоемах, объем вылова в стране сократился более чем на 33 процента – с 2,2 млн тонн в 2017 году до 1,5 млн тонн в 2020 году. Причиной столь значительного сокращения стало принятие Министерством сельского хозяйства и сельских дел Китая новой политики, включающей в первую очередь введение запрета на рыбную ловлю в водах реки Янцзы в течение 10 лет с целью сохранения живых водных ресурсов. Предполагается, что возросший в связи со снижением вылова во внутренних водоемах спрос на пищевую продукцию из водных биоресурсов[9] можно будет удовлетворить за счет развития и расширения аквакультуры во внутренних водоемах и рыболовства, основанного на такой аквакультуре.

За исключением Китая, объем продукции рыболовства во внутренних водоемах в значительной степени продолжает расти за счет роста показателей в ряде других стран с высоким объемом вылова – Индии, Бангладеш, Мьянме и Уганде (см. рисунок 11). Продукция, поставляемая большинством стран, сообщающих о снижении объемов вылова во внутренних водоемах, составляет относительно небольшую долю мирового производства, но некоторые из них, в частности, Камбоджа, Бразилия, Вьетнам и Таиланд, поставляют значительную долю на национальные или региональные рынки.

РИСУНОК 11 ПЯТЬ СТРАН С САМЫМ ВЫСОКИМ ОБЪЕМОМ ПРОИЗВОДСТВА ПРОДУКЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ

ПРИМЕЧАНИЯ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водорослей. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Производство продукции промышленного рыболовства во внутренних водоемах сконцентрировано в меньшем количестве стран, чем производство продукции морского рыболовства: основную долю этой продукции обеспечивают страны, на чьей территории находятся крупные водоемы или речные бассейны (см. рисунок 12). Если основная доля вылова в морях в 2020 году приходилась на 20 стран, то более 75 процентов продукции рыболовства во внутренних водоемах было произведено в 13 странах.

РИСУНОК 12 СРЕДНИЙ ОБЪЕМ ПРОДУКЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ В РАЗБИВКЕ ПО СТРАНАМ, 2018–2020 ГОДЫ

Использование названий и представление материала на данной карте не означают выражения какого-либо мнения со стороны ФАО относительно правового статуса той или иной страны, территории, города, района либо их властей или относительно делимитации их границ или рубежей. Пунктирной линией обозначена приблизительная линия контроля в Джамму и Кашмире, согласованная Индией и Пакистаном. Окончательный статус Джамму и Кашмира сторонами пока не согласован. Граница между Республикой Судан и Республикой Южный Судан пока не определена окончательно. Статус области Абьей пока не определен окончательно. Правительства Аргентины и Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии оспаривают суверенитет над Фолклендскими (Мальвинскими) островами.

ПРИМЕЧАНИЕ: данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

По той же причине производители основной доли продукции во внутренних водоемах географически более сконцентрированы и особенно важны в части вклада в общий объем вылова в Азии, где рыболовство во внутренних водоемах – важнейший источник продовольствия для большого числа местного населения. С середины 2000 х годов на Азию приходится примерно две трети мирового объема вылова во внутренних водоемах; в этом регионе находятся четыре крупнейших производителя, обеспечив в 2020 году 46 процентов совокупного вылова во внутренних водоемах.

В Африке, которая производит свыше 25 процентов мирового объема продукции рыболовства во внутренних водоемах, эта продукция играет важную роль в обеспечении продовольственной безопасности, особенно в странах, не имеющих выхода к морю, и странах с низким уровнем дохода. Суммарный вылов во внутренних водоемах Европы, Северной и Южной Америки составляет около 8 процентов мирового объема, тогда как в Океании этот показатель ничтожно мал.

Около 75 процентов вылова во внутренних водоемах приходится на три основные видовые группы. Самая существенная доля прироста вылова во внутренних водоемах относится к первой из них – "карпы, обыкновенные усачи и другие карповые"; вылов видов этой группы постоянно растет, составив в середине 2000-х годов приблизительно 0,7 млн тонн в год и достигнув в 2020 году почти 1,9 млн тонн, что объясняет большую часть роста объемов вылова во внутренних водоемах в последние годы. Годовые объемы вылова видов, входящих во вторую по величине группу – "тилапии и другие цихлиды", – в последние годы увеличились с 0,7 млн до 0,9 млн тонн в год. Объемы вылова третьей по величине группы – "пресноводные ракообразные" – составляли от 0,4 млн до 0,45 млн тонн в год; однако в 2020 году упали до 0,3 млн тонн, прежде всего вследствие снижения вылова во внутренних водоемах Китая.

Источники данных и качество статистики ФАО по промышленному рыболовству

Основным, хотя и не единственным, источником информации, используемым для обновления и актуализации баз данных ФАО по промышленному рыболовству, являются представляемые странами доклады. Поэтому качество статистики Организации во многом зависит от точности, полноты и своевременности ежегодно предоставляемых ей данных, собираемых национальными рыбохозяйственными учреждениями.

Предоставляемые данные не всегда полны, зачастую противоречивы или не соответствуют международным стандартам отчетности, и ФАО координирует работу с данными совместно со странами, с тем чтобы страны совершенствовали их сбор и предоставление, расширяя спектр данных для охвата большего числа видов. Благодаря этой работе в период с 1996 по 2020 годы число включенных в классификацию видов (показатель качества данных и охвата видов в сообщаемой информации об уловах) выросло более чем вдвое (с 1 035 до 2 981). В то же время данные о значительной доле уловов до сих пор сообщаются на уровнях выше видового, особенно по таким группам, как вылавливаемые в морях акулы, скаты и химеры. Примерно 50 процентов рыбы, вылавливаемой во внутренних водоемах, в последние годы объединяется в отчетности в категорию "пресноводные рыбы, не включенные в другие категории" (Actinopterygii).

Кроме того, данные по рыболовству в морях и во внутренних водоемах значительно различаются по качеству и полноте: как правило, в отчетности по морскому рыболовству предоставляются более полные данные по видам, чем в отчетности по рыболовству во внутренних водоемах.

В качестве альтернативы ФАО информирует пользователей о странах, где в долгосрочных официальных рядах улова возможны несоответствия из-за разрывов во временных рядах в результате изменений в сборе данных. Всегда рекомендуется совершенствовать системы сбора данных и представления отчетности, используемые странами, но без корректировки ретроспективных данных результатом их доработки могут стать резкие изменения в данных о суммарном вылове, а если также уточняется классификация видов, то и в данных о динамике на видовом уровне.

Существует проблема несвоевременного представления или непредоставления данных, которое влияет на качество и полноту выполняемых ФАО расчетов по общему объему промышленного рыболовства. Задержки с направлением вопросников в адрес Организации затрудняют обработку, проверку и анализ статистических данных о промышленном рыболовстве – особенно за последний год – перед официальной публикацией данных (как правило, данные публикуются в середине марта каждого года). В случаях, когда страновая отчетность отсутствует или данные противоречивы, ФАО может оперировать оценочными показателями, получаемыми на основе максимально качественных данных, содержащихся в альтернативных официальных источниках (включая данные, публикуемые РФМО) или определяемыми с помощью стандартных методик.

ФАО продолжает выражать обеспокоенность в связи с тем, что ряд стран в последние годы не отвечают на вопросники Организации или предоставляют неполные данные. Это такие страны с высоким объемом производства продукции промышленного рыболовства, как Индонезия, Бразилия, Мавритания и Камбоджа. В 2020 году случаи, когда данные предоставлялись ФАО с задержкой или не предоставлялись вовсе, участились, что было вызвано перебоями в штатной деятельности по сбору данных, обусловленными пандемией COVID 19.

Повысить общее качество данных по вылову в глобальных базах данных ФАО можно только путем совершенствования национальных систем сбора данных, с тем чтобы они позволяли получать более качественную информацию для обоснования решений в области политики и управления на национальном и региональном уровнях (врезка 1). Организация продолжает поддерживать проекты по совершенствованию национальных систем сбора данных, в том числе по созданию схем формирования выборок по результатам скрупулезного статистического анализа, включению в выборки ранее не входивших в них субсекторов рыболовства и стандартизации процедур формирования выборок в пунктах выгрузки.

Производство продукции аквакультуры

Показатели и динамика производства в целом

В 2020 году производство продукции аквакультуры продолжало расти, несмотря на распространение по миру пандемии COVID-19 (см. раздел "COVID-19 – беспрецедентный кризис: первые выводы" и врезку 2), но в разных регионах и разных странах внутри каждого региона этот рост был неравномерным. Суммарный объем продукции аквакультуры в 2020 году составил 122,6 млн тонн живого веса; в это количество входят 87,5 млн тонн водных животных, преимущественно предназначенных для употребления в пищу человеком, 35,1 млн тонн водорослей[10] для пищевого и непищевого использования, 700 тонн раковин и жемчуга для декоративных целей (см. рисунок 13). Это на 6,7 млн тонн больше показателя 2018 года (115,9 млн тонн). По оценкам, общая стоимость этой продукции на выходе из хозяйства в 2020 году составила 281,5 млрд долл. США, что на 18,5 млрд долл. США больше, чем в 2018 году, и на 6,7 млрд долл. США больше, чем в 2019 году.

РИСУНОК 13 ПРОИЗВОДСТВО ПРОДУКЦИИ АКВАКУЛЬТУРЫ В МИРЕ, 1991–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: при формировании данных не учитывались раковины и жемчуг. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Мировое производство видов животных в аквакультуре в 2020 году выросло всего на 2,7 процентов по сравнению с 2019 годом – это рекордно низкий показатель годового роста более чем за 40 лет. Однако чистый прирост за тот же период составил 2,3 млн тонн – примерно столько же, сколько в отдельные годы предыдущего десятилетия. Объем искусственно выращенных костных рыб, которые в течение нескольких десятилетий были основным видом продукции мировой аквакультуры, оставался практически неизменным (порядка 66 процентов с небольшими колебаниями). В 2020 году на рынки было поставлено 57,5 млн тонн искусственно выращенных костных рыб (на 146,1 млрд долл. США); в этот объем входили 49,1 млн тонн (109,8 млрд долл. США) продукции, выращенной во внутренних водоемах, и 8,3 млн тонн (36,2 млрд долл. США) продукции марикультуры (выращенной в море) и продукции прибрежной аквакультуры (выращенной на берегу). Как показывают данные по другим искусственно выращиваемым видам водных животных, было произведено 17,7 млн тонн моллюсков, в основном двустворчатых (29,8 млрд долл. США), 11,2 млн тонн ракообразных (81,5 млрд долл. США), 525 000 тонн водных беспозвоночных (2,5 млрд долл. США) и 537 000 тонн земноводных, включая черепах и лягушек (5 млрд долл. США).

В 2020 году в мире было произведено на 500 000 тонн (1,4 процента) больше искусственно выращиваемых водорослей, чем в 2019 году, когда этот показатель составлял 34,6 млн тонн; среди этой продукции преобладали морские макроводоросли, известные как морские водоросли. В отдельных странах с высоким объемом производства, включая Китай и Японию, добыча морских водорослей в 2020 году выросла, тогда как в Юго-Восточной Азии и Республике Корея она снизилась.

На региональном уровне в 2020 году незначительно (на 1,2 процента по сравнению с 2019 годом) снизился годовой объем продукции аквакультуры, за исключением водорослей, в Африке; основной причиной такого изменения стало падение производства в Египте, крупнейшем производителе на континенте. В Нигерии, крупнейшем производителе в Африке к югу от Сахары, усугубилась тенденция к снижению производства, которая наблюдалась здесь с 2016 года: в 2020 году объем продукции, произведенной в стране, упал на 9,6 процента. В остальных районах Африки производство выросло на 14,5 процента: в 2019 году оно составляло 346 400 тонн, а в 2020 году достигло 396 700 тонн. В остальных регионах рост производства в 2020 году продолжился. В странах с самым высоким объемом производства в Северной и Южной Америке, Азии и Европе – Чили, Китае и Норвегии – в 2020 году был зарегистрирован рост показателей, который компенсировал снижение производства в ряде стран соответствующих регионов.

Среднегодовой прирост производства продукции мировой аквакультуры за период 1990–2020 годов составил 609 процентов при среднем темпе роста 6,7 процента в год. При этом наблюдалось постепенное снижение среднегодовых темпов роста: в 1990–2000 годах они составляли 9,5 процента, а в 2011–2020 годах – всего 4,6 процента. В 2015–2020 годах темпы роста сократились до 3,3 процентов в год. Важно отметить, что наряду с тенденцией к замедлению роста мирового производства в относительном выражении в последние три десятилетия наблюдался рост этого показателя в абсолютных цифрах. Более подробные данные о развитии мировой аквакультуры представлены в таблице 6.

ТАБЛИЦА 6 ОБЪЕМ И РОСТ ПРОИЗВОДСТВА ПРОДУКЦИИ АКВАКУЛЬТУРЫ В МИРЕ

ИСТОЧНИК: ФАО.

В разных регионах отмечались разные темпы роста аквакультуры и разные уровни колебаний темпов развития субсектора. В странах с самым большим объемом производства в Азии, откуда поступает самая значительная доля продукции аквакультуры в мире, рост субсектора в 1990–2020 годах был относительно стабильным, но постепенно замедлялся. В других регионах в этот период он был неустойчивым, а в отдельные годы объемы снижались (см. рисунок 14).

РИСУНОК 14 ГОДОВОЙ ПРИРОСТ ОБЪЕМА ПРОДУКЦИИ АКВАКУЛЬТУРЫ ВОДНЫХ ЖИВОТНЫХ В РАЗБИВКЕ ПО КОНТИНЕНТАМ, 1990–2020 ГОДЫ

ИСТОЧНИК: ФАО.

Источник данных по аквакультуре для анализа

Как и при подготовке предыдущих выпусков Доклада, анализ состояния и динамики развития аквакультуры проводился, в частности, с опорой на данные ФАО о мировом производстве продукции аквакультуры за 1950–2020 годы, опубликованные в марте 2022 года; кроме того, авторы использовали скорректированные задним числом данные за отдельные годы по ряду стран, что является общепринятой практикой в статистике. Корректировки задним числом выполняются по странам, по которым есть нехватка данных, но не влияют на выводы о положении и тенденциях в мире и регионах, представленные в докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2020".

Например, в 2020 году ФАО располагала данными о выращиваемых в секторе аквакультуры видах животных по 207 странам и территориям, включая данные национального уровня, поступившие или извлеченные из официальных источников, по 122 из этих стран (59 процентов). При этом общий объем продукции, произведенной в этих странах, по данным, превысил 85,4 млн тонн – это более 97,6 процентов общемирового объема продукции, поставленной на рынки в 2020 году. ФАО внесла корректировки в данные на уровне видов и видовых групп. Эти корректировки позволили провести различие между аквакультурой во внутренних водоемах и прибрежной аквакультурой, устранить пробелы в официальных статистических данных, которые делали данные недостоверными, и уточнить данные, предоставленные в обобщенном виде в соответствии с международными стандартами классификации и идентификации.

Данные о выращивании водорослей за 2020 год предоставила 61 страна и территория; ФАО собрала официальные данные о производстве в 36 из них и установила, что совокупное производство в этих странах составило 34,7 млн тонн, или 98 процентов мирового производства.

Географическое распределение производства и крупнейшие производители

Азия уже не первое десятилетие остается мировым лидером по производству продукции аквакультуры: в 2020 году в регионе было произведено 91,6 процентов мирового объема водных животных и водорослей. Но в разных странах Азии аквакультура развивается разными темпами. Чтобы Монголия, Тимор-Лешти и ряд стран Центральной и Западной Азии могли полнее использовать потенциал аквакультуры, необходимо стимулировать развитие субсектора в этих странах.

Десятилетиями остаются нерешенными проблемы неравномерного распределения производства продукции аквакультуры и неоднородных темпов развития субсектора в разных регионах и разных странах одного и того же региона. Многие развивающиеся страны, в частности страны с низким уровнем дохода, сталкиваются с серьезными препятствиями для достижения стоящих перед ними целей по развитию аквакультуры, которое необходимо для того, чтобы повысить объемы производства продовольствия в этих странах и обеспечить их растущее население питанием и рабочими местами.

Данные, приведенные в таблице 7, иллюстрируют, как производство аквакультуры распределено по регионам мира, и показывают, что на общемировом, региональном и субрегиональном уровнях сохраняется проблема концентрации производства в небольшом числе стран. С 1991 года Китай (материковый) производит больше искусственно выращиваемых водных животных и водорослей, чем весь остальной мир. В 2020 году в этой стране было произведено 56,7 процента искусственно выращиваемых водных животных и 59,5 процента культивируемых водорослей в мире – эти цифры оставались на том же уровне в течение последних лет.

ТАБЛИЦА 7 РАСПРЕДЕЛЕНИЕ АКВАКУЛЬТУРЫ ПО РЕГИОНАМ И ПО ОТДЕЛЬНЫМ КРУПНЕЙШИМ ПРОИЗВОДИТЕЛЯМ

ИСТОЧНИК: ФАО.

В разных регионах и странах основные группы культивируемых видов производятся в разных объемах. Основной объем костных рыб, выращиваемых во внутренних водоемах, производится в нескольких странах со средним уровнем дохода. Норвегия и Чили, где расположены обширные фьорды, защищенные от бурного моря, и Китай, который также относится к группе стран со средним уровнем дохода, лидируют среди производителей костных рыб, выращиваемых в морских садках. Среди холодноводных видов, выращиваемых в садковой марикультуре, преобладает семга, в то время как на объектах садковой марикультуры Китая в основном выращиваются тепловодные рыбы – их видовой состав более разнообразен. На рисунке 15 показано распределение производства отдельных основных групп видов с сопоставлением между ведущими производителями или субрегионами.

РИСУНОК 15 РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПРОДУКЦИИ ПО ОТДЕЛЬНЫМ ОСНОВНЫМ ГРУППАМ ВИДОВ И ТИПАМ АКВАКУЛЬТУРЫ, 2005–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: без учета водных млекопитающих, рептилий, амфибий, черепах и водорослей. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Основную долю выращиваемых в солоноватоводных прудах в прибрежной аквакультуре ракообразных составляют морские креветки. Их производство является важным источником валютных поступлений для ряда развивающихся стран Азии и Латинской Америки.

Китай значительно превосходит остальных производителей вместе взятых по производству морских моллюсков в количественном выражении. Но в ряде стран, входящих в число основных производителей продукции аквакультуры, морские двустворчатые моллюски составляют значительную долю от общего объема искусственно выращиваемых водных животных. Это, в частности, Новая Зеландия (86,9 процента), Франция (75,4 процента), Испания (74,8 процента), Республика Корея (69,7 процента), Италия (61,6 процента) и Япония (51,8 процента). При этом среднемировой объем производства этих животных составляет 18,4 процента.

Вклад аквакультуры в общее производство продукции рыболовства и аквакультуры[11]

Большинство стран, где производится значительная доля продукции аквакультуры, – густонаселенные развивающиеся страны. В этих странах в субсекторе производится более половины совокупного объема продукции рыболовства и аквакультуры, которую потребляет половина населения планеты. Примеру этих стран, таких как Египет в Африке, Бангладеш и Вьетнам в Азии, могут следовать другие страны со схожими условиями, где в перспективе возможно развитие аквакультуры.

Вклад аквакультуры в производство продукции рыболовства и аквакультуры в мире (за исключением водорослей) неуклонно растет. Если в 1990 году в ней было произведено всего 13,4 процента от общего объема продукции в секторе рыболовства и аквакультуры, то в 2020 году – уже 49,2 процента, почти столько же, сколько в промышленном рыболовстве. Этот вклад значительно варьируется между регионами и внутри регионов (см. рисунок 16). В Азии в аквакультуре производится больше продукции, чем в промышленном рыболовстве (61,9 процента), и, если не учитывать крупнейшего производителя в каждом регионе, аквакультура здесь все равно останется источником значительной доли продукции сектора рыболовства и аквакультуры (44,7 процента). При этом вклад Африки в мировое производство аквакультуры без Египта в 2020 году составил всего 6,6 процента – это самый низкий показатель во всех региональных и субрегиональных группах, представленных на рисунке.

РИСУНОК 16 ДОЛЯ ПРОДУКЦИИ АКВАКУЛЬТУРЫ В ОБЩЕМ ОБЪЕМЕ ПРОДУКЦИИ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ (БЕЗ УЧЕТА ВОДОРОСЛЕЙ) В РАЗБИВКЕ ПО РЕГИОНАМ, 2000–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: данные в миллионах тонн выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В 1990–2020 годах быстро развивалась аквакультура в 51 стране с доходом ниже среднего и в 53 странах с доходом выше среднего (согласно классификации стран по уровню дохода, разработанной Всемирным банком), предоставивших данные о производстве продукции аквакультуры. В 2020 году доля продукции аквакультуры в общем объеме продукции рыболовства и аквакультуры, произведенной в странах с уровнем дохода выше среднего (с населением 2,76 млрд человек) составила 61,7 процента, по сравнению с 19,8 процента в 1990 году. Доля продукции аквакультуры в странах с уровнем дохода ниже среднего (с населением 3,13 млрд человек) за тот же период выросла с 14,7 до 46,2 процента (см. рисунки 17 и 18).

РИСУНОК 17 СРАВНЕНИЕ ТЕМПОВ РАЗВИТИЯ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В ГРУППАХ СТРАН С РАЗНЫМ УРОВНЕМ ДОХОДА (БЕЗ УЧЕТА ВОДОРОСЛЕЙ), 1990–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

РИСУНОК 18 ДОЛЯ ПРОДУКЦИИ АКВАКУЛЬТУРЫ В ОБЩЕМ ОБЪЕМЕ ПРОДУКЦИИ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ ПО ОСНОВНЫМ ГРУППАМ ВИДОВ, 2020 ГОД

ПРИМЕЧАНИЕ: данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В 67 странах с высоким уровнем дохода, представляющих данные по аквакультуре (с населением 1,32 млрд человек), производство продукции аквакультуры за рассматриваемый период увеличилось более чем вдвое (в 1990 году – 3,1 млн тонн, а в 2020 году – 6,8 млн тонн), однако доля продукции субсектора в общем объеме продукции рыболовства и аквакультуры в 1990 году составила всего 7,6 процента, а в 2020 году – 23 процента. Но этот вклад был бы еще ниже, если бы производство продукции промысла за тот же период не упало на 40,1 процент (с 38,1 млн до 22,8 млн тонн).

В 26 странах с низким уровнем дохода, предоставляющих данные по аквакультуре (с населением 0,86 млрд человек), большинство из которых находятся в Африке к югу от Сахары, вклад аквакультуры в общий объем производства рыбной продукции вырос весьма ограниченно. В 1990 году на продукцию аквакультуры приходилось 3,7 процента от общего объема продукции, произведенной в секторе, а в 2020 году – 8 процентов.

Аквакультура во внутренних водоемах

Поскольку в ряде районов мира для аквакультуры используются естественные или модифицированные соленые воды, в докладе "Состояние мировой аквакультуры и рыболовства – 2022" продолжает использоваться термин "аквакультура во внутренних водоемах", хотя в случаях, когда соленость воды не имеет значения, широко используется другой термин – "пресноводная аквакультура". Солоноватоводная аквакультура в искусственных прудах на берегу моря в прибрежных районах, которая в ряде стран и районов классифицируется как "аквакультура во внутренних водоемах", в этом докладе считается прибрежной.

В 2020 году общемировой объем продукции аквакультуры во внутренних водоемах составил 54,4 млн тонн (44,4 процента от общемирового объема выращенных в аквакультуре видов животных и водорослей, а виды водных животных, выращенные во внутренних водоемах, составили 62,2 процента от общего объема продукции субсектора). Согласно региональным и глобальным данным, среди видов, выращиваемых во внутренних водоемах, преобладают костные рыбы таблица 8). Состав других групп и уровень развития хозяйств, в которых они выращиваются, варьируются в зависимости от региона.

ТАБЛИЦА 8 ПРОДУКЦИЯ АКВАКУЛЬТУРЫ ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ, МОРСКОЙ И ПРИБРЕЖНОЙ АКВАКУЛЬТУРЫ В РАЗБИВКЕ ПО РЕГИОНАМ И ПО ОСНОВНЫМ ГРУППАМ ВИДОВ, 2020 ГОД

ПРИМЕЧАНИЕ: … = производство отсутствует, либо данные о производстве отсутствуют. Данные приводятся без учета производства раковин и жемчуга. Итоговая цифра может не совпадать с суммой слагаемых из-за округления.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В аквакультуре во внутренних водоемах используются разнообразные методы и средства производства. Их отличают интенсивность использования вводимых ресурсов, уровень технической и управленческой сложности и степень интеграции с другими видами сельскохозяйственной деятельности. Шире всего распространено выращивание костных рыб и других видов в искусственных земляных прудах.

Во многих хозяйствах используются садки, реже – на специально огороженные участки водоемов, но распространенность этих методов по сравнению с другими подходами к аквакультуре во внутренних водоемах зависит от страны. Общемировые данные по продукции аквакультуры во внутренних водоемах, выращиваемой в садках и на специально огороженных участках водоемов, отсутствуют. В таблице 9 показаны объемы производства продукции аквакультуры в садках и на специально огороженных участках водоемов в сравнении с данными о производстве этой продукции во внутренних водоемах стран в целом на основании имеющихся данных по отдельным странам.

ТАБЛИЦА 9 ИСКУССТВЕННОЕ ВЫРАЩИВАНИЕ КОСТНЫХ РЫБ В САДКАХ И ОГОРОЖЕННЫХ УЧАСТКАХ ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ В ОТДЕЛЬНЫХ СТРАНАХ

ПРИМЕЧАНИЕ: … = производство отсутствует, либо данные о производстве отсутствуют. Производство на огороженных участках водоемов в Китае рассчитывалось с учетом определенного количества китайского мохнаторукого краба. Под общим объемом производства костных рыб в аквакультуре во внутренних водоемах Египта подразумевается общий объем продукции аквакультуры, произведенной в стране.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Политика разных стран предусматривает разные национальные и местные меры контроля за доступом к открытым общественным водоемам и их использованием для аквакультуры, в том числе для разведения в садках и на специально огороженных участках водоемов. При надлежащем регулировании инвестирование в садковую аквакультуру в открытых общественных водоемах позволяет настолько же эффективно наращивать производство, как и вложения в разведение водных организмов в прудах и другие методы.

На Филиппинах и в Индонезии аквакультура в садках и на огороженных участках водоемов в реках, озерах и водохранилищах активно развивается уже не первый десяток лет. В последние годы власти начали кампании по сокращению использования садков в ряде водоемов. Одним из основных направлений тринадцатого пятилетнего плана (2016–2020 годы) в Китае было повышение экологичности ведущейся в стране экономической деятельности, осуществляемой с использованием природных ресурсов, включая аквакультуру, особенно во внутренних районах. Была запланирована разработка координируемых местными субъектами планов очистки водоемов и программ смягчения последствий деятельности с целью защиты затронутых сообществ и отдельных лиц; в результате осуществления политики почти все садки и огороженные участки водоемов были удалены (см. рисунок 19). В некоторых провинциях по-прежнему выдается ограниченное число лицензий на ведение такой деятельности после оценки допустимой интенсивности использования водоемов, но при этом на первый план выходят вопросы охраны природы и сохранения природных ресурсов, а не экономической ценности продолжающих функционировать объектов садовой аквакультуры.

РИСУНОК 19 СОКРАЩЕНИЕ ОБЪЕМОВ АКВАКУЛЬТУРЫ В ОГОРОЖЕННЫХ УЧАСТКАХ ВОДОЕМОВ И САДКАХ В КИТАЕ (МАТЕРИКОВОМ) В ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: данные в тысячах тонн выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: Министерство сельского хозяйства и сельских дел, Китай.

Морская и прибрежная аквакультура

Марикультура, или морская аквакультура, предполагает разведение водных организмов в морской воде в течение всего производственного цикла или только на этапе доращивания. В первом случае весь цикл производства проходит в море – так производятся виды, выращиваемые из дикого генетического материала, например, морские мидии. Во втором случае тот или иной вид производится в наземных инкубаторах, иногда даже в пресной воде, а в марикультуре осуществляется только доращивание – так разводится, например, семга. Объектами прибрежной аквакультуры, как правило, являются искусственные пруды на суше или в приливно-отливных зонах; они играют важную роль в жизни населения прибрежных районов во многих развивающихся странах, в первую очередь в Азии и Латинской Америке, обеспечивая их средствами к существованию и работой и способствуя их экономическому развитию.

В 2020 году в морской и прибрежной аквакультуре было произведено 68,1 млн тонн продукции, включая 33,1 млн тонн водных животных и 35 млн тонн водорослей. Производство основных групп видов в марикультуре и прибрежной аквакультуре в разбивке по регионам показано в таблице 8.

Разделить данные о производстве ракообразных, моллюсков и других морских беспозвоночных в марикультуре и прибрежной аквакультуре на основе биологических характеристик этих видов и принятых для их выращивания методов достаточно легко. Но выполнить разбивку данных по производству костных рыб и странам, где различные виды костных рыб выращиваются в обеих системах, сложнее, поскольку по ним предоставляются обобщенные данные. В настоящем документе впервые представлена общая картина марикультуры и прибрежной аквакультуры и отдельная информация по первой и второй на основе сведений и данных из альтернативных источников; к интерпретации этой предварительной информации следует подходить с осторожностью (см. рисунок 20). В 2020 году в прибрежной аквакультуре было произведено 3,1 млн тонн костных рыб, что составляет 37,4 процента от совокупного объема продукции марикультуры и прибрежной аквакультуры (8,3 млн тонн). Ракообразные производились почти исключительно в прибрежной аквакультуре. Доля других водных животных, произведенных в прибрежной аквакультуре, составила 19,4 процента; доля морских водорослей – 4,2 процента, а доля моллюсков – 0,5 процента.

РИСУНОК 20 СОСТАВ ПРОДУКЦИИ МОРСКОЙ И ПРИБРЕЖНОЙ АКВАКУЛЬТУРЫ ПО ОСНОВНЫМ ГРУППАМ ВИДОВ, 2016–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Производство продукции аквакультуры с применением и без применения кормов

Производство продукции аквакультуры с применением кормов опережает по темпам роста производство без их применения. Доля продукции, произведенной без применения кормов, в общем объеме производства искусственно выращиваемых водных животных постоянно снижается: до 2000 года она превышала 40 процентов, а в 2020 году составила всего 27,8 процентов, хотя в абсолютном выражении годовой объем продукции, произведенной таким методом, практически не изменился. Общий объем производства без применения кормов в 2020 году составил 24,3 млн тонн; в этот объем вошли 8,2 млн тонн рыб-фильтраторов, выращенных во внутренних водоемах – большей частью белого толстолобика и пестрого толстолобика – и 16,2 млн тонн водных беспозвоночных, в основном морских двустворчатых моллюсков (см. рисунок 21).

РИСУНОК 21 ПРОИЗВОДСТВО ПРОДУКЦИИ АКВАКУЛЬТУРЫ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ И БЕЗ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ КОРМОВ, РАЗНЫЕ ВИДЫ ЖИВОТНЫХ, 2000–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: данные в миллионах тонн выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В многовидовых системах прибрежной аквакультуры и аквакультуры во внутренних водоемах корма, преимущественно порошковые и гранулированные, которые отличаются низкой водопрочностью и быстро растворяются, также поедают виды-фильтраторы. Эта особенность при определенных условиях осложняет разграничение видов, выращиваемых с откормом и без откорма.

В таких регионах, как Африка, разведение видов, не требующих откорма, ранее не практиковалось. В 1950-х и 1960-х годах в некоторых странах Африки была предпринята попытка разводить карпов-фильтраторов, но она оказалась неудачной; карпов прекратили выращивать еще в XX веке и заменили приспособленными к местным условиям тилапиями и сомами. Найти и ввести в культуру местные виды костных рыб, которые могли бы использоваться для развития экономичного и эффективного многовидового производства с использованием естественных благоприятных для разведения условий в рыбоводных водоемах вместо карпов-фильтраторов, оказалось практически неподъемной задачей. Однако совместные усилия (например, создание инкубаторов, находящихся в международной собственности) по ускорению развития разведения морских моллюсков в прибрежных районах Африки открывают широкие перспективы для наращивания производства пищевой продукции из водных биоресурсов[12].

Искусственно выращиваемые водные виды

Благодаря широкому спектру условий, в которых практикуется аквакультура, в различных системах с использованием пресной, солоноватой, морской воды и соленой воды внутренних водоемов выращиваются разнообразные водные виды и их гибриды.

ФАО собрала актуальные статистические данные по 652 единицам, известным под техническим наименованием "видовые позиции", которые производились во всех системах аквакультуры в мире в течение 71 года (с 1950 по 2020 год). Источником данных стали национальные отчеты и доклады об оценке стран, не предоставляющих соответствующую информацию. Это более полная информация, чем в докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2020", в котором были представлены данные по 622 единицам. В частности, речь идет о 494 отдельных видах, 7 гибридах костных рыб, 94 группах видов, идентифицированных на уровне рода, и 57 группах видов, идентифицированных на уровне семейства или выше. Среди 494 таксономически признанных видов, которые когда-либо культивировались в мире, – 313 видов костных рыб (относящиеся к 186 родам), 88 видов моллюсков, 49 видов ракообразных, 31 вид водорослей, два вида сине-зеленых водорослей, шесть видов морских беспозвоночных, три вида лягушек (амфибий) и два вида водных черепах (рептилий).

Фактическое число водных видов, культивируемых в разных странах мира, гораздо выше, а зарегистрированные гибриды костных рыб составляют лишь малую долю от множества гибридов не только костных рыб, но и моллюсков, лягушек, водных черепах и морских водорослей. Проблемы в процессе сбора данных не позволяют ФАО отразить в статистике всю необходимую информацию. Эти ограничения следует учитывать при использовании данных ФАО по аквакультуре, которые прежде всего предназначены для мониторинга развития аквакультуры как составляющей сельскохозяйственного сектора, в исследованиях, касающихся водных генетических ресурсов и биоразнообразия.

Несмотря на широкое разнообразие искусственно выращиваемых водных видов, в производстве продукции аквакультуры преимущественно используется лишь небольшое количество "основных" видов таблица 10). Общий объем продукции аквакультуры во внутренних водоемах, произведенной в 2020 году, составил 5,8 млн тонн, и 11,8 процента от этого объема приходилось на амура белого. Этот вид и еще 23 отдельных вида составили 78,7 процента общего объема выращенных во внутренних водоемах костных рыб. Из всех видов костных рыб, выращенных в марикультуре и прибрежной аквакультуре, 75,6 процента составили семга и еще 21 основной вид, включая ханоса. В 2020 году на мировые рынки было поставлено 2,7 млн тонн семги – это 32,6 процента костных рыб всех видов, произведенных в морской и прибрежной аквакультуре.

ТАБЛИЦА 10 ПРОИЗВОДСТВО ПРОДУКЦИИ АКВАКУЛЬТУРЫ В МИРЕ – ОСНОВНЫЕ ВИДЫ (ВКЛЮЧАЯ ВИДОВЫЕ ГРУППЫ)

ИСТОЧНИК: ФАО.

Некоторые виды морских и пресноводных костных рыб способны дышать в двух режимах и поглощать кислород как из воды, так и из воздуха, используя для такого дыхания разные физические механизмы. Во внутренних водоемах разных стран мира разводится около 30 видов дышащих атмосферным воздухом рыб и их гибридов. До середины 2000-х годов доля таких рыб в общем объеме производства костных рыб, выращивающихся во внутренних водоемах, обычно не превышала 3 процента; впоследствии она стала расти и в последние годы достигла примерно 13 процентов. В 2020 году в мире было произведено 6,2 млн тонн дышащих атмосферным воздухом рыб (12,6 процента от общемирового производства), что несколько ниже, чем в 2019 году, главным образом из-за снижения производства во Вьетнаме (см. рисунок 22). Из произведенных в 2020 году потребляющих атмосферный воздух костных рыб 83,9 процента составляли представители трех семейств: 47 процентов – пангасиевые (например, пангасиус большеглазый, Pangasianodon hypophthalmus), 26,5 процента – клариевые (например, сом клариевый африканский, Clarias gariepinus) и 10,5 процента – змееголовые (например, змееголов, Channa argus).

РИСУНОК 22 ПРОИЗВОДСТВО РЫБ, ДЫШАЩИХ АТМОСФЕРНЫМ ВОЗДУХОМ, В АКВАКУЛЬТУРЕ ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ, 1990–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: данные в миллионах тонн выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Состояние рыбных ресурсов

Морское рыболовство

Состояние ресурсов

По оценке ФАО[13], доля рыбных запасов, вылавливаемых в объемах, обеспечивающих биологическую устойчивость, в 2019 году сократилась до 64,6 процента, что на 1,2 процента ниже, чем в 2017 году (см. рисунок 23). В 1974 году доля таких запасов составляла 90 процентов. При этом начиная с конца 1970-х годов растет доля запасов, вылавливаемых за пределами уровня, обеспечивающего биологическую устойчивость. Так если в 1974 году она составляла 10 процентов, то в 2019 году – уже 35,4 процента. При расчетах, результаты которых приводятся в настоящем документе, всем запасам было присвоено равное значение, независимо от их численности и улова. В 2019 году биологически устойчивые запасы составили 82,5 процента от выгрузки оцененных запасов, отслеживаемых ФАО.

РИСУНОК 23 ГЛОБАЛЬНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ В ЧАСТИ СОСТОЯНИЯ РЫБНЫХ ЗАПАСОВ МИРОВОГО ОКЕАНА, 1974–2019 ГОДЫ

ИСТОЧНИК: ФАО.

Биологически устойчивые запасы состоят из вылавливаемых с обеспечением максимальной устойчивости и недолавливаемых запасов, которые в 2019 году составляли соответственно 57,3 и 7,2 процента от общего объема оцененных запасов. На протяжении всего периода объем недолавливаемых запасов непрерывно сокращался (с некоторым увеличением в 2018 и 2019 годах), в то время как запасы, вылавливаемые на максимально устойчивой основе, в период с 1974 по 1989 год снижались, а затем росли и в 2019 году достигли 57,3 процента. Из 16 крупнейших статистических районов ФАО самая высокая доля запасов, вылавливаемых на уровне, не обеспечивающем биологической устойчивости (66,7 процента), в 2019 году была зарегистрирована в юго-восточной части Тихого океана (район 87); на следующих местах по этому показателю находились Средиземное и Черное моря (район 37, 63,4 процента) (см. рисунок 24). Самые низкие доли запасов, вылавливаемых на уровне, не обеспечивающем биологической устойчивости (13–23 процентов), были зарегистрированы в северо-восточной части Тихого океана (район 67), западной оконечности центральной части Тихого океана (район 71) и юго-западной части Тихого океана (район 81). В остальных районах этот показатель в 2019 году составлял от 27 до 45 процентов (см. рисунок 24). В разных районах промысла объемы выгрузки рыбы широко варьируются (см. рисунок 9b), поэтому важность каждого района для устойчивости мирового рыболовства может зависеть от его доли в общемировом объеме выгрузки. По информации о временной структуре выгрузки во многих районах можно определить их экологическую продуктивность, этап развития рыболовства, особенности эксплуатации и состояния рыбных запасов. В целом, если не учитывать Арктику и Антарктику, где объемы выгрузки минимальны, можно выделить три группы с характерной динамикой (см. рисунок 25): i) районы с общей тенденцией к снижению выгрузки после пиков в прошедшие периоды; ii) районы, где наблюдаются незначительные колебания по сравнению с уровнем, в целом остающимся стабильным с 1990 года, что связано с преобладанием короткоживущих пелагических видов с низкой продолжительностью жизни; и iii) районы, где с 1950 года регистрируется устойчивый рост уловов. Районы первой группы имеют самую низкую долю запасов, которые эксплуатируются на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, (59,2 процента), районы второй группы – самую высокую долю таких запасов (76,1 процента), а третья группа находится между ними (67,0 процента). В районах, где управленческие мероприятия малоэффективны, тенденция к росту улова (третья группа), как правило, указывает на развитие рыболовства и отсутствие контроля при достаточно высокой устойчивости ресурсов. Однако при наличии такой тенденции оценка запасов может быть весьма неопределенной и недостоверной ввиду отсутствия контраста, обусловленного однонаправленным характером улова в целом или улова на единицу промыслового усилия. Тенденция к снижению улова (первая группа), как правило, свидетельствует о снижении устойчивости рыбных запасов или об отсутствии их восстановления, несмотря на применение строгих правил. Самая высокая устойчивость (характерная для второй группы), как можно предположить, связана с высоким уровнем развития рыболовства, зрелыми подходами к эксплуатации ресурсов и эффективным регулированием промысла. Однако на динамику улова могут влиять и другие аспекты, такие как изменения в окружающей среде и социальные факторы. Врезка 3 иллюстрирует план ФАО по пересмотру текущей оценки методологии, чтобы лучше отразить значительные изменения, произошедшие в относительном доминировании различных рыбных ресурсов.

РИСУНОК 24 ДОЛЯ РЫБНЫХ ЗАПАСОВ, ЭКСПЛУАТИРУЕМЫХ В ПРЕДЕЛАХ УРОВНЯ БИОЛОГИЧЕСКОЙ УСТОЙЧИВОСТИ, И ЭКСПЛУАТИРУЕМЫХ НА НЕУСТОЙЧИВОМ УРОВНЕ, В РАЗБИВКЕ ПО СТАТИСТИЧЕСКИМ РАЙОНАМ ФАО, 2019 ГОД

ПРИМЕЧАНИЕ: в процентах указана доля запасов, вылавливаемых на уровне, обеспечивающем устойчивость.

ИСТОЧНИК: ФАО.

ВРЕЗКА 3 ПОВЫШЕНИЕ КАЧЕСТВА ПРОВОДИМОЙ ФАО ПЕРИОДИЧЕСКОЙ ОЦЕНКИ СОСТОЯНИЯ МИРОВЫХ РЫБНЫХ РЕСУРСОВ

Обзор запасов морской рыбы в мире впервые был опубликован в 1971 году[1]. С тех пор ФАО регулярно осуществляет оценку и мониторинг состояния мировых морских рыбных ресурсов и с 1995 года представляет их результаты в выходящем каждые два года докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры" (СОФИА). Цель оценки заключается в том, чтобы дать общее представление о состоянии морских рыбных ресурсов в мире и в регионах, которое поможет в разработке политики и принятии решений, обеспечивающих долгосрочную устойчивость этих ресурсов. В процессе развития морского рыболовства как методы оценки, так и получаемые данные о ресурсах в соотношении значительно изменились. В последний раз методика была пересмотрена в 2011 году[2] и с тех пор не обновлялась. C целью дальнейшего предоставления всестороннего и объективного глобального анализа, ФАО приняла решение пересмотреть методику таким образом, чтобы в более полной мере учитывать основные изменения в соотношении преобладающих рыбных ресурсов и основывать анализ на актуальном и расширенном перечне рыбных запасов. В соответствии с новой методикой будет обновлен перечень запасов, будет обеспечен многоуровневый и прозрачный подход к анализу, при этом информация будет представляться в новых форматах. Ожидается также, что эти изменения создадут условия для улучшенного прямого взаимодействия с расширяющимся кругом учреждений и экспертов по оценке и управлению в государствах-членах, повышая таким образом прозрачность.

Пересмотренный план, позволяющий решить данные вопросы в будущих докладах о состоянии мировых морских промысловых ресурсов, предполагает принятие региональной стратегии, которая с течением времени поможет сократить пробелы в оценке за счет использования многоуровневого подхода с привязкой к уровню имеющейся информации. Первым и наиболее важным этапом плана является обновление перечня запасов, которые должны быть проанализированы в каждом регионе, с учетом актуального состояния рыбных ресурсов в разных частях мира. Эта работа будет проводиться в сотрудничестве с местными экспертами посредством региональных семинаров и консультаций в новых форматах, таких как вопросники для конкретных стран по показателю 14.4.1 Цели устойчивого развития (ЦУР) "Доля рыбных запасов, находящихся в биологически устойчивых пределах". Качество многоуровневого подхода к оценке зависит от качества данных и дополнительной информации по каждому региону:

1. Уровень 1 – запасы, по которым имеются считающиеся достоверными данные оценки, выполненной традиционными методами. Официальные результаты используются в том виде, в котором они были представлены управленческими учреждениями.

2. Уровень 2 – запасы, в отношении которых официальная оценка не проводилась, но в отношении которых оправданно применение альтернативных подходов (например, Sraplus[3]), поскольку имеется дополнительная информация, такая как внешние данные о выгрузке с индексами численности или предположения экспертов об истощении, позволяющие определить состояние конкретной популяции.

3. если данных недостаточно для применения подходов уровня 1 или уровня 2, то используется подход на основе совокупности фактических данных[4] и состояние запасов описывается на основе качественной или полуколичественной информации[5].

Чтобы подтвердить работоспособность концепции, лежащей в основе этого многоуровневого подхода, в рамках прозрачной оценки для подготовки СОФИА, ФАО осуществит экспериментальный проект в двух из своих статистических районов (районы 31 и 37), результаты которого будут представлены на тридцать пятой сессии Комитета по рыбному хозяйству (КРХ) в 2022 году с сопоставлением используемого в настоящее время и нового подхода с точки зрения полученных показателей. В рамках проекта данные, рабочие процессы, анализ и отчетность будут документироваться в легко воспроизводимом стандартизированном формате. Кроме того, будет разработана новая инфографика (предварительный пример шаблона см. на рисунке), которая позволит представлять информацию в более удобном формате и отображать оценку рыбных ресурсов в общем контексте в соответствии с экосистемным подходом к управлению рыболовством (ЭПУР)[6].

ПРОЕКТ ИНФОГРАФИКИ С ИНФОРМАЦИЕЙ НА УРОВНЕ РЕГИОНА В КОНТЕКСТЕ МНОГОЧИСЛЕННЫХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ, ИМЕЮЩИХ ОТНОШЕНИЕ К УПРАВЛЕНИЮ РЫБОЛОВСТВОМ И КОМПЛЕКСНОЙ ПРИРОДЕ ЭКОСИСТЕМ

ИСТОЧНИК: ФАО.

Тридцать пятой сессии КРХ будет предложена подробная программа работы по достижению целей модернизации используемых в СОФИА показателей состояния морских ресурсов. Если она будет одобрена, примеры многоуровневого анализа и новые подходы к визуальной коммуникации будут представлены в докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры" 2024 года с внедрением в полном объеме в большинстве направлений. Затем будет опубликовано новое издание технического документа ФАО "Обзор состояния мировых морских рыбных ресурсов" с подробным описанием методики. Кроме того, программа работы предусматривает мероприятия по повышению потенциала национальных и региональных учреждений по вопросам рыбного хозяйства в области оценки состояния запасов. Программа позволит расширить участие национальных учреждений в анализе положения в мире и активнее привлекать их к анализу, предоставив им возможность регулярно представлять свои аналитические материалы для включения в основную публикацию ФАО в рамках подготовки отчетности о ходе работы по достижению показателя 14.4.1 ЦУР.

[1] Gulland, J.A. 1971. The fish resources of the ocean. West Byfleet, UK, Fishing News Books. www.fao.org/3/al937e/al937e.pdf

[2] FAO. 2011. Review of the state of world marine fishery resources. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper No. 569. Rome. www.fao.org/3/i2389e/i2389e.pdf

[3] Метод "анализ сокращения запасов +" (Sraplus) позволяет оценить истощение ресурсов исходя из внешних независимых переменных с использованием разных моделей.

[4] Подход, основанный на совокупности фактических данных, был разработан правительством Австралии:
Woodhams, J., Stobutzki, I., Vieira, S., Curtotti, R. & Begg, G.A., eds. 2011. Fishery status reports 2010: status of fish stocks and fisheries managed by the Australian Government. Canberra, Australian Bureau of Agricultural and Resource Economics and Sciences.
С использованием этого подхода можно выдвигать предположения о разных вариантах состояния запасов на основе различных показателей (социальных, биологических, экономических). По совокупности фактических данных можно сделать вывод о наиболее вероятном изменении состояния с использованием комплекса подходов.

[5] Готовится к публикации. Sousa, P. & Barros, P. forthcoming. Providing EAF-compliant management advice in data- and capacity-limited fisheries: A framework using the weight of evidence approach. Rome, FAO.

[6] Staples, D., Brainard, R.,Capezzuoli, S., Funge-Smith, S., Grose, C., Heenan, A., Hermes, R. et al. 2014. Essential EAFM. Ecosystem approach to fisheries management Training Course. Volume 2 – For Trainers. RAP Publication 2014/13. Bangkok, FAO Regional Office for Asia and Pacific, Bangkok, Thailand. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i3779e/i3779e.pdf).

Основные промысловые виды – состояние запасов и тенденции

В число десяти видов, которые в 2019 году вылавливались в самых больших количествах, входят перуанский анчоус (Engraulis ringens), минтай (Theragra chalcogramma), полосатый тунец (Katsuwonus pelamis), атлантическая сельдь (Clupea harengus), желтоперый тунец (Thunnus albacares), путассу (Micromesistius poutassou), европейская сардина (Sardina pilchardus), японская скумбрия (Scomber japonicus), атлантическая треска (Gadus morhua) и рыба-сабля (Trichiurus lepturus): в 2019 году на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, эксплуатировалось в среднем 66,7 процента запасов этих видов, что несколько выше среднемирового показателя в 64,4 процента. При этом доля подвергающихся перелову запасов европейской сардины, атлантической трески и атлантической сельди была выше среднего уровня.

Первостепенное значение имеет тунец, который вылавливается в значительных объемах, имеет высокую экономическую ценность и в больших количествах поставляется на международные рынки. Но управление запасами этой рыбы сопряжено с дополнительными проблемами: она активно мигрирует, а многие ее популяции являются трансграничными. В мировых масштабах самую высокую коммерческую ценность имеют семь видов тунца: длинноперый тунец (Thunnus alalunga), большеглазый тунец (Thunnus obesus), полосатый тунец (Katsuwonus pelamis), желтоперый тунец (Thunnus albacares) и три вида тунца обыкновенного (Thunnus thynnus, Thunnus maccoyii и Thunnus orientalis). В 2019 году вылов этих видов составил 5,7 млн тонн, что на 15 процентов больше, чем в 2017 году, но на 14 процентов меньше, чем в 2014 году, когда показатель достиг исторического максимума. В среднем в 2019 году доля запасов основных промысловых видов тунца, эксплуатировавшихся на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, составляла 66,7 процента – этот показатель был несколько выше среднего по всем видам, но оставался неизменным по сравнению с 2017 годом.

Запасы тунца тщательно отслеживаются и повсеместно оцениваются, и состояние семи вышеупомянутых видов тунца известно с умеренной неопределенностью. Но большинство других видов тунца и подобных ему видов остаются неоцененными или оцениваются с высокой долей неопределенности. Это серьезная проблема, поскольку на тунца и подобные ему виды, по оценкам, приходится не менее 15 процентов суммарного улова всех хозяйств мира, ведущих маломасштабный промысел (ФАО, Университет Дьюка и Всемирный центр по рыбным ресурсам). Кроме того, рыночный спрос на тунца остается высоким, а тунцеловные флоты по-прежнему располагают значительными избыточными мощностями. Для поддержания запасов тунца на устойчивом уровне, особенно для восстановления перелавливаемых запасов, необходимо эффективное управление, включая повышение качества отчетности, расширение доступа к данным и введение правил контроля за добычей всех популяций этой рыбы. Кроме того, требуются значительные дополнительные усилия по сбору, представлению и оценке данных в отношении тунца и подобных ему видов, не принадлежащих к числу основных промысловых видов.

Состояние и динамика запасов по районам промысла

Из всех основных промысловых районов ФАО больше всего продукции производится в северо-западной части Тихого океана: в 2019 году на этот район приходилось 24,1 процента мирового объема выгрузки. В 1980-х и 1990-х годах общий вылов в этом районе колебался в пределах от 17 до 24 млн тонн, а в 2019 году составил около 19,4 млн тонн (см. рисунок 25). Самыми продуктивными видами здесь традиционно были сардина-сардинопс дальневосточная (Sardinops melanostictus) и минтай: максимальные объемы их выгрузки составляли соответственно 5,4 млн и 5,1 млн тонн. Но за последние 25 лет улов этих видов ощутимо сократился. При этом по сравнению с 1990 годом в районе значительно выросли объемы выгрузки кальмаров, каракатиц, осьминогов и креветок. В 2019 году перелавливались две популяции японского анчоуса (Engraulis japonicus) и две популяции минтая; еще одна популяция минтая эксплуатировалась в пределах, обеспечивающих устойчивость. В целом на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, в северо-западной части Тихого океана в 2019 году эксплуатировались около 55,0 процента оцененных запасов, а за пределами этого уровня – 45,0 процента; это на 10 процентов больше, чем в 2017 году, когда проводилась предыдущая оценка.

РИСУНОК 25 ТРИ ГРУППЫ ПО РАСПРЕДЕЛЕНИЮ ВЫГРУЗОК ВО ВРЕМЕНИ, 1950–2019 ГОДЫ

1 Правая вертикальная ось относится к промысловым районам, не указанным на левой вертикальной оси.

ПРИМЕЧАНИЕ: столбики показывают процент запасов на биологически устойчивом уровне в 2019 году для группы промысловых районов, перечисленных под графиком. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Вылов в восточной оконечности центральной части Тихого океана в последние десятилетия колебался в пределах от 1,5 млн до 2,0 млн тонн (см. рисунок 25). Общий объем выгруженного улова в 2019 году составил 1,9 млн тонн, что близко к максимальному показателю за всю историю наблюдений. Существенную долю выгруженного улова в этом районе составляют пелагические рыбы мелких и средних размеров (в том числе относящиеся к крупным популяциям сардины калифорнийской (Sardinops sagax), анчоуса и тихоокеанской ставриды (Scomber japonicas), кальмаров и креветок. Даже при устойчивых нормах эксплуатации продуктивность этих популяций короткоживущих видов по естественным причинам в большей степени зависит от межгодовых колебаний океанографических условий, которые обусловливают колебания уловов. Например, в последние три года уловы калифорнийской сардины, обитающей в Калифорнийском заливе восстановились, вероятнее всего, вследствие благоприятных условий окружающей среды. Как отмечалось в предыдущие годы, отдельные ценные прибрежные ресурсы, такие как груперы, луцианы и креветки, подвергаются перелову. Однако ввиду нехватки информации состояние этих запасов считается крайне неопределенным. В восточной оконечности центральной части Тихого океана доля оцененных запасов, эксплуатируемых на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, остается стабильной с 2015 года и составляет 85,7 процента; район находится на втором месте среди всех районов рыболовства по этому показателю.

В юго-восточной части Тихого океана в 2019 году было добыто 7,8 млн тонн водных животных, что составило около 10 процентов выгруженного улова в мире; при этом наблюдалась явная тенденция к снижению объемов по сравнению с 1990-ми годами (см. рисунок 25). Наиболее продуктивными видами здесь являются перуанский анчоус и гигантский кальмар (Dosidicus gigas), выгруженный улов которых составил почти 5,0 млн и 0,9 млн тонн соответственно. Считается, что эти виды эксплуатируются на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, что в первую очередь обусловлено снижением вылова с начала 1990-х годов благодаря принятию более осторожного и эффективного подхода к управлению промыслом анчоуса. Чилийская сельдь (Strangomera bentincki) также добывалась в объемах, обеспечивающих биологическую устойчивость. Что же касается сардины-сардинопс (Sardinops sagax), чилийско-перуанской мерлузы (Merluccius gayi) и новозеландской мерлузы (Merluccius australis), то эти виды продолжали подвергаться перелову, а патагонский клыкач (Dissostichus eleginoides) в настоящее время добывается в объемах, не обеспечивающих биологическую устойчивость. Хотя почти весь улов (около 95 процентов) в этом регионе приходится на запасы, эксплуатируемые в объемах, обеспечивающих биологическую устойчивость, в целом на таком уровне в 2019 году эксплуатировались лишь 33,3 процента оцененных запасов в юго-восточной части Тихого океана.

Объем вылова в восточной оконечности центральной части Атлантики в целом растет, но с середины 1970-х годов остается неустойчивым; в 2019 году этот показатель достиг 5,4 млн тонн, что является самым высоким значением во временном ряду (см. рисунок 25). Основным добываемым видом в этом районе является сардина европейская; с 2014 года объем улова этой рыбы, по поступающим данным, составляет около 1 млн тонн в год, а ее запасы остаются недолавливаемыми. Еще одним важным мелким пелагическим видом является сардинелла круглая (Sardinella aurita). Ее уловы снижаются и в 2019 году составили около 184 000 тонн – это лишь около 50 процентов от максимального объема, который был зафиксирован в 2001 году. Этот вид считается перелавливаемым. Известно, что в регионе ведется интенсивный промысел придонных видов, и состояние разных запасов неодинаково: одни классифицируются как эксплуатируемые в объемах, обеспечивающих биологическую устойчивость, другие – как вылавливаемые на уровнях, не обеспечивающих устойчивости. В целом на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, в 2019 году эксплуатировалось 60 процентов оцененных запасов в восточной оконечности центральной части Атлантики.

В Юго-Западной Атлантике общий объем вылова колебался между 1,8 млн и 2,6 млн тонн (после роста в начале периода добычи, который закончился в середине 1980-х годов) и в 2019 году достиг 1,7 млн тонн, что на 5 процентов меньше, чем в 2017 году (см. рисунок 25). В самых больших объемах здесь добывается аргентинский иллекс (Illex argentinus), на долю которого, как показывают ретроспективные данные, приходилось 10–30 процентов от общего вылова в регионе. Но в 2019 году вылов этого вида сократился до 250 000 тонн (14 процентов); при этом вылов аргентинской красной креветки (Pleoticus muelleri) значительно вырос по сравнению с 2005 годом. Оба вида эксплуатировались на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость. Самым важным видом с точки зрения объемов вылова в регионе является патагонский хек (Merluccius hubbsi): в 2019 году его вылов составил 449 000 тонн, что на 26 процентов больше, чем в 2017 году. Одна из популяций хека в 2019 году восстановилась до биологически устойчивого уровня; такое восстановление стало результатом масштабных усилий по повышению качества оценки и управления, в том числе снижения промысловой смертности. Кроме того, по сравнению с 2017 годом выросли уловы аргентинского макруронуса (Macruronus magellanicus) и белоротого крокера (Micropogonias furnieri) – на 70 процентов и 20 процентов соответственно. В целом на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, в 2019 году эксплуатировалось 60,0 процента оцененных запасов Юго-Западной Атлантики, что на 20 процентов выше, чем в 2017 году.

В северо-восточной части Тихого океана объем выгрузки в 2019 году не изменился по сравнению с 2013 годом и составил около 3,2 млн тонн (см. рисунок 25). Наиболее многочисленным видом здесь остался минтай, на долю которого приходится около 50 процентов общего объема выгрузок. В больших объемах также вылавливаются тихоокеанская треска (Gadus microcephalus), хек и морские языки. Популяции большинства видов, обитающих в регионе, за исключением лосося, находятся в хорошем состоянии и эксплуатируются рационально, в первую очередь благодаря научно обоснованным рекомендациям Комиссии по рыболовству в северной части Тихого океана и Совета по управлению рыболовством в северной части Тихого океана и эффективному регулированию, которое помогло снизить нагрузку на рыбные ресурсы со стороны стран, ведущих экспедиционный промысел. Однако в 2019 году запасы тихоокеанских лососевых (чавыча, кижуч, нерка и кета) в южных районах Британской Колумбии в Канаде и штатах Вашингтон, Орегон и Калифорния в США) перелавливались. В общей сложности на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, в этих районах в 2019 году эксплуатировались 86,2 процента оцененных запасов.

Третьим по продуктивности районом является Северо-Восточная Атлантика; здесь вылов в 2019 году составил 8,1 млн тонн, что на 1,2 млн тонн меньше, чем в 2017 году. В 1976 году объемы выгрузки в этом районе достигли пика в 13 млн тонн, затем упали, в 1990-е годы вновь немного повысились и с тех пор снижаются (см. рисунок 25). В конце 1970-х – начале 1980-х годов рыбные ресурсы здесь вылавливались крайне интенсивно. С тех пор страны взяли интенсивность промысла под контроль с целью восстановления перелавливаемых запасов. В 2000-х годах восстановились запасы обыкновенной скумбрии (Scomber scombrus), тюрбо (Scophthalmus maximus), камбалы морской (Pleuronectes platessa), европейского морского языка (Solea solea), сайки (Boreogadus saida) и атлантической трески (Gadus morhua), а в конце 2010-х годов – запасы мерланга (Merlangius merlangus) и европейского морского языка (Solea solea). В 2019 году в объемах, обеспечивающих биологическую устойчивость, вылавливались 72,7 процента оцененных запасов Северо-Восточной Атлантики.

В Северо-Западной Атлантике в 2019 году было добыто 1,7 млн тонн водных животных и продолжилась тенденция к снижению по сравнению с максимумом в 4,5 млн тонн, достигнутым в начале 1970-х годов (см. рисунок 25). В группе, в которую входят атлантическая треска, хек серебристый (Merluccius bilinearis), белый налим (Urophycis tenuis) и пикша (Melanogrammus aeglefinus), запасы восстанавливаются достаточно высокими темпами; с конца 1990-х годов объем выгрузки этих видов остается на уровне около 0,1 млн тонн, что составляет лишь 5 процентов от достигнутого в 1965 году максимального объема в 2,1 млн тонн. Медленное восстановление обусловлено изменениями в продуктивности популяций таких видов, как атлантическая треска (Gadus morhua), камбала-ерш (Hippoglossoides platessoides), зимняя камбала (Pseudopleuronectes americanus) и желтохвостая лиманда (Limanda ferruginea), под воздействием экологических факторов. Несмотря на крайне низкий вылов и отсутствие перелова, эти запасы все еще не восстановились. Ресурсы беспозвоночных в целом находятся в лучшем состоянии, чем ресурсы костных рыб. В 2019 году в пределах уровней, обеспечивающих биологическую устойчивость, вылавливалось 61,1 процента оцененных запасов Северо-Западной Атлантики.

В западной оконечности центральной части Атлантикимаксимальный объем вылова (2,5 млн тонн) был достигнут в 1984 году; после этого вылов постепенно снижался и в 2014 году составил 1,2 млн тонн, а затем незначительно вырос и в 2019 году составлял 1,4 млн тонн (см. рисунок 25). Считается, что такие мелкие пелагические рыбы, как заливный менхаден (Brevoortia patronus) и сардинелла круглая, эксплуатируются на максимальном уровне. Как показывают данные, такие пелагические рыбы среднего размера, как королевская макрель (Scomberomorus cavalla) и испанская пятнистая макрель (Scomberomorus maculatus), эксплуатируются на максимальном уровне, а бразильская макрель (Scomberomorus brasiliensis) перелавливается. Наиболее ценными и интенсивно вылавливаемыми рыбами в районе являются луцианы и груперы; несмотря на сокращение специализированного промысла благодаря мерам регулирования, некоторые запасы этих видов продолжают подвергаться перелову. Запасы таких ценных беспозвоночных, как карибский колючий лангуст (Panulirus argus) и гигантский стромбус (Lobatus gigas) эксплуатируются на максимальном уровне. Пильчатая креветка и атлантический морской боб (Xiphopenaeus kroyeri) на шельфе Французской Гвианы и Бразилии эксплуатируются в пределах, обеспечивающих устойчивость. В западной оконечности центральной части Атлантики на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, в 2019 году эксплуатировались 62,2 процента оцененных запасов.

В Юго-Восточной Атлантике наблюдается тенденция к снижению вылова: в конце 1960-х годов он составлял 3,3 млн тонн, а 2019 году – 1,4 млн тонн (см. рисунок 25). В самых больших объемах в регионе добываются ставрида и хек; после эффективного пополнения промысловых стад и введения строгих мер регулирования их запасы восстановились до биологически устойчивого уровня. Запасы южноафриканской сардины-сардинопс (Sardinops ocellatus) остаются серьезно деградированными; для их восстановления необходимы специальные природоохранные меры со стороны как Намибии, так и Южной Африки. Запасы сардинеллы (Sardinella aurita и Sardinella maderensis) очень обильные у побережья Анголы и в отдельных районах Намибии, продолжают эксплуатироваться в пределах уровней, обеспечивающих биологическую устойчивость. Южноафриканская сельдь-круглобрюшка (Etrumeus whiteheadi) недолавливается. В 2019 году продолжались перелов и ухудшение состояния запасов западноафриканской ставриды (Trachurus trecae) и южноафриканского морского ушка (Haliotis midae), являющихся объектами интенсивного незаконного промысла. В целом на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, в 2019 году эксплуатировалось 64,7 процента оцененных запасов Юго-Восточной Атлантики.

В Средиземном и Черном морях рекордный объем выгрузки (2 млн тонн) был достигнут в середине 1980-х годов; затем показатель сократился и в 2014 году достиг 1,1 млн тонн, а после 2015 года вновь немного повысился и в 2019 году составил около 1,4 млн тонн (см. рисунок 25). Большинство регулярно оцениваемых запасов коммерчески ценных видов, включая хека (Merluccius merluccius), тюрбо (Scophthalmus maximus) и сардину европейскую, продолжают вылавливаться в объемах сверх биологически устойчивого уровня. В последние годы наблюдалась тенденция к снижению уровня перелова части запасов, однако, по данным Генеральной комиссии по рыболовству в Средиземном море (ГКРС), суммарная промысловая смертность всех ресурсов почти в 2,5 раза превышает устойчивые контрольные уровни. В 2019 году в объемах, обеспечивающих биологическую устойчивость, вылавливались 36,7 процента оцененных запасов Средиземного и Черного морей[14].

Второе место по объему выгруженного улова занимает западная оконечность центральной части Тихого океана: здесь продолжилась линейная тенденция к росту, начавшаяся в 1950 году, и в 2019 году было выгружено 13,9 млн тонн (17 процентов от общемирового объема) (см. рисунок 25). Район отличается широким разнообразием водных видов, но уловы здесь не всегда разделяются по видам и часто регистрируются как "разные прибрежные рыбы", "разные пелагические рыбы" и "неидентифицированные морские рыбы"; в 2019 году на рыбу, отнесенную к этим категориям, в совокупности пришлось почти 50 процентов от общего объема рыбы, доставленной в порты. Основными промысловыми видами в данном районе являются тунцы и подобные им виды, на долю которых приходится около 21 процентов объема выгрузок. Кроме того, в больших объемах ведется лов сардинелл и анчоусов. Недолавливаемыми считаются лишь немногие популяции, в первую очередь в западной части Южно-Китайского моря. Можно предположить, что объемы сообщенного улова здесь остаются высокими за счет освоения новых районов промысла или добычи целевых видов более низких трофических уровней. Особенности тропического и субтропического климата региона и ограниченность данных затрудняют оценку запасов и создают существенную неопределенность. В целом на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, в 2019 году эксплуатировалось 79,6 процента оцененных рыбных запасов в западной оконечности центральной части Тихого океана.

В восточной части Индийского океана сохраняется устойчивый рост вылова: в 2019 году этот показатель достиг 6,8 млн тонн (см. рисунок 25). В целом ощущается нехватка информации о состоянии запасов в регионе; имеются сведения всего о нескольких прибрежных популяциях в ряде районов. Большинство запасов, отслеживаемых ФАО, оцениваются не по данным аналитических оценок запасов или независимым данным о рыбных ресурсах, а по сведениям о динамике вылова и другой второстепенной информации. Поэтому состояние запасов в регионе оценивается с высокой неопределенностью и при его анализе следует проявлять осторожность. Отмечаются значительные колебания в уровне выгрузки тенуалозы-толи (Tenualosa toil), сардинеллы (Sardinella spp.), южноазиатской тропической скумбрии (Rastrelliger kanagurta) и большеголовой сардинеллы (Sardinella longiceps); их нестабильность, вероятнее всего, связана одновременно с интенсивностью промысла и изменением условий окружающей среды. Запасы гильзы индийской (Tenualosa ilisha) эксплуатируются на максимальном уровне либо чрезмерно. Считается, что в пределах, обеспечивающих биологическую устойчивость, эксплуатируются анчоусы, банановая креветка, гигантская тигровая креветка, кальмары и каракатицы. В 2019 году на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, вылавливались 65,3 процента оцененных запасов в восточной части Индийского океана.

В западной части Индийского океана общий объем выгрузки продолжал расти и в 2019 году достиг 5,5 млн тонн (см. рисунок 25). Сохраняются явные признаки перелова основных запасов добываемой в юго-западной части Индийского океана пильчатой креветки, основного источника экспортных поступлений, что заставляет заинтересованные страны вводить более жесткие меры регулирования. Считается, что запасы морского огурца во всем регионе перелавливаются. Комиссия по рыболовству в юго-западной части Индийского океана продолжает обновлять оценку состояния основных промысловых запасов в регионе. Согласно оценке 2019 года, 62,5 процента оцененных запасов в западной части Индийского океана эксплуатируется на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, а 37,5 процента – на уровне, не обеспечивающем такой устойчивости.

Перспективы решения задачи ЦУР по рыболовству

В 2019 году на уровне, обеспечивающем биологическую устойчивость, вылавливалось 64,6 процента морских рыбных ресурсов. Постоянное серьезное снижение этого показателя в прошедший период (см. рисунок 25) вызывает тревогу у международного сообщества и всех заинтересованных сторон, так как в сложившихся условиях обеспечить устойчивость рыболовства невозможно без конкретных планов и усилий, которые должны осуществляться безотлагательно.

Перелов – сокращение численности запасов вследствие их вылова до объемов ниже уровня, способного обеспечить максимальный устойчивый вылов (МУВ) – не только отрицательно воздействует на биоразнообразие и функционирование экосистем, но и провоцирует сокращение объемов вылова, что приводит к негативным социально-экономическим последствиям. При восстановлении биомассы перелавливаемых запасов до уровня, обеспечивающего МУВ, объем производства продукции рыболовства может вырасти на 16,5 млн тонн, а годовой доход – на 32 млрд долл. США (Ye et al., 2013). При этом вырастет вклад морского рыболовства в обеспечение продовольственной безопасности, питание, экономику и благополучие населения прибрежных районов. В особо неблагоприятном положении оказался ряд далеко мигрирующих, трансграничных и других рыб, которые добываются исключительно или частично в открытом море. В качестве правовой основы для мер по регулированию рыболовства в открытом море должно использоваться вступившее в силу в 2001 году Соглашение Организации Объединенных Наций по рыбным запасам.

В рамках сформулированных Организацией Объединенных Наций целей в области устойчивого развития (ЦУР) поставлена, в частности, задача 14.4 "положить конец перелову морских рыбных запасов" к 2020 году. В настоящее время мировое рыболовство переключилось на другие задачи. Но за глобальной картиной могут скрываться региональные и внутристрановые различия в ходе работы. Новое исследование (Hilborn et al., 2020) показывает, что оценка запасов научными методами и их регулирование с применением интенсивного подхода в среднем способствуют росту численности популяций или достижению установленных целевых уровней, тогда как в регионах с менее зрелым регулированием рыболовства уровень добычи значительно выше, а численность популяций ниже, чем в районах с оцененными запасами. Этот вывод указывает на то, что крайне необходимо распространять и дополнительно адаптировать успешные стратегии и правила в районах рыболовства, где отсутствует устойчивое регулирование, а также формировать инновационные механизмы содействия устойчивому использованию и сохранению ресурсов во всем мире.

Рыболовство во внутренних водоемах

Справочная информация

Продуктивность и стойкость к внешним воздействиям экосистем внутренних водоемов в первую очередь определяется факторами окружающей среды, наиболее важными из которых являются температура, водотоки и резкое изменение содержания питательных веществ, обусловленное сезонным увеличением и уменьшением водных систем. Водные виды, обитающие в этих экосистемах, используют для выживания факторы изменчивости или стабильности, зависящие от местоположения этих систем: арктические и высокогорные районы, территории с умеренным и тропическим климатом, озера, реки, водно-болотные угодья и поймы имеют свои особенности.

Продуктивность рыбных запасов или конкретных популяций, обитающих во внутренних водоемах, тесно связана с качеством и количеством воды, а также с площадью и здоровьем мест обитания, где протекает жизненный цикл рыбы, и связью между этими местами. В тропических поймах, принадлежащих к числу крупнейших районов рыболовства во внутренних водоемах в мире и обеспечивающих средства к существованию, продовольственную безопасность и питание множества людей, выживаемость и темпы роста водных видов и соответственно размеры запасов, способных восстанавливаться после пиков смертности, определяются межгодовой изменчивостью паводков. Какой бы значительной ни была интенсивность промысла в этих системах, она редко является основным фактором, определяющим состояние ресурсов. Что же касается изолированных популяций, обитающих в озерах и небольших реках районов с умеренным и арктическим климатом, то они могут быть очень уязвимы для перелова, хотя воздействие на среду обитания, нерестилища и связь между водоемами могут оставаться важными или даже главенствующими факторами, определяющими их здоровье.

Крупные районы рыболовства во внутренних водоемах, находящиеся в тропических бассейнах, могут характеризоваться большим количеством видов и эксплуатироваться рыболовными хозяйствами, отличающимися широким разнообразием. Многие из этих крупных районов обитания промысловой рыбы находятся в наименее развитых странах и странах с низким уровнем дохода и дефицитом продовольствия, которые располагают лишь ограниченными человеческими и финансовыми ресурсами для мониторинга и регулирования таких районов. Многие районы промысла рассредоточены по обширным территориям, и их оценка с использованием традиционных методов (исследования размерного состава, вылова и промыслового усилия, независимые исследования районов промысла и т.д.) представляет собой трудоемкий, дорогостоящий процесс, необходимость которого трудно обосновать, учитывая ограниченные возможности получения дохода от вылова и низкую рентабельность инвестиций для государства. Даже в ряде развитых стран внутренние водоемы остаются без внимания, поэтому их оценка и мониторинг могут считаться низкоприоритетными задачами или процессом, влекущим неоправданные расходы в условиях, когда есть множество других конкурирующих потребностей.

Еще одна проблема, требующая решения – трансграничный характер водосборов и речных бассейнов, поскольку их границы не всегда соответствуют установленным границам стран или их субнациональных юрисдикций. Лишь немногие обширные речные бассейны, где осуществляется рыболовство во внутренних водоемах, полностью находятся в границах одной страны. В больших странах, расположенных на континентах и архипелагах, выгрузка во внутренних водоемах поступает из нескольких бассейнов, на каждый из которых воздействуют разные факторы, зависящие от местности. В перечисленных выше ситуациях данные о совокупном страновом объеме вылова не дают точной, информативной, убедительной картины состояния промысла во внутренних водоемах стран. Важно отметить, что во многих странах объектом мониторинга являются только крупнейшие районы промысла или пункты выгрузки, а состояние районов, где промысел ведется менее интенсивно, оценивается по приблизительным данным или вовсе игнорируется, что также затрудняет понимание истинного состояния внутренних водоемов и обитающих в них популяций рыбы.

Какой же подход к отслеживанию состояния рыболовства во внутренних водоемах следует применять в этих условиях для того, чтобы выполнять наши обязательства по решению задач ЦУР 1 (ликвидация нищеты), ЦУР 2 (ликвидация голода), а также решать задачи, косвенно способствующие достижению ЦУР 14 (сохранение морских экосистем) и ЦУР 15 (сохранение экосистем суши) применительно ко внутренним водоемам?

Без тщательной оценки воздействие на рыболовство во внутренних водоемах в плане положения с продовольствием и биоразнообразием, связанное с освоением водных ресурсов, изменением окружающей среды под влиянием сельского хозяйства и промышленности, обезлесением и деградацией почв, остается неучтенным.

В последнее время признается, что ограничения в проведении национальных оценок, а также учитывая то, что рыбные ресурсы, добываемые во внутренних водоемах, сосредоточены в бассейнах, необходима новая парадигма оценки, предполагающая объединение информации из разных источников, часто собираемой дистанционно и с использованием косвенных показателей. При этом инструменты и средства компьютерного моделирования для этого отсутствуют. В 2016 году ФАО в сотрудничестве с Геологической службой Соединенных Штатов (ГССШ) и отдельными экспертами в области рыболовства приступила к созданию глобальной карты угроз для рыболовства во внутренних водоемах с информацией, отображающей 20 известных факторов антропогенного воздействия на водосборы и бассейны с целью разработки сводного показателя угроз. Соответствующие нагрузки на рыбные ресурсы каждого бассейна и суббассейна, влияющие на внутреннее рыболовство, были взвешены в соответствии с их значимостью для каждого бассейна. Первые результаты, полученные с помощью этой модели, были представлены в публикации "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры" 2020 года (ФАО, 2020a) с намерением представить обновленные данные в публикации 2022 года.

Впоследствии ГССШ доработала метод оценки угроз и автоматизировала получение результатов с применением регрессионной модели с добавлением, в которой использовались более 150 слоев пространственных данных по категориям угроз, влияющих на рыболовство во внутренних водоемах. Для этого подход к взвешиванию факторов был усовершенствован так, чтобы сделать пространственные данные информативными и установить для них относительную важность. При оценке используются весовые коэффициенты из литературы, регрессионные деревья с добавлением и мнения экспертов. Было проанализировано более 9 000 рецензируемых статей о задокументированных угрозах, ответных мерах и видах воздействия из 45 бассейнов, наиболее важных для рыболовства во внутренних водоемах. Результаты анализа были дополнены опросом 536 специалистов по внутреннему рыболовству из 79 стран, обладающих знаниями о 93 бассейнах, которых попросили присвоить баллы угрозам на местном уровне применительно к районам промысла, известным им лучше всего. Система оценки угроз полностью прозрачна и легко воспроизводима; она позволит объективно оценивать рыболовство во внутренних водоемах с высоким уровнем достоверности. Лица, отвечающие за регулирование рыболовства, и другие пользователи, смогут ознакомиться с обобщенными результатами оценки на соответствующем веб-портале.

На рисунке 26 представлена общая информация об угрозах по континентам в разбивке по категориям воздействия. Критерии для объединения факторов воздействия в категории оценивались по числовой шкале от одного до десяти, где 1–3 балла означали "незначительное воздействие", 4–7 баллов – "умеренное воздействие", а 8–10 баллов – "серьезное воздействие". Оценивались все основные бассейны, важные для рыболовства во внутренних водоемах, при этом воздействие на 28 процентов районов было оценено как незначительное, воздействие на 55 процентов – как умеренное, а воздействие на 17 процентов – как серьезное (левый столбик "Весь мир"). В большинстве регионов оценки распределились подобным образом. Полученные результаты указывают на необходимость обратить внимание на большинство бассейнов со средним и высоким уровнем деградации различных элементов окружающей среды и могут служить как базовые показатели для отслеживания изменений и, таким образом, использоваться для улучшения состояния рыбных ресурсов, добываемых во внутренних водоемах. Рассматривая представленные на рисунке данные, следует учитывать ряд важных аспектов. Во-первых, все бассейны представлены на нем как одинаковые, без сопоставления по размеру или вылову рыбы. Например, бассейны, занимающие обширные географические территории (например, Конго), представлены как равные бассейнам небольшой площади (таким как Сепик). Однако, поскольку в модели можно использовать данные в разных масштабах, можно подбирать характеристики бассейнов и гидрологические характеристики так, чтобы объединять угрозы в категории в зависимости от того, какие показатели наиболее актуальны для лиц, отвечающих за регулирование рыболовства, или пользователей. Важно также отметить, что на этом рисунке количество бассейнов на разных континентах различно. Например, в Азии и Африке насчитывается соответственно 12 и 14 гидрологических бассейнов, важных для рыболовства во внутренних водоемах, а в Океании – только два. Для удобства использования и интерпретации результаты оценки будут обобщены по биогеографическим регионам, экорегионам и гидрологическим бассейнам.

РИСУНОК 26 СОСТОЯНИЕ ОСНОВНЫХ РАЙОНОВ РЫБОЛОВСТВА ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ В РАЗБИВКЕ ПО РЕГИОНАМ

ПРИМЕЧАНИЕ: доля угрозы, которой подвергаются самые важные для рыболовства во внутренних водоемах бассейны, на которые приходится их основная доля вылова (n=45 бассейнов), усреднена по регионам и для разных регионов.

ИСТОЧНИК: Лаборатория земли и воды, Университет штата Флорида.

Анализ отдельных бассейнов

Описываемый метод картирования угроз позволяет оценить риск для производства пищевой продукции из водных биоресурсов, вылавливаемых во внутренних водоемах, и для биоразнообразия в разном разрешении – от общемирового масштаба до уровня отдельных бассейнов или суббассейнов. Разбивка по суббассейнам позволяет увидеть, как факторы, воздействующие на различные части бассейна, могут повышать общий уровень угрозы, и может показать, что разные части бассейна подвергаются разному уровню воздействия, чтобы понять, где следует сосредоточить усилия по сохранению и восстановлению экосистем; кроме того, в разных частях бассейнов могут осуществляться различные виды промысла и они могут подвергаться разным угрозам. Уязвимость и социально-экономические характеристики районов рыболовства также зависят от их пространственного распределения, что тоже необходимо учитывать. Кроме того, увязка информации о состоянии отдельных районов рыболовства во внутренних водоемах со всемирной картой угроз поможет заложить основу и послужит средством подготовки содержательной отчетности о ходе работы по достижению международных целей, в частности, по решению Айтинских задач, касающихся рыболовства во внутренних водоемах, а также окажет содействие в достижении ЦУР посредством признания важности рыболовства во внутренних водоемах для продовольственной безопасности ряда стран и территорий субнационального уровня и поможет понять, какие действия по восстановлению экосистем необходимы для ее поддержания. Для регулярного всеобъемлющего анализа рыбных ресурсов во внутренних водоемах потребуются не только ответственное отношение и дополнительные ресурсы, которые позволят проводить оценку справочных районов рыболовства на регулярной основе, но и согласие на представление отчетности в рамках общей структуры. В результате ФАО получит возможность обобщать не только данные анализа состояния морских запасов, но и информацию о состоянии рыбных ресурсов во внутренних водоемах.

Преимущество этого подхода заключается в том, что в нем используются общедоступные глобальные данные, что позволяет охватить страны, которые могут иметь весьма ограниченные возможности для сбора и представления данных ФАО; выбрав несколько справочных бассейнов в каждом регионе, можно получить представление о состоянии рыбных ресурсов в различных частях мира. Но для адаптации и более точной интерпретации результатов необходимо сверять их с реальной ситуацией, используя данные с мест, знания местного населения и, по возможности, дополнительные данные на местах; это особенно важно при анализе крупных бассейнов сложной структуры с разнообразным составом эксплуатируемых рыбных ресурсов. Увязка карт угроз с данными о рыболовстве на субнациональном уровне позволит выполнять более подробный анализ и готовить более детальные планы на уровне стран с особым вниманием к районам, где нужно глубже изучить первичные угрозы и их связь с добычей и биоразнообразием водных видов. Таким образом национальные учреждения, занимающиеся вопросами рыболовства, смогут определять важные районы промысла во внутренних водоемах (и важные элементы водного биоразнообразия), которым угрожает опасность, и целенаправленно приоритизировать меры по мониторингу и регулированию. Если в одном и том же водоеме осуществляются различные виды промысла, которые по-разному реагируют на одни и те же факторы или реагируют на разные факторы (например, промысел крупных хищных видов и мелких пелагических рыб в одном и том же водоеме или промысел видов, постоянно обитающих в пойме, и мигрирующих в крупной реке), воздействие на разные группы заинтересованных сторон может быть неодинаковым, и необходимо тщательно подходить к интерпретации результатов.

Еще одним этапом подготовки более подробной отчетности могут стать подбор и систематическое отслеживание ряда справочных районов рыболовства в наиболее продуктивных бассейнах. Изучая каждый из этих районов, можно получить важную информацию о ситуации в рассматриваемом бассейне, которая может послужить основой для разработки целенаправленных мер регулирования. Кроме того, данные можно использовать при подготовке отчетности в рамках общей структуры, которая позволит ФАО продолжать дорабатывать глобальную оценку. Возможный формат, в котором можно представить результаты оценки бассейна, продемонстрирован во врезке 4.

ВРЕЗКА 4 ПРИМЕР ОЦЕНКИ БАССЕЙНА: ОЗЕРО МАЛАВИ/НИАССА/НЬЯСА

На рисунке A показан возможный формат оценки бассейна на примере озера Малави/Ниасса/Ньяса, одного из крупнейших рифтовых озер Восточной Африки, находящегося на территориях Малави, Мозамбика и Объединенной Республики Танзания. Регион, особенно малавийская часть бассейна, отличается высокой плотностью населения и высокими темпами роста. Рыболовство является одним из важнейших источников средств к существованию населения бассейна, и от рыбы зависит жизнедеятельность не менее 1,6 млн человек, проживающих на его территории. Рыба является основным источником животного белка: в Малави она обеспечивает 70 процентов животного белка в рационе. Здесь ведется как полупромысловое рыболовство (12 процентов вылова) с использованием 32 парных и 8 кормовых траулеров, так и кустарный промысел (88 процентов вылова) с использованием преимущественно каноэ. Распространенные виды орудий лова включают жаберные сети, невода для лова по открытой воде с лампами для привлечения внимания, ловушки и москитные сетки. Систематический мониторинг полупромыслового рыболовства в водах Малави ведется с 1976 года, а систематический мониторинг кустарного рыболовства – с 2002 года. По двум другим странам сопоставимых данных нет.

рисунок A Справочная карточка по озеру Малави/Ниасса/Ньяса

ПРИМЕЧАНИЕ: данные во врезке основаны на публикациях Weyl, Ribbink and Tweedle (2010)1 и Gumulira, Forrester and Lazar (2019)2

ИСТОЧНИК: подготовлено лабораторией земли и воды Университета штата Флорида по материалам публикаций

Объем тралового промысла в озере Малави/Ниасса/Ньяса снижается примерно с 1990 года, тогда как улов кустарного промысла с начала сбора данных вырос, в основном в результате увеличения числа рыбаков и повышения промыслового усилия. Состав улова за прошедший период значительно изменился (см. рисунок B). Если раньше кустарный промысел отличался довольно высокой диверсификацией, то сейчас более 90 процентов улова приходится на долю сардины озера Малави (Engraulicypris sardella), хотя отмечаются значительные межгодовые колебания выгрузки. Траловый промысел в основном нацелен на несколько видов семейства цихлид; при этом объемы вылова чамбо (Oreochromis spp.) в начале 1990-х годов резко снизились и так и не восстановились, а вылов чисавасава (Lethrinops spp., придонные глубоководные цихлиды) остается стабильно низким с середины 2000-х годов. Основным целевым видом для тралового лова в настоящее время является рыба ндундума (Diplotaxodon spp., глубоководные пелагические цихлиды). Конкуренция с кустарным промыслом за эту рыбу незначительна, и ее уловы остаются достаточно стабильными. Принято считать, что причиной наблюдаемых изменений в составе улова является перелов. Однако можно предположить, что им способствуют и другие факторы, включая забор воды, загрязнение, изменение землепользования и изменение климата. Как и в других озерах, численность рыбы в озере Малави/Ниасса/Ньяса зависит от питательных веществ, поступающих из природных и антропогенных источников в притоки рек бассейна. Кроме того, имеет место рециркуляция питательных веществ из придонных слоев в результате апвеллинга. Апвеллинг зависит от силы и направления преобладающих ветров, а также от глубины термоклина, которая определяется температурой воды. Как правило, на изменения в поступлении питательных веществ мгновенно реагируют мелкие зоопланктоноядные пелагические виды, такие как сардина озера Малави.

рисунок B Выгрузка рыбы в районах озера Малави, где ведется кустарное и полупромысловое рыболовство

1 Weyl, O., Ribbink, A. & Tweedle, D. 2010. Lake Malawi: fishes, fisheries, biodiversity, health and habitat. Aquatic Ecosystem Health and Management, 13(3): 241–254.

2 Gumulira, I., Forrester, G. & Lazar, N. 2019. Bioeconomic analysis of Engraulicypris sardella (USIPA) in South east arm of Lake Malawi. International Journal of Fisheries and Aquaculture, 11(4): 86–96.

ИСТОЧНИК: Департамент рыболовства, Малави.

Информация на уровне видов важна не всегда, но данные о количестве видов в уловах позволяют сделать существенные выводы. Тем не менее важно отслеживать состояние различных экологических гильдий (таких как мигрирующие виды, мелкие пелагические виды, крупные и долгоживущие виды, неаборигенные виды). Анализируя справочные районы, как правило, можно получать информацию о важных видах, состояние которых уже отслеживается, но если изучение уловов дает возможность получить информацию о состоянии всех видов в гильдии, то проводить анализ справочных районов не обязательно.

Рыболовный флот

Оценка мирового рыболовного флота и его распределения по регионам

В 2020 году в мире насчитывалось порядка 4,1 млн рыболовных судов. В последние два десятилетия эта цифра снижалась, в основном благодаря осуществляемым в Европе и Китае с 2000 и 2013 годов соответственно программам сокращения флотов, результаты которых были учтены в ходе последнего пересмотра данных ФАО по флотам. В период с 2015 по 2020 год размер мирового флота сократился почти на 10 процентов, а в период с 2019 по 2020 год – почти на 4 процента. Азия располагает крупнейшим промысловым флотом, который в 2020 году, по оценкам, насчитывал 2,68 млн судов, или около двух третей от общего числа судов в мире (см. рисунок 27). За период с 2015 по 2020 год этот показатель снизился на 8 процентов. В отличие от других регионов мира, флот Африки увеличивался, и сейчас на него приходится 23,5 процента рыболовных судов в мире, что на 10 процентов больше, чем в 2015 году. На долю Северной и Южной Америки в настоящее время приходится менее 9 процентов мирового флота – это на 1,5 процента меньше, чем в 2015 году. На Европу и Океанию, как и ранее, приходится 2 процента и менее 1 процента от общего числа судов в мире соответственно.

РИСУНОК 27 РАСПРЕДЕЛЕНИЕ РЫБОЛОВНЫХ СУДОВ В МИРЕ ПО КОНТИНЕНТАМ, 2020 ГОД

ИСТОЧНИК: ФАО.

Китай располагает самым крупным в мире рыболовным флотом, состоящим, по оценкам, из 564 000 судов. Тем не менее китайский флот сокращается, и с 2013 года, когда он составлял 1 072 000 судов, его численность уменьшилась примерно на 47 процентов. Такое изменение является результатом многолетних усилий по решению задачи сокращения объема рыболовного сектора страны (ФАО, 2012а). Европейский союз, чей флот в 2020 году насчитывал около 74 000 судов, что на 28 процентов меньше, чем в 2000 году, в течение последних двух десятилетий осуществляет аналогичные программы в рамках своей общей рыбохозяйственной политики. Вышеуказанные изменения в размерах флота Китая и Европейского союза проиллюстрированы на рисунках 28 и 29. Однако, как отмечается в вышедшей в Италии публикации Di Cintio et al. (2022), сокращение размера флота само по себе не гарантирует устойчивых изменений, так как изменения в эффективности рыболовства могут свести на нет повышение устойчивости вследствие уменьшения числа судов. Одним из факторов, которые могут снизить устойчивость рыболовства, несмотря на усилия по сокращению флота, является тенденция к увеличению размеров и мощности судов (врезка 5) повышению эффективности орудий лова.

РИСУНОК 28 РЫБОЛОВНЫЙ ФЛОТ В РАЗБИВКЕ ПО НАЛИЧИЮ/ОТСУТСТВИЮ ДВИГАТЕЛЯ, КИТАЙ, 2000–2020 ГОДЫ

ИСТОЧНИК: ФАО.

РИСУНОК 29 ЧИСЛЕННОСТЬ РЫБОЛОВНОГО ФЛОТА В РАЗБИВКЕ ПО НАЛИЧИЮ/ОТСУТСТВИЮ ДВИГАТЕЛЯ, ЕС-27, 2000–2020 ГОДЫ

ИСТОЧНИК: ФАО.

ВРЕЗКА 5 ПОКАЗАТЕЛИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ МИРОВОГО РЫБОЛОВНОГО ФЛОТА

ФАО провела обзор технико-экономических показателей крупнейших морских рыболовных флотов мира, принадлежащих 20 странам Африки, Азии, Европы, Северной и Южной Америки, где вылавливается больше всего рыбы[1]. Была собрана финансовая, социально-экономическая и техническая информация по 103 основным сегментам рыболовного флота, в состав которых входят около 240 000 рыболовных судов. По оценкам, в 2016–2019 годах на эти флоты в совокупности приходилось 39 процентов продукции морского промыслового рыболовства.

Анализ характеристик судов показывает существенные различия в промысловом потенциале этих сегментов на море (по длине, вместимости и мощности судна). Сравнение 16 сегментов, которые также фигурировали в предыдущем обзоре в 2000 году, показало, что во всех сегментах выросла валовая вместимость отдельных средних судов. Кроме того, в нескольких рыболовных флотах в Азии значительно увеличилась общая средняя длина судна и мощность двигателей. Возраст полупромысловых и промысловых судов в Северной и Южной Америке, Африке и Европе в целом растет, в то время как в большинстве сегментов рыболовного флота в Азии суда обновились, что объясняется омоложением флотов в Китае, Бангладеш, Индии и Индонезии.

Анализ данных о затратах и доходах 98 сегментов флота показал, что основными компонентами затрат являются оплата труда и эксплуатационные расходы. Самые высокие показатели затрат и доходов были зафиксированы в сегментах сейнеров для кошелькового лова и траулеров, ведущих промысел пелагических видов.

Обзор показал, что инвестиции в полупромысловые и промысловые суда и рыболовные операции в целом рентабельны и что морской промысел продолжает оставаться перспективным видом экономической деятельности с финансовой точки зрения во всех 20 странах, включенных в выборку. Большинство исследованных рыболовных флотов получали достаточный доход для покрытия амортизационных расходов, выплаты процентов, погашения кредитов и обеспечения необходимых финансовых ресурсов для реинвестирования. Из 97 сегментов флотов, преимущественно ведущих полупромысловый и промысловый лов, в годы проведения опроса в период с 2016 по 2019 год 92 процента сообщали о положительном чистом денежном потоке. Средние рыболовные суда в 73 процентах сегментов флота имели маржу чистой прибыли (МЧП) в размере 10 процентов и более, а 88 процентов сообщили о положительных результатах с точки зрения производительности капитала, обусловленной положительными показателями дохода от основных средств (ДОС). В 61 проценте сегментов флота доход от инвестиций (ДОИ) составил не менее 10 процентов.

Прибыльность разных судов и сегментов флота в разные годы была неодинаковой[2]. В таблице представлены средние показатели деятельности разных сегментов рыболовного флота, сгруппированные по типам орудий лова и размерам судов (для донных траулеров), за рассматриваемые годы. В среднем обзор показал крайне высокую рентабельность кошельковых сейнеров, судов для лова жаберной сетью и небольших судов для лова головоногих моллюсков по трем основным показателям (МЧП, ДОС и ДОИ). Показатели пелагических траулеров и крупных и средних донных тралов также свидетельствуют о рентабельности или высокой прибыльности промысла. По четырем из десяти сегментов ярусного флота были представлены отрицательные результаты, что повлияло на средние совокупные показатели судов ярусного лова.

Используемые технологии рыболовства продолжают меняться. Ключевым фактором технического развития полупромысловых рыболовных операций, судов и орудий лова стала необходимость снижать затраты на топливо и экономить энергию. В числе других изменений можно назвать значительный рост эффективности промысла, снижение воздействия промысла на окружающую среду, улучшение обработки и повышение качества продукции, а также повышение безопасности на море и улучшение условий труда рыбаков на борту. Эти изменения, наряду с общим ростом цен на продукты из водных биоресурсов, успешным управлением рыболовством в ряде районов и повышением эффективности регулирования мощностей в Европе и Северной Америке, способствовали достижению положительных финансово-экономических показателей основных рыболовных флотов мира в последние годы, до пандемии COVID-19.

[1] Van Anrooy, R., Carvalho, N., Kitts, A., Mukherjee, R., Van Eijs, S., Japp, D. & Ndao, S. 2021. Review of the techno-economic performance of the main global fishing fleets. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper No. 654. Rome, FAO. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb4900en).

[2] Средние показатели сегментов рыболовного флота, сгруппированные по типам орудий лова и размерам судов (для донных траулеров) в годы проведения исследований, приводятся в таблице по ссылке: www.fao.org/3/cb4900en/cb4900en.pdf#page=85.

В мире насчитывается около 2,5 млн судов, оснащенных двигателями – это 62 процента мирового рыболовного флота. На рисунке 30 показано, как моторные и немоторные суда распределены по континентам. Из рисунка видно, что распределение судов этих типов неравномерно: так, в 2020 году почти три четверти (1,9 млн) всех моторных судов в мире находились в Азии. Подавляющее большинство (около 97 процентов) немоторных судов находятся в Азии и Африке (815 000 и 702 000). По большей части это суда, имеющие общую длину (ОД) менее 12 метров, хотя информация во многих страновых докладах по-прежнему представляется без классификации судов по длине, наличию или отсутствию двигателя и типу. Важно отметить, что многие страны, предоставляющие информацию в такой форме, располагают крупнейшими рыболовными флотами, что создает серьезные проблемы с точки зрения полноты данных.

РИСУНОК 30 ДОЛЯ МОТОРНЫХ И НЕМОТОРНЫХ РЫБОЛОВНЫХ СУДОВ В МИРЕ В РАЗБИВКЕ ПО КОНТИНЕНТАМ, 2020 ГОД

ИСТОЧНИК: ФАО.

Распределение судов по размеру и роль маломерного флота

В 2020 году примерно 81 процент моторных рыболовных судов в мире, классифицированных по длине, имели ОД менее 12 м; большинство этих судов были беспалубными. На рисунке 31 показано, что самую значительную долю моторных судов на всех континентах составляют именно маломерные суда. В абсолютном выражении на первом месте по числу маломерных моторных судов находится Азия, за которой следуют Северная Америка, Южная Америка (особенно регион Латинской Америки и Карибского бассейна) и Африка. В мире насчитывается около 45 000 крупных судов, имеющих ОД 24 м или более и, как правило, с водоизмещением свыше 100 брутто-регистровых тонн, что составляет менее 5 процентов от общего числа моторных рыболовных судов. В 2020 году самая значительная доля таких судов приходилась на Северную и Южную Америку, Океанию и Азию. Следует еще раз отметить, что, хотя число крупных рыболовных судов в мире невелико, на них приходится примерно треть мощности двигателей мирового рыболовного флота (Rousseau et al., 2019).

РИСУНОК 31 РАСПРЕДЕЛЕНИЕ МОТОРНЫХ РЫБОЛОВНЫХ СУДОВ ПО РАЗМЕРУ В РАЗБИВКЕ ПО КОНТИНЕНТАМ, 2020 ГОД

ИСТОЧНИК: ФАО.

На рисунке 31 показан рост доли средних и крупных судов в 2020 году по сравнению с предыдущими годами, в основном в Африке, Северной и Южной Америке и Азии. Эти данные подтверждают выводы представленного во врезке 5 обзора об общем увеличении тоннажа и длины судов в мире. В результате серьезного обновления данных по Бразилии – ключевому участнику рынка Северной и Южной Америки – было установлено, что в составе регионального флота насчитывается больше крупных судов, чем сообщалось ранее. Отчасти поэтому на Северную и Южную Америку теперь приходится самая низкая доля моторных судов длиной менее 12 м в мире.

В таблице 11 обобщены сведения о численности рыболовного флота в ряде стран в разбивке по ОД и наличию/отсутствию двигателя, которые дают представление о региональной динамике. Положение в странах, включенных в выборку, соответствует описанным выше общемировым тенденциям: большинство судов имеют малую ОД; большинство немоторных судов находится в странах Азии и Африки, и только 8 из 27 стран и территорий, представленных в таблице 11, располагают 200 и более судами, чья ОД превышает 24 м. Единственные страны, флот которых почти полностью состоит из немоторных судов – Бенин, Малави и Бангладеш; в Анголе, Тунисе, Бангладеш и Шри-Ланке их доля в составе флота также высока – почти 50 процентов.

ТАБЛИЦА 11 ПРЕДОСТАВЛЕННЫЕ ОТДЕЛЬНЫМИ СТРАНАМИ И ТЕРРИТОРИЯМИ ДАННЫЕ ПО КОЛИЧЕСТВУ МОТОРНЫХ И НЕМОТОРНЫХ СУДОВ В СОСТАВЕ РЫБОЛОВНОГО ФЛОТА В РАЗБИВКЕ ПО ОД, 2020 ГОД

ИСТОЧНИК: ФАО.

Хотя маломерные суда преобладают в составе мирового флота, оценка их численности представляет особую сложность. Если к промышленным судам, как правило, предъявляются требования по лицензированию и регистрации, то в отношении маломерных судов такие процедуры не столь распространены. Кроме того, маломерные суда не всегда учитываются в национальной статистике, даже в странах, где существуют соответствующие реестры. Еще одна проблема связана с флотом, эксплуатируемым во внутренних водоемах: данные по нему зачастую представляются в недостаточном объеме и не вносятся в местные и национальные реестры, что затрудняет разбивку и сравнение флотов, ведущих операции на море и во внутренних водоемах. С учетом вышесказанного ФАО должна наращивать усилия по повышению качества данных и отчетности в отношении мирового рыболовства с особым вниманием к маломасштабным производителям; в частности, необходимы специальные мероприятия по наращиванию потенциала для подготовки статистической отчетности по рыболовству. Информация о судах (которую удобнее всего собирать через реестры) крайне важна для стран, поскольку она позволяет им оценивать размеры своих флотов и эффективнее управлять рыболовством; сбор таких данных представляет собой важный первый шаг на пути к признанию и формализации маломасштабного рыболовства и его субъектов.

В последние годы ФАО провела обширную работу по пересмотру применяемых подходов, что позволило повысить качество данных Организации по флоту за период 1995–2020 годов и дало возможность скорректировать страновые и региональные показатели по сравнению с предыдущими изданиями доклада "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры". Кроме того, приложенные усилия позволили подготовить и представить более подробный обзор ретроспективных данных более чем за 20 лет. Работа велась в тесном взаимодействии с членами и включала пересмотр ретроспективных данных, поиск новых источников данных, контроль ошибок в данных и, по мере необходимости, использование оценочных показателей. Мероприятия по совершенствованию сбора и анализа данных продолжатся и охватят более длительный период – с 1950 по 1995 год.

Занятость в секторе рыболовства и аквакультуры

В этом разделе представлены данные о занятости в секторе рыболовства и аквакультуры в годовом исчислении и в динамике. Главным образом будет рассматриваться занятость в первичном секторе, но также будут проанализированы и послепромысловые этапы, в первую очередь переработка.

Занятость в первичном секторе

По оценкам, в 2020 году на условиях полной или частичной занятости, а также на разовых работах или на работах с неопределенными обязанностями в секторе рыболовства и аквакультуры трудились 58,5 млн человек; примерно 21 процент из них составляли женщины. Из них 35 процентов были заняты в аквакультуре, а 65 процентов – в промышленном рыболовстве (см. таблицу 12).

ТАБЛИЦА 12 ЧИСЛО ЗАНЯТЫХ В РЫБОЛОВСТВЕ И АКВАКУЛЬТУРЕ В МИРЕ В РАЗБИВКЕ ПО РЕГИОНАМ В ОТДЕЛЬНЫЕ ГОДЫ, 1995–2020 ГОД

ИСТОЧНИК: ФАО.

Занятость в секторе аквакультуры в последние годы стабилизировалась (таблица 12), в то время как число рыбаков в мире сократилось, в первую очередь под влиянием тенденций в Азии. Пандемия COVID-19 повлияла на занятость во всех производственно-сбытовых цепочках в рыболовстве и аквакультуре (см. раздел "COVID-19 – беспрецедентный кризис: первые выводы"). Ограничения на передвижения, осуществление видов деятельности, не признанных крайне необходимыми, и торговлю привели к сбоям и изменениям на рынках и в системах распределения, что создало проблемы в секторе рыболовства и аквакультуры. Ситуация в разных странах и в разные периоды зависела от особенностей распространения вируса и его штаммов, возникшего в Азии и попавшего в Европу, Северную и Южную Америку.

В 2020 году 84 процента рыбаков и рыбоводов проживали в Азии; за ней следовали Африка (10 процентов) и страны Латинской Америки и Карибского бассейна (4 процента). В аквакультуре было занято более 20 млн человек; 93,5 процента из них проживали в Азии, 3,1 процента – в Африке и 3 процента – в странах Латинской Америки и Карибского бассейна. Данные по сектору аквакультуры Европы, Северной Америки и Океании показывают, что в каждом из этих регионов проживало менее 1 процента от общего числа рыбаков или рыбоводов в мире (см. рисунок 32).

РИСУНОК 32 ДОЛЯ ЗАНЯТЫХ В ПЕРВИЧНОМ СЕКТОРЕ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ ПО КОНТИНЕНТАМ

ПРИМЕЧАНИЕ: на втором графике приведены показатели по всем континентам, кроме Азии, в целях дополнительной детализации.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В секторе рыболовства трудились 37,9 млн человек; почти 80 процентов из них были жителями Азии, 13 процентов проживали в Африке, немногим более 5 процентов – в Северной и Южной Америке (в основном в странах Латинской Америки и Карибского бассейна), чуть более 1 процент – в Океании и чуть менее 1 процента – в Европе.

Динамика числа занятых в секторах рыболовства и аквакультуры различалась по регионам. В Европе и Северной Америке доля занятых в обоих секторах, в первую очередь в промышленном рыболовстве, сократилась наиболее существенно (таблица 12). В Африке число занятых в рыболовстве и аквакультуре стабильно растет, преимущественно за счет рыболовства. Число работников аквакультуры в Африке также продолжает расти, но остается низким по сравнению с числом занятых в рыболовстве. В Азии число работников как аквакультуры, так и рыболовства впервые за последние десятилетия снижается. Важными факторами сокращения числа занятых в рыболовстве стало сокращение флота Китая (см. раздел "Рыболовный флот") и пандемия COVID-19. В период с 2015 по 2020 год занятость в рыболовстве сократилась на 5,4 процента, а в аквакультуре – на 4,6 процента (таблица 12). В Океании занятость в секторе также снижается, причем в период с 2015 по 2020 год число рыбаков сократилось, а число работников аквакультуры осталось неизменным. В Европе до 2015 года число работников в секторе рыболовства и аквакультуры в целом сокращалось, а в 2015–2020 годах число занятых в рыболовстве выросло на 3 процента и на 5 процентов в секторе аквакультуры.

На рисунке 33 представлены данные о занятости в разбивке по формам: полная занятость, частичная занятость, разовые работы и работа с неопределенными обязанностями. Поскольку почти в 40 процентов случаев форма занятости указывалась как "работа с неопределенными обязанностями", из представленных данных можно сделать лишь ограниченные выводы о связанных с занятостью трудозатратах и затратах времени. В аквакультуре доля занятости "с неопределенными обязанностями" выше, так как не все страны, где значительная доля населения занята в аквакультуре, предоставляют дезагрегированные данные. Примерно 25 процентов работников трудятся на условиях полной занятости, 21 процент – на условиях частичной занятости, а остальные 14 процентов выполняют разовые работы. Большинство женщин, работающих в секторе (34 процента), выполняют "работу с неопределенными обязанностями"; несколько меньше (27 процентов) трудятся на условиях частичной занятости. Женщины составляют всего 15 процентов от общего числа тех, кто трудится на условиях полной занятости, подтверждая тем самым результаты исследований, согласно которым женщины, занятые в производственно-сбытовой цепочке сектора аквакультуры и рыболовства, как правило, занимают нестабильные должности. Однако данные только по сегменту переработки показывают, что здесь женщины составляют немногим более 50 процентов работающих на условиях полной занятости и 71 процент тех, кто работает на условиях частичной занятости (врезка 6).

РИСУНОК 33 ОТЧЕТНОСТЬ ПО КАТЕГОРИЯМ ВРЕМЯЗАТРАТ В ПЕРВИЧНОМ СЕКТОРЕ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ

ИСТОЧНИК: ФАО.

По оценкам, в 2020 году женщины составляли немногим более 21 процента непосредственно занятых в первичных секторах рыболовства и аквакультуры (в аквакультуре – 28 процентов, а в рыболовстве – 18 процентов работниц) (см. рисунок 34). Возросший показатель по сравнению с предыдущими годами обусловлен тем, что страны стали предоставлять данные в более подробной разбивке, а ФАО с 2019 года неустанно работает над повышением качества данных о занятости. Работа ведется совместно с Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и включает пересмотр всех данных по 49 странам за период с 1995 года, согласование данных о занятости и оптимизацию сбора данных с помощью совместного вопросника о занятости в первичном и вторичном секторах в отрасли рыболовства и аквакультуры, подготовленного с целью избавить членов от нагрузки, связанной с необходимостью предоставления двойной отчетности.

РИСУНОК 34 ДЕЗАГРЕГИРОВАННЫЕ ПО ПОЛУ ДАННЫЕ О ЗАНЯТОСТИ В СЕКТОРЕ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В РАЗБИВКЕ ПО РЕГИОНАМ, 2020 ГОД

ПРИМЕЧАНИЕ: соотношение женщин и мужчин рассчитано на основе представленных данных, за исключением случаев, когда число занятых указывалось в отчетах как "неизвестное".

ИСТОЧНИК: ФАО.

Занятость в послепромысловом сегменте

В таблице 13 приводятся данные о занятости в послепромысловом сегменте, в первую очередь в переработке, предоставленные отдельными государствами-членами. Во врезке 6 приводится более подробный анализ этих данных, поскольку в сегменте переработки занято больше всего женщин. Эти данные дополняются результатами исследования Illuminating Hidden Harvests (ФАО, Университет Дьюка и Всемирный центр по рыбным ресурсам, готовится к публикации; см. также раздел "Выявление скрытых ресурсов: вклад маломасштабного рыболовства в устойчивое развитие"). Данное исследование показало, что женщины составляют 39,6 процентов субъектов производственно-сбытовой цепочки в маломасштабном рыболовстве в целом и 49,8 процентов занятых в сегменте переработки (включая как наемных работников, так и лиц, производящих продукцию для собственных нужд). Акцент на маломасштабном производстве крайне важен, так как при подготовке данных этот сегмент отрасли часто упускается из виду, а между тем именно в нем женщины составляют самую значительную долю работников.

ТАБЛИЦА 13 ЗАНЯТОСТЬ НА ЭТАПЕ ПЕРЕРАБОТКИ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ В РАЗБИВКЕ ПО СТРАНАМ В ОТДЕЛЬНЫЕ ГОДЫ, 1995–2020 ГОДЫ

ИСТОЧНИК: ФАО.

ВРЕЗКА 6 АКТУАЛЬНОСТЬ ДАННЫХ О ЗАНЯТОСТИ С РАЗБИВКОЙ ПО ПОЛУ: ПРИМЕР ПЕРЕРАБАТЫВАЮЩЕГО СЕКТОРА

Переработка пищевой продукции из водных биоресурсов – важнейший вид послепромысловой деятельности в секторе рыболовства и аквакультуры, который оказывает непосредственное влияние на экономические характеристики рыболовства и аквакультуры на местном и глобальном уровнях. Существуют различные методы переработки, направленные на преобразование и сохранение продуктов рыболовства и аквакультуры – от кустарных, используемых мелкими производителями, до механизированных, применяемых крупными предприятиями. Как показали расчеты, выполненные в 2012 году Всемирным банком[1], в отдельных сегментах перерабатывающего сектора до 85 процентов работников составляют женщины. Согласно предварительным результатам нового исследования "Выявление скрытых ресурсов"[2], женщины составляют половину работников сектора маломасштабного рыболовства, занятых в сегменте послепромысловой обработки. Высокую долю женщин среди тех, кто занят переработкой рыбы, можно рассматривать как следствие социально и географически обусловленного гендерного разделения труда в рыбной промышленности, при котором мужчины чаще работают в море, а женщины – на суше3, 4. Кроме того, такое большое число работниц, занятых в сегменте рыбопереработки, объясняется представлением о том, что женщины более покладисты, лучше подстраиваются под внешние условия, более скрупулезно подходят к выполнению работы и соглашаются на более низкую оплату труда, чем мужчины[5]. Там, где преобладают такие гендерные стереотипы, женщины занимают низкооплачиваемые, нестабильные и низкоквалифицированные должности во вторичном секторе и при этом их роль практически не признается на уровне политики[6].

ФАО и Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) организовали совместное исследование по 49 странам, в рамках которого ежегодно собираются дезагрегированные по полу данные, отражающие положение в секторе переработки продукции рыболовства и аквакультуры в этих странах. На сегодняшний день организации располагают данными по занятости в перерабатывающем секторе 38 стран. Данные по 22 странам из этого числа дезагрегированы по полу[7]. Полученный временной ряд является источником полезной информации, и к инициативе подключились еще десять стран, данные по которым не вошли в выборку ФАО-ОЭСР. ФАО предлагает остальным членам также предоставлять имеющиеся у них данные по рыбоперерабатывающему сектору. Тем не менее уже полученные данные свидетельствуют о серьезных пробелах в национальной статистике по занятости с учетом гендерного фактора, которые необходимо устранить. Отсутствие количественных данных о женщинах, занятых в перерабатывающем секторе, тесно связано с проблемой, существующей в первичном секторе, и препятствует установлению гендерного равенства во всем мире: оно мешает принимать фактологически обоснованные меры политики, направленные на борьбу с неравенством в оплате труда, рисками для здоровья и гендерной дискриминацией на рабочем месте[6]. Не ограничиваясь изучением данных, предоставленных членами, ФАО собрала дополнительные данные, которые были использованы для составления национальных, региональных и глобальных временных рядов, дающих картину занятости в секторе переработки с разбивкой по полу за период с 1991 по 2021 год. В настоящее время проводится экспертиза полученных временных рядов, после чего они будут объединены с предоставленными данными. По последним оценкам, женщины составляют чуть более 46 процентов рабочей силы в секторе. Для выполнения расчетов была использована статистика из 117 стран и одного регионального органа; 58 процентов субъектов, предоставивших данные, приводят в своих временных рядах как минимум один параметр с разбивкой по полу.

Несмотря на повышение качества данных, собранных в ходе последнего раунда работы, временные ряды по переработке относятся только к организованной, формально регулируемой деятельности, ведущейся в промышленных масштабах. Учитывая, что женщины составляют значительную долю работников кустарных рыболовецких хозяйств, а также хозяйств, ведущих промысел для собственных нужд[2], следует уделять больше внимания сбору данных с разбивкой по полу о неформальной, неоплачиваемой деятельности и производстве для собственных нужд. Не хватает информации о занятости женщин в послепромысловом сегменте, связанной с агрегацией и дистрибуцией. Наконец в статистике занятости в секторе рыболовства и аквакультуры пока не учитываются вспомогательные виды деятельности, относящиеся к допромысловому сегменту (обслуживание лодок и прудов для аквакультуры, починка сетей, бухгалтерский учет, приготовление пищи для рыбаков, идущих на промысел и т.д.), поскольку они в основном носят неформальный характер. Чтобы признать важность неформальной деятельности в секторе рыболовства и аквакультуры для поддержания продовольственной безопасности и расширения финансовых возможностей женщин, необходимо учитывать эти виды деятельности при подготовке статистики и уделять приоритетное внимание сбору данных с разбивкой по полу.

[1] World Bank. 2012. Hidden harvest: The global contribution of capture fisheries. Economic and Sector Work. Washington, DC. (также размещено по адресу: https://openknowledge.worldbank.org/bitstream/handle/10986/11873/664690ESW0P1210120HiddenHarvest0web.pdf?sequence=1&isAllowed=y).

[2] FAO, Duke University & WorldFish. (готовится к публикации). Illuminating Hidden Harvests: A snapshot of key findings into the contributions of small-scale fisheries to sustainable development. Rome, FAO, Durham, USA, Duke University, and Penang, Malaysia, WorldFish.

[3] de la Torre-Castro, M., Fröcklin, S., Börjesson, S., Okupnik, J. & Jiddawi, N.S. 2017. Gender analysis for better coastal management – Increasing our understanding of social-ecological seascapes. Marine Policy, 83: 62–74. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1016/j.marpol.2017.05.015).

[4] Alonso-Población, E. & Niehof, A. 2019. On the power of a spatial metaphor: Is female to land as male is to sea? Maritime Studies, 18: 249–257. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1007/s40152-019-00148-z).

[5] Monfort, M.C. 2015. The role of women in the seafood industry. GLOBEFISH Research Programme, Vol. 119. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/bc014e/bc014e.pdf).

[6] ФАО. 2020. Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2020. Меры по повышению устойчивости. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/ca9229en).

[7] См. таблицу 13.

Использование и переработка продукции рыболовства и аквакультуры[15]

Из продукции рыболовства и аквакультуры получают широкий ассортимент продуктов с различными характеристиками и вкусом, зависящими от вида, способа хранения и формы продукта. Благодаря совершенствованию методов переработки и охлаждения продукции, изготовления и использования льда, замораживания, хранения и транспортировки появилась возможность увеличить срок хранения продукции, поставлять ее на удаленные и зарубежные рынки и повысить ее разнообразие.

Доля продукции рыболовства и аквакультуры в части водных животных для непосредственного потребления человеком значительно выросла с 67 процентов в 1960-х годах до почти 89 процентов в 2020 году, что соответствует более 157 млн тонн из общего объема продукции, составляющего 178 млн тонн, не считая водоросли[15]) (см. рисунок 35). Остальные 11 процентов (около 20 млн тонн) направлялись на непродовольственные цели; 81 процент от этого объема (более 16 млн тонн) был переработан в рыбную муку и рыбий жир, а основную долю от остальных 4 млн тонн составили декоративные рыбы, а также рыба, используемая в культуре (например, мальки, сеголетки или мелкие взрослые особи для доращивания), в качестве наживки, в фармацевтике, в качестве корма для домашних животных, сырья для непосредственного кормления культивируемой рыбы, сельскохозяйственных животных и пушных зверей.

РИСУНОК 35 ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПРОДУКЦИИ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В МИРЕ, 1961–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов и кайманов, а также водорослей. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В 2020 году в общем объеме продукции рыболовства и аквакультуры, использованной для потребления человеком, по-прежнему преобладали живые, свежие и охлажденные пищевые продукты из водных биоресурсов[15] (44 процента); зачастую они представляют собой самый предпочтительный и дорогостоящий вид продукции сектора[15]. За этими формами продукции следовали замороженная продукция (35 процентов), приготовленная продукция и пресервы (11 процентов) и продукты, обработанные с целью длительного хранения[16] (10 процентов). Основным способом сохранения продукции рыболовства и аквакультуры, предназначенной для употребления в пищу, является замораживание; таким образом сохраняется 63 процента переработанных водных животных, предназначенных для потребления человеком (за исключением живой, свежей или охлажденной продукции).

За общими данными скрываются серьезные различия. На разных континентах, в разных регионах и странах и даже в разных районах в пределах одной и той же страны используются разные методы использования и переработки пищевой продукции из водных биоресурсов. В Азии и Африке доля продукции, сохраняемой путем засолки, копчения, ферментации и сушки, выше, чем в среднем по миру. В Европе и Северной Америке примерно две трети объема продукции рыболовства и аквакультуры, предназначенной для потребления человеком, поставляются на рынки в замороженном, приготовленном виде и в форме пресервов. Самая высокая доля продукции, используемой для переработки в рыбную муку и рыбий жир, приходится на Латинскую Америку, за которой следуют Азия и Европа.

В развитых странах переработка пищевой продукции из водных биоресурсов, в частности, диверсифицировалась за счет производства продуктов с высокой добавленной стоимостью, таких как готовые к употреблению блюда. В 2020 году более 50 процентов предназначенной для потребления человеком продукции из водных животных, произведенной в странах с высоким уровнем дохода[17], поставлялась на рынки в замороженном виде, около 26 процентов – в приготовленном и консервированном виде и 13 процентов – с обработкой для длительного хранения. Во многих развивающихся странах в переработке продуктов из водных биоресурсов[18] намечается переход от традиционных методов к современным технологиям повышения стоимости товаров; используемые методы зависят от товара и его рыночной стоимости. Однако в разных странах используются значительно отличающиеся друг от друга подходы в зависимости от инфраструктуры и культурных предпочтений населения. В 2020 году около 20 процентов пищевой продукции из водных биоресурсов, произведенной в странах с уровнем дохода выше среднего, использовалось в замороженном виде, 11 процентов – в консервированном виде и более 60 процентов – в живом, свежем или охлажденном виде. В странах с низким уровнем дохода в замороженном виде поставлялось на рынки всего 7 проценова продукции; 20 процентов продукции использовалось в консервированном виде и порядка 70 процентов – в живом, свежем или охлажденном виде.

Особое предпочтение продуктам из водных биоресурсов, реализуемым в живом виде, отдается в Восточной и Юго-Восточной Азии и на нишевых рынках других стран, в основном ориентированных на иммигрантов из Азии. Население Китая и ряда стран Юго-Восточной Азии торгует живыми водными животными и обрабатывает их уже более 3 000 лет; зачастую они по-прежнему реализуются с использованием традиционных методов, которые не регулируются официально. Благодаря развитию логистики и технологий объем реализации живых водных животных в последние годы продолжает расти. При этом их сбыт и перевозка могут быть сопряжены с проблемами, такими как необходимость обеспечивать соответствие жестким санитарным нормам, стандартам качества и требованиям, касающимся благополучия животных (особенно в Европе и Северной Америке).

Продолжающийся рост потребления и реализации продукции рыболовства и аквакультуры (см. разделы "Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов", и "Торговля продукцией рыболовства и аквакультуры") сопровождался активным развитием стандартов качества и безопасности пищевой продукции. В последние десятилетия сектор рыболовства и аквакультуры приобрел более комплексный и динамичный характер, что обусловлено высоким спросом со стороны розничной торговли, диверсификацией видов, передачей переработки внешним подрядчикам и укреплением связей между производителями, перерабатывающими предприятиями и торговыми организациями в цепочках поставок. Расширение сетей супермаркетов и крупных розничных сетей по всему миру сделало их важнейшими субъектами, определяющими требования и стандарты в отношении доступа на рынки. Чтобы обеспечивать соблюдение стандартов качества и защиту потребителей, на национальном, региональном и международном уровнях вводятся все более строгие санитарно-гигиенические меры, основой для которых служат Кодекс “Нормы и правила для рыбы и продуктов рыбного промысла” (ФАО и ВОЗ, 2020), разработанные на его основе руководящие указания для стран по практическим аспектам применения надлежащих методов гигиены, а также системы обеспечения безопасности пищевых продуктов на основе анализа рисков и критических контрольных точек (ХАССП).

Поскольку продукты из водных биоресурсов относятся к категории скоропортящихся, необходимо уделять особое внимание этапу добычи водных организмов и другим этапам всей цепочки поставок. При неправильной послепромысловой обработке они могут быстро стать непригодными для употребления в пищу и, возможно, опасными для здоровья вследствие таких факторов, создающих риски с точки зрения безопасности пищевых продуктов, как размножение микроорганизмов, химические изменения, разложение под влиянием эндогенных ферментов и перекрестное загрязнение. Для увеличения срока годности, обеспечения безопасности, сохранения качества и питательной ценности продуктов из водных биоресурсов, а также для предотвращения их потерь и порчи важно обеспечение надлежащих мер по их обработке, переработке, консервированию, упаковке и хранению. Оптимизированное использование продукции поможет снизить нагрузку на водные ресурсы и повысить устойчивость сектора.

Кроме того, применение надлежащих способов сохранения и переработки дает возможность распространять продукцию и продавать ее на внутренних и международном рынках. К таким способам относятся снижение температуры (охлаждение и заморозка), тепловая обработка (консервирование, варка и копчение), обезвоживание (вяление, засолка и копчение) и изменение среды хранения (вакуумная упаковка, упаковка в модифицированной газовой атмосфере и холодильное хранение).

Пищевые свойства продуктов из водных биоресурсов могут варьироваться в зависимости от способа их переработки и приготовления. Тепловая обработка (стерилизация, пастеризация, горячее копчение или варка) уменьшает количество термолабильных питательных веществ, включая многие витамины. Однако при нагревании с удалением воды концентрация некоторых питательных веществ может повышаться.

Во многих странах появляются прорывные технологии переработки и упаковки пищевой продукции, которые помогают использовать сырье более рационально и эффективно и получать более высокую прибыль от его использования, внедряются инновационные методы диверсификации продукции для потребления человеком, для производства рыбной муки и рыбьего жира, а также для других целей.

Продукция: рыбная мука и рыбий жир

Значительная, хотя и сокращающаяся, доля добываемой рыбы идет на переработку для получения рыбной муки и рыбьего жира. Рыбная мука – богатый белками продукт, который получается посредством помола и сушки цельной рыбы и ее отдельных частей; для получения рыбьего жира вареная рыба прессуется, и полученная субстанция подвергается центрифугированию. Рыбная мука и рыбий жир могут производиться из цельной рыбы, обрезков рыбы и других побочных продуктов переработки рыбы. Целиком используется целый ряд видов – в основном мелкая пелагическая рыба: преимущественно перуанский анчоус, а также менхаден, северная путассу, мойва, сардина, скумбрия и сельдь.

Объемы производства рыбной муки и рыбьего жира зависят от вылова соответствующих видов, особенно перуанского анчоуса, на численность запасов и, как следствие, объем добычи которого влияет "Эль-Ниньо" (Южное колебание). Внедрение передовых методов управления и схем сертификации позволило сократить неустойчивый промысел видов, вылавливаемых для производства рыбной муки. В 1994 году объем рыбы, используемой для переработки в рыбную муку и рыбий жир, достиг пика на уровне свыше 30 млн тонн, после чего стал снижаться и в 2014 году составил менее 14 млн тонн. В 2018 году он вырос примерно до 18 млн тонн, причиной чему стало увеличение улова перуанского анчоуса (см. раздел "Продукция промышленного рыболовства"), а в последующие два года снижался и в 2020 году составил более 16 млн тонн, что соответствует примерно 20 процентам продукции морского промышленного рыболовства.

Постепенное сокращение предложения сопровождалось резким ростом спроса со стороны быстро развивающейся аквакультуры, а также со стороны свиноводства, птицеводства, предприятий по производству кормов для домашних питомцев и фармацевтических препаратов. По оценкам Организации по морским ингредиентам (ИФФО), в 2020 году около 86 процентов рыбной муки использовалось в аквакультуре, в то время как 9 процентов предназначалось для свиноводства, 4 процента – для других целей (прежде всего на корма для домашних питомцев) и 1 процент – для птицеводства. Около 73 процентов рыбьего жира в том же году предназначалось для аквакультуры, 16 процентов – для потребления человеком и 11 процентов – для других целей (включая производство кормов для домашних питомцев и биотоплива) (см. рисунок 36). Повышение спроса на рыбную муку и рыбий жир привело к росту цен на эти продукты. Превышение спроса над предложением и высокая рентабельность сектора диктуют необходимость поиска дополнительных или альтернативных источников сырья. Хотя цельная рыба, используемая для производства рыбной муки и рыбьего жира, преимущественно поступает из должным образом регулируемых источников, в ряде стран, где растет производство рыбной муки, устойчивость части рыбных ресурсов по-прежнему представляет серьезную проблему. Например, эта проблема актуальна для ряда стран Западной Африки, где растет доля добычи, который перерабатывается в рыбную муку для экспорта, а не используется для потребления человеком. Например, в Сенегале цельная рыба десятилетиями использовалась для непосредственного потребления человеком, а теперь перенаправляется на производство морских ингредиентов. Это не только увеличивает интенсивность эксплуатации ресурсов рыболовства, но и снижает продовольственную безопасность и ухудшает состояние источников средств к существованию. В этих районах необходимо повысить качество регулирования и эксплуатации рыбных ресурсов и отдавать приоритет использованию рыбы для потребления человеком (Thiao and Bunting, 2022).

РИСУНОК 36 ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РЫБНОЙ МУКИ И РЫБЬЕГО ЖИРА

1 По большей части корма для домашних питомцев.

2 Корма для питомцев, биотопливо, во Вьетнаме – кулинарный жир.

ИСТОЧНИК: ИФФО.

Все больше рыбной муки и рыбьего жира производится с использованием побочных продуктов, получаемых при вылове и переработке продукции аквакультуры, что помогает сокращать отходы. Поскольку нет оснований ожидать, что объем сырья для рыбной муки в виде цельной выросшей в естественных условиях рыбы (в частности, мелких пелагических видов) значительно увеличится, наращивать ее производство придется за счет использования побочных продуктов и других ресурсов, таких как криль. Изготовленная из побочных продуктов рыбная мука будет отличаться от получаемой из цельной рыбы по питательной ценности: она будет содержать меньше белка, но больше минералов и аминокислот. По данным ИФФО, в 2020 году из побочных продуктов были получены 27 процентов рыбной муки и 48 процентов рыбьего жира, произведенных в мире (ИФФО, 2021; см. рисунок 37).

РИСУНОК 37 СЫРЬЕ, ИСПОЛЬЗУЕМОЕ ДЛЯ ПЕРЕРАБОТКИ В РЫБНУЮ МУКУ И РЫБИЙ ЖИР, 2020 ГОД

ИСТОЧНИК: ИФФО.

Тем не менее рыбная мука и рыбий жир по-прежнему считаются наиболее питательными и легкоперевариваемыми элементами рациона искусственно выращиваемой рыбы и основным источником жирных кислот омега-3 (эйкозапентаеновой [ЭПК] и докозагексаеновой [ДГК]) в рационе животных. Но при этом наблюдается однозначная тенденция к сокращению их доли в составе комбинированных кормов для аквакультуры, что в значительной мере обусловлено колебаниями объемов их предложения и стоимости, а также постоянным повышением спроса на них со стороны предприятий – изготовителей кормов. Они все чаще включаются в рацион рыбы лишь на отдельных этапах производства, например, для кормления мальков в инкубаторах, при выращивании маточного стада и при заключительном откорме, и все реже используются в период выращивания. Например, их доля в составе рациона искусственно выращиваемого атлантического лосося часто не превышает 10 процентов и снижается в рационе всех категорий видов. Что касается прямого потребления человеком, рыбий жир – основной естественный источник доступных для человека длинноцепочечных полиненасыщенных жирных кислот омега-3 (ЭПК и ДГК), выполняющих целый ряд важнейших для здоровья функций.

Поскольку объемы производства рыбной муки и рыбьего жира и цены на них непостоянны, многие исследователи ищут альтернативные источники полиненасыщенных жирных кислот (ПНЖК). В частности, рассматриваются запасы морского зоопланктона, в том числе антарктического криля (Euphausia superba) и копепод (Calanus finmarchicus), но остаются опасения, связанные с воздействием на морские пищевые сети. В частности, крилевый жир реализуется как пищевая добавка для человека, а крилевая мука применяется в производстве определенных кормов для аквакультуры. Однако переработка такого сырья сопряжена с рядом практических проблем: необходимо снижать содержание в нем фтора, а высокая стоимость продуктов на основе зоопланктона не позволяет включать их в корм для рыб в качестве общего источника жиров или белков. Помимо побочных продуктов переработки рыбы, в качестве перспективного источника белка для включения в рацион искусственно выращиваемых водных животных можно использовать кормовую муку из насекомых (Hua et al., 2019).

Рыбный силос, богатый гидролизатом белка с высоким содержанием незаменимых аминокислот, является более дешевой альтернативой рыбной муке и рыбьему жиру; он все шире используется в качестве кормовой добавки не только в аквакультуре, но и в производстве кормов для домашних питомцев. Используя такие технологии, как производство силоса из рыбы, можно сохранять рыбу и ее части, не используемые в пищу человеком, и превращать их в ценное сырье для изготовления кормов для аквакультуры (Toppe et al., 2018).

Использование побочных продуктов

Рост объемов переработки продукции рыболовства и аквакультуры ведет к увеличению количества побочных продуктов, которые могут составлять до 70 процентов переработанной рыбы в зависимости от размера, вида и типа переработки. В число побочных продуктов, как правило, входят голова (9–12 процентов общего веса рыбы), внутренности (12–18 процентов), кожа (1–3 процента), кости (9–15 процентов) и чешуя (около 5 процентов). В прошлом значительная доля побочных продуктов направлялась на производство рыбной муки или выбрасывалась как отходы, что приводило к экономическим потерям и создавало экологические проблемы. Переработка побочных продуктов нередко создает серьезные экологические и технические проблемы, так как они содержат большое количество микроорганизмов и ферментов и быстро разлагаются, если не обрабатывать и не хранить их должным образом. Поэтому для дальнейшей переработки их необходимо своевременно собирать и обрабатывать. Перспективным альтернативным решением, которое позволит повышать добавленную стоимость продукции, предотвращать экономические убытки, снижать воздействие на окружающую среду и обеспечивать потребителей питательными, недорогими и удобными в использовании продуктами с более стабильным сроком хранения, является разработка новых ингредиентов или новых продуктов в различных формах на основе побочных продуктов переработки рыбы.

Наиболее ценной частью рыбы с точки зрения содержания белка является филе, но головы, хребты, обрезь филе, брюшки и части внутренностей, такие как печень и икра, особенно богаты питательными веществами, такими как длинноцепочечные жирные кислоты омега-3, витамины A, D и B12, а также минералы, например железо, цинк, кальций, фосфор и селен. Перерабатывая традиционно не употребляемые в пищу части рыбы с помощью соответствующих технологий, можно превращать их в недорогостоящие питательные продукты, такие как рыбные колбасы, паштеты, пироги, закуски, супы, соусы и другие продукты для потребления человеком. Если эти продукты будут вкусными и приемлемыми для местного населения, их производство может открыть широкие возможности повысить эффективность использования продукции рыболовства и аквакультуры с точки зрения питания, а также сократить потери и порчу рыбы.

В ряде стран мелкие рыбные кости с небольшим количеством мяса употребляются как закуска. Кроме того, побочные продукты можно перерабатывать в муку и использовать в качестве заменителя муки в хлебе, выпечке, пирогах и лапше для добавления питательных веществ, таких как белок и кальций. Желатин, получаемый из кожи и костей, можно перерабатывать в съедобную пленку и съедобные покрытия для пищевых продуктов. Рыбный желатин является альтернативой бычьему и свиному желатину и может использоваться как стабилизатор эмульсий. Рыбьи кости – не только источник коллагена и желатина; они богаты кальцием и другими минеральными веществами, включая фосфор, которые могут добавляться в корма или использоваться как пищевые добавки. Применяя простые недорогие технологии, побочные продукты также можно перерабатывать в рыбный силос, о котором говорилось выше.

В дополнение к различным вариантам применения в пищевой промышленности побочные продукты вызывают растущий интерес в связи их возможным использованием в биотехнологических процессах и фармацевтике, поскольку они являются перспективным, устойчивым источником высокоценных биосоединений благодаря высокому содержанию коллагена, ферментов, пептидов, ПНЖК и минералов (Coppola et al., 2021). Получаемый из рыбы коллаген считается альтернативой бычьему и свиному коллагену и в последнее время признается перспективным биоматериалом с широким потенциалом для применения в фармацевтике и биомедицине (Wijaya and Junianto, 2021). Из внутренностей рыбы можно выделять ферменты и биоактивные пептиды, которые могут использоваться в кожевенной и пищевой промышленности, производстве моющих средств и фармацевтических препаратов, а также в процессах биоремедиации. Рыбий жир содержит большое количество длинноцепочечных ПНЖК, которые не могут быть синтезированы человеческим организмом и выполняют широкий спектр важнейших для здоровья человека функций.

Можно разными способами повышать ценность побочных продуктов переработки ракообразных и двустворчатых моллюсков, а также использовать их для решения проблем утилизации отходов. Хитин – полисахарид, получаемый из отходов раковин ракообразных, – может использоваться в качестве источника антимикробных веществ. Хитозан – его производное – используется в самых разных областях, например, для очистки сточных вод, изготовления косметики, предметов личной гигиены, продуктов питания, напитков, агрохимикатов и фармацевтических препаратов. Раковины двустворчатых моллюсков, таких как мидии и устрицы, можно перерабатывать в карбонат кальция или оксид кальция – высоко универсальные химические соединения, широко используемые в промышленности. Кроме того, они используются для изготовления косметических средств и препаратов традиционной медицины (жемчужный порошок), кальциевой добавки к кормам для животных (ракушечный порошок), а также в декоративно-прикладном искусстве и ювелирном деле.

Морские водоросли перерабатываются в пищевые добавки и являются ценным источником йода, фукоидана, фукоксантина и флоротанинов (Cai et al.). Морские водоросли и микроводоросли приносят социально-экономические выгоды десяткам тысяч домохозяйств, главным образом в прибрежных районах; они полезны для здоровья человека, являются источниками экологических благ и экосистемных услуг. Многие морские водоросли богаты пищевыми волокнами, микроэлементами и биоактивными соединениями, а некоторые виды содержат большое количество белка, поэтому они считаются здоровой, низкокалорийной пищей.

Потери и порча пищевой продукции из водных биоресурсов

Несмотря на существенные достижения в области переработки, охлаждения и транспортировки пищевой продукции из водных биоресурсов, ежегодно теряются или теряют питательную ценность миллионы тонн этой продукции. Это серьезная общемировая проблема, с которой сталкиваются не только рыболовство и аквакультура. Ее решение предусмотрено задачей 12.3 в рамках достижения ЦУР "к 2030 году сократить вдвое количество отходов". По оценкам, ежегодно теряется или подвергается порче около 35 процентов продукции рыболовства и аквакультуры. В большинстве регионов мира общий объем потерь и порчи рыбы, по оценкам, составляет от 30 до 35 процентов (ФАО, 2011). Самый высокий объем порчи зарегистрирован в Северной Америке и Океании, где на этапе потребления выбрасывается примерно половина выловленных водных животных. В Африке и Латинской Америке основными причинами потерь продукции рыболовства являются неудовлетворительное функционирование инфраструктуры, используемой для сохранения продукции, и недостаток знаний и опыта. При этом в Латинской Америке регистрируются самые низкие показатели порчи рыбы (менее 30 процентов от общего объема потерь продукции).

Потери рыбы, как по количеству, так и по качеству, обусловлены неэффективностью производственно-сбытовых цепочек. Во многих странах, особенно наименее развитых, отсутствуют необходимые объекты инфраструктуры и службы и не внедрены практические методы надлежащей обработки на борту и после выгрузки, а также методы сохранения качества. Серьезными проблемами являются невозможность получить доступ к электроэнергии, питьевой воде, дорогам, льду, холодильным складам и рефрижераторному транспорту. Для эффективного сокращения потерь и порчи рыбы необходимо применять многосторонний подход с учетом интересов широкого круга сторон. В нем должны учитываться факторы, влияющие на потенциал стран в области предотвращения потерь, такие как политика и законодательство, а также квалификация, знания, услуги, инфраструктура и технологии. Чтобы разрабатывать эффективные и устойчивые решения проблем, важно понимать особенности взаимодействия этих факторов в конкретном контексте, на который влияют местоположение, виды, климат и культура. Такой подход предлагается, например, в Добровольном своде правил по сокращению потерь и порчи пищевой продукции (ФАО, 2021а). Следует подчеркнуть, что сокращение потерь и порчи рыбы способствует снижению интенсивности эксплуатации рыбных запасов, повышению устойчивости ресурсов и укреплению продовольственной и пищевой безопасности[19].

Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов[20]

Все статистические данные о потреблении пищевой продукции из водных биоресурсов, представленные в настоящем разделе, взяты из продовольственных балансов (ПБ) ФАО за период начиная с 1961 года. ПБ представляют собой статистическую систему, в которой приводятся оценочные данные о продовольствии, доступном для потребления человеком (видимое потребление[20]), а не о фактическом объеме потребляемого продовольствия – фактическом потреблении.

Тенденции в потреблении пищевой продукции из водных биоресурсов[21]

В настоящее время в мире потребляется[22] в пять раз больше продукции из водных биоресурсов (за исключением водорослей[20]), чем почти 60 лет назад. В 1961 году мировой объем потребления этой продукции составлял 28 млн тонн, а в 2019 году – примерно 158 млн тонн[23]. С 1961 года потребление росло в среднем на 3,0 процента в год, при том, что темпы роста населения составляли 1,6 процента (см. рисунок 38). На объем потребления на душу населения прежде всего влияли увеличение предложения, изменение потребительских предпочтений, развитие технологий и рост доходов.

РИСУНОК 38 СРЕДНЕГОДОВЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ РОСТА ПОТРЕБЛЕНИЯ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ

ИСТОЧНИК: ФАО.

В 2019 году для потребления человеком было доступно 158 млн тонн пищевой продукции из водных биоресурсов; 72 процента от этого объема приходилось на Азию, где проживало 60 процентов мирового населения (см. рисунок 39). Для сравнения в 1961 году Азия потребляла 48 процентов продукции из водных биоресурсов, доступной для потребления в пищу. Доля пищевой продукции из водных биоресурсов, потребляемая в Европе и Соединенных Штатах Америки, в рассматриваемый период снижалась. На Европу в 1961 году приходилось 32 процента потребляемой продукции, а на Соединенные Штаты Америки – 9 процентов; в 2019 году эти показатели снизились до 10 процентов и 5 процентов соответственно. Рост потребления продукции из водных биоресурсов[20] в странах Азии в относительном выражении стал следствием целого ряда факторов. Во-первых, в 1993 году Азия вышла на первое место в мире по производству продуктов из водных биоресурсов, в основном благодаря развитию аквакультуры. Во-вторых, последние десятилетия стали периодом бурного экономического развития региона, которое привело к росту доходов, увеличению численности среднего класса и миграции сельского населения в города, где легче получить доступ к пищевой продукции из водных биоресурсов. Наконец, вследствие роста импорта и перенаправления части экспортируемой продукции на внутренний рынок Китая потребителям в стране стала доступна более разнообразная продукция из водных биоресурсов, что также привело к росту ее потребления.

РИСУНОК 39 ПОТРЕБЛЕНИЕ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ В РАЗБИВКЕ ПО КОНТИНЕНТАМ, 1961–2019 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: данные в миллионах тонн в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

На протяжении многих лет как минимум половина продукции из водных биоресурсов потреблялась лишь небольшим числом стран. В 1961 году половину общего объема потребляли пять стран (Япония, бывший Союз Советских Социалистических Республик, Китай, Соединенные Штаты Америки и Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии). В 2019 году на пять стран с самым значительным объемом потребления (Китай, Индонезию, Индию, Соединенные Штаты Америки и Японию) приходилось уже 59 процентов продукции. Важную роль в этой небольшой группе играет Китай, на который в 2019 году пришлось 36 процентов всей пищевой продукции из водных биоресурсов, доступной для потребления в пищу.

Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения

В 1960-х годах потребление пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения в мире составляло 9,9 кг, в 1970-х годах – 11,4 кг, в 1980-х годах – 12,5 кг, в 1990-х годах – 14,4 кг, в 2000-х годах – 17,0 кг, а в 2010-х годах – 19,6 кг; а в 2019 году оно достигло рекордного уровня в 20,5 кг. По предварительным оценкам, в 2020 году потребление снизилось (до 20,2 кг) по причине сокращения спроса, а в 2021 году незначительно возросло.

Почти во всех странах, за исключением нескольких (в первую очередь Японии), в период 1961–2019 годов потребление пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения выросло. Однако темпы изменений в разных странах существенно различались. Быстрее всего (на 3,2 процента в год) росло потребление на душу населения в странах с уровнем дохода выше среднего. Основной причиной столь быстрого роста были изменения в Китае, в том числе расширение производства в секторе[24] и увеличение численности населения. В 2019 году население Китая составляло 56 процентов от общей численности населения всех стран с уровнем дохода выше среднего. В 1961 году в стране потреблялось 4,2 кг, а в 2019 году – 40,1 кг продукции на душу населения. В странах с уровнем дохода ниже среднего потребление росло медленнее – на 1,9 процента в год, но все же быстрее, чем в странах с высоким уровнем дохода, где этот показатель составлял 0,5 процента. Основной причиной столь незначительного роста потребления в странах с высоким уровнем дохода стало то, что в этих странах в начале рассматриваемого периода уже потреблялись значительные объемы пищевой продукции из водных биоресурсов. В странах с низким уровнем дохода потребление в 1961–2019 годах сокращалось на 0,2 процента в год.

В разных странах отмечаются не только значительные колебания темпов роста потребления пищевой продукции из водных биоресурсов, но и серьезные различия в потреблении этой продукции на душу населения. Различия в потреблении объясняются разной физической доступностью этой продукции и других видов продовольствия (которая, в частности, зависит от близости предприятий аквакультуры, пунктов выгрузки рыбы и рынков и доступа к этим объектам), различиями в ценах и уровне доходов, разным уровнем сознательности в отношении питания, а также разными пищевыми традициями и потребительскими предпочтениями. Важно отметить, что различия существуют и внутри стран; в частности, в прибрежных районах потребление обычно выше. В 2019 году ФАО оценивала потребление пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения в 227 странах; в 133 из них оно не достигало среднемирового уровня, а в 94 – превышало этот уровень. В странах с потреблением на душу населения ниже среднемирового в 2019 году проживало 54 процента населения мира. Больше всего продукции на душу населения – более 80 кг в год – потребляют Исландия, Фарерские острова и Мальдивские острова (см. рисунок 40). Меньше всего – менее 1 кг – потребляют Афганистан, Таджикистан и Эфиопия. Среднемировой уровень потребления на душу населения в 2019 году составил 20,5 кг. Усредненный показатель в странах с низким уровнем дохода составлял 5,4 кг, в странах с уровнем дохода ниже среднего – 15,2 кг, в странах с уровнем дохода выше среднего – 28,1 кг, а в странах с высоким уровнем дохода – 26,5 кг (таблица 14). При этом без учета Китая среднее потребление на душу населения в странах с уровнем дохода выше среднего составляет всего 13,0 кг.

РИСУНОК 40 ВИДИМОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ НА ДУШУ НАСЕЛЕНИЯ, УСРЕДНЕННЫЕ ДАННЫЕ ЗА 2017–2019 ГОДЫ

Использование названий и представление материала на данной карте не означают выражения какого-либо мнения со стороны ФАО относительно правового статуса той или иной страны, территории, города, района либо их властей или относительно делимитации их границ или рубежей. Пунктирной линией обозначена приблизительная линия контроля в Джамму и Кашмире, согласованная Индией и Пакистаном. Окончательный статус Джамму и Кашмира сторонами пока не согласован. Граница между Республикой Судан и Республикой Южный Судан пока не определена окончательно. Статус области Абьей пока не определен окончательно. Правительства Аргентины и Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии оспаривают суверенитет над Фолклендскими (Мальвинскими) островами.

ИСТОЧНИК: ФАО.

ТАБЛИЦА 14 ОБЩЕЕ И ПОДУШЕВОЕ ВИДИМОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ ПО РЕГИОНАМ И ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИИ, 2019 ГОД

ПРИМЕЧАНИЕ: представлены предварительные данные.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Заметные различия существуют и между регионами. Больше всего пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения в 2019 году потреблялось в Азии – 24,5 кг. За ней следовали Океания (23,1 кг), Европа (21,4 кг), Северная и Южная Америка (14,5 кг) и Африка (10,1 кг). Вместе с тем фактические цифры могут быть выше приведенных в официальной статистике ввиду неполного учета вклада рыболовства для собственных нужд, маломасштабного промысла и неофициальной трансграничной торговли. Особенно серьезными могут быть расхождения в Африке и ряде стран Азии.

В разных районах Африки существуют разные привычки потребления пищевой продукции из водных биоресурсов. В среднем в регионе она потребляется в незначительных объемах, но в 11 странах этот показатель выше, чем в среднем по миру. Это ряд малых островных развивающихся государств (МОСТРАГ), а также Габон, Конго, Гамбия, Сьерра-Леоне, Гана, Египет и Кот-д'Ивуар. Достаточно низкие объемы потребления в остальных странах Африки объясняются целым рядом причин. Это, в частности, высокие темпы роста населения, которые в большинстве стран опережают темпы увеличения производства продукции промышленного рыболовства; небольшие масштабы сектора аквакультуры, которые ограничивают возможности для увеличения производства в ближайшем будущем; неудовлетворительное состояние пунктов выгрузки продукции, дорог и рыночной инфраструктуры, мешающее трансграничному перемещению высококачественной продукции в пределах континента; и высокие послепромысловые потери из-за неэффективности холодильных цепей. Кроме того, как описано в разделе "Прогнозы по развитию рыболовства и аквакультуры", ожидается, что в ближайшие 10 лет подушевое потребление в Африке снизится. Учитывая высокую распространенность недоедания в регионе и важнейшую роль пищевой продукции из водных биоресурсов как источника животных белков во многих африканских странах, такое ухудшение ситуации создаст серьезную угрозу с точки зрения продовольственной безопасности.

Положительное воздействие пищевой продукции из водных биоресурсов на питание и состояние окружающей среды

Пищевая продукция из водных биоресурсов важна для формирования здорового, сбалансированного рациона (врезка 7). Ее потребление даже в небольших количествах обеспечивает организм необходимыми питательными веществами, которых не хватает в рационе с преобладанием растительной пищи. Она содержит высококачественные белки и незаменимые аминокислоты, витамины (в первую очередь A, B и D), фосфор и минералы, такие как железо, кальций, цинк, йод, магний, калий и селен, а также является основным пищевым источником полезных для сердца жирных кислот омега-3. Продукция из разных видов содержит разное количество питательных веществ. В первую очередь разные виды различаются по содержанию жира: например, сардины, лососевые и тунец считаются жирными, а треска и сом – постными. В волных видах содержатся две жирные кислоты омега-3: эйкозапентаеновая кислота (ЭПК) и докозагексаеновая кислота (ДГК). Человеческий организм не вырабатывает жирные кислоты омега-3, поэтому они должны поступать с пищей. Эти кислоты содержатся во всех видах пищевой продукции из водных биоресурсов, но самым высоким их содержанием отличаются жирные виды. Регулярное употребление пищевой продукции из водных биоресурсов помогает поддерживать здоровье сердца, понижая кровяное давление, а также снижает риск инсульта, депрессии, болезни Альцгеймера и других хронических заболеваний. Контролируемые исследования и наблюдения показали, что содержащиеся в рыбе жирные кислоты омега-3, содержащиеся в пищевой продукции из водных биоресурсов, важны для оптимального развития мозга и нервной системы ребенка и что у детей женщин, потребляющих меньше пищевой продукции из водных биоресурсов или омега-3 во время беременности и грудного вскармливания, отмечается задержка развития мозга.

ВРЕЗКА 7 ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ ДОКЛАДА О РОЛИ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ В ПИТАНИИ

Далеко не все современные продовольственные системы могут обеспечивать доступное и питательное продовольствие с соблюдением принципа равноправия, и для многих здоровое питание остается финансово недоступным. В обсуждениях, посвященных продовольственным системам, на переднем плане часто оказываются пищевые продукты, производимые на суше, поскольку они преобладают среди потребляемых в мире продуктов[1]. Однако растет и внимание к пищевой продукции из водных биоресурсов, что связано с ее уникальным свойством, представляющим собой источник незаменимых жирных кислот и микроэлементов, таких как железо, цинк, кальций, йод и витамины A, B12 и D. Когда была поставлена задача повысить экологическую устойчивость рациона питания[2], "умеренное" потребление рыбы и других продуктов из водных биоресурсов[1] стало рекомендоваться как элемент здорового питания. При этом, несмотря на признание важности здорового рациона, который должен формироваться на принципах экологической, экономической и социальной устойчивости, точно сформулированной концепции "устойчивого здорового рациона" до сих пор не существует. Подготовленный структурой "ООН-питание" документ для обсуждения "Роль пищевой продукции из водных биоресурсов в формировании устойчивого и здорового рациона питания"[3] призван отчасти восполнить этот пробел. В нем содержатся данные, на которые следует ориентироваться при разработке мер политики, планировании инвестиций и исследований с целью использования потенциала водных продуктов для обеспечения устойчивого, здорового питания и достижения Целей в области устойчивого развития (ЦУР).

В документе подчеркивается, что многие исследования посвящены лишь небольшому числу экономически ценных видов костных рыб, в то время как другие аспекты пищевой и культурной ценности разнообразных водных продуктов часто не принимаются во внимание. Разнообразная пищевая продукция из водных биоресурсов, включая животных, морские водоросли и микроорганизмы, выращиваемые и добываемые в воде, а также продукты из клеток и растений, появляющиеся благодаря новым пищевым технологиям, играют важную роль не только в обеспечении продовольственной и пищевой безопасности, но и в обеспечении средств к существованию для людей во всем мире. Пищевая продукция из водных биоресурсов может сыграть важную роль в обеспечении продовольственной безопасности и питания в мире за счет перехода к социально, экономически и экологически устойчивому рациону. Увеличения негативного воздействия на окружающую среду при умеренном потреблении можно избежать, если осуществлять поставки и потребление в соответствии с рекомендациями, изложенными в документе, подготовленном "ООН-питание".

Продукция из водных биоресурсов может использоваться для решения задачи по созданию жизнестойких продовольственных систем и обеспечению здорового рациона для всех, при условии, если она имеется в наличии, финансово доступна и приемлема. В вышеуказанном документе директивным органам и другим заинтересованным сторонам рекомендуется создавать условия для потребления разнообразных пищевых продуктов из водных биоресурсов посредством осуществления стратегий и мероприятий в области питания, обеспечения поставок и производства пищевых продуктов из водных биоресурсов на принципах равноправия и устойчивости, а также принятия более демократичных подходов к распространению знаний, данных и технологий в интересах получения актуальных знаний и разработки применимых на практике инновационных решений. Кроме того, чтобы пищевая продукция из водных биоресурсов вошла в рацион населения, необходимо создавать благоприятные условия для изменения поведения потребителей и создания спроса на более разнообразную продукцию и на продукты из низкотрофных водных видов.

[1] ФАО. 2022. ФАОСТАТ. Продовольственные балансы (2010–). См.: ФАО. Рим. Доступно по адресу [по состоянию на 14 апреля 2022 года]: www.fao.org/faostat/en/#data/FBS

[2] Willett, W., Rockström, J., Loken, B., Springmann, M., Lang, T., Vermeulen, S., Garnett, T. et al. 2019. Food in the Anthropocene: The EAT–Lancet Commission on healthy diets from sustainable food systems. The Lancet, 393(10170): 447–492. (также размещено по адресу: www.thelancet.com/pdfs/journals/lancet/PIIS0140-6736(18)31788-4.pdf?utm_campaign=tleat19&utm_source=HubPage).

[3] ООН-питание. 2021. Роль пищевой продукции из водных биоресурсов в формировании устойчивого и здорового рациона питания. Документ для обсуждения. (также размещено по адресу: www.unnutrition.org/wp-content/uploads/FINAL-UN-Nutrition-Aquatic-foods-Paper_EN_.pdf).

Во многих странах, не имеющих высокого уровня дохода, включая ряд МОСТРАГ, рыболовство для собственных нужд является основным источником продовольствия. Наглядным примером является Кирибати: это МОСТРАГ занимает одно из первых мест в мире по потреблению пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения в мире. Получаемые из этой продукции белки являются важнейшей составляющей в рационе питания населения таких стран, особенно тех групп населения, которые в целом потребляют низкое количество белка.

Кроме того, доля белка, поступающего из пищевой продукции из водных биоресурсов, в рационе населения стран, не имеющих высокого уровня дохода, как правило, выше, чем в рационе жителей стран с высоким уровнем дохода (см. риунок 41). Это объясняется тем, что во многих странах такая продукция не только дешевле и доступнее физически, чем другие источники животного белка; но и предпочтительна для потребления, и является частью традиционной кухни. рисунок 41 также иллюстрирует несоответствие между уровнем потребления пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения и долей получаемого из нее животного белка. В странах с низким уровнем дохода ее потребление на душу населения в 2019 году было гораздо ниже, чем в странах с высоким уровнем дохода. При этом население стран с низким уровнем дохода получало из нее больше животного белка, чем население стран с высоким уровнем дохода.

РИСУНОК 41 ПОТРЕБЛЕНИЕ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ И РОЛЬ ЭТОЙ ПРОДУКЦИИ КАК ИСТОЧНИКА ЖИВОТНЫХ БЕЛКОВ В РАЗБИВКЕ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИИ СТРАН, 2019 ГОД

ИСТОЧНИК: ФАО.

В 2019 году продукция из водных биоресурсов была источником около 17 процентов животного белка и 7 процентов общего объема белка в рационе жителей планеты (см. рисунок 42). Население стран с низким уровнем дохода получало из нее 17 процентов животных белков, население стран с уровнем дохода ниже среднего – 23 процента, жители стран с уровнем дохода выше среднего – 17 процентов, а жители стран с высоким уровнем дохода – 13 процентов. Кроме того, 3,3 млрд человек получали за счет этой продукции не менее 20 процентов всего потребляемого ими животного белка из расчета в среднем на душу населения в год (см. рисунок 43). Население Бангладеш, Гамбии, Ганы, Индонезии, Камбоджи, Сьерра-Леоне, Шри-Ланки и ряда МОСТРАГ получает из рыбы не менее 50 процентов суммарного объема потребляемых белков животного происхождения.

РИСУНОК 42 ВКЛАД РАСТИТЕЛЬНЫХ И ЖИВОТНЫХ БЕЛКОВ В СРЕДНЕСУТОЧНОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ БЕЛКА В МИРЕ, 2019 ГОД

ИСТОЧНИК: ФАО.

РИСУНОК 43 РОЛЬ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ КАК ИСТОЧНИКА ЖИВОТНОГО БЕЛКА, УСРЕДНЕННЫЕ ДАННЫЕ ЗА 2017–2019 ГОДЫ

Использование названий и представление материала на данной карте не означают выражения какого-либо мнения со стороны ФАО относительно правового статуса той или иной страны, территории, города, района либо их властей или относительно делимитации их границ или рубежей. Пунктирной линией обозначена приблизительная линия контроля в Джамму и Кашмире, согласованная Индией и Пакистаном. Окончательный статус Джамму и Кашмира сторонами пока не согласован. Граница между Республикой Судан и Республикой Южный Судан пока не определена окончательно. Статус области Абьей пока не определен окончательно. Правительства Аргентины и Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии оспаривают суверенитет над Фолклендскими (Мальвинскими) островами

ИСТОЧНИК: ФАО.

Торговля пищевой продукцией из водных биоресурсов и доступ к ней

Как отмечалось ранее, географическое положение значительно влияет на уровень потребления пищевой продукции из водных биоресурсов в странах. Но благодаря международной торговле влияние географического положения и низких объемов внутреннего производства снизилось, так как многие страны получили доступ к более значительным объемам и более широкому разнообразию продукции, закупая ее за рубежом. Доля импортной продукции в общем объеме потребления увеличилась с 16 процентов в 1961 году до 32 процентов в 2019 году. В странах с более высокими уровнями дохода инфраструктура цепочек поставок позволяет перевозить продукты в хорошем состоянии, а потребители располагают достаточными финансовыми возможностями для приобретения видов, особенно высокоценных, которые производятся в других регионах, поэтому такие страны в большей степени зависят от импорта. Например, в Соединенных Штатах Америки в 1961 году доля импортных продуктов составляла одну треть от общего объема потребляемой пищевой продукции из водных биоресурсов, а в 2019 году выросла до почти трех четвертей. В странах с низким уровнем дохода почти вся потребляемая продукция поставляется на рынок местными производителями. Например, в Уганде в 2019 году доля импортной продукции из водных биоресурсов в общем объеме потребления составила всего 1 процент. Почти вся продукция закупается внутри страны; главным образом это пресноводные сардины, окуни и тилапии, вылавливаемые или выращиваемые в озере Виктория.

От вылова в естественной среде к выращиванию в искусственных условиях

Увеличение потребления пищевой продукции из водных биоресурсов в основном стало возможным благодаря значительному росту производства продукции аквакультуры; при этом объем продукции промышленного рыболовства с конца 1990-х годов остается довольно низким. В 1960-х годах аквакультура была источником 6 процентов, а в 2010-х годах – уже 50 процентов этой продукции. По предварительным оценкам, в 2020 году эта доля выросла до 56 процентов (см. рисунок 44). Важно отметить, что эти цифры отражают не количество фактически съеденной продукции, а объем продовольствия в наличии для потребления. Кроме того, если учитывать только съедобные части продукции (т.е. без раковин и других несъедобных частей, учитывая, что "несъедобными" в разных культурах считаются разные части), то, как можно предположить, основным источником употребляемой в пищу продукции из водных биоресурсов все же останется промышленное рыболовство. Это связано с тем, что двустворчатые моллюски и ракообразные, имеющие достаточно большую долю несъедобных частей, преимущественно выращиваются в аквакультуре. Но разрыв сокращается. Между странами также существуют значительные различия: в Азии, где производится основная доля искусственно выращиваемых видов, объем их потребления выше, чем в других регионах. По прогнозам, в будущем доля искусственно выращиваемых водных животных в общем объеме потребляемой в мире пищевой продукции из водных биоресурсов продолжит расти (см. раздел "Прогнозы по развитию рыболовства и аквакультуры"). В результате значительного роста производства продукции аквакультуры также увеличились объемы ее поставок на рынки и снизились цены на нее, особенно на виды, которые теперь преимущественно выращиваются, а не вылавливаются в естественной среде. Таким образом, аквакультура способствовала повышению продовольственной безопасности ряда развивающихся стран, в первую очередь в Азии, сделав доступными для внутреннего потребления малоценные пресноводные виды в больших объемах.

РИСУНОК 44 ОТНОСИТЕЛЬНАЯ ДОЛЯ ПРОДУКЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В ОБЩЕМ ОБЪЕМЕ ДОСТУПНОЙ ДЛЯ ПОТРЕБЛЕНИЯ В ПИЩУ ЧЕЛОВЕКОМ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ

ПРИМЕЧЕНИЕ: данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Но производство разных видов растет разными темпами, так как не все виды одинаково легко поддаются разведению. Кроме того, сектор аквакультуры быстрее и эффективнее адаптируется к меняющимся предпочтениям потребителей, поскольку производители в нем имеют более полный контроль над производством, чем в секторе промышленного рыболовства. Раньше ракообразные в основном потреблялись в странах с высоким уровнем дохода из-за их высокой цены. Но благодаря росту производства и снижению цены искусственно выращиваемых креветок доступность ракообразных в период с 1961 по 2019 год увеличилась почти в пять раз – с 0,4 кг до 2,2 кг. Аналогичная тенденция наблюдалась и в отношении моллюсков (за исключением головоногих), потребление которых на душу населения выросло с 0,6 кг в 1961 году до 2,5 кг в 2019 году. В пять раз выросло потребление диадромных рыб на душу населения (с 1,5 кг в 1961 году до 8,2 кг в 2019 году). Это произошло за счет популярности определенных пресноводных видов в Азии, востребованности лососевых и форели во всем мире, особенно в Европе и Северной Америке, и высокого спроса на тилапию в разных странах. Потребление донных и пелагических рыб было более стабильным: их доля в среднемировом потреблении на душу населения составляла около 2,7 кг и 3,0 кг соответственно.

Почти 75 процентов потребленной в 2019 году продукции из водных биоресурсов (20,5 кг) в пересчете на душу населения составляли костные рыбы, а остальное – моллюски. Сорок процентов составили пресноводные и диадромные виды. Еще 33 процента приходилось на морских костных рыб; 15 процентов из них составляли пелагические виды, 13 процентов – придонные виды и 5 процентов – неидентифицированные морские рыбы. Оставшаяся доля продукции распределилась следующим образом: 12 процентов – моллюски (за исключением головоногих), 11 процентов – ракообразные и 2 процента – головоногие.

Спрос на здоровую пищу и готовые к употреблению продукты

Серьезные изменения в обществе, особенно в странах с высоким уровнем дохода, повлияли на решения потребителей. Во многих странах выросло число людей с избыточным весом и повысилась распространенность заболеваний, связанных с ожирением. На этом фоне доминирующей тенденцией в потреблении продовольствия стало здоровое питание. Поэтому в последние годы вырос спрос на здоровые и питательные продукты, такие как пищевая продукция из водных биоресурсов. Эта тенденция сопровождается растущим вниманием потребителей и крупных дистрибьюторов к устойчивости продовольственных систем, в которых используются водные биоресурсы, в частности, к их экологическим и социальным аспектам. Поэтому производители и организации розничной торговли, стремясь удовлетворить потребительский спрос на устойчивую пищевую продукцию из водных биоресурсов, стали использовать разные системы сертификации и маркировки.

Потребители, в особенности в странах с высокоразвитой экономикой, хотят покупать не только здоровые и устойчивые продукты, но и пищу, готовую к употреблению. Рост потребления таких продуктов был обусловлен различными изменениями в обществе, включая повышение доходов, более широкое участие женщин в рабочей силе, урбанизация и уменьшение размеров семей. Речь идет о продаже заранее приготовленных и упакованных продуктов. Они требуют минимальной термообработки в домашних условиях или на предприятиях общественного питания, их легко заказать и доставить с помощью онлайн платформ. Повсеместное использование смартфонов и мобильных приложений сделало более популярными онлайн заказы, доставку на дом и покупку товаров с самовывозом. Развитие этих форматов дополнительно стимулировали карантинные меры и требования физического дистанцирования в начале пандемии COVID-19. В тот период экспортеры оказались в затруднительном положении, вызванном сбоями на рынках и в торговле, а мелкие и местные производители продукции рыболовства и аквакультуры преуспевали. Ситуация показала, насколько важны и жизнестойки местные продовольственные системы.

Водоросли

В настоящее время морские и прочие виды водорослей не включаются в продовольственные балансы ФАО по пищевой продукции из водных биоресурсов ввиду отсутствия данных о морских водорослях и их использовании в большинстве стран. В ряде стран, в частности, в Восточной Азии, морские водоросли на протяжении веков входили в повседневный рацион, однако в большинстве стран об их пищевых свойствах все еще известно недостаточно. Морские водоросли считаются здоровой, питательной и низкокалорийной пищей. В разных видах морских водорослей содержатся разные пищевые вещества, но, как правило, они практически не содержат жира и богаты необходимыми питательными веществами, такими как полиненасыщенные жирные кислоты омега-3 и омега-6, витамины (A, C, E и B12), йод, пищевые волокна и антиоксиданты. Употребление морских водорослей не только обогащает рацион, но и полезно для здоровья: например, оно снижает кровяное давление и предотвращает инсульты (Fitzgerald et al., 2011). Они могут не только использоваться как пищевой продукт, но и направляться на производство кормов, в том числе для аквакультуры, что в контексте растущего населения планеты и экологических проблем делает их еще одним устойчивым продуктом, способствующим повышению глобальной продовольственной безопасности, (Cai et al.). Морские водоросли можно выращивать в морской воде, то есть их разведение не конкурирует с другими видами деятельности за пахотные угодья и пресную воду.

Торговля продукцией промышленного рыболоства и аквакультуры25 26

В последние десятилетия международная торговля продукцией водных биоресурсов[25] значительно расширилась, и теперь эта продукция продается на разных континентах и в разных регионах. Это изменение было преимущественно обусловлено экономическим ростом, культурным и техническим прогрессом, связанными с глобализацией. Либерализация торговой политики и новшества в области логистики и техники, создающие условия для глобализации коммуникаций, повысили экономическую взаимозависимость и ускорили международное распространение культурных традиций, включая модели питания. Производители теперь все чаще поставляют продукцию на удаленные рынки, а потребители имеют возможность приобретать более широкий ассортимент пищевой продукции из водных биоресурсов, не ограничивающийся видами, вылавливаемыми или выращиваемыми в местных водоемах. Рост доходов, увеличение численности среднего класса и урбанизация, особенно в странах с низким и средним уровнем дохода, привели к значительному увеличению совокупного спроса на такую продукцию. Сегодня торговля продукцией из водных биоресурсов является источником экспортных поступлений, занятости и добавленной стоимости и играет важную роль в глобальной продовольственной безопасности. В этой сфере действуют различные взаимосвязанные субъекты, занимающиеся доставкой и переработкой продукции, оптовой и розничной торговлей. Она важна для целого ряда малых островных развивающихся государств, где экспорт продукции из водных биоресурсов составляет значительную долю товарной торговли в стоимостном выражении и валового внутреннего продукта (ВВП).

В 2020 году продуктами рыболовства и аквакультуры в том или ином объеме торговали 225 государств и территорий. Мировой объем экспорта продукции из водных биоресурсов, не считая водоросли[25], составил 59,8 млн тонн живого веса (151 млрд долл. США)[27]. До этого показатель снижался в течение двух лет подряд по сравнению с историческим максимумом в 165 млрд долл. США, достигнутым в 2018 году. Важно отметить, что вышеприведенная цифра относится только к торговле продукцией рыболовства и аквакультуры, без учета торговли услугами в секторе, такими как консалтинг, контроль качества, сертификация и маркировка, стимулирование торговли и сбыт, техническое обслуживание и ремонт. Общая стоимость этих услуг неизвестна, так как обычно она учитывается вместе с услугами, относящимися к другим видам деятельности. В 2020 году объем торговли продукцией из водных биоресурсов в стоимостном выражении составил 11 процентов от общего объема торговли сельскохозяйственной продукцией (за исключением лесного хозяйства) и около одного процента от общего объема товарной торговли. Во многих странах этот показатель гораздо выше: например, в Кабо-Верде, Исландии, Кирибати и Мальдивских островах они превышают 40 процентов совокупного объема товарной торговли. Показатель за 2020 год был сопоставим с общим объемом торговли всеми продуктами из мяса наземных животных (см. рисунок 45). В период 1976–2020 годов стоимость экспортируемой продукции из водных биоресурсов в номинальном выражении росла в среднем на 6,9 процентов[28], а в реальном – на 3,9 процентов в год. Номинальная стоимость в 2020 году почти в 20 раз превысила показатель 1976 года (см. рисунок 46). Сопоставимыми темпами рос объем мировой товарной торговли в целом: в период с 1976 по 2020 год он увеличивался на 6,8 процента в год в номинальном выражении и на 3,7 процента в реальном выражении (Всемирная торговая организация, 2022). При этом суммарный объем экспортируемой продукции из водных биоресурсов увеличивался в среднем на 2,9 процента в год (в эквиваленте живого веса). Более быстрый рост стоимости такой продукции по сравнению с количественным показателем связан с тем, что на рынки стало поставляться больше высокоценных видов и продуктов, стоимость которых повышалась путем переработки и другими способами. Кроме того, на динамику влияли инфляция и рост спроса, которые создали долгосрочную тенденцию к повышению цен.

РИСУНОК 45 МИРОВОЙ ОБЪЕМ ЭКСПОРТА ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ^1 И МЯСА НАЗЕМНЫХ ЖИВОТНЫХ В ДЕНЕЖНОМ ВЫРАЖЕНИИ, 2020 ГОД

1 Без учета водорослей.

ИСТОЧНИК: ФАО.

РИСУНОК 46 СТОИМОСТЬ МИРОВОЙ ТОВАРНОЙ ТОРГОВЛИ И ОБЪЕМА ЭКСПОРТА ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ^1, ИНДЕКСЫ С ПОСТОЯННОЙ БАЗОЙ (1976 ГОД = 100), 1976–2020 ГОДЫ

1 Без учета водорослей.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В последние 10 лет часть основных тенденций, которыми характеризовалось развитие торговли продуктами из водных биоресурсов с 1970-х годов, развиваются медленнее и даже меняются на обратные. Темпы роста как в стоимостном, так и в объемном выражении и как в абсолютных цифрах, так и в пересчете на душу населения снизились. Это изменение является следствием снижения темпов роста мировой торговли в целом и указывает на то, что начался новый этап становления глобальных рынков, на котором торговля большинством продуктов из водных биоресурсов ведется между долгосрочными торговыми партнерами по налаженным маршрутам, а возможностей для появления новых рынков немного. В то же время многие производители пищевой продукции из водных биоресурсов в странах, не имеющих высокого уровня дохода, которые традиционно поставляли свою продукцию на рынки стран с высоким уровнем дохода, переключаются на внутренние рынки.

Важной особенностью торговли продукцией водных биоресурсов всегда было то, что она, как правило, направлялась из стран с невысоким уровнем дохода в страны с высоким уровнем дохода. Значительная доля населения развитых стран относится к урбанизированному среднему классу, а объем внутреннего предложения в этих странах, как правило, недостаточно высок. Поэтому в этих странах значительная доля продукции из водных биоресурсов традиционно импортировалась (см. рисунок 47). В 1976 году страны с высоким уровнем дохода импортировали 90 процентов продукции из водных биоресурсов. В 2020 году этот показатель составил всего 75 процентов. Такой рост доли импорта в страны, не имеющие высокого уровня дохода, обусловлен тем, что спрос в них рос быстрее, чем в странах с высоким уровнем дохода. Особенно ярко эта тенденция проявилась в странах Восточной и Юго-Восточной Азии, где стремительно растет численность урбанизированного среднего класса. Как показывают данные о происхождении товаров за 2020 год, страны с высоким уровнем дохода импортировали из других стран с высоким уровнем дохода 56 процентов закупаемых ими товаров в стоимостном выражении (см. рисунок 48), а страны, не имеющие высокого уровня дохода, ввозили из стран с высоким уровнем дохода 39 процентов от общего объема импортной продукции.

РИСУНОК 47 ДОЛЯ СТОИМОСТИ МИРОВОГО ОБЪЕМА ИМПОРТА ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ^1 ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИИ, 1976–2020 ГОДЫ

1 Без учета водорослей.

ИСТОЧНИК: ФАО.

РИСУНОК 48 ИМПОРТ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ В МИРЕ В РАМКАХ ТОРГОВЛИ МЕЖДУ СТРАНАМИ С ВЫСОКИМ УРОВНЕМ ДОХОДА И СТРАНАМИ, НЕ ИМЕЮЩИМИ ВЫСОКОГО УРОВНЯ ДОХОДА, В РАЗБИВКЕ ПО ОБЪЕМУ В ДЕНЕЖНОМ ВЫРАЖЕНИИ, 2020 ГОД

ПРИМЕЧАНИЕ: без учета водорослей. В ряду данных "страны с высоким уровнем дохода – из стран, не имеющих высокого уровня дохода" показана доля мирового импорта пищевой продукции из водных биоресурсов, соответствующая импорту стран с высоким уровнем дохода из стран, не имеющих высокого уровня дохода. В других рядах показаны подобные потоки внутри этих групп стран и между ними.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Больше всего продукции из водных биоресурсов в 2020 году ввозилось в Европейский союз (34 процента, а без учета торговли внутри ЕС – 16 процентов мирового объема). Что касается отдельных стран, то самая значительная доля импорта в стоимостном выражении в 2020 году (15 процентов от общего объема) приходилась на Соединенные Штаты Америки (см. рисунок 49); за ними следовали Китай (10 процентов), Япония (9 процентов), Испания (5 процентов) и Франция (4 процента). Но по объему в живом весе на первом месте находился Китай, который далеко опередил Соединенные Штаты Америки. Китай импортирует большое количество видов, которые не производятся в стране, для внутреннего потребления и в качестве сырья для переработки и последующего реэкспорта.

РИСУНОК 49 ДЕСЯТЬ ВЕДУЩИХ СТРАН, ИМПОРТИРУЮЩИХ САМЫЕ ВЫСОКИЕ ОБЪЕМЫ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ^1 ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ (В ДЕНЕЖНОМ ВЫРАЖЕНИИ), 2020 ГОД

1 Без учета водорослей.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Несмотря на рост импорта продукции из водных биоресурсов в страны без высокого уровня дохода, между ними и странами с высоким уровнем дохода сохраняются значительные различия в средней удельной стоимости импортируемой продукции (см. рисунок 50). Причина такого различия состоит в том, что население последних предпочитает высокоценные виды и продукцию с более высокой добавленной стоимостью. В 2020 году стоимость продукции, которая ввозилась в страны с высоким уровнем дохода, составила в среднем 3,2 долл. США за килограмм (в эквиваленте живого веса), а стоимость продукции, импортируемой в остальные страны – 1,4 долл. США за килограмм.

РИСУНОК 50 УДЕЛЬНЫЙ ОБЪЕМ ИМПОРТА ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ В ДЕНЕЖНОМ ВЫРАЖЕНИИ В РАЗБИВКЕ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИИ СТРАН-ИМПОРТЕРОВ, 1976–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: без учета водных млекопитающих, рептилий, амфибий, черепах, водорослей, губок и кораллов и других непищевых продуктов. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Объем импорта продукции из водных биоресурсов в страны с развивающейся экономикой повысился по сравнению с 1970-ми годами, но гораздо более заметной тенденцией, связанной с развитием мировой торговли, является повышение объема экспортируемой ими продукции. Если в 1976 году на страны с высоким уровнем дохода приходился 71 процент стоимостного объема мирового экспорта продукции из водных биоресурсов, то в 2020 году этот показатель составил 50 процентов (см. рисунок 51). В количественном выражении доля стран этой группы за тот же период снизилась с 67 до 46 процентов. Повышению вклада стран, не имеющих высокого дохода, способствуют либерализация торговли, быстрый рост производства аквакультуры и высокие объемы инвестиций в установление торговых отношений, знания и инфраструктуру, необходимые для развития экспортного рынка. В последнее время эти страны не только поставляют продукцию из водных биоресурсов на мировые рынки, но и играют все более заметную роль в цепочках поставок в качестве посредников: они импортируют сырье и реэкспортируют продукцию, стоимость которой повышалась путем переработки или иными методами. Развивающиеся страны поставляют на международные рынки все больше продукции из водных биоресурсов, но ряд стран с высоким уровнем дохода также продолжают экспортировать ее в значительных объемах (см. рисунок 52). Больше всего такой продукции в 2020 году экспортировали пять стран, в их числе – две страны с высоким уровнем дохода (Норвегия и Чили) и три страны, не имеющие высокого уровня дохода (Китай, Вьетнам и Индия).

РИСУНОК 51 ДОЛЯ СТОИМОСТИ МИРОВОГО ОБЪЕМА ЭКСПОРТА ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ В РАЗБИВКЕ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИИ СТРАН, 1976–2020 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, рептилий, амфибий, черепах, водорослей, губок и кораллов.

ИСТОЧНИК: ФАО.

РИСУНОК 52 ЛИДИРУЮЩИЕ 10 СТРАН, ЭКСПОРТИРУЮЩИЕ САМЫЕ ВЫСОКИЕ ОБЪЕМЫ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ В ДЕНЕЖНОМ ВЫРАЖЕНИИ, 2020 ГОД

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, рептилий, амфибий, черепах, водорослей, губок и кораллов.

ИСТОЧНИК: ФАО.

На первое место по объему производства, экспорта и переработки продукции из водных биоресурсов вышел Китай. Он экспортирует как большие объемы головоногих моллюсков, креветок, тилапии и двустворчатых моллюсков собственного производства, так и переработанную белую рыбу, такую как минтай и треска. Как указывалось ранее, часть экспортируемой Китаем продукции производится из импортного сырья. В 2020 году Китай экспортировал продукцию из водных биоресурсов на сумму 18 млрд долл. США, что составляет 12 процентов от общемирового объема. Хотя эта доля несколько снизилась по сравнению с пиковым уровнем 2015 года, она по-прежнему значительно выше, чем в прошлые периоды. При этом в 1976 году на долю Китая приходилось лишь 1,6 процента мирового экспорта продукции из водных биоресурсов в стоимостном выражении. Основная доля продукции в 2020 году экспортировалась в Японию, Соединенные Штаты Америки и Республику Корея (соответственно 18 процентов, 11 процентов и 9,0 процента от общего объема в стоимостном выражении).

С 2004 года на втором месте в мире по экспорту продукции из водных биоресурсов находится Норвегия. В 2020 году страна экспортировала этой продукции на 11 млрд долл. США, что составляет 7,4 процента от общемирового объема. Норвегия является крупнейшим в мире производителем культивируемой семги, а также вылавливает значительные объемы мелких пелагических видов и донных рыб, таких как треска. Основным рынком для Норвегии является Европейский союз – на него приходится 60 процентов стоимости норвежского экспорта. С 2014 года третье место по экспорту продукции из водных биоресурсов в мире занимает Вьетнам. Он намного опережает другие страны по производству и экспорту искусственно выращиваемого пангасиуса, располагает серьезными мощностями по производству культивируемых креветок и переработке продукции. В 2020 году Вьетнам экспортировал продукцию из водных биоресурсов на сумму 8,5 миллиарда долларов США, что составляет 5,6 процента от общемирового объема. На четвертом месте по экспорту продукции из водных биоресурсов находится Чили; географическое положение страны обеспечивает ей благоприятные условия для активного развития аквакультуры. Чили занимает второе место в мире по производству лососевых рыб; кроме того, в стране выращиваются мидии (в меньших объемах). В 2020 году страна экспортировала продукцию аквакультуры на 5,9 млрд долл. США, что составляет 3,9 процента от общемирового объема. Благодаря активному развитию производства креветок Индия в 2017 году вышла на четвертое место в мире по их экспорту. Но с 2018 года объем экспорта креветок из Индии снижается, и в 2020 году ее опередила Чили. Общая стоимость экспорта продукции из водных биоресурсов из Индии в 2020 году составила 5,8 млрд долл. США; это ниже, чем в 2017 году (7,2 млрд долл. США). Среди других крупных экспортеров – Европейский союз, Таиланд, Эквадор, Канада и Индонезия. Европейский союз находится на первом месте в мире по объемам экспорта, но преимущественно поставляет продукцию на собственный внутренний рынок (78 процентов объема в стоимостном выражении). Более того, значительную долю торговых потоков в Европейском союзе составляет реэкспортируемая продукция, которая либо перерабатывается в ЕС, либо поступает на его рынки от внешних поставщиков. Крупными перерабатывающими мощностями располагает Таиланд; основную долю продукции переработки в стране составляет консервированный тунец, который производится из сырья, выгружаемого непосредственно в портах Таиланда судами зарубежных экспедиционных флотов. Кроме того, в Таиланде выращиваются большие объемы креветок, но в последнее десятилетие отрасль серьезно пострадала от вспышек болезней. В последнее десятилетие резко вырос объем экспорта продукции из водных биоресурсов из Эквадора, что обусловлено резким увеличением производства тунца и креветок. На Канаду и Соединенные Штаты Америки вместе взятые приходится 6,4 процента стоимости мирового экспорта, но, поскольку эти страны являются друг для друга основными торговыми партнерами, большая доля продукции реализуется в рамках двусторонней торговли. Индонезия также является одним из крупнейших поставщиков культивируемых креветок на мировой рынок и экспортирует большие объемы тунца и тилапии.

Экспорт продукции из водных биоресурсов из Африки рос в течение длительного времени, но в 2020 году на долю региона приходилось менее 5 проценов от общемирового объема. Марокко и Мавритания экспортируют значительные объемы головоногих моллюсков и мелких пелагических рыб, в основном на европейский и японский рынки, а также в другие африканские страны. Ряд стран Западной Африки также экспортируют крупные партии тунца, преимущественно консервированного, в Европу. Страны Африки импортируют совсем немного продукции из водных биоресурсов: в 2020 году этот показатель составлял всего 3,3 процента от общемирового объема в стоимостном выражении. Африка преимущественно импортирует мелких пелагических рыб с низкой удельной стоимостью. При этом стоит отметить, что, будучи нетто-экспортером в стоимостном выражении, в натуральном выражении континент является нетто-импортером. Учитывая, что в Африке расположены многие страны, испытывающие отсутствие продовольственной безопасности (ФАО и др., 2021), важно также признать роль, которую торговля может играть в ее повышении. Торговля может влиять на продовольственную безопасность через разные каналы, самым непосредственным из которых является перенос питательных веществ. Импортируемые африканскими странами в больших объемах мелкие пелагические виды с низкой удельной стоимостью богаты питательными веществами, в частности, микроэлементами. Экспорт видов с более высокой удельной стоимостью, таких как тунец, креветки и головоногие моллюски, и импорт видов, богатых питательными веществами, представляет собой выгодный обмен с точки зрения питания. Поступления от экспорта также помогают обеспечивать занятость и доходы и поэтому могут положительно влиять на продовольственную безопасность. Рост доходов повышает финансовую доступность продовольствия, а улучшение доступа к пищевой продукции из водных биоресурсов и питательному рациону может снижать тяжесть отсутствия продовольственной безопасности и неполноценного питания (ФАО и др., 2021).

Катализаторами развития торговли стали создание Всемирной торговой организации (ВТО) и подписание многосторонних, региональных и двусторонних торговых соглашений. Эти соглашения, устанавливающие преференциальные условия торговли между двумя или более торговыми партнерами, снижают или устраняют барьеры, включая тарифы и технические барьеры в торговле (ТБТ), что делает их эффективными средствами содействия международной торговле. Особенно важным инструментом создания благоприятных условий для межрегиональной торговли являются региональные торговые соглашения (РТС), число которых растет с 1990-х годов (см. рисунок 53). Но их воздействие зачастую не в полной мере отражается в официальной статистике – в частности, в данных по Африке и отдельным странам Азии и Океании. В последние десятилетия РТС, такие как Таможенный союз Европейского союза, Североамериканское соглашение о свободной торговле, Ассоциация государств Юго-Восточной Азии, Сообщество по вопросам развития Юга Африки и Южноамериканский общий рынок, играют важнейшую роль в росте мировой торговли в целом и торговли продуктами рыболовства и аквакультуры в частности. Положения многих РТС касаются не только условий торговли, но и регулирования рыбных ресурсов и прослеживаемости, что может способствовать повышению эффективности институционального надзора за общими ресурсами и устойчивости управления рыболовством.

РИСУНОК 53 ТОРГОВЫЕ ПОТОКИ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ ПО КОНТИНЕНТАМ (ДОЛЯ ИМПОРТА В ДЕНЕЖНОМ ВЫРАЖЕНИИ), 2020 ГОД

Использование названий и представление материала на данной карте не означают выражения какого-либо мнения со стороны ФАО относительно правового статуса той или иной страны, территории, города, района либо их властей или относительно делимитации их границ или рубежей. Пунктирной линией обозначена приблизительная линия контроля в Джамму и Кашмире, согласованная Индией и Пакистаном. Окончательный статус Джамму и Кашмира сторонами пока не согласован. Граница между Республикой Судан и Республикой Южный Судан пока не определена окончательно. Статус области Абьей пока не определен окончательно. Правительства Аргентины и Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии оспаривают суверенитет над Фолклендскими (Мальвинскими) островами

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, рептилий, амфибий, черепах, водорослей, губок и кораллов. Ввиду наличия неуказанных торговых партнеров сумма процентных показателей может не составлять 100%.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Правительства традиционно использовали тарифные меры как средства обеспечения доходов от торговли, защиты отечественных производителей от международной конкуренции, а также в качестве мер наказания, принимаемых против других стран в контексте торговых споров. ВТО классифицирует продукты из водных биоресурсов как промышленные товары, поэтому они являются предметом переговоров о доступе на рынки несельскохозяйственной продукции. В соответствии с принципом ВТО о наиболее благоприятствуемой нации, применяемые тарифы на продукцию рыболовства и аквакультуры варьируются от 0 процентов до 30 процентов, а в среднем составляют 14 процентов (ФАО, 2017b). Связанные тарифы, которые фактически являются максимальным тарифом в конкретной категории по правилам ВТО, составляют от 0 процентов до 60 процентов (в среднем 35 процентов). Эти цифры указывают на то, что уровень применяемых тарифов на импортируемую продукцию рыболовства и аквакультуры в целом невысок, несмотря на возобновление применения тарифов в последнее время, а также на некоторую обеспокоенность по поводу эскалации тарифов на импортируемые продукты, прошедшие переработку, и продукцию с добавленной стоимостью. Страны с высоким уровнем дохода, импортирующие большие объемы продукции, такие как Европейский союз, Соединенные Штаты Америки и Япония, применяют сниженные или нулевые тарифы на большинство товаров, которые ввозятся из стран, имеющих право на такой режим в рамках Общей системы преференций. Это способствовало быстрому повышению экспорта продукции из водных биоресурсов в развивающихся странах. Многие развивающиеся страны, напротив, по-прежнему устанавливают достаточно высокие тарифы на продукцию рыболовства и аквакультуры, что может быть следствием налоговой политики или защитных мер. Эскалация тарифов[29] остается серьезным препятствием для доступа многих стран и продуктов на ряд высокодоходных рынков и для расширения региональной торговли.

Технические барьеры в торговле – это нетарифные барьеры, которые могут включать любые нормы, требования или стандарты, налагающие дополнительное бремя на участников торговли. Это могут быть как обязательные требования или нормы, так и добровольные стандарты. ТБТ в отношении продукции из водных биоресурсов – это, например, стандарты на продукцию, санитарные и фитосанитарные меры, процедуры лицензирования импорта и правила происхождения товаров, а также требования к маркировке. Торговля скоропортящейся продукцией из водных биоресурсов также регулируется таможенными и разрешительными процедурами. В Соглашении ВТО по ТБТ признается, что эти требования, стандарты и процедуры необходимы для защиты здоровья человека, обеспечения качества продукции и охраны окружающей среды, но они должны быть недискриминационными. На практике ТБТ могут практически перекрывать доступ на рынок для стран, не имеющих необходимых возможностей, инфраструктуры, технологий и технических знаний для их преодоления. ТБТ – важный вопрос в сфере торговли продукцией рыболовства и аквакультуры. В частности, по оценкам Конференции Организации Объединенных Наций по торговле и развитию, к продукции рыболовства и аквакультуры применяется в среднем в 2,5 раза больше технических мер, чем к промышленным товарам.

Основными мерами, обеспечивающими соблюдение правил безопасности пищевых продуктов и мер борьбы с незаконным, несообщаемым и нерегулируемым рыбным промыслом (ННН-промыслом) являются прослеживаемость и документирование улова. Экомаркировка и схемы сертификации, помогающие информировать покупателей и потребителей о том, что продукция получена из эффективно регулируемых промысловых районов, могут налагать дополнительное бремя на экспортеров. Поэтому крайне важно, чтобы ТБТ, применяемые к продуктам из водных биоресурсов, устанавливали справедливый баланс между обеспечением доступа на рынок и защитой потребителей и ресурсов. Важными предпосылками для достижения этого баланса являются международное сотрудничество при разработке и оценке ТБТ и последующие усилия, направленные на содействие соблюдению требований путем оптимизации процедур и гармонизации стандартов. Положения Соглашения ФАО о мерах государства порта по предупреждению, сдерживанию и ликвидации незаконного, несообщаемого и нерегулируемого промысла позволяют странам вводить торговые ограничения в портах ввоза во избежание выгрузки продукции, полученной в результате ННН-промысла, тем самым также способствуя защите потребителей и ресурсов. Ожидается, что вступившее в силу в феврале 2017 года Соглашение ВТО об упрощении процедур торговли поможет преодолеть определенные трудности, связанные с таможенными процедурами, и ускорить международное перемещение товаров, выдачу разрешений на их вывоз за рубеж и таможенное оформление.

Развитие торговли продукцией из водных биоресурсов в долгосрочной перспективе зависит не только от основных экономических и демографических показателей, но и от изменений в торговой политике, однако на более коротком временном горизонте динамика торговли зависит от целого ряда различных факторов. Во-первых, положение в торговле продукцией из водных биоресурсов, как и в торговле в целом, во многом определяется экономической конъюнктурой. Объем потребления этой продукции положительно коррелирует с уровнем дохода, таким образом, в периоды экономического спада объем торговли ею ощутимо сокращается. В числе других важных факторов – геополитические изменения, динамика курса валют, затраты и задержки, связанные с логистикой, а также серьезные потрясения, влияющие на предложение, такие как вспышки заболеваний и климатические явления.

Например, в последние годы на торговлю продукцией из водных биоресурсов повлияли два крупных политических события. Во-первых, напряженность в отношениях между Соединенными Штатами Америки и Китаем, двумя крупнейшими торговыми партнерами в мире, привела к тому, что в 2018 году стороны ввели тарифы, отразившиеся на торговле определенными продуктами рыболовства и аквакультуры, поставляемыми на рынки в больших объемах, включая омаров и тилапию. Новые тарифные режимы создают препятствия для существующих поставщиков, но в изменившейся среде открываются перспективы для альтернативных источников товаров. Например, дополнительные расходы предприятий по производству тилапии в Китае, который традиционно был основным поставщиком этой рыбы в Соединенные Штаты Америки, которые также были для них основным рынком, превратились в конкурентное преимущество для производителей в Латинской Америке, которые также начинают поставлять тилапию на международные рынки.

Еще одним изменением, повлиявшим на динамику торговли продукцией рыболовства и аквакультуры, стал выход Соединенного Королевства из Европейского союза. Он привел к введению новых процедур таможенного контроля, новых проверок и документов по безопасности пищевых продуктов и новых видов маркировки продукции. Дополнительное административное бремя создало серьезные логистические проблемы для осуществляющих торговлю продукцией из водных биоресурсов организаций в Соединенном Королевстве в начале 2021 года, от которых в первую очередь пострадали малые и средние предприятия. Несмотря на продвижение вперед в упорядочении этих процессов сохраняется неопределенность в отношении особенностей структуры торговли в будущем.

Целый ряд проблем для международной торговли продукцией из водных биоресурсов создала пандемия COVID-19. Эти проблемы, их причины и последствия описаны в разделе "COVID-19 – беспрецедентный кризис: первые выводы". Кроме того, вследствие пандемии объем мирового экспорта продукции из водных биоресурсов в стоимостном выражении в 2020 году упал на 7,0 процента – до 151 млрд долл. США. До этого в 2019 году объем снизился на 2,1 процента по сравнению с максимумом, достигнутым в 2018 году. В 2020 году объемы торговли сократились примерно на 10,1 процента, причем их снижение было зафиксировано во всех регионах. После возобновления производства в секторе рыболовства и аквакультуры и открытия международных рынков в 2021 году объемы торговли вновь выросли. В 2021 году общая стоимость мирового экспорта продукции аквакультуры выросла на 12 процентов по сравнению с 2020 годом. Более существенному росту объемов препятствовал консервативный подход к планированию поставок продукции аквакультуры и сохраняющиеся логистические проблемы. В 2021 году цены выросли. Согласно индексу цен на рыбу ФАО[30], средние международные цены на рыбу в 2021 году повысились на 7,2 процента по сравнению с 2020 годом, когда они были на 7,2 процента ниже, чем в 2019 году (см. рисунок 54). Расчетные данные за первые два месяца 2022 года показывают, что в этот период цены были на 19 процентов выше, чем в тот же период 2021 года.

РИСУНОК 54 ИНДЕКС ЦЕН НА РЫБУ ФАО

ПРИМЕЧАНИЕ: источники данных: EUMOFA, ИНФОФИШ, ИНФОПЕСКА, INFOYU и Центральное бю-ро статистики Норвегии.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Основные товары, являющиеся предметом торговли

Являющиеся предметом торговли продукты рыболовства и аквакультуры разнообразны по видам, происхождению, форме продукта, упаковке и способу сохранения. Это препятствует сбору согласованной и точной торговой статистики, но заставляет сделать вывод о важности такой статистики для понимания комплексного рынка. Статистику торговли составляют таможенные службы и статистические органы стран и территорий, участвующих в торговле; кодирование и классификация товаров осуществляются в соответствии с Гармонизированной системой описания и кодирования товаров (ГС). Эту систему курирует Всемирная таможенная организация (ВТАО). На самом высоком уровне дезагрегации в системе установлены шестизначные коды, привязанные к конкретным категориям товаров, которые должны согласованно применять все отчитывающиеся органы. Отдельные страны и территории могут вводить более длинные коды, дающие возможности классифицировать товары на более низких уровнях агрегирования. ГС является основой для тарифного законодательства и для сбора данных, на которые ориентируются и которые используют торговые аналитики, представители научных кругов, предприятия, правительства, неправительственные и межправительственные организации, изучая динамику и структуру торговли и рынка в разные периоды. Чтобы сделать статистические данные, собираемые с помощью ГС, ФАО совместно с ВТамО в 2012 и 2017 годах пересмотрела коды и классификации Системы, с тем чтобы полнее учитывать основные особенности международной торговли продукцией из водных биоресурсов. Тем не менее для проведения различия между выловленными в естественной среде и искусственно выращенными водными животными в торговой статистике необходима дополнительная дезагрегация данных. Различия между аквакультурой и рыболовством не сводятся к производственному процессу как таковому: это и разная структура предприятий и отрасли, и разные производственные ресурсы, факторы риска и последствия для окружающей среды, и разные требования к инфраструктуре. Каждый из перечисленных факторов оказывает специфическое воздействие на динамику и развитие мировой торговли.

Почти 90 процентов поставляемой на рынки продукции из водных биоресурсов (в эквиваленте живого веса) составляют консервированные продукты, преимущественно замороженные. Но появившийся спрос на свежие водные продукты и развитие технологий упаковки и логистики привели к постепенному увеличению доли свежих продуктов в объеме торговли. В 1976 году свежие продукты составляли 5,8 процента от количества продаваемой продукции из водных биоресурсов (эквивалент живого веса), а в 2020 году – 11,1 процента. Благодаря развитию воздушных грузоперевозок вырос экспорт свежей продукции высокого класса, такой как искусственно выращиваемые лососевые и промысловые придонные виды костных рыб. Пандемия COVID-19 на какое-то время обратила эту тенденцию вспять, что было связано с закрытием заведений общественного питания и изменением покупательского поведения потребителей на фоне ограничений, связанных с изоляцией. Однако в настоящее время всплеск спроса на такие продукты, как консервированный тунец, наблюдавшийся в начале пандемии, угасает, и ожидается восстановление долгосрочных тенденций.

На рисунке 55 показана суммарная стоимость продукции из водных биоресурсов, являющейся предметом международной торговли, в 2020 году в разбивке по основным группам видов. В 2020 году 66,5 процента совокупного экспорта продукции из водных биоресурсов (за исключением водорослей) в стоимостном выражении пришлось на рыбу, за которой следовали ракообразные (22,8 процента) и моллюски и другие водные беспозвоночные (10,7 процента). С 2013 года самым продаваемым товаром в стоимостном выражении являются лососевые; в 2020 году на их долю приходилось около 18 процентов общего объема. По данным за тот же год, к числу продаваемых в самых значительных объемах групп экспортируемых видов также относились креветки (около 16 процентов от общего объема), тунцы, пеламиды и парусниковые (9,7 процента), треска, хек и пикша (9,6 процента), а также кальмары, каракатицы и осьминоги (6,8 процента). Ниже приводится краткий анализ последних тенденций по определенным основным группам видов.

РИСУНОК 55 ДОЛЯ ОСНОВНЫХ ГРУПП ВИДОВ В ОБЩЕМ ОБЪЕМЕ ЭКСПОРТА ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ В СТОИМОСТНОМ ВЫРАЖЕНИИ, 2020 ГОД

ПРИМЕЧАНИЕ: за исключением водных млекопитающих, рептилий, амфибий, черепах, водорослей, губок и кораллов.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Лосось и форель

Лосось, в первую очередь искусственно выращиваемая семга, принадлежит к числу видов, за счет которых мировая торговля продуктами рыболовства и аквакультуры в последние десятилетия выросла наиболее значительно. Будучи универсальным и высокоценным видом, пригодным для крупномасштабной аквакультуры, он занимает сильную конкурентную позицию на мировом рынке. Почти во всех регионах спрос на лосося растет быстрее, чем на другие категории рыбы, а разведение семги превратилось в одну из самых прибыльных и технологически развитых отраслей. Кроме того, отрасль занимает ведущие позиции по объему финансирования и масштабу международных маркетинговых кампаний и располагает эффективной логистической инфраструктурой, обеспечивающей возможности для доставки свежей продукции из водных биоресурсов на зарубежные рынки авиатранспортом. В 2020 году объем экспорта лосося составил 27,6 млрд долл. США; больше всего этой рыбы поставили на рынки Норвегия и Чили. В 2020 году экспорт лосося и форели составил 18,4 процента от общего объема экспорта водной продукции в стоимостном выражении по сравнению с 5,1 процентом в 1976 году. Основным рынком сбыта для Норвегии является Европейский союз, тогда как Чили поставляет семгу в Соединенные Штаты Америки и Бразилию, а искусственно выращиваемого кижуча – в Японию. Кроме того, предметом международной торговли являются несколько диких тихоокеанских видов, вылавливаемых флотами Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки в северной части Тихого океана. Торговля лососем оказалась достаточно стойкой к проблемам, связанным с пандемией COVID-19, несмотря на падение цен и различные логистические трудности в начале пандемии; из этого можно сделать вывод об исходной величине спроса и способности сектора адаптироваться к меняющимся условиям.

Креветки

Пильчатые и настоящие креветки традиционно являются одним из наиболее востребованных товаров из водных биоресурсов. В настоящее время они в основном производятся в использующих интенсивные методы хозяйствах Латинской Америки, Восточной и Юго-Восточной Азии, но большая часть продукции поставляется на высокодоходные рынки в Северной Америке, Европе и Японии. На рынки Соединенных Штатов Америки и Японии в основном поставляются тепловодные виды из таких стран, как Индия, Индонезия, Таиланд и Вьетнам. Европейский союз импортирует тепловодные виды из стран Азии и Латинской Америки, а холодноводные – преимущественно из Гренландии, где они добываются в секторе промышленного рыболовства. Все больше креветок поставляется на рынки развивающихся стран Азии, таких как Китай, в то время как на развитых традиционных рынках возможностей для повышения потребления на душу населения немного. Экспорт пильчатых и настоящих креветок за рассматриваемый период серьезно вырос, однако их доля в общей стоимости мирового экспорта продукции из водных биоресурсов остается достаточно стабильной. В 1976 году объем экспорта пильчатых и настоящих креветок в стоимостном выражении составил 1,2 млрд долл. США, что составляло 15,4 процента от суммарного мирового экспорта продукции из водных биоресурсов, тогда как в 2020 году он составил 24,7 млрд долл. США, или 16,4 процента от общего объема.

Донная и прочая белая рыба

Белая рыба – это широкий спектр видов, как вылавливаемых в естественной среде, так и искусственно выращиваемых, таких как треска, морские окуни, груперы, аляскинский минтай, тилапия, нильский окунь и пангасиус обыкновенный (Pangasius spp.). Эти виды схожи по вкусу и текстуре и в какой-то степени взаимозаменяемы. Основную долю донной рыбы, вылавливаемой в естественной среде, добывают флоты Норвегии, Европейского союза, Исландии, Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки. На первом месте по импорту вылавливаемой в естественной среде донной рыбы находится Европейский союз, а Китай занимает ведущие позиции в области переработки сырья и реэкспорта. Экспорт донных и других белых рыб составляет около 17 процентов от общей стоимости экспорта продукции из водных биоресурсов, хотя в торговой статистике значительные объемы этих рыб не классифицируются как таковые и учитываются как "прочие виды". В южных провинциях Китая работают крупные хозяйства, где разводится тилапия, и в настоящее время страна является крупнейшим экспортером этой рыбы в мире. В то же время альтернативные поставщики в Юго-Восточной Азии и Латинской Америке увеличили экспорт в Соединенные Штаты Америки, потеснив Китай. Китай остается на первом месте по объемам тилапии, поставляемой на мировые рынки, но Соединенные Штаты Америки ввели импортные тарифы на китайскую тилапию, что в сочетании с логистическими проблемами, связанными с COVID-19 и перепрофилированием земель в основных регионах производства заставляет предположить, что объемы поставок из этой страны продолжат снижаться. Основным производителем и экспортером пангасиуса в мире является Вьетнам. В прошлом эта рыба в основном поставлялась в Соединенные Штаты Америки, но в последние годы главным экспортным рынком для Вьетнама стал Китай.

Тунец

В 2020 году объем мирового экспорта тунцов, пеламид и парусниковых составил 14,6 млрд долл. США, или 9,7 процента от суммарного экспорта продукции из водных биоресурсов. Популярность тунца не ослабевает, поэтому эта доля остается относительно стабильной на протяжении многих десятилетий. Тунец поставляется на рынки в двух основных формах: как переработанная и консервированная рыба и как высококачественная свежая рыба, идущая на суши и сашими. Для их приготовления, как правило, используется мясо тунца обыкновенного и тунца большеглазого, в то время как мясо полосатого, длинноперого и желтоперого тунца идет на консервы, пресервы или перерабатывается в другие продукты. В Таиланде действует множество предприятий по переработке тунца; сырье для них выгружается рыболовными флотами в непосредственно тайских портах; эта страна обеспечивает международные рынки значительной долей тунца. Переработанный тунец из Таиланда в основном экспортируется в Соединенные Штаты Америки. В других странах Азии, Африки и Латинской Америки масштабы перерабатывающей отрасли меньше, но все же достаточно велики; в частности, Эквадор поставляет на рынок Европейского союза большое количество переработанного тунца и сырья для европейских перерабатывающих предприятий. Важными факторами, определяющими торговые потоки тунца на рынке переработанной продукции, являются тарифные режимы и последствия квот на беспошлинный импорт, устанавливаемых на основных рынках. Эти темы – одни из самых важных в числе обсуждаемых на торговых переговорах. На рынке сашими и суши лидирует Япония. В эту страну поставляются в основном цельный тунец и вырезка, выгружаемые флотами китайской провинции Тайвань и Республики Корея, а также продукция, реэкспортируемая из Таиланда.

Головоногие моллюски

К классу головоногих моллюсков относятся осьминоги, кальмары и каракатицы. Почти все головоногие вылавливаются в естественной среде; их основными поставщиками являются Китай, Индия, Марокко и Перу. Самые большие объемы этих моллюсков импортируют Китай, Европейский союз, преимущественно Италия и Испания, а также Япония и Республика Корея. Блюда из осьминога пользуются большой популярностью у посетителей ресторанов, но в последнее время спрос на осьминога вырос еще больше в связи с ростом популярности гавайских "поке" и испанских закусок "тапас". В качестве ингредиентов этих блюд также используются кальмары и каракатицы; кроме того, они в больших количествах продаются в розницу, как правило, в консервированном и переработанном виде. В 2020 году экспорт головоногих моллюсков составил 10,2 млрд долл. США, что эквивалентно 6,8 процента от общей стоимости экспорта продукции из водных биоресурсов. Доля головоногих моллюсков в мировой торговле постепенно увеличивается, но их поставки нестабильны из-за некачественного регулирования ресурсов. Их колебания привели к резкому росту цен в последние годы.

Двустворчатые моллюски

В самых значительных объемах на международные рынки поставляются гребешки, моллюски, устрицы и мидии. На сегодняшний день большинство потребляемых в мире двустворчатых моллюсков выращиваются в искусственных условиях в ряде европейских стран, Северной Америке, Китае и Чили. Основными импортерами этой продукции являются Европейский союз, Соединенные Штаты Америки, Китай и Республика Корея. Спрос на двустворчатые моллюски остается относительно стабильным на протяжении долгого времени, и эти виды пользуются положительной репутацией среди потребителей как здоровая, устойчивая пища. В 2020 году объем мирового экспорта двустворчатых моллюсков составил 4,3 млрд долл. США (около 2,8 процента от общего объема мирового экспорта продукции из водных биоресурсов).

Мелкие пелагические виды, рыбная мука и рыбий жир

Значительную долю мировой продукции промышленного рыболовства составляют мелкие пелагические виды, такие как скумбрия, сельдь, сардина и анчоус. В больших объемах их вылавливают и экспортируют Европейский союз, Китай, Марокко, Норвегия, Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии, Российская Федерация и Япония. Несмотря на низкую удельную стоимость этих видов, в 2020 году на них приходилось 6,7 процента от общего объема экспорта. Многие популяции пелагических рыб мигрируют между разными исключительными экономическими зонами; их продуктивность в конкретном регионе и, как следствие, объемы поставок и колебания цен на них в значительной степени зависят от климатических условий. География рынков сбыта такой продукции крайне широка; и, в частности, включает Китай, Египет, Европейский союз, Японию, Нигерию и Соединенные Штаты Америки. Малые пелагические рыбы также используются для производства рыбной муки и рыбьего жира на экспорт. В качестве сырья для этих продуктов обычно используются анчоусы, преимущественно перуанский анчоус. Рыбная мука в основном поставляется в страны, где в больших объемах производится продукция аквакультуры, например, Китай.

Другие продукты

В общий объем экспорта продукции из водных биоресурсов в 2020 году, о котором упоминалось ранее (151 млрд долл. США), не входят еще 1,9 млрд долл. США – доход, полученный от экспорта морских и прочих видов водорослей (58 процентов), несъедобных побочных продуктов переработки рыбы (33 процента), а также губок и кораллов (9процентов). В период с 1976 по 2020 год объем торговли водорослями вырос с 65 млн долл. США до более чем 1,1 млрд долл. США; основными их экспортерами были Китай, Индонезия и Республика Корея, а ведущими импортерами – Китай, Япония и Соединенные Штаты Америки. Следствием роста производства рыбной муки и других продуктов, получаемых из побочных продуктов переработки водных животных (см. раздел "Использование и переработка продукции рыболовства и аквакультуры"), стал резкий рост торговли несъедобными побочными продуктами с 8 млн долл. США в 1976 году до 715 млн долл. США в 2020 году.

1 Следует отметить, что в докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2022" впервые появился глоссарий; включение в публикацию этого раздела обусловлено постоянным расширением терминологического аппарата, связанным с возрастающей важностью сектора в обеспечении продовольственной безопасности и питания людей и в торговле.

2 В Части 1 "Обзор положения в мире", если не указано иное, статистический анализ производства, использования, потребления и торговли проводится отдельно для водных животных (за исключением водных млекопитающих и рептилий) и водорослей. Подробный охват видов и конкретных отраслевых исключений указан в Глоссарии в основном докладе.

3 См. Глоссарий в отношении определений водорослей, видимого потребления, пищевой продукции из водных биоресурсов, производства продукции рыболовства и аквакультуры, в том числе к контексте СОФИА 2022.

4 См. Глоссарий в отношении определений водорослей, пищевой продукции из водных биоресурсов, производства продукции рыболовства и аквакультуры, а также продукции рыболовства и аквакультуры, в том числе к контексте СОФИА 2022

5 Оставшиеся 6 процентов костных рыб составляли диадромные виды.

6 Определение водорослей см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

7 См. врезку 1 на стр. 11 доклада "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2020" (ФАО, 2020а).

8 Более подробную информацию об основных промысловых районах ФАО см. по ссылке: www.fao.org/fishery/en/area/search

9 Определение пищевой продукции из водных биоресурсов см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

10 Определение водорослей см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

11 Определение продукции рыболовства и аквакультуры см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

12 Определение пищевой продукции из водных биоресурсов см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

13 Методика оценки описана в Техническом документе ФАО по рыбному хозяйству и аквакультуре №569 (FAO, 2011а).

14 ГКРС проводит региональную оценку состояния приоритетных запасов коммерческого значения в Средиземном и Черном морях, основной целью которой является повышение эффективности регулирования рыбных ресурсов. Оценка выполняется на основе данных научного анализа хозяйственных единиц (при котором учитываются приоритетные виды и географические подрайоны, представляющие интерес), охватывающего около 50 процентов улова. Оценка, в частности, показала, что в 2018 году значительная доля (75 процентов) оцененных приоритетных коммерчески важных запасов эксплуатировалась в объемах, не обеспечивающих устойчивость рыболовства (эти данные совпадают с результатами, представленными в докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры" 2020 года), но с 2014 года этот показатель сократился примерно на 10 процентов (ФАО, 2020).

15 Определение водорослей, пищевых продуктов из водных биоресурсов, продукции рыболовства и аквакультуры см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

16 "Обработанная с целью длительного хранения" – вяленая, соленая, помещенная в рассол, ферментированная, копченая и т.д.

17 Всемирный банк распределяет экономики стран мира по четырем группам в зависимости от уровня доходов: страны с низким уровнем дохода, с уровнем дохода ниже среднего, выше среднего и высоким уровнем дохода. С более подробной информацией можно ознакомиться по ссылке: https://datatopics.worldbank.org/world-development-indicators/the-world-by-income-and-region.html

18 Определение продуктов из водных биоресурсов см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

19 Под потерями и порчей пищевой продукции (ППП) понимается уменьшение количества или снижение качества пищевых продуктов. Снижение качества, как правило, приводит к снижению их питательной и экономической ценности и делает их небезопасными (ФАО, 2017а). Порча пищевой продукции представляет собой одну из форм ее потерь. Это снижение количества или качества пищевой продукции в любом сегменте производственно-сбытовой цепочки поставки продовольствия в результате решений и действий первичных производителей, предприятий розничной торговли, служб общественного питания и потребителей. В секторе рыболовства примером порчи продукции являются ситуации, когда выловленные водные виды выбрасываются за борт в море – такое явление называется "выбросами". Информация о потерях и порче пищевой продукции в производственно-сбытовой цепочке продуктов из водных биоресурсов опубликована на посвященной этой теме веб-странице ФАО (ФАО, 2020b).

20 Определение водорослей, видимого потребления, пищевых продуктов и продукции из водных биоресурсов, см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

21 Данные о потреблении за 2019 год следует считать предварительными. Эти цифры могут незначительно отличаться от приведенных в разделе по ПБ Статистического ежегодника ФАО по рыболовству и аквакультуре – 2020 и от сведений, которые будут опубликованы ближе к концу 2022 года в рабочей среде FishStatJ. См. актуальные данные на сайте https://www.fao.org/fishery/en/statistics

22 Все статистические данные по потреблению пищевой продукции из водных биоресурсов, приведенные в данном разделе, относятся к видимому потреблению.

23 Данные о потреблении пищевых продуктов из водных биоресурсов выражены в эквиваленте живого веса.

24 Определение продукции рыболовства и аквакультуры см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

25 Определения водорослей, продуктов из водных биоресурсов, продукции рыболовства и аквакультуры, см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

26 Статистический анализ торговли проводится отдельно для водных животных и водорослей, а также других продукто из водных биоресурсов.

27 Данные по торговле за 2020 год следует считать предварительными, поскольку они относятся к марту 2022 года. Эти цифры могут незначительно отличаться от тех, которые будут приведены в разделе по ПБ Статистического ежегодника ФАО по рыболовству и аквакультуре – 2020 и от сведений, которые будут опубликованы ближе к концу 2022 года в рабочей среде FishStatJ. Актуальные данные будут опубликованы на веб-сайте ФАО по адресу: www.fao.org/fishery/en/statistics

28 Годовые показатели роста выражены как постоянный годовой темп.

29 Эскалация тарифов – это установление более высоких импортных пошлин на полуфабрикаты, чем на сырье. На готовую продукцию, как правило, устанавливаются еще более высокие тарифы. Применение такой практики защищает отечественные перерабатывающие отрасли и препятствует развитию перерабатывающих предприятий в странах происхождения сырья (определение основано на глоссарии ВТО).

30 Индекс цен на рыбу (ИЦР) ФАО рассчитывается на основе данных о ценах на основные видовые группы. В качестве базового значения ИЦР (100) принята средняя цена за 2014–2016 годы.

ЧАСТЬ 2
НА ПУТИ К "ГОЛУБОЙ" ТРАНСФОРМАЦИИ[1]

КОТ-Д'ИВУАР

Кормление тиляпии на ферме в Падигнане, деревне, включенной в проект ФАО FISH4ACP.

©FAO/Sia Kambou

"Голубая" трансформация.[1] Концепция преобразования продовольственных систем, в которых используются водные ресурсы

С 2014 года наблюдается рост умеренной или тяжелой формы отсутствия продовольственной безопасности, которая усугубилась пандемией COVID-19. В настоящее время от голода страдают более 800 млн человек, а 2,4 млрд человек имеют крайне ограниченный доступ к достаточному питанию. В начале Десятилетия действий по достижению Глобальных целей[2] задача прокормить растущее население, не истощая при этом наши природные ресурсы, становится все более сложной. В этом контексте продовольственные системы, в которых используются водные ресурсы, все чаще оказываются в центре внимания, поскольку они способны удовлетворить значительную долю потребностей человечества в питательной пище.

Пищевая продукция из водных биоресурсов – физически и финансово доступный источник животных белков и микроэлементов; она играет жизненно важную роль в обеспечении продовольственной безопасности и питания значительной доли населения, особенно уязвимого населения прибрежных районов. Ее решающая роль как источника питательной пищи, необходимой для физического и когнитивного развития, постоянно возрастает (UN Nutrition, 2021), хотя в настоящее время обеспечение ее потребления определено как ключевая цель лишь менее чем в половине стратегий в сфере здравоохранения, касающихся питания (Koehn et al., 2021). Кроме того, рыболовство и аквакультура уже сейчас обеспечивают 58,5 млн рабочих мест, в первичном секторе, включая неполный рабочий день и случайные подработки, и доход 600 млн человек, а торговля продукцией из водных биоресурсов[1] служит важным источником твердой валюты и дохода для экспортирующих ее стран и регионов.

К сожалению, производство и распределение пищевой продукции из водных биоресурсов – процесс, не лишенный проблем. В стратегиях создания здоровых, устойчивых и справедливых продовольственных систем, как правило, недостаточно полно учитываются серьезные долгосрочные последствия перелова, деградации среды обитания и неравного доступа к ресурсам и рынкам. В 2021 году Комитет ФАО по рыбному хозяйству (КРХ) единогласно одобрил Декларацию КРХ об устойчивости рыболовства и аквакультуры (ФАО, 2021 b). В ней признается вклад сектора в борьбу с нищетой и голодом с момента принятия в 1995 году Кодекса ведения ответственного рыболовства.

Продолжают появляться успешные примеры восстановления здоровых рыбных популяций и поддержания источников средств к существованию за счет рациональной эксплуатации ресурсов или развития устойчивых предприятий аквакультуры. Все более глубокое понимание воздействия изменения климата и других природных и антропогенных потрясений также может создать возможности для обеспечения безопасности и расширения диапазона услуг, предоставляемых продовольственными системами, в которых используются водные ресурсы. В Декларации КРХ 2021 года, составленной с учетом этого знания, определены приоритетные области для дальнейшего преобразования рыболовства и аквакультуры; в ней определена концепция развития сектора в XXI веке, предполагающая распространение информации о положительном опыте разных стран мира и масштабирование этого опыта в интересах преобразования продовольственных систем, в которых используются водные ресурсы, из проблематичной области в признанный источник решений для обеспечения продовольственной безопасности и питания, экологического и социального благополучия.

"Голубая" трансформация – это концепция и процесс, посредством которых ФАО, ее члены и партнеры могут использовать имеющиеся и новые знания, инструменты и практические методы для обеспечения и максимального увеличения вклада продовольственных систем (связанных как с морями, так и с внутренними водоемами), в которых используются водные ресурсы, в продовольственную безопасность, питание и формирование недорогостоящего здорового рациона для всех.

Зачем нам нужна "голубая" трансформация?

Изменения в политике, новаторские подходы в государственном и частном секторах и рост потребления в последние десятилетия привели к серьезным изменениям в продовольственных системах, в которых используются водные ресурсы. В течение 25 лет после принятия Кодекса ведения ответственного рыболовства объемы продукции промыслового рыболовства оставались стабильными, а выросло на 250 процентов, благодаря чему сектор смог удовлетворять увеличивающийся спрос на фоне роста потребления пищевой продукции из водных биоресурсов, которое выросло до 20,5 кг на человека в год (темпы роста этого показателя вдвое превышают темпы роста населения мира). В результате встраивания пищевой продукции из водных биоресурсов в глобальные и региональные товаропроводящие цепочки объем торговли продукцией рыболовства и аквакультуры в денежном выражении вырос на 200 процентов по сравнению с 1995 годом, а чистый объем торговли (экспорт минус импорт) пищевой продукцией из водных биоресурсов, поставляемой странами с невысоким уровнем дохода, превысил объем торговли всеми прочими видами пищевой продукции вместе взятыми.

"Голубая" трансформация – это целенаправленные усилия по распространению инновационных подходов, помогающих увеличить вклад продовольственных систем, в которых используются водные ресурсы, в обеспечение продовольственной безопасности и питания и формирование недорогостоящего здорового рациона. Для достижения целей "голубой" трансформации необходимы целостные, гибкие подходы, разработанные с учетом сложных взаимосвязей между глобальными и местными компонентами продовольственных систем, которые могут использоваться в многосторонних мероприятиях, нацеленных на обеспечение средств к существованию и повышение уровня жизни, более равноправное распределение благ и обеспечение рационального использования и сохранения биоразнообразия и экосистем.

Благодаря "голубой" трансформации продовольственные системы, в которых используются водные биоресурсы, могут:

- ▸создавать условия для обеспечения растущего населения достаточным количеством пищевой продукции из водных биоресурсов на принципах экологической, социальной и экономической устойчивости;

- ▸обеспечивать наличие и доступность безопасной и питательной пищевой продукции из водных биоресурсов для всех, особенно для уязвимых групп населения, и условия для сокращения потерь и порчи пищевой продукции;

- ▸обеспечивать, чтобы функционирование систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов, способствовало расширению прав и повышению доходов населения, чья жизнедеятельность зависит от этих систем, с целью обеспечения равноправного доступа к средствам к существованию; и

- ▸поддерживать устойчивость систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов, находящихся под влиянием динамичных антропогенных и природных процессов, в том числе связанных с изменением климата.

Цели "голубой" трансформации

"Голубая" трансформация преследует три основные цели:

1. Устойчивое расширение и интенсификация аквакультуры в поддержку достижения глобальных целей в области продовольственной безопасности, для удовлетворения мирового спроса на питательную пищевую продукцию из водных биоресурсов и справедливого распределения благ.

2. Эффективная эксплуатация всех видов рыбных ресурсов для создания здоровых запасов и обеспечения гарантированных средств к существованию.

3. Модернизация производственно-сбытовых цепочек для обеспечения социальной, экономической и экологической жизнеспособности систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов и обеспечения результатов в области питания.

В ближайшие десять лет аквакультура должна устойчиво развиваться, с тем чтобы более полно удовлетворялся мировой спрос на пищевую продукцию из водных биоресурсов, особенно в регионах с дефицитом продовольствия, и при этом создавались новые или гарантированно сохранялись существующие источники дохода и рабочие места. Для решения этой задачи необходимо модернизировать руководство сектором за счет повышения эффективности планирования, правовых и институциональных механизмов и мер политики. ФАО и ее партнеры должны сосредоточить внимание на удовлетворении неотложной потребности в разработке и передаче инновационных технологий и передовых методов, которые позволят создать эффективные, устойчивые и стабильные предприятия. Продолжение преобразования аквакультуры важно для большинства регионов, но особенно для регионов с высоким уровнем отсутствия продовольственной безопасности; задача состоит в том, чтобы к 2030 году увеличить общемировое производство продукции сектора на 35–40 процентов, в зависимости от национального и регионального контекста.

Бесспорно, важнейшей целью "голубой" трансформации является эффективная эксплуатация всех рыбных ресурсов. При эффективном управлении ресурсы рыболовства восстанавливаются и становятся все более устойчивыми. Для достижения этой цели ФАО и ее партнеры должны применять и распространять эффективные системы управления рыболовством, которые восстанавливают здоровье и продуктивность экосистем и предполагают использование эксплуатируемых ресурсов в границах экосистем. В число соответствующих мер входит наращивание глобального потенциала для регулярного сбора, анализа и оценки данных, которые могут использоваться при принятии решений с учетом издержек, особенно в регионах с нехваткой данных и слабым потенциалом. При этом достигаются и более масштабные социальные результаты, так как осуществляются действия и инициативы, направленные на обеспечение равноправного доступа к средствам к существованию, и внедряются системы совместного управления, обеспечивающие доступ мелких производителей к ресурсам и услугам.

Модернизированные производственно-сбытовые цепочки позволяют государственным и частным субъектам, включая потребителей, сокращать объемы потерь и порчи продовольствия, вести деятельность более прозрачно, получать более широкий доступ к прибыльным рынкам и внедрять новые цифровые инструменты. Субъекты производственно-сбытовых цепочек пищевой продукции из водных биоресурсов все активнее применяют эти средства, которые получили значительно более широкое распространение в связи с проблемами, возникшими вследствие пандемии COVID-19. Помимо этого, модернизация производственно-сбытовых цепочек дает возможность увеличивать глубину переработки пищевой продукции, разнообразить ее, получать от нее более высокую прибыль за счет повышения производственного потенциала сектора. Не менее важно распространять информацию о здоровом питании с учетом интересов широкого круга сторон, для чего нужны программы и инициативы, повышающие осведомленность потребителей и призванные увеличить доступность здоровой, безопасной и питательной продукции из водных биоресурсов, в том числе в районах с низким уровнем продовольственной безопасности и питания.

На пути к "голубой" трансформации

В части 2 «На пути к "голубой" трансформации» рассматриваются новые и имеющиеся знания, инструменты и практические методы, которые служат катализатором преобразований сектора в последние 25 лет, и приводятся примеры, которые уже сейчас приносят результаты, предусмотренные концепцией "голубой" трансформации. В ней описывается, как "голубая" трансформация может помочь членам ФАО и международному сообществу в целом максимально увеличить вклад систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов в достижение целей в области устойчивого развития. По прогнозам ФАО, при надлежащей поддержке системы производства пищевой продукции из водных биоресурсов могут обеспечить 25 процентный рост потребления продукции из водных биоресурсов на душу населения к 2050 году на принципах устойчивости. Организация твердо намерена совместно с членами ФАО, партнерами и заинтересованными сторонами осуществлять концепцию "голубой" трансформации в интересах обеспечения продовольственной безопасности и питания населения планеты, численность которого в 2050 году достигнет десяти млрд человек. В данном разделе приведены краткие сведения о мерах, которые могут обеспечить успех этой совместной работы.

Интенсификация и расширение устойчивого производства продукции аквакультуры

Цели и задачи

Неоспоримо, что аквакультура играет важнейшую роль в обеспечении продовольственной без опасности и питания в мире и в сокращении разрыва между спросом на пищевую продукцию из водных биоресурсов и предложением этой продукции[3]. Ожидается, что повышение производительности и модернизация сектора, интенсификация производства и расширение экономического и географического доступа к выращиваемой в искусственных условиях продукции из водных биоресурсов[3] помогут повысить положительное влияние сектора на источники средств к существованию и занятость. По прогнозам, к 2030 году производство пищевой продукции из водных биоресурсов возрастет еще на 15 процентов (ОЭСР и ФАО, 2021), и широко признается, что этот рост будет в первую очередь связан с развитием аквакультуры. Но этот рост не должен быть сопряжен с уроном для здоровья водных экосистем, увеличением загрязнения, снижением благополучия животных, биоразнообразия и социального равенства. Чтобы избежать такого ущерба, необходимы новые устойчивые и построенные на равноправии стратегии развития аквакультуры.

Развитие аквакультуры должно стать одним из главных приоритетов, особенно в регионах, где потенциал роста сектора остается в значительной мере недоиспользованным. Инициатива "Голубая трансформация", к осуществлению которой ФАО приступила после принятия в 2021 году Декларации КРХ об устойчивости рыболовства и аквакультуры (ФАО, 2021b), является приоритетным направлением, обозначенным в Стратегической рамочной программе Организации на 2022–2031 годы. В Шанхайской декларации по итогам Глобальной конференции по аквакультуре (GCA, 2021), организованной ФАО, Сетью центров по аквакультуре в Азиатско-Тихоокеанском регионе и Министерством сельского хозяйства и сельских районов Китая, также подчеркивается ключевая роль аквакультуры. В этих декларациях признается необходимость интенсификации усилий по использованию всех возможностей и решению нерешенных проблем в области развития, с которыми сталкивается аквакультура, с тем чтобы обеспечить ее устойчивое развитие и полностью реализовать ее потенциал.

Инициатива "Голубая трансформация" реализуется со следующими целями: i) расширение разработки и внедрения устойчивых систем аквакультуры; ii) обеспечение интеграции аквакультуры в стратегии в области развития и продовольственную политику национальных, региональных и глобальных масштабов; iii) содействие тому, чтобы предприятия аквакультуры удовлетворяли растущий спрос на пищевую продукцию из водных биоресурсов и создавали условия для инклюзивного обеспечения средств к существованию; и iv) расширение возможностей для разработки и внедрения инновационных технологий и методов регулирования на всех уровнях в интересах повышения эффективности и устойчивости аквакультуры как отрасли.

В этом разделе приводится критический анализ ряда фундаментальных проблем, которые необходимо решить для выполнения обязательств в рамках "Голубой трансформации" (врезка 8); эти проблемы касаются систем производства продукции аквакультуры, систем общего руководства, инноваций и потребностей в наращивании потенциала.

ВРЕЗКА 8 ТРАНСФОРМАЦИЯ АКВАКУЛЬТУРЫ В АЗИИ

В 2021 году в Южной, Юго-Восточной и Восточной Азии в совокупности было произведено 88 процентов мирового объема продукции аквакультуры, не считая водных растений, причем более 80 процентов этого объема пришлось на долю малых предприятий. Этот факт необходимо учитывать при разработке и пересмотре мер политики в отношении глобальных продовольственных систем.

В последние десятилетия Азия добилась ощутимого прогресса в области исследований, технологий, биобезопасности, пространственного планирования, цифровизации, образования и обучения в сфере аквакультуры. Развитие аквакультуры в Азии стало результатом государственной политики, направленной на поддержку развития инфраструктуры, прочных деловых связей и конструктивного сотрудничества заинтересованных сторон и партнеров. Однако были и ситуации, когда развитие не регулировалось, интенсификация производства осуществлялась неустойчивыми методами, а политика в области регулирования была неэффективной. Опыт таких ситуаций следует учесть при решении проблем в будущем. Аквакультура в регионе призвана решать задачи по обеспечению продовольствием растущего населения на фоне нехватки природных ресурсов и утраты биоразнообразия. Кроме того, необходимо адаптировать сектор к воздействию изменения климата и повышать жизнестойкость систем. С точки зрения демографии предприятиям аквакультуры придется решать проблемы старения рабочей силы на селе и оттока населения в города путем привлечения квалифицированной и технически грамотной молодежи.

Важнейшей задачей для трансформации в аквакультуре в Азии станет обеспечение баланса между общественными благами и экологической устойчивостью. Многие инновационные решения в настоящее время направлены только на высокоценные виды, но чтобы обеспечить равноправие и не оставить никого без внимания, необходимы также новаторские решения, ориентированные на низкотрофные и недорогостоящие водные виды. Специалисты по аквакультуре, как правило, обращают основное внимание на технологии, но необходимо обратить дополнительное внимание на производственно-сбытовые цепочки и социально-экономические аспекты – такие как страхование или социальная защита наиболее уязвимых групп населения. Можно выделить девять приоритетных тем трансформации в аквакультуре в Азии (см. таблицу).

ПРИОРИТЕТНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ТРАНСФОРМАЦИИ АКВАКУЛЬТУРЫ В АЗИИ

ИСТОЧНИК: ФАО.

ФАО создала Региональную техническую платформу по аквакультуре в Азии, которая служит площадкой для демонстрации инноваций, способствующих расширению масштабов трансформации в аквакультуре в Азиатском регионе и во всем мире[1].

[1] Дополнительную информацию см. по адресу: www.fao.org/asiapacific/perspectives/rtp-aquaculture/en

Улучшение производственных систем

Для расширения устойчивой аквакультуры потребуются дополнительные технические новшества, поддержка на уровне политики и стимулы во всех сегментах производственно-сбытовых цепочек, включая такие сферы, как доступ к воде, оптимизация пропускной способности, выбор и распределение зон для размещения объектов аквакультуры, упрощение процедур лицензирования в сочетании с передовыми подходами к охране окружающей среды и мониторингом, наличие обученной и квалифицированной рабочей силы, производство качественных кормов и генетического материала, регулирование использования химикатов и антибиотиков, а также строгие протоколы биобезопасности. Ниже приведены примеры мероприятий в области политики и техники, которые ФАО проводит в целях осуществления инициативы "Голубая" трансформация " и совершенствования систем производства продукции аквакультуры.

Рекомендации по устойчивой аквакультуре

По поручению девятой сессии Подкомитета по аквакультуре Комитета ФАО по рыболовству (ПКА КРХ) Организация с 2017 года проводила глобальные и региональные консультации с целью сбора эффективных инициатив в интересах повышения устойчивости аквакультуры и объединения этих инициатив в Рекомендации по устойчивому развитию аквакультуры (РУРА). В процессе подготовки Рекомендаций изучались тенденции в области политики и науки, технические новшества и опыт, полученный в различных регионах, странах и контекстах. Были проанализированы действующие руководящие документы национального и международного уровней, что позволило выявить пробелы и обеспечить актуальность информации, признавая проблемы, потребности и ожидания конкретных государств. Цель РУРА – помочь странам более скрупулезно соблюдать положения Кодекса ведения ответственного рыболовства (Кодекс), и, в частности, статьи 9 («Развитие аквакультуры»), привлекать предприятия сектора аквакультуры к осуществлению Повестки дня на период до 2030 года и создавать возможности для их эффективного участия в этом процессе и в коллективном построении будущего устойчивой аквакультуры.

Кроме того, во исполнение просьбы членов КРХ разработать практическое руководство по устойчивому развитию аквакультуры с опорой на обширную информацию и доклады экспертов, представленные в рамках подготовки РУРА, Секретариат ПКА КРХ подготовил документ "Преобразование аквакультуры в интересах наращивания ее вклада в достижение ЦУР: важнейшие взаимосвязанные действия в помощь директивным органам и специалистам-практикам". Это практическое руководство, предназначенное для лиц, отвечающих за разработку политики, и специалистов-практиков, занятых во всех сегментах производственно-сбытовой цепочки аквакультуры, включая этапы подготовки к выращиванию, доращиванию и обработке после вылова. Предполагается, что это будет гибкий документ, который может быть адаптирован странами в соответствии с их конкретными потребностями и приоритетами. Он должен регулярно обновляться с учетом достижений науки, технических новшеств и полученного опыта. Ожидается, что РУРА и практическое руководство будут представлены для рассмотрения членами ФАО и вынесения дальнейшего решения на одиннадцатой сессии ПКА КРХ.

ВРЕЗКА 9 ГЛОБАЛЬНЫЙ ПЛАН ДЕЙСТВИЙ В ОБЛАСТИ ВОДНЫХ ГЕНЕТИЧЕСКИХ РЕСУРСОВ ДЛЯ ПРОИЗВОДСТВА ПРОДОВОЛЬСТВИЯ И ВЕДЕНИЯ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА

В 2019 году Комиссия по генетическим ресурсам для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства (КГРПСХ) поручила ФАО подготовить Глобальный план действий (ГПД) по сохранению, устойчивому использованию и развитию водных генетических ресурсов для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства (ВГР), нацеленный на удовлетворение потребностей и решение проблем, выявленных в ходе первой в истории оценки состояния ВГР в мире[1]. ГПД представляет собой механизм, направленный на оптимизацию вклада ВГР в продовольственную безопасность и сокращение масштабов нищеты на местном, национальном и международном уровнях посредством рациональной и устойчивой эксплуатации этих важнейших ресурсов. ГПД должен носить добровольный характер, предполагать возможность совместных действий и осуществляться в соответствии с потребностями и приоритетами членов ФАО.

План был подготовлен в ходе консультаций с членами ФАО, КГРПСХ и Комитетом по рыбному хозяйству, а также их соответствующими вспомогательными органами. Окончательный вариант ГПД был представлен на рассмотрение восемнадцатой очередной сессии КГРПСХ и в сентябре 2021 года одобрен ею, а затем был принят Советом ФАО в декабре 2021 года.

В изучении водных и наземных генетических ресурсов первоочередное внимание уделяется разным аспектам. В ГПД определяет четыре приоритетных направления действий (см. рис.) исходя из специфических характеристик ВГР, выявленных в ходе глобальной оценки.

По каждому направлению поставлена долгосрочная цель и сформулирован ряд стратегических приоритетов; для каждого стратегического приоритета также сформулированы цель и ряд конкретных действий, которые должны быть предприняты. В совокупности в ГПД сформулирован 21 стратегический приоритет и предусмотрены почти 100 соответствующих действий.

Основная ответственность за осуществление ГПД лежит на странах, но ФАО будет играть важную роль в предоставлении технической поддержки и координировать мониторинг прогресса в достижении его целей. Мониторинг должен основываться в первую очередь на количественных показателях, многие из которых формируются с помощью AquaGRIS, глобальной информационной системы ФАО по ВГР[2]. Широкомасштабная реализация действий, актуальных для стран, предусмотренных ГПД, с учетом последней информации, которую можно получить через AquaGRIS, может сыграть поистине преобразующую роль в эксплуатации культивируемых видов в долгосрочной перспективе. Своевременность разработки и принятия данного инструментария и соответствующих руководств и методов реализации создают условия для продвижения важнейших мер по обеспечению сохранения ВГР, а также по повышению устойчивости использования и ускорению развития этих важнейших ресурсов.

ЧЕТЫРЕ ПРИОРИТЕТНЫХ НАПРАВЛЕНИЯ РАБОТЫ В РАМКАХ ГЛОБАЛЬНОГО ПЛАНА ДЕЙСТВИЙ В ОБЛАСТИ ВОДНЫХ ГЕНЕТИЧЕСКИХ РЕСУРСОВ

[1] FAO. 2019. The State of the World’s Aquatic Genetic Resources for Food and Agriculture. FAO Commission on Genetic Resources for Food and Agriculture assessments. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/CA5256EN/CA5256EN.pdf).

[2] FAO. 2021. Aquatic Genetic Resource Information database См.: FAO. Доступно онлайн [по состоянию на 30 марта 2022 г.] www.fao.org/fishery/aquagris/home

ИСТОЧНИК: ФАО.

Генетическое улучшение в рамках селекционных программ

Генетическое улучшение культивируемых видов – это мощное средство повышения эффективности производства продукции в секторе аквакультуры и уменьшения ее экологического следа (Houston et al., 2020), в частности, за счет снижения потребности в кормах, земле и воде на единицу продукции. Большинство используемых в аквакультуре видов, независимо от таксона, имеют две ключевые особенности: высокий уровень внутривидового генетического разнообразия и высокую плодовитость. Эти особенности позволяют проводить интенсивную селекцию и добиваться значительного генетического прироста по коммерчески важным признакам (ФАО, 2019a). Однако будучи относительно новой отраслью, аквакультура пока добилась существенно меньших успехов, чем другие отрасли пищевой промышленности (животноводства и растениеводства), где благодаря постоянной интеграции методов генетики в селекционные программы и системы поставок генетического материала выводятся и выращиваются тысячи улучшенных пород и сортов. Повсеместному внедрению генетических инструментов в системы производства генетического материала в аквакультуре препятствуют различные факторы, например: слабая изученность свойств, рисков и преимуществ как традиционных методов, так и молекулярных технологий нового поколения; ограниченные возможности их применения ввиду отсутствия инфраструктуры, инвестиций и/или человеческих ресурсов; недостаток научно обоснованных, эффективно регулируемых, долгосрочных программ селекционного разведения; а также недостаточно широкое взаимодействие с частным сектором. Необходимо уделять первоочередное внимание решению этих проблем при разработке национальных и региональных стратегий и мер политики в отношении обеспечения сектора генетическим материалом. Ускорение разработки и внедрения средств генетического улучшения культивируемых типов, используемых в аквакультуре, с акцентом на селекционное разведение – одно из четырех приоритетных направлений, обозначенных в разработанном ФАО глобальном плане действий в области водных генетических ресурсов для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства (ВГР) (врезка 8).

Биобезопасность и борьба с болезнями

Интенсификация аквакультуры и глобализация торговли продуктами из водных биоресурсов привели к появлению и повторному возникновению инфекционных заболеваний, представляющих собой серьезную экономическую и экологическую проблему для общества. Учитывая, что для функционирования сектора необходим импортный (и произведенный внутри стран) генетический материал, а с помощью санитарной сертификации, пограничных досмотров и других основанных на оценке риска мер контроля защитить популяции водных организмов не удается, нужно изменить парадигму поддержания здоровья водных организмов и биобезопасности. Десятая сессия Подкомитета КРХ по аквакультуре одобрила и высоко оценила методику поэтапного решения проблемы биобезопасности в аквакультуры (МПР БА) (ФАО, 2019b), документ, разработанный с учетом рисков и предполагающий поэтапную работу в духе сотрудничества с опорой на управленческий потенциал и использованием подходов "снизу вверх" и "сверху вниз" (врезка 10). Этот документ, разработанный с опорой на фактические данные и предполагающий применение в качестве вспомогательного инструмента регулярных прозрачных обзоров, можно адаптировать с учетом разнообразия систем аквакультуры, видов, масштабов и целей производства, а также природных и антропогенных изменений, влияющих на производство продукции (ФАО, 2020c).

ВРЕЗКА 10 МЕТОДИКА ПОЭТАПНОГО ПОВЫШЕНИЯ БИОБЕЗОПАСНОСТИ В АКВАКУЛЬТУРЕ

Методика поэтапного повышения биобезопасности в аквакультуре (МПП БА) – новаторская инициатива, которую ФАО и партнеры начали осуществлять в 2018 году. Она была разработана в дополнение к подходу "контроль за постепенным продвижением" (КПП), который был принят на международном уровне для оказания помощи странам в разработке систем планирования и мониторинга стратегий снижения риска в целях борьбы с основными болезнями домашнего скота и зоонозов, ликвидации и искоренения этих болезней. Этот поэтапный подход позволяет ставить реалистичные цели по борьбе с болезнями и достигать этих целей.

МПП БА призвана укрепить потенциал в области обеспечения биобезопасности аквакультуры путем использования существующих механизмов и возможностей и соответствующих инструментов с применением подходов, основанных на оценке рисков, и взаимодействием государственного и частного секторов. В контексте МПП БА под биобезопасностью понимается "экономически эффективное управление рисками для аквакультуры, создаваемыми патогенными микроорганизмами, достигаемое благодаря стратегическому подходу на уровне предприятий, национальном и международном уровнях при совместной ответственности государственного и частного секторов"[1]. МПП БА реализуется в четыре этапа (см. рис.), для каждого из которых установлены цель, основные результаты и показатели.

Страны могут начать применение МПП БА на гибкой основе, независимо от уровня развития аквакультуры (высокий уровень или первые этапы). Например, по отдельности или совместно могут быть применены следующие сценарии:

- ▸Сценарий 1. В стране отсутствует национальная стратегия по биобезопасности в аквакультуре, однако существует сектор аквакультуры либо начинается развитие аквакультуры.

- ▸Сценарий 2. В стране в разной степени реализуется национальная стратегия по биобезопасности в аквакультуре.

- ▸Сценарий 3. В стране в полном масштабе реализуется современная стратегия биобезопасности в аквакультуре.

- ▸Сценарий 4. Страны, имеющие общие водные объекты или трансграничные водоразделы, в котором действует региональная или субрегиональная стратегия биобезопасности в аквакультуре или находится на этапе развития.

ЧЕТЫРЕ ЭТАПА МЕТОДИКИ ПОЭТАПНОГО ПОВЫШЕНИЯ БИОБЕЗОПАСНОСТИ В АКВАКУЛЬТУРЕ (МПП БА)

МПП БА построена на принципах оценки рисков, сотрудничества и поэтапной реализации; кроме того, в ее основе лежит глубокое понимание эпидемиологической триады, показывающей взаимосвязь между патогеном и восприимчивой водной популяцией в соответствующей среде, в которой есть условия для передачи патогена и распространения болезни в популяции.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Страны могут опираться на МПП БА, чтобы обеспечивать устойчивую биобезопасность в системах аквакультуры и управления здоровьем, разрабатывая основанные на оценке рисков, на принципах поэтапной реализации и сотрудничества процессы на региональном, национальном, местном, секторальном уровнях и на уровне предприятий. Использование методики позволяет привлекать заинтересованные стороны и добиваться их ответственного отношения к процессу, улучшать здоровье и повышать производительность водных организмов, а также предотвращать или сокращать распространение и воздействие включенных в соответствующие перечни заболеваний.

МПП БА разработана как гибкий комплексный инструмент, позволяющий учитывать сложность и многообразие сектора аквакультуры. Этот подход может применяться как страной – для управления рисками в любом секторе аквакультуры, независимо от вида, окружающей среды, системы производства, стратегии управления или размера предприятия, – так и хозяйством, желающим обеспечить определенный класс биобезопасности аквакультуры для конкретного вида.

[1] FAO. 2020. Report of the Progressive Management Pathway for Improving Aquaculture Biosecurity (PMP/AB): First Technical Working Group Meeting, Rome, 20–22 March 2019. FAO Fisheries and Aquaculture Report No. 1322. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/cb0582en).

Для поиска, изучения и управления факторами риска на всех этапах производства – от источника генетического материала и объектов, на которых осуществляется доращивание рыбы, до рынков – важно принять подход, построенный на анализе критических контрольных точек и учете рисков, возникающих в производственносбытовой цепочке. Предлагается передовой подход к обеспечению общей биобезопасности, включающий десять составляющих: знание о выращиваемых видах, знание об используемой системе, знание о патогенах, которым подвержена выращиваемая рыба, знание путей заражения, использование здорового генетического материала, рациональные подходы к разведению, разумное использование противомикробных препаратов, соблюдение требований по безопасности пищевых продуктов, уважение к окружающей среде и наличие плана биобезопасности.

Для соблюдения принципа сотрудничества необходимо взаимодействие с заинтересованными сторонами (в том числе с мелкими производителями). Органы по вопросам рыболовства и ветеринарии (включая работающих в секторе аквакультуры специалистов по здоровью и ветеринаров) должны взаимодействовать и совместно поддерживать здоровье водных видов. При этом широко разделяется ответственность за регулирование рисков[4] на основе активного привлечения заинтересованных сторон и принятия ими долгосрочных обязательств. Руководствуясь МПР БА, состоящей из четырех этапов, каждая страна и/или сектор аквакультуры каждой территории получает возможность оценить риск и приоритеты для своих предприятий, и страны могут решать, как быстро им следует действовать и на каком этапе целесообразно остановиться.

Один из ключевых тезисов Глобальной конференции по аквакультуре 2020 года созвучен давно известному высказыванию "болезнь легче предупредить, чем лечить". Акцент на профилактике проблем, включая устойчивость к противомикробным препаратам, является признаком зрелости отрасли. Основные меры включают использование чистого генетического материала в сочетании с применением рациональных подходов к разведению и стратегий биозащиты, а также снижение стресса и повышение здоровья водной среды. Профилактическое принятие мер биобезопасности гораздо менее затратно, чем реагирование на вспышки, и такие меры должны стать неотъемлемым элементом развития аквакультуры во всех странах, где производится продукция сектора. Для производства здоровых, питательных и жизнестойких культивируемых организмов важны эффективные меры биобезопасности, качественный генетический материал и качественное питание (ФАО, 2020d).

Эффективное регулирование в интересах расширения аквакультуры

"Голубая" трансформация аквакультуры невозможна без эффективных систем регулирования. Признание важности эффективного регулирования отражено в статье 9.1.1. Кодекса, которая требует, чтобы государства "создавали, поддерживали и развивали надлежащие правовые и административные механизмы, содействующие ответственному развитию аквакультуры".

Эффективное регулирование аквакультуры создает условия для повышения ее вклада в достижение соответствующих ЦУР за счет производства более питательных продуктов из водных биоресурсов; создания рабочих мест и источников средств к существованию, увеличения поступлений в государственную казну в виде налогов и дохода от валютных операций; повышения доли аквакультуры в национальной экономике (напрямую через ВВП и косвенно – через воздействие на другие секторы); а также за счет более рационального природопользования путем снижения интенсивности вылова дикой рыбы и расширения возможностей для ответственного использования и охраны природных ресурсов, таких как земля, вода, прибрежные места обитания и живые водные ресурсы.

В последние десятилетия ряд стран повысили эффективность регулирования сектора, для чего, в частности, ввели в действие предсказуемые, прозрачные, справедливые и применимые на практике правовые и институциональные механизмы, ориентированные на все сегменты производственно-сбытовой цепочки. Используются экономические стимулы, ориентированные на более широкое распространение передовых методов и создание условий, в которых производители могут разрабатывать, развивать и внедрять методы самоуправления, а также на расширение возможностей для развития устойчивых производственных систем (Hishamunda, Ridler and Martone, 2014; ФАО, 2017с). Стремление получить доступ к прибыльным международным и внутренним рынкам также побуждает все большее число фермеров соблюдать требования и стандарты, являющиеся условием для такого доступа, в том числе применять схемы сертификации продукции аквакультуры (Curtis et al., готовится к публикации).

При этом во многих странах ситуация в области регулирования аквакультуры остается проблематичной. Отсутствующая или ограниченная подотчетность государственного и частного секторов, неэффективное правоприменение (при наличии нормативных актов), некачественное планирование (результатом которого становятся конфликты из-за мест размещения хозяйств, вспышки заболеваний и ухудшение состояния экосистемы) и неспособность устранять негативное воздействие систем аквакультуры на окружающую среду и благополучие населения формируют у населения отрицательное отношение и недоверие к отрасли. Положение усугубляется отсутствием механизмов регулирования, направленных непосредственно на аквакультуру. Существующие механизмы регулирования зачастую носят фрагментированный характер и представляют собой конструкции, построенные на основе механизмов, используемых различными ведомствами, например, занимающимися вопросами рыболовства, сельского хозяйства, водных ресурсов, лесного хозяйства, окружающей среды, торговли или морскими вопросами. Следствием того, что сектор регулируется разрозненными мерами политики и нормативными актами, а ответственность за его регулирование передается разным институтам, становятся неэффективность, ограниченная возможность или полная невозможность применения и, следовательно, неудовлетворительное функционирование механизмов регулирования. Стремительный рост сектора вынуждает страны адаптировать институциональную и правовую базу к меняющейся ситуации, а в ряде юрисдикций, где аквакультура не играет важной роли в экономике и жизни общества, руководству сектором практически не уделяется внимания. Еще одной проблемой в сфере регулирования стали высокие затраты фермеров, соблюдающих нормы и требования, включая потребительские стандарты, следствием чего иногда становится отказ от соблюдения соответствующих требований, особенно среди мелких производителей.

Директивные органы должны обсудить, как можно создать прочную правовую и институциональную базу с признанием аквакультуры как отдельного сектора экономики. Крайне важно обеспечивать соблюдение требований, поэтому правила и нормы должны быть выполнимыми и доступными для фермеров и других субъектов. Таким же образом системы лицензирования должны быть эффективными и прозрачными, и вопросам аквакультуры необходимо уделять внимание при разработке планов в области использования ресурсов и развития. Более того, безопасность и качество продукции аквакультуры должны соответствовать национальным, региональным и глобальным стандартам. Наконец, необходимо совершенствовать управление аквакультурой так, чтобы оно способствовало ее развитию и устойчивому росту, при этом предотвращая вредное воздействие (Curtis et al., готовится к публикации) и повышая вклад сектора в решение задач по достижению ЦУР. Последнее особенно важно, учитывая, что в последнее десятилетие повышение качества регулирования аквакультуры приводило к росту производительности и качества продукции, но сопровождалось снижением темпов роста производства[5].

Чтобы сектор активнее участвовал в достижении ЦУР, необходимо и далее наращивать уже и сейчас весомый вклад мелких и средних производителей (МСП) в устойчивое развитие аквакультуры и создавать стимулы и условия для того, чтобы МСП интенсифицировали и развивали производство.

Для интенсификации и развития аквакультуры необходимы существенные объемы финансирования и инвестиций (см. раздел "Инвестиции в аквакультуру в интересах "голубой" трансформации"). Органы управления должны устранить ограничения для финансирования и инвестиций путем создания благоприятной среды и в целом более привлекательных для инвесторов и кредитных учреждений стимулов. Помимо вышеперечисленного, для расширения аквакультуры требуются дополнительные природные ресурсы, в первую очередь земля и вода, что может привести к возникновению или обострению экологических и социальных конфликтов, связанных с конкурирующими видами использования этих ресурсов. Чтобы не только налаживать сотрудничество между конкурирующими пользователями, но и помогать предотвращать или смягчать конфликты между ними, при этом создавая условия для развития сектора, следует использовать такие эффективные инструменты, как зонирование и комплексное планирование развития прибрежных районов. В странах, испытывающих нехватку земельных, пресноводных и прибрежных ресурсов, пригодных для развития морской аквакультуры и аквакультуры во внутренних водоемах, для развития сектора необходимо внедрять такие инновационные технические решения, как береговые, рециркуляционные и прибрежные системы. Не менее важна диверсификация, которая помогает снижать риски неурожая и повышать устойчивость хозяйств. Кроме того, производители аквакультуры должны использовать цифровые и информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) и достижения в области робототехники (см. раздел "Цифровизация в аквакультуре: регулирование и технологии").

Инвестиции в аквакультуру в интересах "голубой" трансформации

Для стимулирования развития, интенсификации и расширения аквакультуры необходимы целенаправленные, устойчивые инвестиции. Только целенаправленные инвестиции в производственно-сбытовую цепочку сектора позволят раскрыть потенциал сектора (Aquatic Network, 2021), особенно в регионах со слаборазвитой аквакультурой, таких как страны Африки к югу от Сахары, Латинская Америка и Карибский бассейн и Южная Азия. В регионах с развитым сектором аквакультуры (например, в Восточной и Юго-Восточной Азии) масштабные инвестиции в первую очередь необходимы для того, чтобы сделать аквакультуру более экологичной и повысить ее устойчивость к климатическим, биологическим и финансовым рискам.

Чтобы осуществлять стратегически ориентированные, стойкие к рискам, устойчивые, климатически оптимизированные и перспективные с финансовой точки зрения инвестиции в расширение аквакультуры в интересах "голубой" трансформации, потребуются эффективные механизмы регулирования на всех уровнях, которые будут создавать благоприятные условия для таких инвестиций. Неотъемлемым элементом этих механизмов должна быть эффективная стратегическая и нормативно-правовая база, которая поможет создать благоприятные условия для инвестиций в экологически и социально устойчивую, экономически рентабельную аквакультуру со справедливым распределением выгод (см. раздел "Эффективное регулирование в интересах расширения аквакультуры"). Важность такой базы можно показать на примере разведения морских водорослей. Предприятия по их выращиванию привлекают растущее внимание как субъекты "восстановительной аквакультуры" (The Nature Conservancy, 2021), обеспечивающей масштабные экосистемные услуги и ощутимые социально-экономические выгоды (Cai et al.). Однако громоздкие бюрократические процессы лицензирования операций в секторе аквакультуры и недостаточное признание реальной ценности экосистемных услуг по выращиванию морских водорослей зачастую препятствуют инвестициям в развитие подобной природосберегающей аквакультуры.

Для "голубой" трансформации систем производства продукции из водных биоресурсов необходимы финансовые и страховые услуги на местном, национальном, региональном и глобальном уровнях. Для стимулирования инвестиций в "голубые" технологии, которые помогают улучшать состояние окружающей среды и обеспечивать экосистемные услуги с помощью предприятий по разведению морских водорослей и других субъектов восстановительной аквакультуры необходимы инновационные рыночные механизмы, такие как углеродные и азотные квоты, "голубые" облигации и "зеленое" финансирование (Jones, 2021). ФАО разработала Рекомендации по "голубому" финансированию (ФАО, 2020d), в которых освещаются такие темы, как страхование мелких предприятий в секторе рыболовства и аквакультуры, "голубые" облигации, смешанное финансирование, инвестиции в социальные изменения и микрофинансирование маломасштабного промысла. Их задача – предоставить государственным, негосударственным, частным и публичным субъектам информацию, ресурсы и конкретные способы получения финансовых услуг.

Частные инвестиции безусловно играют важнейшую роль в развитии аквакультуры в мире (Brummett, Cai and Marttin, 2017), но государственные инвестиции могут дать толчок к развитию бизнеса в этой сфере производителям, располагающим ограниченными ресурсами (МФСР, 2018), и имеют решающее значение для устранения сбоев в функционировании рынков, связанных с недостаточностью частных инвестиций в общественные блага (например, в инфраструктуру, улучшение генетических ресурсов, биобезопасность, технические новшества и развитие рынков). Однако отсутствие рыночных механизмов, на которые можно ориентироваться при планировании государственных инвестиций, снижает их эффективность. Несмотря на крупные вложения в инфраструктуру и услуги в области рыболовства и аквакультуры, помогающие решать задачи по развитию этих отраслей, но требования и потребности заинтересованных сторон в секторе удовлетворяются далеко не всегда. Часть объектов инфраструктуры, особенно относящихся к рынкам и инкубаторам, со временем перестают функционировать, простаивают или так и не начинают работать, не удовлетворяют конкретным критериям для устойчивого развития аквакультуры.

Чтобы за счет устойчивого развития аквакультуры создавались материальные блага, необходимо обеспечивать полный спектр ресурсов и разрабатывать полноценные системы регулирования. Для развития сектора нужно не только учитывать основные биологические и экологические аспекты его функционирования, но и создавать благоприятные экономические и социальные условия и обеспечивать доступ к основным объектам инфраструктуры и услугам. В отдаленных районах, не имеющих доступа к рынкам, дорогам и общественному транспорту, коммуникационных сетей, электричества, питьевой воды, канализации и учреждений здравоохранения, объ екты аквакультуры не могут функционировать успешно. В то же время важно избегать конфлик тов из-за ресурсов, поскольку население и юрисдикции с более широким доступом к инфра структуре могут подпадать под влияние различных заинтересованных групп, в первую очередь имеющих легкий доступ к капиталу, что потенциально может создавать проблемы с распреде лением затрат и выгод. Поэтому при планировании и наращивании инвестиций в интересах со здания материальных благ необходимо консультироваться со всеми заинтересованными сторонами, иметь четкое представление о том, кем и во что вкладываются средства, и в полной мере соблюдать интересы местного населения (Menezes, Eide and Raakjær, 2011) (врезка 11).

ВРЕЗКА 11 МОРСКАЯ АКВАКУЛЬТУРА

В условиях растущей конкуренции за прибрежные районы морей растет интерес к возможности развития аквакультуры в более глубоких водах[1], дальше от берега и, как правило, в районах с более сильными течениями[2]. В странах с развитой аквакультурой, таких как Норвегия, Турция и Китай, а также в странах, где этот сектор менее развит, таких как Панама и Соединенные Штаты Америки, уже началось развитие коммерческой морской аквакультуры с разведением ценных морских рыб и лососевых. Развивая морские системы аквакультуры, можно добиться более ощутимого эффекта экономии за счет масштабов. Правильно расположенные объекты оказывают гораздо менее значительное воздействие на качество воды, субстрат и бентические организмы, обитающие на донных отложениях или в них и несут меньшие операционные риски в связи с выращиванием. При этом в выборе места расположения объектов необходима тщательная оценка.

Число субъектов морской аквакультуры остается ограниченным в силу необходимости крупных капиталовложений для приобретения оборудования и достаточного количества корма для удовлетворения потребностей больших объемов выращиваемой в море рыбы. Для поддержания роста отрасли также необходимо тщательно структурированное финансирование. Кроме того, вследствие расширения применения технологий в аквакультуре с применением морских садков снижается потребность в рабочей силе на тонну продукции по сравнению с прибрежной или береговой аквакультурой. В результате сокращаются возможности для трудоустройства неквалифицированных работников и рабочих средней квалификации. Но средние и мелкие производители в богатых питательными веществами водах могут разводить виды, не требующие откорма, такие как морские водоросли и двустворчатые моллюски, поскольку оборудование для их выращивания обходится дешевле, кроме того, в таком производстве исключаются затраты на корма.

Отраслевые и регулирующие органы должны обеспечивать надлежащий мониторинг[3] и грамотное регулирование экологических и социальных последствий морского рыбоводства. FКак для оценки последствий увеличения масштабов деятельности на более глубоководных участках, так и для более точного прогнозного моделирования воздействия необходим дальнейший анализ. Также необходимо в полной мере понимать преимущества выращивания видов, не требующих откорма, связанные с поглощением питательных веществ и твердых частиц, поглощением углерода и с увеличением биоразнообразия за счет устройства объектов морской аквакультуры, обеспеченных надлежащим оборудованием.

Расширение морской аквакультуры может внести значительный вклад в достижение глобальных целей в области производства продовольствия, повышая доступность пищевых продуктов из водных биоресурсов для потребителей и снижая производственные затраты, а значит, возможно, и рыночные цены. В число широкого спектра социальных выгод могут входить улучшение качества питания, снижение интенсивности вылова запасов дикой рыбы и уменьшение зависимости от продукции наземного животноводства в контексте удовлетворения растущей потребности в животном белке.

[1] Аквакультура считается "морской", если, среди прочего, объект находится в воде на расстоянии более 2 км от побережья, на глубине более 50 м, с волнами высотой не менее 5 м, переменными ветрами и сильными течениями, и если такой объект требует дистанционного обслуживания.
Полное определение см. в публикации: Lovatelli, A., Aguilar-Manjarrez, J. & Soto, D., eds. 2013. Expanding mariculture farther offshore: Technical, environmental, spatial and governance challenges. FAO Technical Workshop, 22–25 March 2010, Orbetello, Italy. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i3530e/i3530e00.htm).

[2] Gentry, R.R., Froehlich, H.E., Grimm, D., Kareiva, P., Parke, M., Rust, M., Gaines, S.D. & Halpern, B.S. 2017. Mapping the global potential for marine aquaculture. Nature Ecology and Evolution, 1: 1317–1324. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1038/s41559-017-0257-9).
Kim, J.K., Stekoll, M. & Yarish, C. 2019. Opportunities, challenges and future directions of open-water seaweed aquaculture in the United States. Phycologia, 58(5): 446–461. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1080/00318884.2019.1625611).

[3] Welch, A.W., Knapp, A.N., El Tourky, S., Daughtery, Z., Hitchcock, G. & Benett, D. 2019. The nutrient footprint of a submerged-cage offshore aquaculture facility located in the tropical Caribbean. Journal of the World Aquaculture Society, 50: 299–316. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1111/jwas.12593).

Все важнее для "голубой" трансформации становится повышение стойкости инфраструктуры, относящейся к секторам аквакультуры и рыболовства, к климатическим и другим природным и антропогенным потрясениям, и как новые объекты инфраструктуры, так и модернизированные существующие должны выдерживать штормы, приливные волны, нагоны и наводнения. Поскольку инвестиции в инфраструктуру, используемую в аквакультуре и рыболовстве (семеноводческие хозяйства, фермерские пруды, подъездные пути, рынки и т.д.), должны быть стабильными и устойчивыми в долгосрочной перспективе, Всемирный банк и ФАО разработали Инструмент оценки инфраструктуры в секторе рыболовства (ИОИР), который может использоваться в процессе принятия решений. ИОИР можно применять для планирования государственных и частных вложений в укрепление и/или реабилитацию существующей инфраструктуры, а также новых инвестиций в поддержку производственно-сбытовых цепочек пищевой продукции из водных биоресурсов. В настоящее время он используется в пробном порядке в нескольких странах.

Инновационные методы в аквакультуре

Инновационные корма для аквакультуры и методы кормления

Для расширения аквакультуры в последние десятилетия и продолжения развития сектора в рамках инициативы "Голубая трансформация" необходимо внедрять инновации в области питания водных животных и разрабатывать экструдированные корма. Значительный объем продукции аквакультуры, как и ранее, производится с использованием кормов, и ее доля продолжает расти, из чего следует, что корма играют важнейшую роль в развитии сектора (см. раздел "Производство продукции аквакультуры"). Расходы на корма неизменно являются основной статьей расходов на производство многих товарных видов рыб и ракообразных, выращиваемых с использованием кормов. Кроме того, как показали исследования по оценке жизненного цикла (ОЖЦ), корма зачастую являются основным источником нежелательного воздействия на окружающую среду, связанного с коммерческой аквакультурой. Для выращивания высокоценных видов (например, лососевых, лаврака и креветок) необходимы высокобелковые рационы, основным компонентом которых традиционно являются рыбная мука и рыбий жир, добываемые из диких пелагических рыб, которые также важны для обеспечения продовольственной безопасности.

Прогнозируется, что расширение и интенсификация аквакультуры продолжатся, и к 2050 году нынешний объем производства сектора возрастет почти вдвое. Для поддержания такого уровня производства потребуются значительные объемы доступного белка, незаменимых аминокислот, добавок, жирных кислот омега-3, основных минералов, витаминов и источников энергии. Их источником должно стать дополнительное сырье, которое в настоящее время недоступно либо используется с другими целями.

Были проведены исследования, касающиеся возможной замены рыбной муки и рыбьего жира более дешевыми и потенциально менее вредными для окружающей среды ингредиентами, такими как побочные продукты растениеводства, микро- и макроводоросли[6], насекомые, побочная продукция переработки рыбы и наземных животных, а также одноклеточные белки (в том числе из бактерий и дрожжей). Кроме того, достигнут прогресс в использовании побочных продуктов рыболовства и аквакультуры для производства рыбной муки, а также в использовании сельскохозяйственных источников белка для замены рыбной муки и рыбьего жира, добываемых из диких пелагических ресурсов. С этими новыми альтернативными ингредиентами связаны отдельные проблемы в цепочках поставок кормов, но обеспечить устойчивость аквакультуры с использованием кормов в дальнейшем невозможно без поиска новых компонентов кормов со сбалансированным содержанием питательных веществ, которые будут оказывать менее ощутимое.

Чтобы считаться перспективными с экономической и экологической точек зрения, альтернативные источники белка должны соответствовать ряду критериев: i) обладать достаточной питательной ценностью (т.е. иметь достаточную усваиваемость и не оказывать существенного отрицательного воздействия на физиологические функции, рост и состояние здоровья культивируемых видов); ii) иметь приятный вкус для культивируемых организмов; iii) быть получены с помощью устойчивых методов производства, масштабируемых до коммерческого уровня; iv) быть физически стабильными; v) быть удобными в обработке и хранении; и, что еще более важно, vi) быть питательными и оказывать менее существенное воздействие на окружающую среду и жизненный цикл.

Для развития аквакультуры с использованием кормов необходимо разрабатывать дополнительные экономически эффективные ингредиенты, которые позволят удовлетворить растущий спрос на корма и снизить потребность в традиционных морских ингредиентах. Наряду с ростом спроса усиливается конкуренция за кормовые ингредиенты и повышается осведомленность об устойчивости производства кормов. От производителей ингредиентов все чаще требуют обеспечить устойчивость продукции и возможность ее отслеживания, в том числе с помощью схем сертификации, разработанных Попечительским советом по аквакультуре (ПСА) и Морским попечительским советом (МПС), а также программы сертификации Marin Trust.

В условиях, когда обеспеченность пресной водой ограничена, площади пахотных земель уменьшаются, ощущается нехватка таких основных питательных веществ, как фосфаты, и на фоне острой конкуренции за большинство используемых в настоящее время источников растительного белка (как для потребления человеком, так и для использования в кормах для наземных животных) невозможно решить проблему за счет одной лишь продукции из наземных сельскохозяйственных культур. Чтобы удовлетворить спрос на корма для аквакультуры в будущем, важно шире использовать альтернативные, нетрадиционные источники белков и масел, такие как водоросли и микроводоросли, одноклеточные белки, микробная биомасса и насекомые, а также перерабатывать пищевые отходы (Glencross et al., 2021) и создавать условия для устойчивого роста сектора (Cottrell et al., 2020).

Кроме того, необходимо применять передовые методы кормления животных, такие как прецизионное кормление, и переходить на комбикорма, разработанные с учетом стадий развития и желаемых питательных свойств водных животных; такие подходы помогут снизить затраты на корма и отходы и тем самым повысить эффективность использования энергии и ресурсов в преобразованных системах аквакультуры. Более того, для удовлетворения будущего мирового спроса на продукты питания из водных биоресурсов, сектор должен работать над совершенствованием кормов для таких видов, как карп и тилапия, на которые приходится наибольшая доля кормов для аквакультуры.

Цифровизация в аквакультуре: регулирование и технологии

В мире развиваются цифровые технологии – платформы, программное обеспечение и инфраструктура, и в аквакультуре расширяется применение цифровых инструментов (хотя во многих развивающихся странах этот процесс идет более медленными темпами), в первую очередь для совершенствования планирования деятельности и выбора районов размещения объектов, управления запасами, мониторинга состояния окружающей среды, предупреждения рисков, обеспечения биобезопасности и интеллектуальной автоматизации повседневной работы в хозяйствах.

Цифровые технологии могут использоваться для решения многих производственных задач, стоящих перед сектором, а также для создания систем раннего оповещения, предупреждающих производителей о критических внутренних и внешних событиях, влияющих на объект производства. Использование прецизионных технологий на фермах помогает снижать расход кормов и отходы, улучшать качество воды и снижать трудозатраты, повышая экологическую и экономическую устойчивость ферм. Предоставляя хозяйствам доступ к средствам ИКТ (например, мобильным телефонам и другим электронным устройствам) для производства продукции, платформам электронной торговли и цифровым платежным системам, можно сокращать цепочки поставок и снижать операционные издержки в производственно-сбытовых цепочках.

Благодаря цифровым технологиям удалось усовершенствовать пространственное планирование и размещение объектов аквакультуры. Появление спутниковых снимков и возможность получать доступ к океанографическим, гидрологическим и метеорологическим данным (например, о температуре воды, характере осадков, уровне солености, частоте штормов) с помощью дистанционного зондирования с отслеживанием динамики в течение длительных периодов времени в сочетании с использованием беспилотных летательных аппаратов, выполняющих цифровую съемку, не только повысили качество и скорость планирования, но и позволили применять более всеобъемлющий экосистемный подход к аквакультуре (ЭПА)[7], а применение географических информационных систем (ГИС) облегчило поиск и распределение перспективных зон для аквакультуры, особенно в общих водоемах.

Внедрение цифровых технологий (например, размещение датчиков, роботов и камер) на объектах аквакультуры позволяет осуществлять дистанционный мониторинг культивируемых организмов и производственных объектов в режиме реального времени, что ощутимо повышает производительность труда, точность выдачи кормов, уровень аэрации и качество воды и расширяет возможности для отслеживания патогенов. Применяя передовые технические средства, можно быстрее реагировать на неблагоприятные условия производства и снижать производственные затраты за счет эффективного использования производственных ресурсов и сокращения потерь из-за неудовлетворительного управления или человеческих ошибок.

Однако для того, чтобы оперативно внедрять и развивать вышеуказанные технологии, необходима техническая и финансовая поддержка; кроме того, решающее значение имеют эффективные механизмы регулирования. Например, электронная платформа для интерактивного обсуждения, планирования, получения и передачи информации, обмена данными и сертификации может помочь наладить перемещение продукции и информации по всей цепочке поставок и предотвратить конфликты между пользователями, возникающие из-за информационного неравенства; при этом первостепенное значение имеет руководство разработкой и эксплуатацией такой платформы. Кроме того, для повышения уровня прозрачности и кибербезопасности и сокращения цифрового разрыва необходима гармонизация национальных и международных правил и стандартов.

Интегрированная мультитрофная аквакультура

В интегрированных мультитрофных системах аквакультуры (ИМТА) питательные вещества из несъеденного корма и отходов жизнедеятельности видов, потребляющих корма, становятся пищей для видов-биофильтраторов, что позволяет сокращать объемы питательных веществ, попадающих в окружающую среду, и повышать общую продуктивность. Стороны проявляют растущий интерес к включению ИМТА в программы "голубой" трансформации, но для объединения разных видов в единую интегрированную систему (например, выращивание морских водорослей и двустворчатых моллюсков в сочетании с садковым разведением пелагических рыб) необходимы должным образом структурированные производственные мощности и оборудование, а также дополнительные меры регулирования, которые дадут возможность производить и поставлять на рынки одновременно разные культуры. ИМТА может использоваться как система биоремедиации в морских водах и служить для решения проблем, связанных попаданием в окружающую среду органических и неорганических отходов морской аквакультуры с использованием кормов.

Интегрированные производственные системы "производство сельскохозяйственной продукции – аквакультура" (СПА), в которых одновременно или последовательно осуществляются не менее двух видов деятельности в области аквакультуры и сельского хозяйства, – не новое изобретение. Они уже не первое столетие существуют в Восточной Азии, а с 1960-х годов внедряются также в Латинской Америке и Африке, хотя и в меньших масштабах. В число СПА входят системы "скот–рыба" (например, выращивание свиней и разведение рыбы), "птица–рыба" (выращивание уток и разведение рыбы) и "рис–рыба/креветки". Как правило, в таких системах применяется экстенсивный или полуинтенсивный метод хозяйствования, а сельскохозяйственные отходы используются в системах зарыбления: например, для удобрения воды и улучшения вторичного роста фитопланктона и зоопланктона, которые используются в качестве корма для рыб, можно вносить навоз в рыбоводные пруды либо содержать скот в загонах непосредственно над ними. В комплексных системах "орошение–аквакультура" (КСОА) основной культурой, как правило, являются растения, а рыба разводится в качестве вторичной культуры, обеспечивающей богатые питательными веществами стоки, которые используются для улучшения роста растений. В аквапонике – более современной форме КСОА – основной коммерческой культурой также являются растения. Эти системы имеют важное преимущество с точки зрения охраны окружающей среды: они обеспечивают оптимальное использование водных ресурсов и растворенных в воде питательных веществ, которые в других системах аквакультуры были бы потеряны после попадания в стоки.

Все интегрированные системы производства вызывают большой интерес во всем мире; с точки зрения технической осуществимости наиболее перспективны малые и средние производственные системы, которые также приносят предпринимателям экономическую выгоду. Внедрять такие системы побуждает необходимость эффективного использования имеющихся ресурсов без негативного воздействия на окружающую среду.

Разведение двустворчатых моллюсков

Двустворчатые моллюски являются источником сбалансированного комплекса биодоступных питательных веществ, позволяющего вести здоровый и активный образ жизни, а деятельность по их разведению повышает уровень жизни населения прибрежных районов, поэтому разведение этих организмов может играть важную роль в формировании ориентированных на интересы общества систем производства продовольствия из водных биоресурсов с учетом проблематики питания, являющихся источником разнообразных, питательных продуктов и обеспечивающих населению устойчивые средства к существованию. Кроме того, все шире признается общая польза разведения двустворчатых моллюсков для экосистем прибрежных вод, в том числе для их регулирующих услуг, таких как связывание углерода, восстановление питательной среды и защита берегов.

Сохраняются широкие перспективы для развития производства двустворчатых моллюсков, особенно в морской среде. Значительные объемы этих организмов производятся в Северной и Южной Америке, Европе, Азии и Океании. В Африке объемы их производства остаются незначительными, хотя в районах, где осуществляются проекты ФАО, направленные на передачу технологий выращивания двухстворчатых моллюсков (например, выращивание клемов в Джибути и разведение мидий в Марокко), а также на диверсификацию продукции и расширение ее потребления местным населением (например, выращивание устриц в Сенегале), интерес к этому сегменту аквакультуры неуклонно растет[8]. Население морского побережья в Африке, особенно женщины, занималось сбором диких двустворчатых моллюсков много веков. К сожалению, во многих районах их дикие запасы подвергались чрезмерной эксплуатации, и аквакультура считается важнейшим средством снижения интенсивности вылова диких запасов и обеспечения средств к существованию женщин и прибрежных сообществ.

Двустворчатые моллюски – виды-биофильтраторы, поэтому они идеально подходят для разведения в аквакультуре: они не требуют искусственных кормов, а необходимые для их производства инвестиции и эксплуатационные расходы значительно ниже, чем при разведении плотоядных костных рыб. Тем не менее их производство в мире расширяется медленно, отчасти из-за строгих санитарных требований для доступа на международные рынки, включая мониторинг вод, в которых они добываются, и соблюдение стандартов безопасности продукции. Кроме того, хотя технология выращивания двустворчатых моллюсков сама по себе несложна и не сопряжена с высокими затратами, их икра труднодоступна, а для поставки продукции на рынки, особенно экспортные, необходимо выполнять зачастую весьма жесткие требования по биобезопасности.

За последние два десятилетия производство костных рыб в мире выросло почти в три раза, в то время как производство двустворчатых моллюсков увеличилось менее чем вдвое; поэтому есть широкие возможности для наращивания производства за счет осуществления проектов в рамках инициативы "Голубая трансформация". Подавляющее большинство выращиваемых двустворчатых моллюсков составляют устрицы и венерупис филиппинский, в несколько меньших объемах выращиваются гребешки и мидии (см. раздел "Производство продукции аквакультуры"). Для разведения многих видов двустворчатых моллюсков во многих регионах мира все еще в значительных объемах используется икра дикого происхождения. В последние десятилетия конструкция инкубаторов и используемые в них технологии кондиционирования, нереста, ухода за личинками и их отсадки значительно изменились, что сопровождалось повышением выживаемости животных. Кроме того, усовершенствовались технологии производства фитопланктона в инкубаторах, а компьютерный мониторинг и дозирование корма для личинок моллюсков также помогли повысить выживаемость и темпы роста. Благодаря разработке усовершенствованных процедур и оборудования для отсадки производители смогли получать генетический материал, ориентированный на их конкретные потребности, а более эффективная обработка материалов стала предпосылкой серьезных успехов в отсадке и выпуске большого количества моллюсков, особенно устриц. Кроме того, повышению качества продукции способствовали селекция и выведение устойчивых к болезням и быстрорастущих линий и сортов с уникальным цветом раковин. Дальнейшие исследования и разработка технологий в области разведения двустворчатых моллюсков с особым вниманием к профилактике вредоносного цветения водорослей и его воздействия на рыболовство, аквакультуру и безопасность пищевой продукции станут еще одним шагом в развитии устойчивой аквакультуры во всем мире с особым акцентом на предотвращение вредоносного цветения водорослей и их воздействия на рыболовство, аквакультуру и безопасность пищевых продуктов.

Развитие потенциала, научно-исследовательская работа и налаживание партнерского взаимодействия в аквакультуре

В подготовленном недавно проекте Рекомендаций по устойчивому развитию аквакультуры (РУРА) указывается на необходимость наращивания потенциала как ключевого компонента для создания благоприятных условий и содействия осуществлению РУРА (Jolly and Menezes, готовится к публикации). Проект Рекомендаций призван содействовать реализации общих принципов и положений Кодексa ведения ответственного рыболовства и достижению ЦУР посредством "голубой" трансформации субсектора. Проведенный в 2021 году кабинетный обзор по вопросу благоприятных условий для развития аквакультуры, особенно аспектов, связанных с развитием потенциала, распространением знаний и исследованиями, показал, что: i) необходимо значительно укрепить кадровый и институциональный потенциал, развивать основные технические навыки (на уровне фермеров и консультантов/инструкторов) и финансовые ресурсы; ii) для передачи фермерам технической информации и удовлетворения потребностей производителей необходимо обучать специалистов по распространению знаний и опыта; iii) в отрасли сохраняется низкий уровень цифровизации: навыками в области ИКТ обладают лишь менее 50 процентов специалистов по распространению знаний; iv) многие учреждения не имеют возможностей развивать службы распространения знаний с помощью ИКТ; v) мелкие хозяйства попрежнему имеют ограниченный доступ к Интернету; и vi) в процессе развития аквакультуры в недостаточной степени использовалась научная информация, полученная в ходе исследований. Учитывая эти проблемы, в ближайшее десятилетие необходимо значительно повысить уровень знаний и квалификации органов государственного управления, исследовательских учреждений, служб распространения знаний и опыта и работников.

Разные страны имеют разные возможности и предлагают разные услуги по обучению, в том числе по распространению знаний и опыта, и обучение осуществляется как по формальным, так и по неформальным каналам. В странах Азии, Европы и Америки с высокоразвитой аквакультурой существуют широкие возможности для получения образования в этой сфере на уровне бакалавриата и магистратуры. В Африке ряд учебных заведений предлагают специальные курсы по аквакультуре. Но специалисты по набору персонала во всем мире отмечают, что для результативной работы и содействия "голубой" трансформации выпускникам таких курсов необходимы как специфические знания, так и общие навыки (Pita et al., 2015). В числе проблем можно назвать недостаточное число выпускников и/или области специализации, не отвечающие требованиям работодателей (Blue Earth Consultants, 2020; Engle, 2021).

Профессиональное обучение остается важным механизмом развития человеческого потенциала. Крупные инвестиции в обучение людей специализированным навыкам делаются в Азии. В стратегии Европейской комиссии "Европа 2020: стратегия разумного, устойчивого и всеобъемлющего роста", основное внимание уделяется двум элементам: мобильности студентов и программе развития новых навыков и создания новых рабочих мест для привлечения и удержания молодежи в различных секторах, включая аквакультуру. В странах Африки к югу от Сахары ФАО совместно с различными учреждениями, включая Центр передового опыта в области аквакультуры и рыболовства в Малави и университеты в Кении, Нигерии и Объединенной Республике Танзания, Всемирный центр по рыбным ресурсам, Норвежское агентство по сотрудничеству в области развития (НОРАД) и местные органы власти, решает вопросы повышения квалификации специалистов, предоставления услуг по распространению знаний и опыта и ведения исследовательской деятельности.

Для повышения конкурентоспособности, эффективности и рентабельности производства и долгосрочной социальной и экологической устойчивости сектора, а также для успешной работы в таких областях, как генетика, питание, здравоохранение и развитие технологий, необходимы мероприятия по развитию потенциала, планируемые и реализуемые в тесной связи с развитием национальных междисциплинарных исследовательских программ. Не менее важно содействовать созданию консорциумов, которые будут заниматься функциональными прикладными исследованиями (Little, Newton and Beveridge, 2016), и систем развития национального и регионального уровней. Государственным и частным исследовательским учреждениям в секторе аквакультуры рекомендуется уделять внимание принятию и распространению международных протоколов и передовых методов ведения хозяйства, а также рациональному использованию водных ресурсов и местных видов. Необходимы исследования, посвященные прикладному пространственному планированию, селекции и генетике, изготовлению кормов и применению цифровых технологий для повышения эффективности хозяйств и управления ими. При изучении проблем и разработке решений по итогам исследований ученые должны ориентироваться на практические знания местного населения и традиционные знания фермеров, которые впоследствии получат результаты и улучшенные технологии через службы распространения знаний и опыта.

Национальные программы распространения знаний в области аквакультуры должны, как и ранее, быть направлены на содействие распространению подтвердивших свою эффективность моделей аквакультуры и технологий производства. Информация, передаваемая в ходе мероприятий по распространению знаний в области аквакультуры, динамична, она должно изменяться и давать толчок к изменениям в поведении фермеров, способствующим повышению устойчивости производства. В большинстве случаев основным поставщиком услуг по распространению знаний и опыта является государство. Кроме него, такие услуги предоставляют международные правительственные организации (МПО), неправительственные организации (НПО), частный сектор (в основном производители оборудования, генетического материала и кормов). Информация может также распространяться через программы обмена знаниями между фермерами и мероприятия по самообразованию (например, учебные поездки и полевые школы фермеров) (De, Saha and Radheyshyam, 2013) (врезка 12 ).

ВРЕЗКА 12 ПОЛЕВЫЕ ШКОЛЫ АКВАКУЛЬТУРЫ В АФРИКЕ: ВЛИЯНИЕ НА МОЛОДЕЖЬ И ЖЕНЩИН

Полевые школы аквакультуры (ПША) организуются с опорой на инновационный, коллективный, интерактивный формат обучения – полевые школы фермеров (ПШФ), который ФАО использует в Юго Восточной Азии начиная с конца 1980-х годов. Он оказался чрезвычайно успешным и быстро распространился на другие страны Азии, Африки, Ближнего Востока и Латинской Америки. Спрос на программы ПШФ растет, и в ряде стран этот подход был институционализирован и включен в национальные системы распространения знаний и опыта.

Сектор рыбоводства адаптировал методику ПШФ так, чтобы активнее привлекать в сектор аквакультуры молодежь и женщин. Задача ПША состоит в том, чтобы обеспечить учет мнений сельских женщин, молодежи и уязвимых лиц и содействовать расширению их социально-экономических прав и возможностей путем развития их навыков в области рыбоводства, предпринимательства и управления бизнесом в сфере аквакультуры, а также расширения их доступа к услугам и ресурсам, необходимым для ведения деятельности в секторе, таким как средства производства и кредиты.

ФАО оказывает техническую помощь правительствам, заинтересованным во внедрении формата ПША, путем подготовки тренеров, инструкторов и координаторов. Каждый из прошедших обучение координаторов обучает группу из 25–30 человек, с тем чтобы сформировать у женщин и молодежи лидерские качества, необходимые для принятия решений в области аквакультуры. Членов групп, которые будут обучаться в ПША, выбирают сообщества – бенефициары программы.

В ряде стран Восточной Африки ПША оказали важное дополнительное воздействие: многие из тех, кто не обучался в школах, наблюдали за их успехами в области аквакультуры, после чего заинтересовались этим подходом и попросили помощи в создании новых групп. Эффективным оказался и коллективный подход к обучению новым или усовершенствованным видам рыбоводческой деятельности: участники получали финансовые ресурсы от продажи своей продукции, получали возможности инвестировать дополнительный доход в ремонт и строительство домов, оплачивать учебу детей и т.д. В конце производственного цикла проводится церемония выпуска, во время которой участникам вручаются дипломы. ПША (или ПШРВ – полевые школы рыбоводов) призваны сыграть ключевую роль в дальнейшем развитии аквакультуры в сельских районах. Успех этого подхода должен способствовать расширению масштабов работы ФАО в секторе.

ФАО в тесном сотрудничестве с государственными учреждениями продолжает реализацию различных проектов в рамках Программы технического сотрудничества, разрабатываемых по примеру ПША, и эта работа приносит обнадеживающие результаты. Например, в Кении была проведена работа с 36 группами, а впоследствии были сформированы 80 групп (это примерно 2 000 прямых бенефициаров). В Бурунди, Руанде и Эфиопии осуществляется субрегиональный проект по выращиванию рыбы на рисовых полях; он не только способствует увеличению производства риса и рыбы в интересах улучшения питания, но и приносит другие социальные, экологические и финансовые выгоды.

Хотя ИКТ все еще используются в недостаточном объеме, их применение способствует продолжению сокращения разрыва в доступе мелких производителей к информации и современным навыкам в области управления(Trendov, Varas and Zeng, 2019; Qiang et al., 2012). В Африке и Азии реализуется ряд цифровых инициатив, призванных помочь в предоставлении услуг по распространению знаний и опыта (Costopoulou, Ntaliani and Karetsos, 2016; Tsan et al., 2019). Развитие цифровых технологий дало ФАО возможность разработать региональную платформу по технологиям для аквакультуры. Функционирует онлайновая академия (ФАО, 2020е), задача которой состоит в повышении доступности и инклюзивности методов ведения аквакультуры, а также в содействии политическому диалогу на всех уровнях. Многие правительства также создали цифровые платформы (EATIP, 2021) по надзору за биобезопасностью в аквакультуре, разработали мобильные приложения по регулированию производства на уровне хозяйств и отслеживанию продукции; кроме того, созданы коллективные платформы для фермеров, такие как информационная панель для фермеров, занимающихся разведением креветок (g-nous, 2020).

Важную роль в усилиях по наращиванию потенциала в рамках инициативы "Голубая трансформация" играет партнерское взаимодействие. В последние десятилетия МПО, международные финансовые агентства, организации гражданского общества и региональные сети аквакультуры в Азиатско-Тихоокеанском регионе, Африке, Центральной и Восточной Европе, Северной и Южной Америке и в малых островных развивающихся государствах добились больших успехов в принятии и адаптации программ наращивания потенциала в области аквакультуры (Комитет по рыбному хозяйству ФАО, 2015; Ahonen and Pirhonen, 2018). Чтобы страны активнее обменивались технологиями и передавали их друг другу, необходимо расширять партнерское взаимодействие (врезка 13).

ВРЕЗКА 13 ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ: ЭФФЕКТИВНЫЕ МЕХАНИЗМЫ ПЛАНИРОВАНИЯ И ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ДЕЙСТВИЙ ВО ВРЕМЯ КРИЗИСА – ПРИМЕР ПРОЕКТА В МОЗАМБИКЕ

Партнерские отношения могут быть ценным инструментом осуществления проектов и внедрения передового опыта во время кризисов. В июне 2020 года, на пике пандемии COVID-19, когда сельское население Мозамбика столкнулось с целым рядом проблем, к ФАО обратилась местная национальная организация Fundação para o Desenvolvimento da Comunidade (FDC) с просьбой помочь в совершенствовании традиционных методов производства с объединением сельскохозяйственного производства и аквакультуры, чтобы обеспечить устойчивость средств к существованию к потрясениям, вызванным климатическими фактами и болезнями, и Организация выполнила эту просьбу. Взаимодействие ФАО и FDC помогло внедрить усовершенствованные методы, способствующие увеличению производства продовольствия и обеспечению безопасности питания и при этом расширению прав и возможностей женщин и молодежи. В рамках проекта были реализованы следующие мероприятия:

- ▸восстановление традиционных систем сельскохозяйственного земледелия на уровне малых и средних предприятий, основным видом деятельности которых является рыбоводство;

- ▸освоение и внедрение комплексных методов рыбоводства с акцентом на эффективное использование имеющихся ресурсов, переработку отходов, экономию энергии и сохранение экологического баланса; и

- ▸осуществление программ по наращиванию потенциала, ориентированных на молодежь и женщин.

Благодаря проекту "Инициатива комплексного развития аквакультуры в историческом районе Чилембене" всего за год было трудоустроено и обучено на рабочем месте большое количество людей; были проведены научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, включая оценку производственно-сбытовой цепочки рыбной продукции в различных районах; были отремонтированы производственные помещения; было произведено 16 тонн рыбы и большое количество кур и кроликов; было посажено 8,5 га кукурузы, бобов и батата; и началась работа по разведению свиней и уток.

По результатам проекта было сделано три важных вывода:

1. для тесного взаимодействия все партнеры должны ответственно относиться к достижению общих целей и распределению рисков, но основным фактором успеха партнерства является взаимное доверие;

2. партнерства с участием заинтересованных сторон, такие как партнерство ФАО-FDC, помогают привлечь специалистов и ресурсы с обеих сторон и с их помощью решать проблемы и превращать их в возможности для национальной и местной экономики;

3. при наличии заинтересованности и ответственности со всех сторон можно преодолеть трудности, достичь успеха и обеспечить развитие в любом секторе. Аквакультура – лишь один из примеров!

Молодежь и женщины развивают навыки в области аквакультуры и осваивают передовые методы ведения сельского хозяйства в целях повышения жизнестойкости и диверсификации источников средств к существованию, Чилембене, Мозамбик. ©FAO/Telcinia Nhantumbo

Дальнейшая информация доступна по ссылке: www.youtube.com/watch?v=XfrJEKLR3OE

Совершенствование управления рыболовством

Цели и задачи

В ситуации, когда на работу по достижению целей в области устойчивого развития (ЦУР) осталось менее десяти лет, необходимо ускорить преобразующие действия, направленные на достижение тройного результата, – экологической, экономической и социальной устойчивости. "Голубая" трансформация[9] открывает значительные возможности по улучшению управления рыболовством, чтобы:

- ▸добиться равных прав на доступ к ресурсам, услугам и инфраструктуре, обеспечить достойную работу и экономический рост (ЦУР 1, 8, 12, 14);

- ▸обеспечить населению как питательную пищу, так и возможности для получения средств к существованию и при этом предоставить женщинам и мужчинам равный доступ к рыбным ресурсам и сократить масштабы неравенства за счет учета интересов каждого в социальной, экономической и политической сферах (ЦУР 2, 5, 10, 14); и

- ▸добиться устойчивого и эффективного использования водных ресурсов морей и внутренних водоемов в интересах их ответственного потребления и производства (ЦУР 12).

Для достижения данных целей управление рыболовством должно быть научно обоснованным, учитывать конкретные условия, основываться на инклюзивной, прозрачной и междисциплинарной политике и приводить к разработке планов и действий на справедливой основе. Руководители должны определять задачи исходя как из биологических, так и из социологических параметров и по возможности устанавливать цели и правила управления, сбора, анализа и оценки данных, а также мониторинга эффективности управления рыболовством с опорой на местные знания. В последующих разделах будут рассмотрены необходимые принципы и преобразующие изменения для улучшения рыболовства, включая реформы управления и политики, эффективные протоколы управления, внедрение инновационных технологий и надежных систем социальной защиты.

Совершенствование управления и реформы в области политики

Международное сообщество определило правовую базу для устойчивого рыболовства, признавая важную роль этого сектора для обеспечения продовольственной безопасности и питания, экономического развития, охраны окружающей среды и благополучия людей. Основным международным документом в этой сфере является принятая в 1982 году Конвенция ООН по морскому праву (ЮНКЛОС), которая служит правовой основой для всей морской деятельности, включая сохранение и использование живых ресурсов моря.

В начале 1990-х годов международное сообщество выработало новые подходы к управлению рыболовством и аквакультурой, охватывающие природоохранные и экологические, а также социальные и экономические аспекты. Под эгидой ФАО был разработан ряд глобальных документов по управлению рыболовством. Принятый в 1995 году Кодекс ведения ответственного рыболовства (Кодекс) содержит подробные положения по ответственным и устойчивым управлению и использованию живых водных ресурсов с должным уважением к экосистемам и биоразнообразию (ФАО, 2021с). Кодекс, который носит добровольный характер, вероятно, является наиболее широко цитируемым, резонансным, широко принятым и используемым глобальным инструментом в области рыболовства после ЮНКЛОС. В рамках этого инструмента были разработаны четыре международных плана действий и шесть международных руководств по ответственному управлению рыболовством и были приняты два юридически обязывающих соглашения ФАО, регулирующих вопросы: i) ответственности государств флага в открытом море (Соглашение ФАО о содействии соблюдению рыболовными судами в открытом море международных мер по сохранению живых ресурсов и управлению ими); и ii) ответственности государств порта за предотвращение, сдерживание и ликвидацию незаконного, несообщаемого и нерегулируемого промысла (ННН-промысла) (Соглашение о мерах государства порта по предупреждению, сдерживанию и ликвидации незаконного, несообщаемого и нерегулируемого промысла).

В 2021 году члены ФАО призвали Организацию разработать Добровольное руководство по перегрузке улова, чтобы обеспечить достаточно строгие регулирование, мониторинг и контроль всех перемещений рыболовного улова и предотвратить попадание продукции ННН-промысла, в товаропроводящую цепочку (врезка 14); основная ответственность за применение Руководства будет возложена на государства флага.

ВРЕЗКА 14 РЕГУЛИРОВАНИЕ, МОНИТОРИНГ И КОНТРОЛЬ ПЕРЕГРУЗКИ С ЦЕЛЬЮ СНИЖЕНИЯ РИСКА ПОПАДАНИЯ НА РЫНКИ РЫБЫ, ДОБЫТОЙ ПОСРЕДСТВОМ ННН-ПРОМЫСЛА

Перегрузка – передача улова с одного рыболовного судна на другое рыболовное или транспортное судно широко используется во всех регионах как средство снижения операционных затрат и максимального расширения возможностей рыболовства. Международное сообщество уже давно выражает обеспокоенность по поводу рисков перегрузки с точки зрения поддержки незаконного, несообщаемого и нерегулируемого (ННН) промысла и связанной с ними преступной деятельности. ННН-промысел снижает эффективность национальных и региональных усилий по обеспечению устойчивого управления рыбным промыслом и сохранению морского биоразнообразия. Он искажает конкуренцию, несправедливо ставит лиц, занимающихся рыболовством на законном основании, в невыгодное положение и отрицательно влияет на благополучие и продовольственную безопасность населения прибрежных районов, особенно в развивающихся странах и малых островных развивающихся государствах.

По результатам углубленного исследования ФАО[1], посвященного вопросам перегрузки, проведенного по поручению тридцать третьей сессии Комитета по рыбному хозяйству (КРХ, июль 2018 года) и представленного на его тридцать четвертой сессии (февраль 2021 года), был сделан вывод, что перегрузка, если она регулируется, отслеживается и контролируется недостаточно строго, может повышать риск попадания добытой путем ННН-промысла рыбы в товаропроводящую цепочку продовольствия, а анализ принятых подходов к перегрузке показал, что есть высокий риск того, что перегрузка способствует легализации выловленной в результате ННН-промысла рыбы для ее поставки на рынки.

Тридцать четвертая сессия КРХ положительно оценила данное исследование и призвала ФАО приступить к разработке проекта добровольного руководства по перегрузке. Это руководство призвано оказать помощь в разработке правил перегрузки или пересмотре существующих правил с целью их интеграции в общую нормативную базу и обеспечить соблюдение действующих правил посредством стандартов эффективного мониторинга, контроля и надзора. Секретариат ФАО разработал проект руководства исходя из приоритета ответственности государства флага за внедрение правил перегрузки. Последний проект предусматривает введение декларации о перегрузке и декларации о выгрузке, которое обеспечивает документирование всех перемещений рыбы.

В октябре 2021 года была проведена консультация экспертов для рассмотрения проекта руководства, в которой приняли участие наиболее компетентные специалисты по техническим, оперативным и юридическим вопросам из всех регионов. На 2022 год запланирована техническая консультация для обсуждения добровольного руководства по перегрузке с целью его принятия перед представлением на рассмотрение и одобрение тридцать пятой сессии Комитета по рыбному хозяйству.

[1] FAO. 2020. Transshipment: a closer look – An in-depth study in support of the development of international guidelines. Rome. 168 pp. (также доступно по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/cb2339en).

ФАО отслеживает прогресс в осуществлении Кодекса и связанных с ним документов, анализируя вопросник, рассылаемый каждые два года. Информация о собственной деятельности, направляемая членами ФАО, позволяет выявлять важные тенденции по темам Кодекса, но в разные годы количество респондентов бывает разным, что затрудняет проведение подробного анализа. Несмотря на достигнутые результаты, эффективному применению Кодекса и связанных с ним документов препятствуют ограниченность бюджетных средств и людских ресурсов, неполнота политической и правовой базы, а также недостаточный объем научных исследований и информации, особенно в развивающихся странах.

Успех глобальных документов и глобального нормативного процесса зависит от усилий на региональном уровне, которые должны осуществляться и переводиться в практическую плоскость в зависимости от ситуации. Соглашение ООН по рыбным запасам, соглашение об осуществлении в рамках ЮНКЛОС, содержит принципы управления рыболовством и в первую очередь посвящено региональному сотрудничеству в рамках региональных рыбохозяйственных организаций (РФМО) и региональных консультативных органов по вопросам рыболовства (РФАБ), совместно именуемых региональными рыбохозяйственными органами (РРХО). РРХО играют центральную роль в управлении рыбохозяйственной деятельностью, совместно вырабатывая общие подходы по различным сквозным вопросам как на глобальном, так и на региональном уровнях, и по конкретным техническим вопросам. Часть РРХО входят в структуру подразделений ФАО, но Организация поддерживает и другие РРХО, в том числе через Сеть секретариатов региональных рыбохозяйственных органов, которая содействует развитию сотрудничества, оказанию консультативных услуг и обмену опытом. ФАО не только поддерживает и контролирует эти процессы, но и оказывает помощь в процессах стратегической переориентации ряда РФАБ.

Для устойчивого использования рыбных ресурсов необходимо сохранять и устойчиво использовать биоразнообразие, и в районах за пределами национальной юрисдикции (РПНЮ) – с этой целью ведутся переговоры о новом международном юридически обязательном документе (МЮОД) в рамках ЮНКЛОС по сохранению и устойчивому использованию биоразнообразия за пределами национальной юрисдикции (БПНЮ). ФАО предоставляет информацию по рыбным ресурсам и рекомендации по вопросам, относящимся к мандату ФАО, а РФМО играют важнейшую роль в обеспечении применения МЮОД, особенно с помощью зонально привязанных инструментов хозяйствования и экологических оценок. Кроме того, Всемирная торговая организация (ВТО) в ходе двенадцатой Министерской конференции согласовала меры по субсидированию рыболовства с акцентом на перелов и ННН-промысел. Соответствующий механизм финансирования рыболовства, разработанный ВТО, в поддержку реализации новых правил предусматривает конкретную роль ФАО, заключающуюся в предоставлении технической экспертизы.

В период, когда мир сталкивается с проблемами, вызванными чрезмерной эксплуатацией природных ресурсов, сохраняющимся отсутствием продовольственной безопасности и нищетой, а также изменением климата, все больше представителей международного сообщества признают важность регионального и международного межсекторального взаимодействия и сотрудничества в интересах достижения целей, поставленных в Повестке дня в области устойчивого развития на период до 2030 года (Повестка дня на 2030 год). Вспышка COVID-19 еще раз заставила нас убедиться в том, что межсекторальное сотрудничество играет важнейшую роль в решении проблем управления мировым рыбным хозяйством. При согласованной поддержке ФАО, Секретариата Конвенции о биологическом разнообразии (КБР), Программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП), Международной организации труда (МОТ) и Международной морской организации (ИМО) осуществляются инициативы по укреплению межсекторального сотрудничества между региональными морскими организациями (РМО) и РРХО с целью дальнейшего усиления их взаимодополняющих функций в рамках поддержки осуществления на местном, национальном и региональном уровнях. Эти организации должны быть нацелены на продолжение развития сотрудничества, в том числе в рамках Совместной рабочей группы по ННН-промыслу и смежным вопросам.

Более рациональные управление и производство

Экосистемные аспекты

В 2003 году Комитет ФАО по рыбному хозяйству (КРХ) принял в качестве всеобъемлющей основы для регулирования и развития рыбного хозяйства экосистемный подход к рыболовству (ЭПР), в котором заложен ряд важных принципов:

- ▸во-первых, необходимо управлять всеми видами рыбных ресурсов, для чего их необходимо оценивать;

- ▸во-вторых, при управлении необходимо проявлять осторожность и учитывать особенности каждой рыбохозяйственной системы;

- ▸наконец, как оценка рыбных ресурсов, так и управление ими должны осуществляться с привлечением широкого круга сторон и с учетом имеющихся знаний и напрямую и сбалансированно распространяться на экологические, социальные и экономические аспекты сектора.

Эти принципы и необходимость учитывать взаимосвязи и взаимозависимость между различными компонентами экосистемы и обеспечивать баланс между экологическими, экономическими и социальными выгодами были признаны большинством организаций и форумов, занимающихся вопросами управления рыболовством. Однако внедрение ЭПР изменит управление рыболовством только в будущем, и в регионах и странах сохраняются диспропорции в отношении к его экологическим, социальным и экономическим аспектам.

Для управления рыболовством в соответствии с ЭПР необходимо выявить соответствующие элементы экосистемы и определить связи между ними. Это выполнимо в случае высокоразвитого масштабного рыболовства, но представляет трудную задачу в контексте многовидового рыболовства , по которому практически нет данных, в особенности маломасштабного рыболовства. Хотя потребности в информации, необходимой для применения ЭПР, гораздо более существенны, чем при регулировании и оценке рыболовства "традиционными" методами, можно разрабатывать новые навыки и инструменты, а также междисциплинарные подходы, которые станут основой для тщательного анализа и продуманного управления.

Результаты управления можно измерять с помощью простых показателей (желательно разработанных при участии заинтересованных сторон) (врезка 15). Рыбаки и другие заинтересованные стороны обладают богатыми знаниями и опытом, которые могут непосредственно применяться в управлении рыболовством. Ответственные субъекты должны уделять особое внимание помощи во внедрении подходов и процессов управления, предполагающих широкое участие сторон и основанных на сотрудничестве, таких как совместное управление или "гражданская наука", чтобы расширять возможности заинтересованных сторон путем развития их потенциала и сокращения числа конфликтов и обеспечивая применение методов адаптивного управления. Это эффективный способ достижения устойчивости – экологической, социальной и экономической – в условиях меняющейся среды.

ВРЕЗКА 15 ИЗМЕРЕНИЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ УПРАВЛЕНИЯ

Управление рыболовством предполагает формирование системы соответствующих условиям научно обоснованных целей, достигаемых с помощью конкретных стратегий, правил и инструментов. Одним из его элементов является система стимулирования соблюдения требований и мониторинга, обеспечивающая возможности адаптации управления к непредвиденным отклонениям от планов. Эффективные системы управления могут обеспечить получение социальных и экономических выгод и поддержание устойчивого производства рыбных ресурсов, а также функционала и структуры экосистемы, от которой они зависят. При эффективном управлении рыболовством рыбные запасы превышают целевые уровни или восстанавливаются, что обеспечивает их устойчивое производство[1].

Однако для оценки и измерения эффективности управления простых показателей устойчивости запасов недостаточно, и необходимо оценивать, насколько тщательно проработаны и насколько эффективно применяются основные элементы таких систем. Хотя системы управления столь же разнообразны, как и виды регулируемых рыбных ресурсов, для эффективного управления рыболовством необходимы четыре основных элемента: i) правовая база для обеспечения законности полномочий по управлению; ii) соответствующая институциональная структура; iii) инклюзивные процессы принятия решений с учетом интересов широкого круга сторон; и iv) механизмы исполнения правил, мониторинга их эффективности и обеспечения подотчетности. Каждый элемент включает действия и стратегии, которые должны быть адаптированы к конкретным (например, социально-экономическим, экологическим и культурным) реалиям районов, в которых ведется деятельность рыболовных хозяйств.

Было предпринято несколько попыток разработки и внедрения систем измерения эффективнсти управления рыболовством, в том числе управления в исключительных экономических зонах (ИЭЗ)[2], таких как компонент "Эффективность управления рыболовством" Индекса здоровья океана[3] и Индекс управления рыболовством (ИУР)[4]. Эти инициативы имеют как общие черты (например, критически важными для них были названы схожие элементы систем управления), так и различия (например, в одних системах рассматривались конкретные рыбные запасы, а другие имели национальный охват). Также данные инициативы показывают разную эффективность в плане получения общей информации о системах управления регионального и общемирового уровней. Тем не менее для измерения эффективности на местном уровне, которое помогает национальным органам выявлять преимущества и недостатки принятых ими процессов управления, необходимы конкретные усилия стран по сбору информации из разных источников с привлечением широкого круга заинтересованных сторон. Не менее важно, что в любой системе, предназначенной для оценки эффективности управления, нужно учитывать контексты, в которых функционируют рыбохозяйственные системы. Например, Инструмент мониторинга хода мероприятий экосистемного подхода к рыболовству (ЭПР) помогает странам отслеживать прогресс и достижения в применении ЭПР, а также выявлять пробелы и проблемы в случаях, когда для повышения эффективности управления рыболовством в стране требуются более активные усилия[5].

Разработка и мониторинг национальных систем оценки эффективности управления рыболовством с показателями как процесса (т.е. наличия ключевых элементов и этапов управления), так и результатов (т.е. достижения намеченных социальных, экономических и экологических целей и решения соответствующих задач) крайне важны для совершенствования управления рыболовством во всем мире. Для эффективного внедрения этих систем потребуются дополнительные усилия по повышению качества данных и информации, а также по обеспечению инклюзивности, подотчетности и прозрачности, с тем чтобы в режиме реального времени давать представление о положении с достижением целей и показателей и осуществлением стратегий управления рыболовством с точки зрения разных сторон.

[1] Hilborn, R., Amoroso, R.O., Anderson, C.M., Baum, J.K., Branch, T.A., Costello, C., de Moor, C.L. et al. 2020. Effective fisheries management instrumental in improving fish stock status. Proceedings of the National Academy of Sciences, 117(4): 2218–2224.

[2] Mora, C., Myers, R.A., Coll, M., Libralato, S., Pitcher, T.J., Sumaila, R.U., Zeller, D., Watson, R., Gaston, K.J. & Worm, B. 2009. Management effectiveness of the world’s marine fisheries. PLoS Biology, 7(6): E1000131 Доступно онлайн. [по состоянию на 11 ноября 2021 года]. https://doi.org/10.1371/journal.pbio.1000131

[3] Halpern, B.S., Longo, C., Hardy, D., McLeod, K.L., Samhouri, J.F., Katona, S.K., Kleisner, K. et al. 2012. An index to assess the health and benefits of the global ocean. Nature, 488: 615–620.

[4] Melnychuk, M.C., Peterson, E., Elliott, M. & Hilborn, R. 2017. Fisheries management impacts on target species status. Proceedings of the National Academy of Sciences, 114(1): 178–183.

[5] FAO. 2021. Ecosystem approach to fisheries implementation monitoring tool – A tool to monitor implementation of the ecosystem approach to fisheries (EAF) management. User manual. Rome. (также доступно по адресу: www.fao.org/publications/card/en/c/CB3669EN).

Права владения и пользования, другие права и совместное управление

Рыбные ресурсы и водные экосистемы могут использоваться для решения широкого диапазона общественных задач, касающихся повышения благополучия людей и установления равноправия между различными заинтересованными сторонами, но при этом необходимо принимать меры к тому, чтобы не произошло необратимого ухудшения состояния систем, являющихся источником этих услуг. ЭПР призван обеспечить объективный, сбалансированный учет экологических, социальных и экономических задач, которые можно решить с помощью рыбных ресурсов и водных экосистем; для его внедрения необходимо привлекать к взаимодействию и участию в определении приоритетности целей и принятии управленческих решений широкий круг заинтересованных сторон.

Добровольные руководящие принципы ответственного регулирования вопросов владения и пользования земельными, рыбными и лесными ресурсами в контексте национальной продовольственной безопасности (ДРПРВ)[10] и Добровольные руководящие принципы обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства в контексте продовольственной безопасности и искоренения бедности (Принципы УМР)[11] играют важную роль в достижении триединой цели ЭПР. Данные документы помогают понять, кто, как и когда должен участвовать в постановке целей и принятии управленческих решений – не только в рыболовстве, но и в других секторах, функционирующих в той же среде. Они позволяют прояснить взаимосвязи и отношения между лицами, группами и организациями, заинтересованными в живых водных ресурсах, то есть определить, как переплетаются интересы, и открыть путь для конструктивного диалога, сотрудничества и общих решений.

Сотрудничество неизбежно требует компромиссов, что означает отказ от одних составляющих сектора в пользу других. Тем не менее признание прав владения и пользования, а также прав доступа к рыбным ресурсам, использования этих и других связанных с ними ресурсов рыбаками и рыбацкими общинами помогает увидеть важность взаимодействия и связей между потребностями человека, относящихся к более качественному продовольствию, повышению доходов и уровня жизни (в том числе связанных с рыболовством), поддержанию состояния водных экосистем и повышению эффективности производства.

Рыболовство во внутренних водоемах

Рыболовство во внутренних водоемах неизменно ведется в среде с многоцелевым использованием и часто считается второстепенной деятельностью по сравнению с бытовым водопользованием, промышленностью, гидроэнергетикой и сельским хозяйством, с которыми связаны забор, хранение и загрязнение воды и функционирование которых ведет к деградации и разрушению естественных водных экосистем. Управление рыболовством во внутренних водоемах в этом контексте представляет собой сложную задачу, поскольку государственные рыбохозяйственные органы, как правило, не регулируют деятельность за пределами рыбохозяйственного сектора, а в состав соответствующих ведомств могут входить, в частности, департаменты и министерства, ответственные за водные ресурсы, сельское хозяйство, лесное хозяйство, здравоохранение, охрану окружающей среды, туризм и различные добывающие отрасли.

Поэтому на разных уровнях необходимы совместные усилия разного масштаба, которые должны быть взаимосвязаны. На центральном уровне может быть создан межведомственный механизм для решения межсекторальных вопросов, представляющих национальный интерес, таких как продовольственная и пищевая безопасность и достижение ЦУР. На местном уровне может действовать комитет по управлению водными ресурсами с участием фермеров, рыболовов, лесопользователей и местных органов власти, который будет принимать решения о необходимых действиях по регулированию местных водных ресурсов и справедливому распределению выгод и затрат.

Такой целостный подход на разных уровнях помогает принять во внимание более масштабные, долгосрочные проблемы и перспективные многосекторальные решения этих проблем. Он снижает количество конфликтов, особенно между различными подсекторами рыбного хозяйства и между рыбным хозяйством и другими секторами, поскольку для его применения нужно точно формулировать потребности, относящиеся к рыболовству во внутренних водоемах и здоровью экосистем в целом, а также убедительно обосновывать эти потребности с точки зрения экономики, охраны окружающей среды и экологии. Роль руководителей в сфере рыбного хозяйства будет заключаться в том, чтобы отстаивать интересы сектора для получения поддержки и доступа к финансовым ресурсам со стороны правительств, доноров, неправительственных организаций (НПО) и частного сектора.

Эффективные мониторинг и обеспечение исполнения

Успешное функционирование системы обязательных и необязательных международных документов, определяющих ответственное управление рыболовством (см. раздел "Совершенствование управления и реформы в области политики"), невозможно гарантировать без эффективных мониторинга, контроля и наблюдения (МКН), обеспечения исполнения регулирующих документов, усиления межведомственной координации на национальном уровне и расширения обмена информацией.

Эффективные МКН должны сформировать культуру соблюдения норм и правил и обеспечения исполнения законодательных актов. В связи с этим необходимо уделять больше внимания: обеспечению выполнения планов и протоколов в области МКН; регулярному наращиванию потенциала и обучению; использованию анализа рисков[12] для целенаправленных действий; и обмену информацией об МКН и обеспечении исполнения регулирующих документов. Необходимы скоординированные меры по содействию развивающимся государствам в повышении эффективности их механизмов МКН, и эта координация может быть обеспечена через Глобальный портал ФАО по развитию потенциала (ФАО, 2021с).

Необходимость межведомственного сотрудничества и координации часто игнорируется, несмотря на пробелы, которые неоднократно выявлялись на национальном уровне. Необходимы усилия по созданию формализованных межведомственных механизмов (ФАО, готовится к публикации, а), чья цель будет заключаться в следующем: i) определить мандаты и роли соответствующих ведомств; ii) выяснить, имеются ли в наличии объединенные ресурсы, активы и информация; и iii) установить четкие процедуры для экономически эффективного применения положений соответствующих международных документов, регулирующих ответственное управление рыболовством.

Наконец, несмотря на то что сбор и распространение информации признаются важными для эффективных МКН и обеспечения исполнения регулирующих документов, ими часто пренебрегают. Чтобы управление рыболовством было эффективным, соответствующие органы должны располагать достаточной информацией для выполнения своих полномочий. Но информация часто недоступна или предоставляется в таком формате и за такой временной интервал, что становится бесполезной. Международное сообщество работает над созданием структуры для глобального обмена информацией, которая должна устранить барьеры, связанные с конфиденциальностью, использованием данных с коммерческими целями, безопасностью, отсутствием стандартизации и своевременностью. Прилагаются усилия по разработке международных инструментов, таких как Глобальный реестр рыболовных судов ФАО (ФАО, 2021е) и Глобальная система обмена информацией (ГСОИ) Соглашения о мерах государства порта (СМГП), которая в настоящее время находится на этапе экспериментального применения, при необходимости – в целях модернизации или разработки региональных и национальных систем, а также установления связей или обеспечению синергии между этими системами и системами других государственных учреждений, уполномоченных управлять секторами, использующими водные ресурсы.

Передовые практические методы, инновации и технологии, направленные на совершенствование управления рыболовством

Технические достижения играют важную роль в эффективном осуществлении мер по сохранению и эксплуатации природных ресурсов. Увеличивается физическая и финансовая доступность передовых технологий – от персональных мобильных устройств до спутников – для властей растущего числа государств, что дает возможность резко наращивать темпы преобразований в управлении рыболовством.

Технические новшества в рыболовстве способствуют повышению экономической эффективности рыболовных флотов и управления ими во всем мире. Но если промышленные и полупромышленные флоты в Европе, Северной Америке и Восточной Азии быстро адаптируются к новым технологиям, то в маломасштабном рыболовстве развивающихся стран инновационные решения внедряются медленнее. Инновационные технические решения и орудия лова, которые начинают использовать рыболовные флоты, описаны в докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2020" (ФАО, 2020а); недавно информация была обновлена (Van Anrooy et al., 2021). Инновации, направленные на совершенствование управления рыболовством, включают не только использование глобальной системы позиционирования (ГПС), системы мониторинга судов (СМС), автоматической идентификационной системы (АИС), электронных журналов и электронного мониторинга, но и другие технологии, повышающие эффективность рыболовства, снижающие его воздействие на окружающую среду, повышающие безопасность на море и качество продукции из водных биоресурсов[13], а также улучшающие условия труда рыбаков на борту.

Для внедрения инноваций в управлении рыболовством необходимо решить такие задачи, как переход от бумажного документооборота к цифровым инструментам и методам (врезка 16), обеспечение своевременности отчетности и необходимость поиска экономически эффективных методов более тщательного мониторинга маломерных рыболовных судов, экспедиционных рыболовных флотов и деятельности по перегрузке. Ведется поиск решений, внедрение которых ускорилось в период пандемии COVID-19.

ВРЕЗКА 16 ИНФОРМАЦИОННО-КОММУНИКАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ ДЛЯ МАЛОМАСШТАБНОГО РЫБОЛОВСТВА (ИКТ ДЛЯ МР)

В Добровольных руководящих принципах обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства в контексте продовольственной безопасности и искоренения бедности (Принципах УМР) говорится следующее:

Всем сторонам следует создавать благоприятные условия для обеспечения доступности, информационных потоков и обмена информацией, в том числе о трансграничных водных ресурсах, посредством создания новых или использования соответствующих существующих платформ и сетей на уровнях общины, страны, субрегиона и региона, включая как горизонтальные, так и вертикальные двусторонне направленные информационные потоки. В целях коммуникации с общинами, занимающимися маломасштабным рыболовством, и развития их потенциала следует использовать соответствующие подходы, инструменты и носители информации, учитывая при этом факторы социального и культурного характера [актуальные для МР][1].

В задаче 9c цели в области устойчивого развития (ЦУР) содержится призыв значительно расширить доступ к информационно-коммуникационным технологиям (ИКТ) и стремиться к обеспечению всеобщего и недорогостоящего доступа к Интернету в наименее развитых странах к 2020 году.

Цифровизация все в большей степени показывает свою эффективность в качестве инновационного инструмента для учета интересов мелких производителей, в том числе ведущих маломасштабное рыболовство, в процессах управления природными ресурсами и производственно-сбытовых цепочках. Когда ИКТ разрабатываются под руководством местного населения или совместно с ним, с учетом потребностей конечных пользователей и маргинализированных групп, или способствуют укреплению существующих сетей и совершенствованию инклюзивных технологий, открываются гораздо более широкие возможности для получения положительного эффекта[2]. Несомненно, ИКТ способны улучшить жизнь субъектов маломасштабного рыболовства, но для преодоления цифрового разрыва ИКТ для МР должны развиваться на принципах этичности и прозрачности и должны быть ориентированы в первую очередь на удовлетворение потребностей малоимущих и маргинальных групп населения. Например, совместные получение и использование данных в системах мониторинга рыболовства повышает прозрачность и подотчетность и дает субъектам маломасштабного рыболовства возможность играть активную роль в принятии решений по управлению ресурсами. Однако, учитывая неравный доступ лиц разного пола, отдельных лиц, групп, общин и предприятий к информации, при разработке ИКТ необходимо обсуждать, как повысить ценность данных для этих субъектов так, чтобы способствовать достижению ЦУР 10 (Уменьшение неравенства) и соблюдать принцип "никто не должен остаться без внимания".

[1] ФАО. 2015. Добровольные руководящие принципы обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства в контексте продовольственной безопасности и искоренения бедности, пункт 11.8. Рим. (также доступно по адресу: https://www.fao.org/3/i4356ru/I4356RU.pdf).

[2] FAO and WorldFish. 2020. Information and communication technologies for small-scale fisheries (ICT4SSF) – A handbook for fisheries stakeholders. In support of the implementation of the Voluntary Guidelines for Securing Sustainable Small-Scale Fisheries in the Context of Food Security and Poverty Eradication. Bangkok. (также доступно по адресу: https://www.fao.org/3/cb2030en/CB2030EN.pdf).

Разрабатываются различные инновационные подходы на основе существующих технологий, направленные не только на сбор точной информации о промысловой деятельности независимо от места ее ведения, но и на своевременное получение такой информации всеми заинтересованными сторонами. Одни из них используют, в частности, современные спутники для получения изображений и сведений о передвижении судов и их идентификации в режиме, близком к реальному времени. Другие применяют средства дистанционного электронного мониторинга (ДЭМ) с бортовыми камерами для сбора независимой и точной информации о промысловой деятельности. С этой же целью были разработаны новые устройства системы электронной регистрации и отчетности (СЭРО). Был достигнут прогресс в интеграции искусственного интеллекта для анализа значительного объема данных по рыболовству, получаемых с помощью новых технологий. Одним из экономичных инновационных решений для расширения возможностей контроля и надзора за рыболовством является использование беспилотных летательных аппаратов. Наконец, в связи с важностью доступа к своевременной и актуальной информации для международного сотрудничества в борьбе с ННН промыслом и повышения прозрачности все шире признается необходимость использования для повышения качества МКН таких глобальных средств обмена информацией, как Глобальный реестр ФАО и ГСОИ в рамках СМГП.

Улучшение качества жизни: социальная защита и достойная занятость

Социальная защита и достойная занятость были признаны приоритетными вопросами в ряде международных документов[14] и в процессе региональных консультаций под эгидой ФАО. В последнее время ФАО, ИМО и МОТ объединили усилия с целью расширить применение международных стандартов, что определит характер рыболовного сектора в будущем и позволит обеспечить безопасность рыболовства и создать возможности для достойной занятости в секторе[15]. Но большинство этих инструментов все еще не полностью приняты или применяются на уровне стран[16]. Сектор по-прежнему сталкивается с проблемами неполного соблюдения трудового законодательства, нарушения прав рыбаков, ведущих маломасштабный промысел, использования детского труда и препятствий для доступа к социальной защите, в число которых входит отсутствие актуальных реестров рыбаков и социальных реестров.

Основываясь на положениях Главы 6 Принципов УМР, рекомендациях экспертов, результатах консультативных совещаний с широким кругом сторон и диалогов о мерах политики между ключевыми заинтересованными сторонами, ФАО призывает страны-члены активизировать работу по обеспечению социальной защиты и достойной занятости в рыболовстве, в частности:

- ▸применять принятые ООН Руководящие принципы предпринимательской деятельности в аспекте прав человека (ООН, 2011) путем разработки национальных планов действий, в том числе предполагающих предоставление доступа к средствам правовой защиты от нарушений прав человека, как базовый стандарт в деле предотвращения, смягчения и исправления последствий нарушений прав человека в связи с предпринимательской деятельностью;

- ▸ратифицировать и применять принятую МОТ Конвенцию о труде в рыболовном секторе 2017 года (№188) с целями улучшения условий труда и жизни на борту рыболовных судов и содействия обеспечению выполнения других соглашений в области рыболовства;

- ▸стимулировать организацию соответствующих мероприятий по обучению и наращиванию потенциала в отношении трудового законодательства и профессиональных навыков работников рыбного хозяйства для содействия рыбакам в создании и развитии их профессиональных организаций и профсоюзов и расширении их участия в разработке политики в секторе и за его пределами;

- ▸повышать качество информации и реестров рыбаков, в частности занимающихся маломасштабным рыболовством, и работников рыбного хозяйства, с тем чтобы обеспечить учет интересов рыболовного сектора при разработке схем социальной защиты и доступ рыбаков к этим программам;

- ▸обеспечивать согласованность между политикой в области рыболовства и политикой и программами социальной защиты; и

- ▸принимать во внимание очевидные связи между ННН промыслом и нехваткой возможностей для достойной занятости и рассматривать возможность скоординированных действий и сотрудничества с участием соответствующих администраций и организаций на национальном и региональном уровнях для устранения такой нехватки.

При согласованности программ социальной защиты и управления рыболовством, предусматривающих меры по обеспечению достойной занятости и соблюдению прав человека, с мерами по управлению рыболовством в рамках ЭПР они могут положительно влиять как на сохранение ресурсов, так и на защиту источников средств к существованию рыбаков. Например, результаты оценки воздействия программы Seguro Defeso (программа страхования по безработице в Бразилии) в периоды запрета на рыбный промысел показали, что чем больше домохозяйств получают пособия в рамках программы, тем выше доля детей, посещающих школу, и качество жизни бенефициаров и тем ниже процент молодежи, не посещающей учебные заведения и при этом не имеющей работы. Кроме того, программа делает менее острой необходимость поиска альтернативной работы, а в некоторых районах пользующиеся программой рыбаки реже нарушают запреты, действующие в закрытый сезон (ФАО, готовится к публикации, b).

Поддержка управления рыболовством в регионах с нехваткой данных и потенциала

Обеспечение устойчивости промышленного рыболовства – общая цель всех стран и одна из основных задач по достижению ЦУР 14 (Сохранение морских экосистем), но далеко не все страны обладают одинаковым потенциалом по принятию необходимых мер. В настоящее время между развитыми и наименее развитыми странами существует явный разрыв в плане технического и институционального потенциала (Ye and Gutierrez, 2017), относящегося к трем основным этапам управления рыболовством: i) сбор и обработка данных и информации; ii) оценка и выработка рекомендаций по управлению; и iii) обеспечение исполнения регулирующих документов, мониторинг и отчетность по мерам управления.

Чтобы осуществлялись все эти процессы, необходимы инициативы по развитию потенциала. Невозможно переоценить важность индивидуальных подходов, которые можно использовать на фоне нехватки финансового и человеческого потенциала и сложных проблем в области управления рыболовством в развивающихся странах. Например, подтверждено, что не везде возможно широкое внедрение сложных моделей, требующих большого количества данных и ориентированных в первую очередь на развитые страны, в качестве основы для распределения уловов или определения мощности флотов: в большинстве промысловых районов мира, особенно во внутренних водах и районах, где ведется маломасштабное рыболовство, эта задача неосуществима (Hilborn et al., 2020). Приятно отметить, что за последние 50 лет развития потенциала в области управления рыболовством сделаны ценные выводы о том, какие процессы играют основополагающую роль в повышении потенциала стран в области эффективного управления рыболовством (таблица 15).

ТАБЛИЦА 15 ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ В ЧАСТИ УКРЕПЛЕНИЯ ПОТЕНЦИАЛА В ОБЛАСТИ УПРАВЛЕНИЯ РЫБОЛОВСТВОМ В УСЛОВИЯХ ОГРАНИЧЕННЫХ ДАННЫХ И ПОТЕНЦИАЛА

ПРИМЕЧАНИЕ: ЭПР = экосистемный подход к рыболовству.

ИСТОЧНИК: ФАО

Вот уже несколько десятилетий ФАО активно содействует странам в укреплении их потенциала по управлению рыболовством, например, проводя обучение по использованию протоколов сбора данных и отбора проб, методам оценки запасов в условиях незначительного объема данных, разработке планов управления, согласованных с ЭПР, и внедрению систем мониторинга выполнения требований по мерам управления. Характер этого содействия постепенно менялся с учетом новых глобальных и региональных проблем и потребностей стран-получателей, однако для обеспечения успеха совместного управления необходимо дополнительно поддерживать организации рыбаков и работников рыбного хозяйства, обучая их навыкам управления рыболовством, ведения переговоров, формируя у них лидерские качества и навыки коммуникации (Gutierrez, Hilborn and Defeo, 2011). Еще одним экономически эффективным методом повышения технического и институционального потенциала стран может быть развитие потенциала РРХО.

Конкретные проекты или разовые мероприятия могут помочь странам в выработке краткосрочных решений, но для передачи необходимых знаний и обеспечения долгосрочного воздействия с точки зрения эффективного управления необходимы продолжительные и постоянные программы развития потенциала. В числе других препятствий, которые невозможно устранить с помощью инициатив по развитию потенциала, можно назвать высокую текучесть кадров, политическую нестабильность и нехватку средств.

Инновации в производственно- сбытовых цепочках в рыболовстве и аквакультуре

Расширение и интенсификация аквакультуры и эффективное управление всеми видами рыболовства являются необходимыми, но недостаточными условиями для "голубой" трансформации[17]. Для достижения конечных целей по увеличению вклада водных систем в обеспечение продовольственной безопасности и питания и поддержанию домохозяйств производственно-сбытовые цепочки в рыболовстве и аквакультуре требуют инноваций для повышения их эффективности, прозрачности, способности к реагированию, инклюзивности и справедливости.

Конкурентоспособные производственно-сбытовые цепочки

Торговля и доступ к рынкам

Международная торговля продукцией рыболовства и аквакультуры[17] приносит высокий доход и способствует сокращению нищеты и обеспечению продовольственной безопасности, особенно в развивающихся странах, в которых мелкие рыбаки, рыбоводы и женщины широко представлены в соответствующих производственно-сбытовых цепочках.

Зачастую выдвигаются сложные требования для доступа на рынок продуктов рыболовства и аквакультуры, являющихся предметом торговли – отчасти такое положение связано с широким применением нетарифных мер (НТМ), искажениями, связанными с субсидированием рыболовства, и поэтапным повышением тарифов[18]. По данным Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), НТМ касаются продукции рыболовства и аквакультуры в большей степени, чем других видов продукции, с точки зрения количества и интенсивности, что усложняет для сектора выполнение нормативных требований (Fugazzi, 2017).

Кроме того, повышение тарифов значительно ограничивает возможности создания добавленной стоимости развивающимися странами и мелкими производителями. Импортные пошлины на многие сырые и переработанные продукты рыболовства и аквакультуры существенно различаются, особенно во многих традиционных странах-импортерах; на переработанную продукцию устанавливаются более высокие тарифы, что препятствует созданию добавленной стоимости и рабочих мест и сокращает возможности для сохранения стоимости.

В последние десятилетия растет количество торговых соглашений, поскольку они играют все более заметную роль в определении правил в глобальных торговых потоках. Если в 2000 году действовало 82 региональных торговых соглашения, то к 2020 году их число увеличилось до 310. Одной из основных целей торговых соглашений является создание возможностей для преференциальной торговли со сниженными импортными пошлинами для стран-участниц. Но торговые соглашения усложняются, в них закрепляются все более запутанные правила, они регулируют все больше областей политики, и основное внимание в них уделяется НТМ, таким как упрощение процедур торговли, обмен информацией и взаимное признание стандартов и правил. Часть новых торговых соглашений непосредственно нацелена на содействие устойчивому развитию: наряду с положениями о торговых преференциях в них включаются новые положения, касающиеся незаконного, ННН промысла, субсидирования рыболовства, государств порта и мер по сохранению ресурсов, схем документирования улова, а также смягчения последствий прилова и выброса рыбы.

Любой продукт, для которого планируется обеспечить преференциальный доступ, должен соответствовать правилам о происхождении товаров, с подтверждением того, что он был произведен или подвергся существенной переработке в стране-участнице. Для учета параметров морских зон, определяющих критерии вылова, во многие торговые соглашения могут включаться дополнительные требования, что может сокращать объем преференциального доступа для этих продуктов.

ФАО содействует развитию инклюзивного форума для обсуждения и информирования по вопросам доступа на рынки, НТМ, преференциального доступа и соблюдения норм международной торговли на базе Подкомитета по торговле рыбой при Комитете по рыбному хозяйству ФАО (ПТР КРХ) и GLOBEFISH. Кроме того, Организация продолжает проводить специальные исследования и анализы, разрабатывать информационные продукты и вести деятельность по наращиванию потенциала и оказанию технической помощи, в том числе в сотрудничестве с ЮНКТАД и Всемирной торговой организацией (ВТО), в целях сокращения асимметрии в доступе на рынки.

Потери и порча

Потери и порча пищевой продукции (ППП) представляют собой важную проблему в производственно-сбытовых цепочках, связанных с секторами рыболовства и аквакультуры. Они могут возникать на разных этапах цепочки – от производства и добычи до конечного потребления. Основные причины и факторы потерь заключаются в том, что продукты из водных биоресурсов[19] являются скоропортящимися, а также в неэффективности производственно-сбытовых цепочек, обусловленной неудовлетворительно функционирующей инфраструктурой и отсутствием знаний и навыков у участников соответствующих производственно-сбытовых цепочек. Ситуацию могут усугублять специфические социально-культурные, институциональные и экономические факторы.

Сокращение ППП может приносить экономические выгоды, оказывая положительное воздействие на продовольственную и пищевую безопасность и эффективность использования природных ресурсов, снижать нагрузку на рыбные запасы и воздействие на окружающую среду.

Характер потерь и порчи пищевой продукции во многом зависит от уровня дохода. В странах со средним и высоким уровнем дохода пищевая продукция подвергается порче в основном в процессе распределения и потребления, и это обычно связано с отсутствием координации, поведением потребителей, эстетическими нормами и стандартами розничной торговли (например, по цвету и размеру), маркировкой и закупками товаров в излишних количествах. В странах с низким уровнем дохода ППП на этапе потребления практически не возникают, но имеют место на этапах производства, транспортировки, переработки, хранения и продажи (ГЭВУ, 2014). В частности, в наименее развитых странах (НРС) наиболее значительное влияние на ППП оказывают неудовлетворительная инфраструктура, включая отсутствие доступа к электричеству, питьевой воде, дорогам, льду, складам холодильного хранения, хранилищам для вяленой продукции и рефрижераторному транспорту.

Для разработки адаптированных решений необходимо правильно понимать масштабы, воздействие и причины ППП, а также роли различных участников производственно-сбытовых цепочек. При поиске решений необходимо учитывать комплексный характер производственно-сбытовых цепочек в рыболовстве и аквакультуре и взаимосвязи между их сегментами. Поэтому для решения проблемы ППП во многих случаях требуются мероприятия в таких сферах, как руководство, технологии, навыки и знания, услуги и инфраструктура, социальное и гендерное равенство, а также прочные связи с рынками и их понимание, и к работе необходимо привлекать государственный и частный сектора, гражданское общество, неправительственные организации (НПО), научные и академические учреждения. Эти требования обозначены в изданном ФАО Добровольном своде правил по сокращению потерь и порчи пищевой продукции[20].

Многообразие проблем и возможных решений диктует необходимость многомерного подхода с опорой на традиционные и инновационные методы и с учетом динамичного характера производственно-сбытовых цепочек в секторе рыболовства и аквакультуры. Примером того, как можно использовать потенциал производственно-сбытовых цепочек в секторе, служит проект ФАО FISH4ACP (врезка 17).

ВРЕЗКА 17 FISH4ACP – РАСКРЫВАЯ ПОТЕНЦИАЛ РАЦИОНАЛЬНОГО ВЕДЕНИЯ РЫБНОГО ХОЗЯЙСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В АФРИКЕ, КАРИБСКОМ БАССЕЙНЕ И ТИХОМ ОКЕАНЕ

Производство продукции рыболовства и аквакультуры во многих странах Африки, Карибского бассейна и Тихого океана (АКТ) растет. Но увеличивается оно низкими темпами, и динамика в разных регионах и странах неравномерна, а население, для которого эта деятельность является источником средств к существованию и продовольственной безопасности, зачастую не может воспользоваться результатами положительных изменений. Кроме того, неэффективные методы ведения рыбного хозяйства и аквакультуры могут создавать нагрузку на окружающую среду, в которой действуют соответствующие предприятия.

Организация государств Африки, Карибского бассейна и Тихого океана начала осуществление масштабной программы FISH4ACP, направленной на оптимизацию экономических результатов и социальных благ, создаваемых производственно-сбытовыми цепочками в 12 странах АКТ, на минимизацию пагубного воздействия на природные места обитания, биоразнообразие и водные ресурсы, а также на устранение ряда факторов, препятствующих повышению устойчивости секторов рыболовства и аквакультуры. Проект реализуется ФАО при финансовой поддержке Европейского союза и Федерального министерства по вопросам экономического сотрудничества и развития Германии.

Первый этап программы (2020–2022 годы), осуществление которого началось в 2020 году, был спланирован по результатам тщательного анализа производственно-сбытовых цепочек, и оценки социальной, экологической и экономической устойчивости отдельных производственно-сбытовых цепочек в секторах рыболовства или аквакультуры стран-бенефициаров. Кроме того, на этом этапе предполагается разработка стратегии модернизации и плана проектных мероприятий на ближайшие годы, нацеленных на повышение производительности и конкурентоспособности и на то, чтобы деятельность по улучшению экономического положения была одновременно направлена на повышение экологической устойчивости и социальной инклюзивности.

В частности, программа предполагает:

- ▸помощь субъектам в углублении понимания производственно-сбытовых цепочек, в которых они действуют, а также методов и средств их рационализации;

- ▸открытие новых рынков для микро-, малых- и средних предприятий, улучшение условий ведения предпринимательской деятельности и нормативно-правовой среды;

- ▸улучшение условий труда во всех сегментах производственно-сбытовых цепочек;

- ▸повышение экологической устойчивости и стойкости к потрясениям производственно-сбытовых цепочек;

- ▸помощь предприятиям в секторе рыболовства и аквакультуры в привлечении дополнительных источников финансирования и инвестиций и получении доступа к ним.

В 2021 году в рамках программы FISH4ACP прошла серия семинаров для обсуждения результатов проведенного анализа. Основным заинтересованным сторонам, включая представителей как государственного, так и частного секторов, была предоставлена информация, которую они могут использовать при подготовке стратегий модернизации и развития, которые будут направлять деятельность по проекту в каждой из 12 стран-участниц в период с 2022 по 2025 год.

Привлечение заинтересованных сторон является ключевым компонентом проекта; оно дает субъектам возможность принимать непосредственное участие в стратегических обсуждениях и принятии решений с самого начала его осуществления. Для каждой из производственно-сбытовых цепочек создана многосторонняя платформа, что обеспечивает максимальную устойчивость и максимальный эффект проекта.

Дополнительная информация о FISH4ACP и странах-участницах опубликована на следующих ресурсах:

- ▸ www.fao.org/in-action/fish-4-acp/en

- ▸ www.fao.org/3/ca7966en/CA7966EN.pdf

Безопасность пищевых продуктов

Чтобы накормить растущее население планеты безопасными и питательными продуктами питания, необходимы действенные и эффективные системы контроля пищевой продукции, обеспечивающие защиту потребителей и способствующие развитию торговли продуктами рыболовства и аквакультуры.

Органы по контролю пищевых продуктов во многих странах сталкиваются с целым рядом проблем, которые часто возникают вследствие пробелов в нормативно-правовом регулировании безопасности продуктов, отсутствия координации между органами, отвечающими за контроль продуктов, и нехватки ресурсов, включая рабочую силу, оборудование, инфраструктуру и надежные технологии контроля. Еще одной проблемой может быть затрудненный доступ к районам производства и переработки. Для устранения этих проблем, особенно после пандемии COVID-19, внедряются инновационные и цифровые решения. Надежным методом обеспечения безопасности продукции для выдачи предприятиям необходимых санитарных сертификатов оказался дистанционный осмотр[21]. Электронные системы сертификации помогают улучшать прослеживаемость всех цепочек поставок, сокращать задержки и расходы, снижать объем порчи пищевой продукции за счет ускорения процессов, бороться с мошенничеством путем внедрения электронных методов проверки подлинности и укреплять доверие между торговыми партнерами. Для повышения эффективности ведущейся работы Комиссия "Кодекс Алиментариус" в настоящее время пересматривает издаваемые ею руководящие документы так, чтобы включить электронную сертификацию в число форматов официальной сертификации. Кроме того, власти могут пользоваться таким эффективным инструментом передачи информации о мерах, принимаемых при обнаружении серьезных рисков, в режиме реального времени, как порталы электронного уведомления о контроле пищевых продуктов, которые помогают странам действовать более оперативно и скоординированно при возникновении угроз здоровью. ФАО изучает возможные решения в этой сфере в рамках проекта "Цифровые решения, способствующие повышению эффективности официальных служб контроля пищевых продуктов", направленного на укрепление национального потенциала по разработке и внедрению порталов электронных уведомлений, проведению дистанционных осмотров, поддержке дистанционного обучения по вопросам управления безопасностью пищевых продуктов и расширению баз данных в интересах постоянного развития систем категоризации рисков и других инструментов принятия решений на основе оценки рисков.

Цифровые решения, включая электронную сертификацию с использованием порталов электронного уведомления, могут быть средством оптимизации ресурсов и создания более эффективных служб контроля пищевых продуктов, которые могут использоваться для реагирования на кризисы и повышать прозрачность взаимодействия между торговыми партнерами.

Клеточные культуры могут использоваться не только в производстве продукции из курицы и говядины, но и при изготовлении продуктов из водных биоресурсов; эта технология может коренным образом изменить ситуацию с производством пищевых продуктов из водных биоресурсов[22] (Rubio et al., 2019). Необходимо уделять должное внимание безопасности и качеству новых продуктов питания, чтобы решать конкретные проблемы с точки зрения защиты потребителей, здоровья населения и торговли. В этой связи ФАО и Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) ведут совместную работу, в том числе в рамках Комиссии "Кодекс Алиментариус", по выявлению и оценке угроз для безопасности пищевых продуктов, связанных с потреблением новых продуктов, закладывая основу для дальнейшей работы по их контролю (Codex Alimentarius Commission, 2021).

Повышение ценности

Восприятие потребителями ценности продукции рыболовства и аквакультуры может быть связано с ее материальными и нематериальными характеристиками. Переработка, которая приводит к изменению формы продукта или добавлению новых материальных характеристик, может повышать его ценность. Однако реальной альтернативой повышению ценности является улучшение неосязаемых характеристик, которые могут быть связаны не с технологическим процессом, а с личным взаимодействием потребителя с продуктом.

В последние десятилетия потребители проявляют растущий интерес к происхождению продуктов рыболовства и аквакультуры. Предоставление такой информации, включая сведения о пользе для здоровья, устойчивости методов производства и источниках средств к существованию людей, участвующих в функционировании производственно-сбытовых цепочек, может повышать эту нематериальную ценность. Информация о продукции от одного предприятия к другому (B2B) может передаваться посредством сертификации продукции, а от предприятия потребителям (B2C) – путем маркировки продукции. Например, новые подходы к электронной торговле помогают производителям, в том числе из сельских районов, напрямую связываться с новыми или существующими клиентами и сопровождать продукт привлекательной историей.

Для передачи сведений между сегментами производственно-сбытовых цепочек можно использовать системы прослеживаемости цепочек, из которых можно узнавать о пути следования продуктов – такое знание при условии эффективного использования потенциально повышает воспринимаемую ценность продукта. Расширяется использование электронных систем прослеживаемости, в том числе с использованием технологии блокчейн, которые обеспечивают прозрачность, безопасность и сохранность данных, а также быструю их передачу по производственно-сбытовой цепочке.

Новые возможности для повышения ценности продукции рыболовства и аквакультуры открывают новаторские способы использования и расширенное использование водных ресурсов в индустрии моды (например, использование рыбьей кожи). Несмотря на возникающие препятствия, такие как скептическое отношение к модной продукции с использованием рыбных ресурсов, нестабильность поставок качественного сырья и ограниченный доступ к финансированию, есть примеры местных общин, которые открыли успешные предприятия, создавая альтернативные возможности трудоустройства и доказывая, что этот метод повышения ценности может быть перспективным вариантом для тех, кто обладает предпринимательским мышлением.

Одной из возможностей обеспечить доход для рыбаков, рыбоводов и их сообществ и в то же время защитить окружающую среду и местное культурное наследие является "рыбный туризм". Он включает рыболовные экскурсии, любительское рыболовство, экскурсии на рыбные фермы и в рыбацкие деревни, дегустацию местных деликатесов, кулинарные курсы и даже проживание, организуемое местными рыбаками. Во многих развивающихся странах, богатых природными достопримечательностями и зачастую нетронутыми прекрасными уголками, существуют широкие возможности для "рыбного туризма".

Кроме того, сектор рыболовства и аквакультуры обладает потенциалом создания нерыночной стоимости за счет положительных внешних факторов, расширяя тем самым спектр благ, приносимых обществу. Примеры включают регулирующие услуги, такие как секвестрация углерода и восстановление питательных веществ в добываемых видах аквакультуры (например, водоросли, двустворчатые моллюски), обеспечение среды обитания для других организмов и, не в последнюю очередь, культурные услуги, такие как историческое кустарное рыболовство, сопряженное с общественными, образовательными, символическими и духовными благами.

Модные изделия из рыбы, "рыбный туризм" и другие новаторские способы повышения экономической эффективности сектора рыболовства и аквакультуры являются перспективными нетрадиционными подходами, дающими возможности для максимизации дополнительной ценности. Сочетание традиционных и инновационных методов ее повышения помогает повышать и устойчивость сектора, в том числе источников средств к существованию мелких производителей и их сообществ. Помимо этого, возможности получения добавленной стоимости могут быть обеспечены за счет использования возобновляемых источников энергии (врезка 18).

ВРЕЗКА 18 ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ВОЗОБНОВЛЯЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ ЭНЕРГИИ В ПРОИЗВОДСТВЕННО-СБЫТОВЫХ ЦЕПОЧКАХ В МАЛОМАСШТАБНОМ РЫБОЛОВСТВЕ И АКВАКУЛЬТУРЕ

Для функционирования всех сегментов сектора рыболовства и аквакультуры – от производства до послепромысловой переработки, поставки продукции на рынок и распределения – крайне необходима энергия, особенно получаемая от ископаемого топлива[1].

На разных этапах производственно-сбытовых цепочек в рыболовстве и аквакультуре используются разные объемы энергии. Энергия – важнейшая статья расходов, на которую сектор практически не влияет; она оказывает ощутимое влияние на прибыль и средства к существованию его субъектов. На этапах послепромысловой переработки, распределения и торговли как в аквакультуре, так и в промышленном рыболовстве необходимы не только ископаемое топливо и электроэнергия, но и древесина, которая используется для копчения рыбы. Кроме того, для сохранения и предотвращения потерь скоропортящейся продукции необходимы холодильные цепочки. Развивающиеся страны испытывают серьезные трудности с доступом к надежным и недорогостоящим источникам энергии ввиду отсутствия инфраструктуры и непомерно высокой стоимости ресурса, особенно для сельского населения, что приводит к серьезным нарушениям требований к холодильной цепи во время хранения и переработки[2] и к потере значительной доли продуктов из водных биоресурсов.

Например, ожидается, что вследствие роста населения и повышения уровня жизни спрос на энергию в странах Африки к 2040 году вырастет почти в два раза[2]. Хотя многие африканские страны являются чистыми импортерами ископаемых энергоносителей, во многих развивающихся районах стран Африки к югу от Сахары и в Азии имеются возобновляемые источники энергии; их эксплуатация может сформировать условия для создания новых рабочих мест, экономического роста, создания социальных благ и улучшения положения с точки зрения здоровья, а также способствовать смягчению последствий изменения климата[3].

В частности, значительно возросли масштабы использования солнечной энергии для охлаждения продукции и ее хранения в холодильных камерах. Расходы на инфраструктуру для маломасштабного производства энергии из возобновляемых источников зачастую примерно такие же, как расходы на крупные централизованные электросети, или даже ниже[2]. Благодаря техническому развитию и стимулам стоимость электроэнергии от установок на солнечных батареях в период с 2010 по 2019 год снизилась на 82 процента, а стоимость энергии, производимой наземными ветряными электростанциями, упала на 40 процентов. Во многих странах затраты на строительство новых установок для производства энергии из возобновляемых источников в настоящее время не выше, а в ряде случаев и ниже, чем на традиционное производство[3].

Возможности использования возобновляемых источников энергии расширяются, и необходимо стимулировать их применение на всех этапах производственно-сбытовых цепочек в маломасштабном рыболовстве и аквакультуре. При этом уровень развития технологий неодинаков, и применимость и перспективность технологий с точки зрения экономики зависит от страны и района. Установки на солнечных батареях могут использоваться для зарядки двигателей рыболовных судов, питания оборудования на объектах аквакультуры (кормушек, насосов, аэраторов, охранного освещения), а также оборудования для переработки, производства льда, охлаждения и холодного хранения, в том числе в сегментах транспортировки и розничной торговли. Биотопливо может использоваться для питания оборудования на объектах аквакультуры, лотков для уличной торговли и в цепочке дистрибуции продуктов из водных биоресурсов. Геотермальное тепло, доступное во многих развивающихся странах, может стать источником энергии для подогрева воды на предприятиях аквакультуры или для сушки рыбы, а микрогидроэлектростанции могут обеспечивать объекты аквакультуры экологически чистой электроэнергией.[4]

Решения в области возобновляемых источников энергии помогут получать чистую энергию и использоваться в рамках гибких альтернатив и открывают перспективы для создания добавленной стоимости занимающемуся рыболовством и аквакультурой населению удаленных районов, которое не имеет доступа к надежным источникам энергии и несет высокие и нестабильные издержки, пользуясь ископаемым топливом. Для использования этих возможностей потребуется сильная политическая воля; кроме того, будут необходимы меры политики, стимулирующие инвестиции в создание инфраструктуры для эффективного внедрения возобновляемых источников энергии.[3]

[1] FAO. 2015. Fuel and energy use in the fisheries sector: Approaches, inventories and strategic implications. FAO Fisheries and Aquaculture Circular No. C1080. Rome. (также доступно по адресу: www.fao.org/3/i5092e/i5092e.pdf).

[2] FAO. 2016. How access to energy can influence food losses: A brief overview. Environment and Natural Resources Management Working Paper No. 65. Rome. (также доступно по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/86761a85-0e35-4b89-b2ac-691be59c714a).

[3] IRENA. 2020. The renewable energy transition in Africa. Country studies for Côte d’Ivoire, Ghana, South Africa, Morocco and Rwanda. Abu Dhabi, IRENA, and Eschborn, Germany, GIZ.

[4] Micro-hydro turbines can be a very efficient and convenient form of small-scale renewable electricity to power electric heaters to maintain pond or tank water temperature and replace diesel generators in fish farms. Дополнительную информацию см.:
FAO. Готовится к публикации. Renewable energy, post-harvest practices, and small-scale value chains: Current status and way forward. Rome.

Прозрачные и ответственные производственно-сбытовые цепочки

Прослеживаемость

Системы прослеживаемости, включая связанные с ними элементы обеспечения прозрачности, представляют собой важнейшие совместные механизмы создания прозрачных и ответственных производственно-сбытовых цепочек. Они позволяют проследить путь продукта от места его происхождения до конечного рынка и получить информацию о соблюдении требований целого ряда нормативных документов в отношении рыболовства (Hosch and Blaha, 2017), а также требований по безопасности пищевых продуктов и сертификации (см. рисунок 56).

РИСУНОК 56 ПРОСЛЕЖИВАЕМОСТЬ В ПРОИЗВОДСТВЕННО-СБЫТОВЫХ ЦЕПОЧКАХ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ

1 Обратите внимание, что существуют и другие виды транспорта - наземный, водный и воздушный.

ПРИМЕЧАНИЕ. Данная инфографика представляет собой общую и упрощенную картину цепочки создания стоимости и связанной с ней прослеживаемости, при этом она не включает всех связей и сопутствующих услуг. Цепочки отслеживаемости и создания стоимости продуктов из водных биоресурсов представляют собой комплексную, глобальную и сложную систему.

ИСТОЧНИК. ФАО.

Однако в условиях глобализации торговли продукцией рыболовства и аквакультуры и с учетом присущей сектору разрозненности производственно-сбытовых цепочек, внедрение эффективных систем прослеживаемости на государственном и частном уровнях сопряжено с определенными трудностями. Например, промышленность, правительства и даже потребители могут быть не готовы твердо соблюдать принципы систем прослеживаемости или не осведомлены об их преимуществах либо технологии и стандарты, необходимые для их внедрения, могут быть недоступны (Borit and Olsen, 2016).

Стремясь решить часть вышеперечисленных проблем, ФАО в ноябре 2018 года провела международный семинар "Устойчивые производственно-сбытовые цепочки морепродуктов: прослеживаемость" (ФАО, 2018а), на котором были представлены рекомендации, в том числе по выявлению и документированию преимуществ внедрения систем прослеживаемости и стимулов для их применения, а также по представлению информации о примерах успешной работы (Borit and Olsen, 2020).

Учитывая взаимосвязанность производственно-сбытовых цепочек в рыболовстве и аквакультуре, сотрудничество на всех этапах имеет решающее значение для формирования надежных систем сквозной прослеживаемости. Большинство существующих систем разрознены и представляют собой внутренние системы отдельных компаний, что создает информационные пробелы в това-ропроводящих цепочках и снижает эффективность деятельности. Поэтому очень важно, чтобы партнеры по товаропроводящей цепочке заключали договоренности не только об обмене данными определенного уровня, но и о повышении совместимости (Blaha, 2017).

В интересах налаживания и дальнейшего развития этого сотрудничества в условиях цифровой революции, преобразующей продовольственные системы, ФАО помогает в совершенствовании систем прослеживаемости так, чтобы они обеспечивали более полное соответствие требованиям (Hosch and Blaha, 2017), прежде всего с точки зрения действенности, эффективности и совместимости[23]. С этой целью были организованы открытые для участия общественности консультации в онлайн-формате (ФАО, 2021f) и региональные консультации в рамках разработки проекта руководства "Развитие сквозной прослеживаемости: критические события прослеживаемости (КСП) и ключевые элементы данных (КЭД) в производственно-сбытовых цепочках промышленного рыболовства и аквакультуры".

Система документации улова (СДУ)

Системы документации улова (СДУ) являются важнейшим инструментом борьбы с ННН промыслом. Сертификаты СДУ и торговые документы, заверенные национальными компетентными органами, подтверждают законность происхождения продукции и сопровождают продукты из водных биоресурсов от мест лова до рынков. Они удостоверяют, что вылов был произведен в соответствии со всеми применимыми требованиями. В 2017 году члены ФАО приняли Рекомендации по составлению схем документации улова (РСДУ) для использования при разработке и согласовании новых и существующих схем.

Помимо РДСУ, ФАО разрабатывает рекомендации (ФАО, 2022b), которые помогут национальным органам понять и внедрить СДУ. В частности, они призваны помочь в согласовании и доработке существующих национальных инструментов мониторинга, контроля и надзора (МКН) и систем отслеживания продукции так, чтобы они удовлетворяли внутренним и внешним требованиям к документации о законном происхождении. В ходе разработки рекомендаций было замечено, что, хотя КЭД в разных схемах могут существенно различаться, сертификаты, оформляемые в рамках СДУ (например, для идентификации рыболовных судов и подтверждения законности их эксплуатации), зачастую одинаковы.

Руководство рекомендует национальным органам обсудить, какие КЭД должны проверяться и утверждаться в их юрисдикции для подтверждения соответствия продукции требованиям законодательства. Национальным органам рекомендуется рассмотреть вопрос о том, как можно более эффективно использовать существующие системы или инструменты проверки (например, базы данных получивших разрешение судов и лицензий на рыбную ловлю или аудиты прослеживаемости) для повышения качества процессов проверки в отношении государств флага, государств порта, государств рынка и государств, которые хранят, перерабатывают или экспортируют продукты рыболовства. Кроме того, странам рекомендуется обеспечить прослеживаемость законного происхождения, чтобы избежать отмывания несертифицированных продуктов рыболовства и нарушений в сертифицированной товаропроводящей цепочке.

Чтобы гарантировать возможность использовать рекомендации на практике, они были опробованы на семинарах с участием представителей рыбохозяйственных и таможенных органов в ряде стран, после чего документ был доработан. Усилия по повышению эффективности процессов сбора и передачи данных о законном происхождении в СДУ на уровне стран будут продолжены в рамках Глобальной программы по развитию потенциала в поддержку применения Соглашения о мерах государства порта (СМГП) и дополняющих его международных документов, региональных механизмов и инструментов для борьбы с ННН промыслом.

Социальная ответственность

По данным Международной организации труда (МОТ), рыболовство является одной из трех наиболее опасных профессий. Достойные условия труда в производственно-сбытовой цепочке рыболовства и аквакультуры являются важнейшим фактором снижения рисков для множества людей, для которых этот сектор является источником дохода, средств к существованию или занятости. Использование неустойчивых методов может приводить к возникновению различных социальных проблем на разных этапах цепочки, которые особенно серьезно сказываются на уязвимых группах населения, таких как рабочие-мигранты, женщины и дети. Например, при ведении ННН промысла рабочие-мигранты чаще становятся жертвами современного рабства, попадают в неволю, занимаются принудительным трудом и страдают от других злоупотреблений. На всех этапах производственно-сбытовой цепочки в секторе рыболовства и аквакультуры сохраняются такие структурные проблемы, как отсутствие социальной защиты, социального обеспечения и медицинского обслуживания, официальных трудовых отношений (т.е. трудовых договоров) и неудовлетворительные условия труда. Эти социальные проблемы могут усугубляться экологическими проблемами, такими как изменение климата и потеря биоразнообразия, от которых многие прибрежные общины практически не защищены.

Существуют различные международные документы (конвенции, руководства и т.д.), касающиеся прав человека и трудовых прав и призванные содействовать принятию равноправных социальных подходов. Однако их комплексный характер и разнообразие осложняют их осуществление заинтересованными сторонами в секторе рыболовства и аквакультуры. Кроме того, начавшаяся в марте 2020 года пандемия COVID-19 привела к сбоям в товаропроводящих цепочках и создала новые угрозы здоровью, помимо уже нестабильных условий труда. Многие работодатели не смогли инвестировать необходимые ресурсы для обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и санитарии или реорганизации рабочего пространства так, чтобы обеспечить эффективное социальное дистанцирование. Кроме того, сбои в торговле приводили к снижению доходов от продаж, что создавало проблемы как для работников, так и для работодателей, вплоть до банкротства и его социальных последствий.

В 2019 году ФАО провела многосторонние консультации по всему миру для разработки практического руководства по социальной ответственности в секторе с участием представителей отрасли, правительств, НПО, профсоюзов, региональных органов, международных организаций и научных кругов и др.

Руководство будет охватывать различные этапы производственно-сбытовых цепочек в рыболовстве и аквакультуре и объединит соответствующие действующие международные документы и инструменты в добровольный, необязательный документ практической направленности, который поможет политикам ориентироваться во все более сложной среде. В нем будет применяться подход, основанный на трудовых правах, правах человека и комплексной оценке, который будет способствовать распространению равноправных социальных подходов. Руководство будет в первую очередь касаться ответственности частного сектора, но может быть актуально и для других сторон, заинтересованных в том, чтобы стимулировать социально-ответственное поведение в производственно-сбытовых цепочках в секторе рыболовства и аквакультуры.

Комплексные и невосприимчивые к внешним воздействиям производственно-сбытовые цепочки

"Голубые рыболовные порты"

Рыболовный порт – жизненно важное звено производственно-сбытовой цепочки в сфере рыболовства и аквакультуры для многих ее субъектов (рыбаков, покупателей, торговых организаций, поставщиков услуг, государственных и частных учреждений). Он может играть разные социальные, экономические и экологические роли с местной, региональной, национальной и глобальной точек зрения. Рыболовные порты могут содействовать устойчивому развитию рыболовства и аквакультуры, стимулировать сокращение отходов и загрязнения окружающей среды, способствовать сохранению питательных свойств продуктов из водных биоресурсов, обеспечивать качество и создавать стимулы для установления справедливых цен и наращивания экспорта.

Инициатива ФАО "Голубые рыболовные порты" – это инновационная схема, нацеленная на усиление роли портов как движущей силы устойчивого развития в прибрежных городах и общинах, максимальное расширение сбора данных и обеспечения применения регулирующих документов, модернизацию инфраструктуры и услуг и, таким образом, решение национальных и глобальных задач по обеспечению устойчивого развития морских и прибрежных районов.

Инициатива призвана обеспечить использование стратегического положения рыбопромысловых портов в производственно-сбытовых цепочках в рыболовстве и аквакультуре в интересах содействия устойчивому поступательному социально-экономическому росту и уменьшения их негативного воздействия на окружающую среду. Решающими факторами являются наличие надлежащей инфраструктуры и подходы к управлению портом и его обслуживанию. Кроме того, инициатива способствует сокращению нищеты и обеспечению продовольственной безопасности за счет повышения качества пищевой продукции, снижения объемов ППП, сохранения природных ресурсов, развития производственно-сбытовых цепочек, обеспечения соблюдения трудовых прав и гендерного равенства в морских секторах (см. рисунок 57).

РИСУНОК 57 ИНИЦИАТИВА ФАО "ГОЛУБЫЕ РЫБОЛОВНЫЕ ПОРТЫ"

ИСТОЧНИК: ФАО.

Эта инициатива ФАО разрабатывалась с привлечением и учетом интересов широкого круга сторон начиная с тридцать третьей сессии Комитета по рыболовству в 2018 году и преследовала цель привлечь частный сектор к осуществлению принципов устойчивого развития экономики с опорой на ресурсы океана. Были проведены семинары и специальные совещания, на которых представители правительств и неправительственных органов из портов Азии, Америки, Африки и Европы обменивались опытом, информацией и передовыми методами. В настоящее время ФАО с участием ряда портов и рыбохозяйственных органов разных стран мира и при поддержке региональных и многосторонних организаций разрабатывает комплексную программу. Она призвана помочь рыбным портам в разработке и осуществлении устойчивых стратегий "голубой" трансформации, обеспечивающих баланс между социальными, экономическими и экологическими аспектами.

В рамках инициативы "Голубые рыболовные порты" уже начаты конкретные действия, в том числе по наращиванию потенциала, управлению знаниями и оказанию технической помощи, при участии 20 органов управления портами и административных органов в секторе рыбного хозяйства и в сотрудничестве с международными организациями, в частности с Межправительственной океанографической комиссией (МОК ЮНЕСКО), Всемирным банком, МОТ и Международной морской организацией (ИМО).

В декабре 2021 года МОК-ЮНЕСКО и ФАО представили программу по наращиванию потенциала портовых властей с целью внедрения подхода морского пространственного планирования (МПП) в стратегические и оперативные процессы и демонстрации передового опыта. Кроме того, будет проведено глобальное картирование рыболовных портов и пунктов выгрузки, что поможет определить возможности для рационализации развития морских производственно-сбытовых цепочек.

Модели поведения потребителей

Значительный рост производства и доступности пищевых продуктов из водных биоресурсов в последнее десятилетие был обусловлен различными факторами, включая повышение спроса на устойчивые, диверсифицированные, доступные и питательные продукты рыболовства и аквакультуры. Чтобы получить доступ к этим рынкам, производители и переработчики должны учитывать в своих стратегиях меняющийся спрос и разные типы и модели поведения потребителей.

В последние годы спрос и предложение продукции рыболовства и аквакультуры меняются, и растущее влияние на них, помимо традиционных параметров (цены и безопасности пищевых продуктов), оказывают характеристики, связанные с экономической, экологической и социальной устойчивостью.

Кроме того, на модели потребления повлияла пандемия COVID-19. В начале пандемии и во время последующих волн потребление пищевой продукции из водных биоресурсов в домашних хозяйствах резко сократилось, рыболовство было приостановлено, а рыбные рынки закрыты. После снятия ограничений возникли проблемы с поставками и распределением видов, традиционно поставляемых в гостиницы, рестораны и предприятия общественного питания. Кроме того, в период пандемии потребители стремились запасаться продуктами с длительным сроком хранения, такими как рыбные консервированные продукты из водных биоресурсов.

В условиях, когда гражданам запрещено было выходить из дома и были временно закрыты предприятия сферы гостеприимства, продукция рыболовства и аквакультуры перенаправлялась в супермаркеты и другие точки сбыта конечным потребителям. Многие ценные виды стали использоваться при приготовлении пищи для домашнего потребления в домохозяйствах, которые обычно не потребляли такие виды или потребляли их только в ресторанах по особым случаям. Увеличился объем онлайновых продаж и доставки продуктов рыболовства и аквакультуры на дом.

Требования рынка постоянно меняются, поскольку НПО и потребители уделяют все больше внимания аспектам социальной и экологической ответственности при производстве[24] и торговле продукцией рыболовства и аквакультуры. Помимо вышеперечисленного, пищевая продукция из водных биоресурсов крайне важна для формирования здорового рациона (врезка 19).

ВРЕЗКА 19 РЫБА И ДРУГАЯ ПИЩЕВАЯ ПРОДУКЦИЯ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ КАК ЭЛЕМЕНТ ЗДОРОВОГО РАЦИОНА И УСТОЙЧИВЫХ ПРОДОВОЛЬСТВЕННЫХ СИСТЕМ[1]

Рыба и другая пищевая продукция из водных биоресурсов, источником которой являются рыболовство и аквакультура, признаны уникальным источником высококачественных биодоступных животных белков и уникальных микроэлементов, таких как жирные кислоты омега-3, витамины и минералы, жизненно важных для физического и когнитивного развития человека начиная с внутриутробного периода, младенчества и детства, а также для поддержания надлежащего качества питания и здоровья в подростковом и взрослом возрасте.

Чтобы обеспечить выполнение международных рекомендаций по здоровому питанию, предусматривающих употребление 28 г рыбы в день на человека[2], необходимо удовлетворить высокий спрос на продукцию рыболовства и аквакультуры, который в 2019 году оценивался в 10,2 кг на душу населения в год. Учитывая существующие факторы, препятствующие устойчивости, и возможные подходы к обеспечению этой продукцией, можно повысить доступность пищевой продукции из водных биоресурсов за счет сокращения потерь и порчи пищевой продукции и разработки инновационных, питательных и вкусных продуктов с использованием нецелевых видов, побочных продуктов и продукции из водных видов низкого трофического уровня. Для достижения этой цели необходимо сделать эти продукты приоритетными для потребления человеком и изучить альтернативы их использованию в кормах для животных.

По возможности настоятельно рекомендуется потребление цельной рыбы, которое полезно как с точки зрения питания, так и с точки зрения экологии. Во многих регионах мира мелкие виды рыб потребляются целиком, включая голову, глаза, кости и внутренности – важнейший источник микроэлементов. При этом доля использования филе тилапии, тунца или лосося, гораздо ниже: потребляется только 30–70 процентов рыбы, а остальные части выбрасываются[3]. Используя простые технологии переработки, можно превращать головы и кости в питательные и вкусные продукты. Известно, что использование целой мелкой рыбы или переработанных субпродуктов повышает содержание питательных веществ в пище и при этом снижает стоимость и увеличивает доступность рыбы, особенно для программ школьного питания. Например, в Гане порошок из хребта тунца, который стали добавлять в традиционные блюда для школьного питания, оказался приемлемым продуктом для школьников[4], а в Гватемале головы и кости тилапии успешно перерабатывались и включались в школьное питание, что увеличило коэффициент использования рыбы с 30 до более 80 процентов[5].

Пандемия COVID-19 усугубила проблему отсутствия продовольственной безопасности и, как ожидается, будет иметь долгосрочные последствия, такие как более широкое распространение недоедания и отставания в росте[6]. Включение пищевой продукции из водных биоресурсов в рацион наряду с другими питательными продуктами может стать важнейшим средством укрепления здоровья людей и планеты.

[1] См. также врезку 24.

[2] Willet, W., Rockstrom, J., Loken, B., Springmann, M., Lang, T., Vermeulen, S., Garnett, T. et al. 2019. Food in the Anthropocene: the EAT-Lancet Commission on healthy diets from sustainable food systems. Lancet, 393(10170): 447–492. Доступно онлайн [по состоянию на 9 ноября 2021 года]. https://doi.org/10.1016/S0140-6736(18)31788-4

[3] Olsen, R.L., Toppe, J. & Karunasagar, I. 2014. Challenges and realistic opportunities in the use of by-products from processing of fish and shellfish. Trends in Food Science and Technology, 36(2): 144–151.

[4] Glover-Amengor, M., Ottah Atikpo, M.A., Abbey, L.D., Hagan, L., Ayin, J. & Toppe, J. 2012. Proximate composition and consumer acceptability of three underutilized fish species and tuna frames. World Rural Observations, 4(2): 65–70 (также доступно по адресу: www.sciencepub.net/rural/rural0402/011_9765rural0402_65_70.pdf).

[5] FAO. 2018. Guatemala’s school-feeding law prioritizes child nutrition and family farming. См.: FAO. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 17 марта 2022 года]. www.fao.org/guatemala/noticias/detail-events/en/c/1103375

[6] ФАО, МФСР, ЮНИСЕФ, ВПП и ВОЗ. 2021. Положение дел в области продовольственной безопасности и питания в мире – 2021. Преобразование продовольственных систем в интересах обеспечения продовольственной безопасности, улучшения качества питания и экономической доступности здоровых рационов питания для всех. Рим, ФАО. (также доступно по адресу: https://doi.org/10.4060/cb4474en).

Международный год кустарного рыболовства и аквакультуры – 2022

Цель Международного года

Организация Объединенных Наций провозглашает определенные дни, недели, годы и десятилетия для того, чтобы привлекать внимание к событиям и темам, важным для содействия достижению ее целей в области развития посредством повышения информированности и действий[25]. В 2018 году Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций провозгласила 2022 год Международным годом кустарного рыболовства и аквакультуры (МГКРА 2022) и назначила ФАО куратором его проведения в сотрудничестве с другими профильными организациями и органами системы Организации Объединенных Наций (Организация Объединенных Наций, 2018).

Перед мировым сообществом стоит множество комплексных проблем, в числе которых голод, неполноценное питание и заболевания, обусловленные питанием, необходимость обеспечивать растущее население планеты достаточным количеством здоровой пищи, потери и МГКРА порча пищевой продукции, которые необходимо сокращать, чрезмерная эксплуатация природных ресурсов, последствия изменения климата и другие серьезные проблемы, такие как пандемия COVID-19. 2022 – это возможность привлечь внимание к важности маломасштабного кустарного рыболовства и маломасштабной аквакультуры для продовольственных систем, источников средств к существованию, культуры и окружающей среды. Малые кустарные рыболовные, рыбоводческие и рыбоперерабатывающие предприятия производят значительную долю пищевой продукции из водных биоресурсов[24], поэтому они могут стать основными проводниками преобразований в интересах устойчивого использования и сохранения живых водных ресурсов, которые окажут положительное косвенное воздействие на продовольственные системы и безопасность в плане питания.

МГКРА 2022 преследует следующие цели:

- ▸углубление понимания мировым сообществом того, что представляют собой маломасштабное кустарное рыболовство и аквакультура и стимулирование мер по поддержанию их вклада в устойчивое развитие, в частности в обеспечение продовольственной безопасности и питания, искоренение нищеты и использование природных ресурсов; и

- ▸развитие диалога и сотрудничества между маломасштабными кустарными рыбаками, рыбоводами, работниками рыбного хозяйства, правительствами и другими ключевыми партнерами в рамках производственно-сбытовой цепочки, а также дальнейшее укрепление их потенциала, необходимого для повышения устойчивости рыболовства и аквакультуры, содействие социальному развитию и повышению благополучия представителей сектора.

Цель МГКРА 2022 состоит в том, чтобы путем повышения осведомленности о роли маломасштабного рыболовства и аквакультуры укреплять взаимосвязи между наукой и политикой, расширять возможности заинтересованных сторон по осуществлению действий, в частности, направленных на создание новых и развитие существующих партнерств. Он дает возможность продемонстрировать потенциал и разнообразие маломасштабного кустарного рыболовства и аквакультуры и привлечь внимание к выгодам, которые можно получить благодаря налаживанию партнерских связей и сотрудничества с рыбаками, рыбоводами и работниками рыбного хозяйства в интересах устойчивого развития живых водных ресурсов. Привлекая внимание общественности и государства к этим подсекторам и населению, занимающемуся соответствующей деятельностью, и стимулируя принятие специальных мер государственной политики и программ, можно обеспечить реализацию их прав и обеспечить освоение ими передовых методов, направленных на устойчивое ведение деятельности.

Кроме того, МГКРА 2022 служит катализатором применения Кодекса ведения ответственного рыболовства и сопутствующих документов, таких как Добровольные руководящие принципы обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства в контексте продовольственной безопасности и искоренения бедности (Принципы УМР, ФАО, 2015), и создает условия для того, чтобы принимать конкретные меры в интересах достижения целей в области устойчивого развития (ЦУР). Он может помочь в соблюдении принципов принятой КРХ Декларации об устойчивости рыболовства и аквакультуры и Шанхайской декларации, в которых признается критическое значение маломасштабного рыболовства и аквакультуры. Проведение МГКРА 2022 вписывается в рамки провозглашенного Организацией Объединенных Наций Десятилетия семейных фермерских хозяйств (2019–2028 годы); эти два мероприятия играют взаимоподдерживающую роль и помогают привлекать внимание к мелким кустарным рыбакам, рыбоводам и работникам рыбного хозяйства.

После провозглашения МГКРА 2022[26] 19 ноября 2021 года по всему миру были проведены различные мероприятия, такие как первое совместное виртуальное заседание трех региональных комитетов по проведению МГКРА 2022 для региона Латинской Америки и Карибского бассейна. В Уганде и Малави прошли националь-ные мероприятия, а в Объединенной Республике Танзания – местное мероприятие в честь начала проведения года. В рамках МГКРА 2022 осуществляются разнообразные инициативы, ориентированные на различные стороны и партнерства по всему миру; проводятся сотни мероприятий[27], посвященных маломасштабному рыболовству и аквакультуре – таких как конференции и форумы[28], серии вебинаров и конкурсы, публикуются специальные выпуски журналов и коммуникационные материалы (например, инфографика и календари) для содействия достижению поставленных целей. Поддержка МГКРА 2022 становится все шире; развивается партнерское взаимодействие и сотрудничество, которое включает разнообразные инициативы и охватывает различные субъекты.

Семь основных компонентов Глобального плана действий по проведению МГКРА 2022 в интересах достижения ЦУР

Глобальный план действий в рамках Международного года кустарного рыболовства и аквакультуры – 2022, в основе которого лежат семь взаимосвязанных компонентов, призван помочь мелким хозяйствам, занимающимся кустарным рыболовством и аквакультурой, решить стоящие перед ними проблемы и использовать новые возможности, чтобы внести вклад в достижение ЦУР. В его осуществлении участвуют национальные административные органы, рыбаки, рыбоводы, работники рыбного хозяйства, неправительственные организации (НПО), организации гражданского общества (ОГО), частные предприятия, агентства по развитию и межправительственные органы (см. рисунок 58).

РИСУНОК 58 ОСНОВНЫЕ ТЕЗИСЫ, ЛЕЖАЩИЕ В ОСНОВЕ МГКРА 2022

ИСТОЧНИК: ФАО. 2021. Международный год кустарного рыболовства и аквакультуры 2022. Глобальный план действий. Рим. https://www.fao.org/3/cb4875ru/cb4875ru.pdf

Компонент 1 – экологическая устойчивость: устойчивое использование биоразнообразия в интересах жизнеспособности маломасштабного кустарного рыболовства и аквакультуры в долгосрочной перспективе

МГКРА 2022, в основе которого лежат ЦУР 2 (ликвидация голода), ЦУР 6 (Чистая вода и санитария), ЦУР 14 (сохранение морских экосистем), ЦУР 15 (сохранение экосистем суши), Глава 5 (Регулирование владения и пользования в маломасштабном рыболовстве и управление ресурсами) Принципов УМР и Глобальный план действий в области водных генетических ресурсов для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства (врезка 9), призван привлечь внимание к роли рыбаков, рыбоводов и работников рыбного хозяйства в обеспечении ответственного управления и устойчивого использования живых водных ресурсов и поддерживающих их экосистем.

Предусмотрены следующие мероприятия, помогающие убедиться в необходимости обеспечения права на доступ к природным ресурсам для тех, кто работает в сегменте маломасштабного рыболовства и аквакультуры:

- ▸сбор примеров из практики с целью разработки рекомендаций для директивных органов и более полного признания роли мелких хозяйств, занимающихся рыболовством, в устойчивом использовании и сохранении ресурсов[29];

- ▸разработка справочника по роли населения, занимающегося маломасштабным рыболовством, в охране окружающей среды;

- ▸укрепление взаимодействия и сотрудничества между организациями работников рыбного хозяйства, ОГО и другими организациями, занимающимися вопросами маломасштабного рыболовства и биоразнообразия[30] – такое взаимодействие помогает организовывать инклюзивные процессы, способствующие обеспечению баланса между устойчивым использованием ресурсов и соблюдением прав доступа и пользования, которыми наделены мелкие рыбаки (задача 14.b ЦУР)[31];

- ▸разработка AquaGRIS, новой глобальной системы информации о водных генетических ресурсах, с помощью которой можно характеризовать и каталогизировать культивируемые типы водных ресурсов, используемых в маломасштабной аквакультуре, и закладывать основу для разработки мер по обеспечению справедливого доступа и совместного использования выгод; и

- ▸разработка технических руководств по производству с целью создания условий для внедрения передовых методов ведения хозяйства в интересах обеспечения достойного уровня жизни и экологичности производства.

Компонент 2 – экономическая устойчивость: поддержание инклюзивных производственно-сбытовых цепочек в интересах маломасштабного кустарного рыболовства и аквакультуры

МГКРА 2022 призван привлечь внимание не только к роли мелких производителей пищевой продукции из водных биоресурсов в достижении ЦУР 12 (Ответственное потребление и производство), но и к актуальным для них проблемам в области экономической эффективности, доступа на рынки и социальной и экологической устойчивости.

Пункт "Повышение производительности и конкурентоспособности производственно-сбытовых цепочек и использование потенциала мелкого рыболовства и аквакультуры для устойчивого развития, а также обеспечение того, чтобы меры по улучшению экономического положения не исключали мер по обеспечению экологической устойчивости и социальной инклюзивности" согласуется с положениями Главы 7 (Производственно-сбытовые цепочки, послепромысловая деятельность и торговля) Принципов УМР и лежит в основе разработанной ФАО программы FISH4ACP, реализуемой Организацией африканских, карибских и тихоокеанских государств.

Компонент 3 – социальная устойчивость: обеспечение социальной инклюзии и благополучия в секторе маломасштабного рыболовства и аквакультуры

Задача 1.3 ЦУР предусматривает, что страны должны внедрить на национальном уровне надлежащие системы социальной защиты, для достижения ЦУР 8 необходимо обеспечить достойную работу для всех, а для достижения ЦУР 10 – сократить неравенство внутри стран и между ними. Все эти вопросы крайне актуальны для людей, занятых в секторе маломасштабного рыболовства и аквакультуры. Доказано, что меры политики и программы в области социальной защиты снижают уровень бедности и отсутствия продовольственной безопасности, стимулируют инвестиции в рыболовство и сельскохозяйственное производство, обеспечивают возможности для достойной работы и положительно влияют на местную экономику и местное население.

COVID-19 высветил важность социальной защиты для сохранения средств к существованию и поддержания достоинства мелких рыбаков, рыбоводов и работников рыбного хозяйства и повышения их общей жизнестойкости (ФАО, 2021g). Стремясь содействовать обеспечению достойных условий труда для работников, ФАО, Международная морская организация (ИМО) и Международная организация труда (МОТ) совместными усилиями изучили перспективы рыболовного сектора и рассмотрели вопросы обеспечения безопасности и безопасных условий труда в секторе рыболовства посредством применения международных стандартов (ФАО/ИМО/МОТ, 2020). Однако на национальном уровне большинство международных документов применяются лишь частично, и сектор по-прежнему сталкивается с проблемами недостаточного соблюдения положений трудового законодательства, ущемления прав мелких рыбаков, детского труда и препятствий для доступа к социальной защите.

Компонент 4 – общее руководство: обеспечение эффективного участия сектора маломасштабного кустарного рыболовства и аквакультуры в создании и развитии благоприятной политической среды

В соответствии с задачей 10.3 ЦУР[32], чтобы обеспечить устойчивое развитие маломасштабного рыболовства и аквакультуры, необходимо создать благоприятные условия для обеспечения равных возможностей и сокращения неравенства, а также для построения мирного и инклюзивного общества в интересах устойчивого развития (ЦУР 16).

МГКРА 2022 призван привлечь внимание к важности принятия целесообразных, прозрачных коллективных процессов для принятия решений, управления ресурсами и поставки продукции на рынки, а также для обеспечения мелким хозяйствам в секторе рыболовства и аквакультуры гарантированных прав доступа к природным ресурсам и услугам, особенно в условиях усиления конкуренции за такие ресурсы и дисбаланса сил.

Компонент 5 – гендерное равенство и равноправие: признание того, что женщины и мужчины, занятые в секторе маломасштабного кустарного рыболовства и аквакультуры, равноправны

Важно помнить, что гендерное равенство является не только правом человека, но и ключевым фактором устойчивого развития маломасштабного рыболовства и аквакультуры. Женщины составляют 40 процентов участников производственно-сбытовой цепочки в секторе; они выполняют целый ряд функций, но чаще, чем мужчины, занимают наименее стабильные и самые низкооплачиваемые должности, не участвуют на равных в деятельности организаций и процессах принятия решений, не получают поддержки со стороны законодательства и политики в области равенства, не имеют равного доступа к ресурсам, рынкам, технологиям и услугам и не пользуются ими.

Проведение МГКРА 2022 призвано обеспечить прогресс в достижении ЦУР 5 (Гендерное равенство) и выполнении положений Главы 8 (Гендерное равенство) Принципов УМР; для этого необходимо расширять права и возможности женщин, обеспечивая гендерное равенство, улучшая социально-экономические показатели сектора и оказывая содействие сообщества мелких рыболовецких и фермерских хозяйств путем повышения роли женщин как проводников перемен.

Компонент 6 – продовольственная безопасность и питание: распространение информации о вкладе маломасштабного кустарного рыболовства и аквакультуры в обеспечение здорового питания в устойчивых продовольственных системах

Маломасштабное рыболовство и аквакультура не только вносят прямой вклад в поддержание продовольственной безопасности и питания, обеспечивая около 500 млн человек пищевой продукцией из водных биоресурсов, но и создают возможности для получения средств к существованию и, таким образом, косвенно способствуют улучшению положения в области продовольственной безопасности и питания, внося еще больший вклад, если принимать во внимание также роль мелкомасштабной аквакультуры.

Цель МГКРА 2022 состоит в том, чтобы привлечь внимание к вкладу мелких производителей пищевой продукции из водных биоресурсов в развитие продовольственных систем и обеспечение питания, поскольку в секторе маломасштабного рыболовства и аквакультуры вылов составляет около 40 процентов от общемирового и обеспечивается, по оценкам, порядка 50 процентов рекомендуемого объема потребления жирных кислот омега-3 для почти 1 млрд женщин (2021; FAO, Университет Дьюка и Всемирный центр по рыбным ресурсам, 2022).

Компонент 7 – стойкость к внешним воздействиям: повышение готовности и адаптационного потенциала маломасштабного кустарного рыболовства и аквакультуры в условиях деградации окружающей среды, потрясений, бедствий и изменения климата

Маломасштабное рыболовство и аквакультура подвергаются ряду рисков. В Рамочной конвенции Организации Объединенных Наций об изменении климата (РКИК ООН) и Парижском соглашении признается, что изменение климата может иметь катастрофические последствия для малых островных развивающихся государств (МОСТРАГ), наименее развитых стран (НРС) и других уязвимых государств, где проживает население, занимающееся маломасштабным рыболовством и сельским хозяйством.

Задача 1.5 ЦУР 1.5[33] касается стойкости к внешним воздействиям в контексте связанных с климатом экстремальных явлений и других экономических, социальных и экологических потрясений и бедствий. Кроме того, стойкость к внешним воздействиям является основным элементом задачи 13.1 "повысить сопротивляемость и способность адаптироваться к опасным климатическим явлениям и стихийным бедствиям во всех странах".

Проведение МГКРА 2022 способствует решению этих задач, так как оно расширяет возможности для применения элементов Принципов УМР, касающихся изменения климата и риска бедствий, а также для проведения мероприятий по повышению осведомленности, наращиванию потенциала и созданию рабочих мест для населения, работающего в сегментах маломасштабного рыболовства и аквакультуры, в рамках планов по восстановлению после пандемии COVID-19 по принципу "сделать лучше, чем было". Руководство Cook, Rosenbaum и Poulain (2021) призвано помочь директивным органам, государственным учреждениям, партнерам по развитию и ОГО в разработке и осуществлении мер политики и программ в сфере рыболовства, касающихся рисков бедствий и изменения климата в контексте прав человека. Еще одним вспомогательным инструментом с акцентом на мужчинах и женщинах – мелких рыбаках и рыбоводах[34] – является онлайновый электронный учебный курс "Реагирование на чрезвычайные ситуации в области рыболовства и аквакультуры" (FARE)[35].

Выявление скрытых ресурсов: вклад маломасштабного рыболовства в устойчивое развитие

Для достижения цели МГКРА 2022, которая заключается в повышении осведомленности мирового сообщества о вкладе маломасштабного кустарного рыболовства и аквакультуры в устойчивое развитие, обеспечение продовольственной безопасности и питания, искоренение нищеты и использование природных ресурсов, необходимо получать достоверные фактические данные, свидетельствующие о пользе, взаимосвязях и воздействии маломасштабного рыболовства и аквакультуры.

В рамках подготовки к проведению Международного года кустарного рыболовства и аквакультуры – 2022 ФАО в сотрудничестве со Всемирным центром по рыбным ресурсам и Университетом Дьюка провела исследование "Выявление скрытых ресурсов" (ВСР) (ФАО, Университет Дьюка и Всемирный центр по рыбным ресурсам. Готовится к публикации). В основу исследования ВСР были положены продуманная методика и междисциплинарный подход, с помощью которых была собрана и обобщена информация о маломасштабном рыболовстве. В проведении 58 тематических исследований по странам и территориям, на которые приходится 68 процентов общемирового объема вылова в морских водах и 62 процентов вылова во внутренних водоемах, приняли участие более 800 экспертов. В серии тематических исследований рассматриваются такие ключевые темы, как взаимосвязи в окружающей среде, воздействие изменения климата, самобытность, коренные народы и маломасштабное рыболовство, а в обобщенном исследовании маломасштабное рыболовство рассматривается в комплексе, включая его вклад в охрану окружающей среды, развитие общества, экономики и регулирование; сквозной темой исследования стала гендерная проблематика.

По итогам исследования были сделаны следующие основные выводы (см. рисунок 59):

- ▸Вылов мелких рыболовецких хозяйств оценивается в 37 млн тонн, что составляет 40 процентов от общего объема продукции морского рыболовства и рыболовства во внутренних водоемах.

- ▸В маломасштабном рыболовстве заняты около 90 процентов всех работников сектора промыслового рыболовства; по оценкам, в их число входят, по оценкам, 21 млн женщин.

- ▸Принимая во внимание также натуральное хозяйство, около 94 процентов всех, кто занят по найму и ведет натуральное хозяйство в промысловом рыболовстве, задействованы в мелкомасштабном рыболовстве, включая, по оценкам, 45 миллионов женщин.

- ▸Учитывая также членов домохозяйств, как минимум часть средств к существованию от маломасштабного рыболовства получают 492 млн человек.

- ▸Разные виды рыбы имеют разную питательную ценность; особенно питательна мелкая рыба. Продукция маломасштабного рыболовства способна обеспечить 50 процентов рекомендуемой суточной нормы потребления жирных кислот омега-3 для 987 млн женщин в мире и 20 процентов от рекомендуемой суточной нормы потребления кальция, селена и цинка – для 477 млн женщин.

РИСУНОК 59 ВКЛАД МАЛОМАСШТАБНОГО РЫБОЛОВСТВА В УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ

1 Среднее значение за 2013–2017 годы, экстраполяция на основе данных 58 тематических исследований по странам и территориям в рамках исследования ВСР.

2 Экстраполяция на основе данных 78 страновых обследований домохозяйств за 2016 год с учетом полной и частичной занятости во всей производственно-сбытовой цепочке (цифры округлены).

3 Экстраполяция на основе данных 58 тематических исследований по странам и территориям в рамках исследования ВСР.

4 С момента первой продажи улова в ММР (2013–2017 годы).

5 На основе обследований 717 организаций, представляющих ММР, по всему миру в рамках ВСР.

6 С опорой на информацию и выводы 28 консультантов по гендерным вопросам.

7 Выгрузки – только та рыба, которую рыбаки оставляют для потребления, продажи или торговли, улов – вся пойманная рыба.

8 На основе прогнозного моделирования содержания питательных веществ, выполненного группой по проведению ВСР и партнерами.

ИСТОЧНИК: ФАО, Университет Дьюка и Всемирный центр по рыбным ресурсам. Источники финансирования: СИДА, НОРАД, Фонд ОАК и Программа исследований КГМСХИ по рыбным агропродовольственным системам.

www.fao.org/3/cb8233en/cb8233en.pdf

В процессе сбора и обобщения данных для ВСР был выявлен широкий разброс в подходах к сбору правительственных данных о маломасштабном рыболовстве; кроме того, авторы выяснили, что информация, которая может использоваться при разработке мер политики и принятии решений в отношении этого сегмента рыболовства, зачастую не собирается. В странах, где данные собираются, не всегда есть возможности для их анализа и интерпретации и им не всегда уделяется первоочередное внимание.

МГКРА 2022 и результаты исследования ВСР служат катализаторами всеобъемлющего изменения подходов к сбору и анализу данных о маломасштабном рыболовстве. Создание в странах долгосрочных возможностей для совершенствования сбора, анализа и распространения данных в поддержку маломасштабного рыболовства позволит вести мониторинг рыболовства и связанных с ним источников средств к существованию так, чтобы его результаты более полно отражали уникальные условия, в которых функционирует сектор, и должным образом учитывались директивными органами.

Вклад маломасштабного рыболовства и аквакультуры в обеспечение продовольственной безопасности и продовольственных систем

Широко известно, что пищевая продукция из водных биоресурсов является уникальным источником незаменимых жирных кислот и более широкого спектра микронутриентов и биодоступных животных белков. Она помогает устранять дефицит микроэлементов в рационе многих уязвимых в плане питания людей в развивающихся странах и снижать риск связанных с питанием неинфекционных заболеваний, таких как сердечно-сосудистые заболевания, гипертония и повышенный уровень холестерина в организме, инсульты и диабет. Потребление продукции из водных биоресурсов повышает содержание питательных веществ в грудном молоке и разнообразит рацион беременных и кормящих женщин, улучшает когнитивное развитие детей грудного и раннего возраста и сокращает распространенность задержки роста и острого неполноценного питания у таких детей. Кроме того, продукты из водных био-ресурсов являются неотъемлемой частью здорового рациона, необходимого как для подростков, так и для взрослых ("ООН-питание", 2021).

Из семи приоритетных направлений деятельности по ликвидации голода и защите планеты, обозначенных в призыве Генерального секретаря ООН к Саммиту ООН по продовольственным системам, с точки зрения МГКРА 2022 наиболее актуальны защита равенства и прав, содействие производству пищевой продукции из водных биоресурсов, ликвидация голода и улучшение рациона питания[36], Маломасштабное рыболовство и аквакультура могут сыграть важнейшую роль в формировании устойчивых и равноправных продовольственных систем, обеспечивающих питание для всех (Short et al., 2021; Golden et al., 2021; "ООН-питание", 2021).

Проведение МГКРА 2022 и работа, осуществляемая в сотрудничестве с Комитетом по всемирной продовольственной безопасности, дают уникальную возможность донести до общественности перечисленные выше важнейшие идеи, защитить уязвимые сообщества, сбалансировать меры политики в области сельского хозяйства и рыболовства так, чтобы они способствовали переходу к инвестициям с более полным учетом вопросов питания, позволяют уделить приоритетное внимание разнообразным продуктам из водных биоресурсов в целях поддержания здоровья населения и придать маломасштабному рыболовству и аквакультуре важную роль в построении устойчивых и равноправных продовольственных система ("ООН-питание", 2021; Short et al., 2021).

Партнерское взаимодействие, направленное на расширение практического применения Добровольных руководящих принципов обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства

В Принципах УМР сформулированы всеобъемлющие рекомендации по регулированию рыболовства и обеспечению жизнедеятельности мелких рыболовецких хозяйств с признанием прочных взаимосвязей между маломасштабным рыболовством и аквакультурой. В них рассматриваются такие аспекты, как социальные и экономические проблемы и возможности в производственно-сбытовых цепочках, а также доступ к ресурсам, права владения и пользования, регулирование рыболовства, изменение климата и риски стихийных бедствий. Сквозными темами Принципов УМР являются гендерное равенство, необходимость расширения прав и возможностей женщин и привлечение внимания к важности их роли. Для решения поставленных в документе взаимосвязанных задач необходимо межсекторальное сотрудничество огромного числа партнеров, которое обеспечит согласованность мер политики, поможет наладить информационные и институциональные связи и достигнуть желаемых результатов и масштабов воздействия (см. рисунок 60).

РИСУНОК 60 ПРИМЕНЕНИЕ НА ПРАКТИКЕ ПРИНЦИПОВ УМР ДО МГКРА 2022

1 По статистике поиска Принципов УМР в системе Google Scholar в период с 1 января 2014 года по 31 декабря 2020 года.

2 Сводная информация, полученная из различных отчетов ФАО и по результатам анализа веб-страниц, проведенного в начале 2021 года.

ИСТОЧНИК: FAO. 2021. SSF Guidelines uptake and influence: A pathway to impact. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/publications/card/en/c/CB7657EN).

В рамках МГКРА 2022 создаются возможности рассказать о примерах сотрудничества и партнерского взаимодействия, помогающего обеспечивать устойчивость маломасштабного рыболовства и аквакультуры; такие примеры не только иллюстрируют уже достигнутое, но и вдохновляют заинтересованные стороны на новые действия в интересах достижения успехов (врезка 13). Партнеры в академических кругах и исследовательских организациях, региональные организации и НПО и другие стороны ищут возможности и средства для организации деятельности, налаживания и расширения связей, документирования информации и повышения эффективности усилий.

Роль правительств

Члены ФАО создают благоприятные условия для применения Принципов УМР, включая институциональную и правовую базу для коллективных, инклюзивных, прозрачных процессов формирования политики и принятия решений. В рамках МГКРА 2022 правительства могут продемонстрировать серьезное отношение к вопросам ответственного рыболовства и аквакультуры и общего социально-экономического развития.

Разрабатывая необходимые законы и средства применения, они создают максимально прочную основу для регулирования рыболовства, использования и эксплуатации ресурсов на инклюзивной основе и с привлечением широкого круга сторон. Такие законы и средства могут стать надежными средствами поддержки мелких рыбаков, рыбоводов, работников рыбного хозяйства и населения районов, где они ведут свою деятельность, и наращивания их вклада в достижение общих целей в области развития, включая постепенное осуществление права на достаточное питание, искоренение нищеты и устойчивое использование ресурсов. Были разработаны два опорных документа, в которых даются рекомендации по надлежащему подходу к изменению и актуализации законов: диагностический инструмент для устойчивого маломасштабного рыболовства (ELI, 2020) и руководство по внедрению Принципов УМР (ФАО, 2020); эти документы дополнены курсом электронного обучения. В настоящее время разрабатывается новый раздел FAOLEX (ФАО, 2022с), посвященный маломасштабному рыболовству, в который будет вноситься и через который будет распространяться информация о процессах реформирования.

Ряд членов ФАО приняли коллективные процессы, осуществляемые под руководством национальных групп, в которые входят представители правительств, организаций мелких рыбаков, научных кругов и НПО. Задачей этих процессов является разработка национальных планов действий в поддержку реализации Принципов УМР (НПД УМР). Например, Объединенная Республика Танзания и Сенегал уже приступили к осуществлению своих НПД УМР, способствующим поэтапному переходу к более безопасному маломасштабному рыболовству. В ряде других стран проводятся консультации и обследования, результаты которых будут использоваться в соответствующих процессах. Кроме того, есть страны, где осуществляются инициативы по применению конкретных элементов Принципов УМР. Около 50 стран осуществляют различные мероприятия, направленные на применение Принципов УМР; многие из них проводятся при поддержке ФАО или в рамках взаимодействия с другими проектами, инициативами и организациями.

Партнерства, действующие по принципу "равный равному": организации субъектов маломасштабного рыболовства

Рыбаки и работники рыбного хозяйства, особенно действующие через свои организации, являются главной движущей силой перемен и играют основную роль в инклюзивных процессах.

Основным условием эффективного участия субъектов маломасштабного рыболовства в соответствующих процессах является расширение прав и возможностей: рыбаки и работники рыбного хозяйства – мужчины и женщины, молодежь и уязвимые группы – должны иметь возможность участвовать в принятии решений, иметь доступ к точной информации и знать свои права. Кроме того, им необходимы структуры, которые представляли бы их интересы и давали бы им возможность эффективно участвовать в коллективных действиях на местном, национальном, региональном и глобальном уровнях. Например, в рамках Глобального стратегического механизма в поддержку применения Принципов УМР действует глобальная консультативная группа, в состав которой входят представители международных организаций субъектов маломасштабного рыболовства; в последнее время в дополнение к этой группе в основных регионах были учреждены региональные консультативные группы. В числе примеров успешной работы по расширению прав и возможностей можно также назвать инициативу Африканского союза по созданию платформ для негосударственных структур, представляющих интересы рыбаков, рыбоводов и работников рыбного хозяйства и Африканская сеть женщин – рыбопереработчиков и рыботорговцев, а также разработку конкретного плана действий по проведению МГКРА 2022 усилиями Африканской конфедерации профессиональных союзов субъектов кустарного рыболовства.

В этих всемирных и региональных сетях должны быть широко представлены субъекты местного и национального уровней. В Объединенной Республике Танзания в 2019 году была создана Танзанийская ассоциация женщин – работниц рыбного хозяйства; ей предоставляется помощь в создании окружных отделений, через которые можно осуществлять процессы, полностью построенные по принципу "снизу вверх"; для их осуществления необходимо расширить число женщин, имеющих права и возможности принимать участие в обсуждениях и высказывать свое мнение, например, непосредственно участвовать в пересмотре закона Танзании о рыболовстве.

Академические круги и исследовательские организации, неправительственные организации и межправительственные организации

Многие партнерства в научно-исследовательских и академических кругах способствуют углублению понимания маломасштабного рыболовства, тем самым внося неоценимый вклад в осуществление Принципов УМР. В период между утверждением Принципов УМР в 2014 году и 2020 годом было опубликовано около 1 100 статей и докладов со ссылками на этот документ. Важную роль в этой работе продолжает играть всемирная исследовательская сеть "Слишком значимо, чтобы не замечать" (TBTI): многие из ее участников публиковали материалы об усилиях по осуществлению Принципов УМР, а различные партнеры сети активно участвуют в их осуществлении и/или вносят вклад в проведение МГКРА 2022 (например, в течение года запланировано провести пять региональных конгрессов TBTI).

Важную роль в расширении применения Принципов УМР и содействии обмену информацией, опытом и передовой практикой могут сыграть НПО. Например, Фонд охраны окружающей среды в сотрудничестве с партнерами создал Центр ресурсов и сотрудничества по вопросам маломасштабного рыболовства, который стал онлайн-площадкой для обмена материалами и взаимодействия.

Глобальные и региональные межправительственные организации и инициативы (включая не относящиеся к рыболовству) могут ориентироваться на Принципы УМР и призывать к их осуществлению в рамках глобальных и региональных процессов; таким образом они будут признавать положительный вклад субсектора в продовольственную безопасность и питание, обеспечение средств к существованию и рациональное использование ресурсов, а также содействовать принятию более комплексных, всеобъемлющих подходов.

Мониторинг в интересах изменений

В рамках МГКРА 2022 было начато применение экспериментальной системы мониторинга, оценки и обучения (МОО) в целях осуществления Принципов УМР; эта система поможет оценивать прогресс в достижении поставленных в этом документе целей и выполнении сформулированных в нем рекомендаций (пункт 13.4) и привлекать к усилиям по мониторингу население, занимающееся маломасштабным рыболовством (пункт 13.5).

Система МОО предназначена не только для мониторинга хода осуществления Принципов УМР и поиска пробелов и проблем, но и для обмена передовым опытом, выявления возможностей и сбора информации, которая ляжет в основу будущих действий. Предполагается, что она станет коллективным инструментом, который позволит повысить устойчивость маломасштабного рыболовства и расширить применение Принципов УМР. Применение этой системы поможет ускорить коллективное обучение, продолжить укрепление партнерств и реализовать потенциал мелкого кустарного рыболовства исходя из принципа "никто не должен остаться без внимания".

1 См. Глоссарий в отношении определений пищевой продукции из водных биоресурсов, продуктов из водных биоресурсов и "голубой" трансформации, включая Контекст доклада СОФИА 2022.

2 В 2019 году Генеральный секретарь ООН призвал провести Десятилетие амбициозных действий по достижению целей в области устойчивого развития к 2030 году – Десятилетие действий по достижению Глобальных целей.

3 См. Глоссарий в отношении определений пищевой продукции из водных биоресурсов, продуктов из водных биоресурсов и "голубой" трансформации, включая Контекст доклада СОФИА 2022.

4 Определение управления рисками см. в Глоссарии.

5 С 5,9 процентов в 2001–2010 годах до 4,3 процентов в 2011–2020 годах.

6 Определение водорослей см. в Глоссарии.

7 Определение экосистемного подхода к аквакультуре см. в Глоссарии.

8 Более подробная информация представлена в описании проекта Fish4ACP: www.fao.org/in-action/fish-4-acp/en

9 Для определения "голубой" трансформации см. Глоссарий.

10 Одобрены Комитетом по продовольственной безопасности (КВПБ) в 2012 году (ФАО, 2012a).

11 Приняты КРХ в 2014 году (ФАО, 2015а).

12 Смотрите Глоссарий, включающий определение анализа рисков.

13 Определение продукции из водных биоресурсов смотрите в Глоссарии, включая Контекст СОФИА 2022.

14 Показатель 1.3 ЦУР; Рекомендация МОТ о минимальных уровнях социальной защиты, 2012 год (№202); Конвенция МОТ о труде в рыболовном секторе, 2007 год (№188); Принципы УМР (ФАО, 2015а); Декларация КРХ об устойчивости рыболовства и аквакультуры, 2021 год (ФАО, 2021b).

15 Опубликовано на английском языке, а также на нидерландском, китайском, индонезийском, испанском и французском языках: ФАО, ИМО и МОТ (2020).

16 Крайне мало сторон ратифицировали Конвенцию МОТ №188, и социальная защита практически не распространяется на рыболовный сектор.

17 Смотрите Глоссарий, включающий определение "голубой" трансформации, продукции рыболовства и аквакультуры, в том числе в контексте СОФИА 2022.

18 При поэтапном повышении тарифов на полуфабрикаты устанавливаются более высокие импортные пошлины, чем на сырье, а на готовую продукцию – еще более высокие. Такой подход направлен на защиту перерабатывающих отраслей внутри стран, но препятствует развитию перерабатывающих отраслей в странах происхождения сырья (WTO Glossary – WTO, 2021).

19 Смотрите Глоссарий, включающий определение продукции из водных биоресурсов, в том числе в контексте СОФИА 2022.

20 В разработанном ФАО Кодексе ведения ответственного рыболовства (ФАО, 2021a) собраны признанные международным сообществом рекомендации и стандарты в отношении ответственных действий по эффективному сокращению ППП с возможностью адаптации к национальным условиям; их выполнение также будет способствовать формированию устойчивых и инклюзивных сельскохозяйственных и продовольственных систем, а значит, и устойчивому развитию.

21 Дистанционный осмотр – это одна из форм визуального осмотра, при которой используются визуальные средства, включая видеотехнологии, с помощью которых инспектор может при ограничении доступа по различным причинам осматривать объекты и материалы на расстоянии.

22 Смотрите Глоссарий, включающий определение пищевых продуктов из водных биоресурсов, в том числе в контексте СОФИА 2022.

23 Операционная совместимость – это способность соединять и объединять данные без потери смысла (Steele and Orrell, 2017).

24 Смотрите Глоссарий, включающий определения пищевых продуктов из водных биорусурсов, производство продукции рыболовства и аквакультуры, в том числе в контексте СОФИА 2022.

25 Все международные годы, которые в настоящее время проводит Организация Объединенных Наций, объединены в список, опубликованный по адресу: www.un.org/en/observances/international-years

26 См. www.fao.org/artisanal-fisheries-aquaculture-2022/home/ru

27 См. подробный перечень событий в рамках МГКРА 2022 по адресу: www.fao.org/artisanal-fisheries-aquaculture-2022/events/events-list/en

28 Сеть "Слишком значимо, чтобы не замечать" (TBTI) организует пять региональных конференций в рамках МГКРА 2022. См.: http://toobigtoignore.net/opportunity/4-world-small-scale-fisheries-congress В сентябре 2022 года Генеральная комиссия по рыболовству в Средиземном море организует региональное торжественное мероприятие в честь МГКРА 2022 "Новая концепция устойчивого маломасштабного рыболовства в Средиземном и Черном морях". См.: www.fao.org/gfcm/activities/fisheries/small-scale-fisheries/ssfforum/en

29 Эта работа проводится Коллективной сетью по исследованиям в целях сохранения, работающей на базе Университета Святой Марии в Канаде.

30 Организация "Международный коллектив в поддержку работников рыбного хозяйства" (МКРХ) и НПО Crocevia призвали к совместной разработке Справочника по Конвенции о биологическом разнообразии (КБР), ориентированного на население, занимающееся маломасштабным рыболовством (Rajagopalan, 2021).

31 Задача 14.b ЦУР: обеспечить доступ мелких хозяйств, занимающихся кустарным рыбным промыслом, к морским ресурсам и рынкам.

32 Задача 10.3 ЦУР. Обеспечить равенство возможностей и уменьшить неравенство результатов, в том числе путем отмены дискриминационных законов, политики и практики и содействия принятию соответствующего законодательства, политики и мер в этом направлении.

33 Задача 1.5 ЦУР. К 2030 году повысить жизнестойкость малоимущих и лиц, находящихся в уязвимом положении, и уменьшить их незащищенность и уязвимость перед вызванными изменением климата экстремальными явлениями и другими экономическими, социальными и экологическими потрясениями и бедствиями.

34 В основе курса лежат два комплекта руководств, сборников передовой практики и стандартов ФАО: Cattermoul, Brown and Poulain (ред., 2014) и Brown and Poulain (ред., 2013).: https://elearning.fao.org/course/view.php?id=789

35 Курс размещен по адресу: https://elearning.fao.org/course/view.php?id=789

36 Например, через программы школьного питания (von Braun et al., 2021).

ЧАСТЬ 3
"ГОЛУБАЯ" ТРАНСФОРМАЦИЯ КАК СРЕДСТВО ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ПОВЕСТКИ ДНЯ В ОБЛАСТИ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ НА ПЕРИОД ДО 2030 ГОДА

ОБЪЕДИНЕННАЯ РЕСПУБЛИКА ТАНЗАНИЯ

Раскладывая свежую кильку для вяления на берегу озера Танганьика в Кигоме -программа FISH4ACP способствует раскрытию потенциала производственно-сбытовых цепочек в рыболовстве и аквакультуре.

©FAO/Luis Tato

Десятилетие действий по достижению Глобальных целей

Цели в области устойчивого развития и рыболовство и аквакультура

Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года продолжает служить основой для стратегий стран, международных организаций и субъектов гражданского общества, стремящихся к справедливому, процветающему и устойчивому миру. Семнадцать Целей в области устойчивого развития (ЦУР), а также задачи и показатели в рамках их достижения крайне важны для инклюзивного, устойчивого экономического роста и решения экологических, экономических и социальных проблем.

Успех в достижении ЦУР в значительной степени зависит от эффективного осуществления, мониторинга, обзора и дополнительных мер. Повестка дня на период до 2030 год устанавливает глобальную структуру отчетности на местном, национальном и региональном уровнях, кульминацией которой является Политический форум ООН высокого уровня по устойчивому развитию (ПФВУ). Основным элементом этой глобальной структуры, построенной на взаимной ответственности, являются показатели ЦУР. Глобальная система, включающая 230 показателей для мониторинга выполнения 169 задач ЦУР, была разработана Статистической комиссией ООН в марте 2016 года. Показатели, в которых отражен основополагающий принцип Повестки дня на период до 2030 года – "никто не должен остаться без внимания" – дезагрегированы по гендерной принадлежности, возрасту, доходу, географии, роду занятий и другим социальным аспектам (ПФВУ, 2022).

ЦУР носят взаимосвязанный, неделимый характер, и прогресс в одной области способствует прогрессу в другой. Поэтому для их достижения важны комплексные подходы к развитию, а для всеобъемлющего анализа воздействия и взаимовлияния различных подходов в области развития необходимо оценивать результаты по взаимосвязанным показателям в совокупности. В данном разделе рыболовство и аквакультура рассматриваются в общем контексте взаимосвязанных показателей.

В Повестке дня на период до 2030 года признается определяющая роль продовольствия и сельского хозяйства в борьбе с голодом и отсутствием продовольственной безопасности и в сокращении масштабов нищеты (ФАО, 2022d). Для ликвидации нищеты и голода и обеспечения устойчивого развития необходимо делать акцент на развитие сельских районов, наращивание потенциала и инвестиции в системы производства продовольствия, включая рыболовство и аквакультуру. На фоне продолжающейся пандемии COVID-19 темпы работы недостаточно высоки, и необходимы срочные действия, которые коренным образом изменят ситуацию. Для мандата ФАО актуальны все 17 ЦУР, поэтому Стратегическая рамочная программа Организации на 2022–2031 годы полностью согласована с мерами по выполнению Повестки дня на период до 2030 года. Этот подход логически вытекает из роли ФАО как учреждения, координирующего выполнение 21 показателя ЦУР[1] и учреждения-соисполнителя еще по пяти показателям, относящимся к ЦУР 1, 2, 5, 6, 12, 14 и 15.

Рыболовство и аквакультура – одна из важнейших систем производства продовольствия в мире, и устойчивая эксплуатация ресурсов, используемых в секторе, имеет основополагающее значение для обеспечения развития в интересах поддержания продовольственной безопасности и средств к существованию, сохранения человеческого достоинства и природных ресурсов. Отдел рыболовства и аквакультуры ФАО, используя свой авторитет в этой сфере в мире, координирует работу по четырем показателям (показатели ЦУР 14.4.1, 14.6.1, 14.7.1 и 14.b.1) в рамках ЦУР 14 (Сохранение морских экосистем), касающимся устойчивого использования морских живых ресурсов моря. ЦУР 14 распространяется как на рыболовство, так и на аквакультуру, но сформулированные в настоящее время показатели в основном касаются рыболовства. Тем не менее показатель ЦУР 14.b.1 также охватывает аквакультуру. Ход работы по выполнению этих четырех показателей, все из которых отнесены к уровню I, освещается в следующих подразделах (стр. 160–168).

Развитие аквакультуры связано почти со всеми ЦУР. Несмотря на это, роль аквакультуры в содействии достижению ЦУР не всегда ясно определяется и разъясняется. Пресноводная аквакультура играет и, вероятно, будет играть в дальнейшем более заметную роль в обеспечении продовольственной безопасности, чем морское рыболовство и марикультура (Zhang et al., 2022), но она чаще подразумевается, чем упоминается в явной форме, как, например, в рамках ЦУР 2 (Ликвидация голода), вследствие чего ей практически не уделяется внимания в диалогах по устойчивому развитию. Участники прошедшей недавно Глобальной конференции по аквакультуре в Шанхае определили стратегические приоритеты для стимулирования устойчивого развития аквакультуры и оптимизации вклада аквакультуры в достижение ЦУР. В частности, на первый план в рамках не только механизма последующей деятельности и обзора Повестки дня на период до 2030 года, функционирующего при руководящей роли ПФВУ, но и Рамочной программы в области биоразнообразия на период после 2020 года, которую в настоящее время разрабатывает Конвенция о биологическом разнообразии (врезка 20), выйдут конкретные задачи и показатели, требующие особого внимания.

ВРЕЗКА 20 ЗАДАЧА 2.5 ЦУР В ЧАСТИ, КАСАЮЩЕЙСЯ ГЕНЕТИЧЕСКОГО РАЗНООБРАЗИЯ ВОДНЫХ РЕСУРСОВ

ЦУР 2 широко известна как цель, направленная на ликвидацию голода; но она носит более широкий характер и также охватывает вопросы продовольственной безопасности и развития устойчивого сельского хозяйства. Учитывая, что в основе наших продовольственных систем лежит биоразнообразие, его эффективное использование имеет решающее значение для нашей продовольственной безопасности в будущем, что признается в задаче 2.5 ЦУР: "К 2020 году обеспечить сохранение генетического разнообразия семян и культивируемых растений, а также сельскохозяйственных и домашних животных и их соответствующих диких видов, и ... содействовать расширению доступа к генетическим ресурсам и совместному использованию на справедливой и равной основе выгод от их применения...".

По сравнению с наземным сельским хозяйством аквакультура является новой формой производства продовольствия, и тем не менее биоразнообразие в равной степени важно и для наземных, и для водных продовольственных систем. Тема водного генетического разнообразия не исключена из текста задачи 2.5 ЦУР напрямую, и тем не менее оно не учитывалось при оценке прогресса в решении этой задачи, главным образом в связи с тем, что для его оценки не было разработано отдельных показателей. Показатели, связанные с задачей 2.5 ЦУР, касаются только количества генетических ресурсов растений и животных, предназначенных для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства, хранящихся на объектах сохранения, и доли пород скота, находящихся под угрозой исчезновения. Количественная оценка таких показателей осуществляется с помощью существующих информационных систем по генетическим ресурсам растений и животных (в частности, систем ФАО ВСИРП[1] и ИС-РДЖ[2]).

Как указано в первом в истории докладе о глобальной оценке водных генетических ресурсов (ВГР), изданном в 2019 году[3], информация, которая может быть использована для разработки показателей поддержания генетического разнообразия водных ресурсов для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства, в настоящее время практически или полностью отсутствует. ФАО устраняет этот серьезный пробел в знаниях путем разработки AquaGRIS, глобальной информационной системы по ВГР. В настоящее время ее прототип[4] преобразуется в полнофункциональную информационную систему, с помощью которой, в частности, можно будет формировать не определенные на настоящее время показатели по эксплуатации ВГР.

Срок решения задачи 2.5 и еще 21 задачи по достижению ЦУР истек в 2020 году, и, к сожалению, на тот момент прогресс в работе над ними был крайне незначительным[5]. Учитывая важную роль пищевой продукции из водных биоресурсов в питании и продовольственной безопасности людей, крайне важно включить положения, касающиеся водного разнообразия, также в Глобальную рамочную программу в области биоразнообразия на период после 2020 года, которая в настоящее время разрабатывается Сторонами Конвенции о биологическом разнообразии.

[1] ВСИРП (Всемирная система информации и раннего предупреждения по проблемам генетических ресурсов растений): www.fao.org/wiews/ru/

[2] 2ИС-РДЖ (Информационная система по разнообразию домашних животных): https://www.fao.org/dad-is/ru/

[3] FAO. 2019. The State of the World’s Aquatic Genetic Resources for Food and Agriculture. FAO Commission on Genetic Resources for Food and Agriculture assessments. Rome. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/CA5256EN).

[4] Прототип системы AquaGRIS с данными по небольшому количеству видов размещен по адресу: www.fao.org/fishery/aquagris/home

[5] См. более подробную информацию по адресу: https://unstats.un.org/sdgs/report/2020/progress-summary-for-SDG-targets

Кроме того, в текстах ЦУР в настоящее время отсутствуют упоминания о рыболовстве во внутренних водоемах и о роли пресноводных систем как источников продовольствия и питательных веществ, при том, что они важны для достижения целого ряда ЦУР, в частности ЦУР 2 (Ликвидация голода), ЦУР 6 (Чистая вода и санитария), ЦУР 12 (Ответственное потребление и производство) и ЦУР 15 (Сохранение экосистем суши). Важно в полной мере учитывать вклад всех систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов[2] в осуществление Повестки дня на период до 2030 года, в частности путем дальнейшего интегрирования развития аквакультуры в варианты национальной политики.

Работу по шести показателям достижения ЦУР 14 координируют другие учреждения. Основным координатором по трем из них (показатели ЦУР 14.1.1, 14.2.1 и 14.5.1) является Программа ООН по окружающей среде (ЮНЕП), а по двум (показатели ЦУР 14.3.1 и 14.a.1) – Межправительственная океанографическая комиссия (МОК ЮНЕСКО). Анализ показателей, измеряющих деградацию окружающей среды (показатели ЦУР 14.1.1 и 14.3.1), по которым имеются временные ряды, показывает ухудшение положения и рост темпов загрязнения. Очевидный прогресс наблюдается только в работе по достижению ЦУР, касающейся охраны морской среды (показатель ЦУР 14.5.1), что свидетельствует о наличии твердой политической воли, обеспечивающей принятие национального законодательства в этой сфере. Однако при оценке необходимости устанавливать запрет на доступ к морским водам необходимо в полной мере учитывать потребности рыбаков и местного населения, с тем чтобы смягчить воздействие запрета на источники средств к существованию и обеспеченность продовольствием. ФАО вносит вклад в выполнение этих показателей, как описано во врезке 21.

ВРЕЗКА 21 ВКЛАД ФАО В ВЫПОЛНЕНИЕ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ПО СОХРАНЕНИЮ БИОРАЗНООБРАЗИЯ И ФУНКЦИЙ ЭКОСИСТЕМ В РАМКАХ ЦУР 14

ЦУР 14 (Сохранение морских экосистем) включает семь задач (плюс три средства осуществления), которые посвящены взаимодействию человечества с океаном. Многие из них относятся к действиям, направленным на сохранение и оздоровление окружающей среды; однако часть задач касается вопросов равенства в доступе к ресурсам и рынкам и обмена знаниями.

Человечество уже располагает достаточными знаниями для принятия первых шагов по устранению и смягчению признанных видов воздействия на океаническую среду и для адаптации к связанным с ними изменениям. Но для регистрации изменений с точки зрения состояния ресурсов и сложности каждой проблемы для подготовки отчетности о ходе работы в развитых и развивающихся странах необходима дополнительная работа.

ФАО не только ведет работу, непосредственно направленную на рыболовство, но и участвует в действиях по изучению и минимизации последствий закисления и загрязнения океана, повышению эффективности управления территориями в интересах сохранения биоразнообразия и содействию осуществлению глобальных соглашений по биоразнообразию и климату. Эти действия дополняют работу по регулированию рыболовства и согласуются с международными соглашениями по вопросам торговли и повышения эффективности общего руководства.

Что касается задачи 14.1 ЦУР по предотвращению и сокращению загрязнения морской среды, то источником избыточного оттока питательных веществ и твердых отходов, таких как пластик, преимущественно является деятельность на суше. Тем не менее ФАО и партнеры разрабатывают мероприятия по сокращению отходов в водных производственных системах, реализуют международные инициативы, такие как маркировка орудий лова, и ищут новые подходы для изучения и смягчения воздействия некоторых видов пластика (например, микропластика), в частности, на здоровье водных животных и человека.

В рамках работы по борьбе с закислением океана и изменением климата (задача 14.3 ЦУР) ФАО содействует членам и сторонам Рамочной конвенции ООН об изменении климата в мониторинге темпов, масштабов и степени изменений, а также полного воздействия загрязнения парниковыми газами на непостоянные параметры океана и рыбных ресурсов и в и подготовке отчетности по этим вопросам. Несмотря на успешные усилия по расширению наблюдений и обмену данными и информацией, обеспечение потенциала для сбора информации в обоснование решений, связанных с климатом и необходимых для осуществления мер по управлению, остается сложной задачей.

ФАО ведет работу, направленную на более рациональное использование и защиту морских и прибрежных экосистем (задача 14.2 ЦУР), включая меры в отношении конкретных территорий (задача 14.5 ЦУР). В частности, она распространяет информацию о том, как владение, доступ, права пользователей и применение других эффективных природоохранных мер на порайонной основе (ДЭПМПО), предусмотренных новой Конвенцией о биоразнообразии, могут расширить возможности для достижения целей в области биоразнообразия до 2030 года. Стремясь к достижению экологических целей, ФАО ведет работу по расширению применения всех имеющихся инструментов управления, включая инструменты управления рыболовством, с учетом соображений биоразнообразия во всех сферах управления, с опорой на институциональное взаимодействие (например, между конвенциями и планами действий по региональным морям, региональными рыбохозяйственными органами и проектами по крупным морским экосистемам).

Наконец, ФАО содействует выполнению показателей ЦУР 14, касающихся сохранения ресурсов, помогая расширять объем научных знаний и развивать исследовательский потенциал (задача ЦУР 14.a), с тем чтобы стимулировать разработку инновационных, инклюзивных, эффективных, гибких мер управления в интересах борьбы с усиливающимся внешним воздействием на системы морей и внутренних водоемов в соответствии с положениями Декларации КРХ об устойчивости рыболовства и аквакультуры[1].

[1] ФАО. 2021. Декларация КРХ об устойчивости рыболовства и аквакультуры. Рим. https://www.fao.org/3/cb3767ru/cb3767ru.pdf

Наконец координатором работы по показателю 14.c.1 ЦУР, предполагающему расширение мер по сохранению и устойчивому использованию океанов и их ресурсов путем применения положений международного права, отраженных в Конвенции ООН по морскому праву, является Секретариат Организации Объединенных Наций. ФАО вносит вклад в выполнение показателя ЦУР 14.c.1, оказывая методическую поддержку при обработке ряда элементов данных. Но, поскольку по этому показателю имеются данные только за 2021 год, пока невозможно представить комментарии по динамике его изменения или прогрессу. Кроме того, сложно определить статус показателей, которые все еще оцениваются на уровне II.

Что касается достижения ЦУР, актуальных для рыболовства и аквакультуры (помимо ЦУР 14), то на сегодняшний день очевидно, что многих целей, сформулированных в Повестке дня на период до 2030 года, вряд ли удастся достичь в поставленные сроки (ООН, 2021а). В важнейших областях есть определенные положительные результаты, но в ряде направлений наблюдается регресс. Кроме того, пандемия COVID-19 свела на нет сформировавшиеся ранее благоприятные тенденции и дополнительно замедлила работу по решению задач и выполнению показателей, работа по которым и ранее велась с отставанием. Необходимы решительные действия по борьбе с основными факторами риска, обусловленными изменением климата, потерей биоразнообразия и загрязнением окружающей среды, а также прямыми угрозами, связанными с конфликтами между людьми, но ситуацию осложняют пандемия и отсутствие прогресса во многих областях международного развития и сотрудничества. Постепенно улучшается положение с достижением ЦУР 1 (Ликвидация нищеты): мировой показатель снизился с 9,9 процентов в 2015 году до 8,2 процентов в 2019 году и, по прогнозам, в 2030 году достигнет 6 процентов. Однако в 2020 году впервые за 20 лет произошел рост этого показателя в годовом исчислении, и число людей, живущих в крайней нищете, выросло на 119 миллионов человек. Что касается ЦУР 2 (Ликвидация голода), то с 2014 года уровень продовольственной безопасности в мире снижается: в 2020 году в мире насчитывалось 811 млн голодающих; в частности, значительно ухудшилась ситуация в странах Африки к югу от Сахары и Латинской Америки; и прогнозируется усугубление проблем вследствие конфликтов, изменения климата и потери биоразнообразия. Непосредственными последствиями пандемии стали сокращение доходов, сбои в цепочках поставок, ухудшение качества питания и страдания множества людей. Если в 2019 году разрыв в уровне продовольственной безопасности между мужчинами и женщинами составлял 6 процентов, то в 2020 году он вырос до 10 процентов.

Но есть и обнадеживающие изменения. В целом положение в мире сейчас лучше, чем на рубеже веков: сократились масштабы бедности, расширился доступ к образованию, и снизилась детская смертность. Улучшился доступ к безопасной питьевой воде, снижается материнская смертность, хотя и медленнее, чем необходимо, и продолжает сокращаться распространенность ВИЧ. Пандемия COVID-19 показала высокий уровень жизнестойкости населения и важнейшую роль работников цепочек поставок продовольствия для общества. Были серьезно расширены системы социальной защиты, и значительная часть общества начала адаптироваться к переходу на цифровые технологии. Значительно выросла осведомленность о переходе на более чистые источники энергии и технологии. Эти достижения, а также успехи международных усилий в разработке вакцин показали, что общими силами мы можем менять ситуацию к лучшему, становиться сильнее и осуществлять Повестку дня на период до 2030 года во имя более устойчивого будущего для всех.

Показатель ЦУР 14.4.1 – доля рыбных запасов, находящихся в биологически устойчивых пределах

Показатель ЦУР 14.4.1 измеряет устойчивость мировых рыбных ресурсов, используемых в морском промышленном рыболовстве, по их численности (ФАО, 2022e). ФАО регулярно сообщает о положении дел с выполнением этого показателя, применяемого на глобальном и региональном уровнях с 1974 года, в своей выходящей каждые два года публикации "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры". Показатель ЦУР 14.4.1 измеряет устойчивость рыбных запасов и является итоговым показателем биологической устойчивости рыболовства – основополагающего фактора, определяющего экономическую и социальную устойчивость рыболовства в целом. Динамика показателя во времени служит наглядной иллюстрацией прогресса в решении задачи 14.4 ЦУР[3] и позволяет давать ретроспективную оценку эффективности политики в отношении рыболовства и эксплуатации рыбных запасов в мире. Горизонтальное сравнение показателя в разных регионах и странах помогает находить области, в которых отсутствует прогресс и которые заслуживают большего внимания.

В рамках ЦУР 14 (Сохранение морских экосистем) изначально была поставлена задача обеспечить поддержание 100 процентов рыбных запасов в биологически устойчивых пределах к 2020 году. Последняя оценка глобального показателя (см. раздел "Состояние рыбных ресурсов") показывает, что задача на 2020 год не была выполнена (СО ООН, 2022a). Мировое сообщество должно отнестись к ее выполнению гораздо более ответственно и мобилизовать усилия.

Сформулированное по инициативе стран решение распространить этот показатель в рамках Повестки дня на период до 2030 года на национальный уровень согласуется с высказанным на тридцать четвертой сессии Комитета по рыбному хозяйству (прошедшей в феврале 2021 года) предложением пересмотреть изначальный показатель, который анализируется в докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры", так, чтобы более полно учитывать националь-ные показатели. В настоящее время ФАО пересматривает используемую ею методику оценки региональных и глобальных показателей (см. врезку 3). Принятие показателя на национальном уровне – это уникальная возможность для стран внед-рить в свою стратегическую базу инструмент, который позволит осуществлять мониторинг со-стояния их рыбных ресурсов с применением последовательных и сопоставимых подходов.

В 2019–2020 годах ФАО в экспериментальном режиме провела первый опрос с целью гармонизации и согласования отчетности стран по рассматриваемому показателю. Из 164 стран, имеющих морские береговые зоны, интерес к показателю проявили 98 (т.е. 60 процентов), а 86 стран представили данные по нему; данные по 84 из них могут быть рассмотрены ФАО, проверены с целью обеспечения качества и подтверждения достоверности (см. врезку 22) до момента направления в Статистический отдел Организации Объединенных Наций (СО ООН) в марте 2022 года. На момент публикации результатов анализа (СО ООН, 2022b) были подтверждены данные по 30 странам, которые прошли первый и второй уровни проверки с целью обеспечения качества. Данные еще по 29 странам, которые прошли только первый уровень проверки с целью обеспечения качества, были опубликованы, но отмечены как недостоверные. Наконец 25 стран не прошли первый уровень проверки с целью обеспечения качества, и степень выполнения показателя этими странами рассчитать не удалось. Этот первый опыт подготовки данной отчетности показал, с какими проблемами сталкиваются страны при изучении состояния запасов: недостатки в сборе и обработке данных о рыбных ресурсах, включая отсутствие координации между заинтересованными ведомствами; недостаточные знания ученых для эффективной оценки запасов; неэффективная организация и внутренняя коммуникация, снижающие качество консультаций между заинтересованными сторонами по процессу подготовки отчетности.

ВРЕЗКА 22 ОБЕСПЕЧЕНИЕ КАЧЕСТВА НАЦИОНАЛЬНЫХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ В РАМКАХ ПОКАЗАТЕЛЯ ЦУР 14.4.1

Проверка вопросников с целью обеспечения качества (ОК) состоит из двух основных этапов: оценка полноты и качества информации, предоставленной странами-участницами (уровень обеспечения качества 1, или ОК1); и оценка достоверности, полноты и прозрачности предоставленных данных и информации (уровень обеспечения качества 2, или ОК2).

После получения вопросника от страны он проверяется на соответствие инструкциям и точность содержания, в частности, ведется поиск противоречивых, неполных или неточных записей, отсутствия информации в обязательных к заполнению ячейках или проблем с представлением справочного списка запасов. Каждой стране, которая имеет возможность ответить на вопросы, отредактировать и улучшить вопросник так, чтобы обеспечить максимально возможный уровень качества с учетом имеющихся данных и человеческих ресурсов, направляются замечания.

Затем каждый вопросник проверяется по объективным критериям на предмет соответствия правилам мониторинга и возможности предоставить подтверждающие фактические данные для оценки достоверности предоставленной информации в сопоставлении с имеющейся альтернативной информацией см. рисунок. Оценка отражает уровень доверия к отчетности стран и выставляется исходя из следующих критериев: i) наличие информации о состоянии запаса в справочном списке запасов (т.е. "состояние известно" и "состояние неизвестно"); ii) надежность использованного метода (т.е. что бралось за основу при классификации запасов: официальная оценка; слабо структурированные ("серые") данные или анализ динамики уловов; или неструктурированные ("черные") данные и качественная оценка/мнение экспертов); iii) наличие и доступность справочной информации для подтверждения результатов оценки; и iv) объем данных и информации, представленных на уровне запаса.

Результаты ОК1 могут использоваться при проведении анализа в рамках ОК2, в ходе которого проверяется согласованность исходных данных с данными из других известных источников информации и который может включать: i) сверку результатов оценки с данными отчетов об оценке запасов, находящихся в открытом доступе или доступных ФАО; или ii) экспертизу с привлечением региональных экспертов с целью проверки справочного списка запасов, предоставления информации о проведенных оценках (т.е. о надежности оценки) или предоставления информации о наличии и качестве данных. Региональные эксперты также могут использовать результаты ОК2 для того, чтобы решить, на чем следует сосредоточить усилия по развитию потенциала в области мониторинга и отчетности по показателю 14.4.1 ЦУР.

После проверки каждому запасу присваивается уникальный идентификатор в Глобальном реестре запасов и промысловых районов, что облегчает управление данными, обеспечивает качество и мониторинг в ходе следующих раундов отчетности.

Процесс обеспечения качества в рамках работы по выполнению показателя ЦУР 14.4.1

ПРИМЕЧАНИЕ: оценка уровня качества 1 (QA1) объективных критериев соответствия требованиям (ось X) и подтверждающих фактических данных (ось Y), представленных в вопросниках, направленных странами. Страны, которые получили оценку QA2 (уровень качества 2), обозначены синими точками, остальные – незаполненными кружками. Цвет фона означает оценку от низкой (красный цвет) до высокой (зеленый цвет).

ИСТОЧНИК: ФАО.

Показатель ЦУР 14.4.1 носит комплексный характер, и ограниченный потенциал стран затрудняет подготовку отчетности по нему. В роли учреждения, координирующего работу по нескольким показателям достижения ЦУР 14, ФАО стремится содействовать странам в укреплении их потенциала по сбору данных, проведению оценок и выполнению расчетов по показателю ЦУР 14.4.1 на национальном уровне. В рамках этой работы ФАО вкладывала средства во внедрение методик оценки в условиях нехватки данных и в разработку методик отчетности по показателю на национальном уровне (СО ООН, 2022c). Впоследствии Организация внедрила комплекс инструментов и провела ряд мероприятий по развитию потенциала: был опубликован электронный учебный курс по показателю ЦУР 14.4.1 на нескольких языках (ФАО, 2020f); был разработан онлайновый инструмент ФАО по мониторингу запасов, с помощью которого обучающиеся получили возможность проводить анализ в условиях нехватки данных; в период с конца 2019 года по начало 2022 года были проведены восемь семинаров по развитию потенциала, объединивших слушателей по принципу региональной принадлежности или используемого языка – в этих семинарах очно или в режиме онлайн приняли участие более 70 стран и 500 участников. Наряду с этим ФАО и региональные рыбохозяйственные органы (РРХО) с помощью Системы мониторинга рыбного промысла и ресурсов расширяют распространение имеющейся информации о состоянии отдельных запасов и укрепляют структуру обмена информацией и данными на различных уровнях. Эта работа помогает повышать качество мониторинга выполнения показателя 14.4.1 ЦУР и расширять участие РРХО в поэтапном согласовании глобальных и региональных показателей и расчетных данных на национальном уровне.

В 2022 году планируется вновь разослать вопросник, который будет доработан с учетом замечаний стран и выводов из первого опроса.

Желательно, чтобы процессы представления странами своих национальных показателей и оценки Организацией региональных показателей были согласованы, но эту задачу следует решать постепенно. Существующие проблемы с качеством делают невозможным расчет совокупных региональных и глобальных показателей устойчивости рыбных запасов на основе данных стран, представленных с помощью вопросника, и эта сложность сохранится в обозримом будущем. Когда будет принята пересмотренная методика ФАО (см. врезку 3) и Организация соберет достаточное количество страновых данных о положении в среднесрочной и долгосрочной перспективе, можно будет объединить данные, представленные странами, с данными, поступающими от РРХО и из других источников, и выполнить корректировку региональных оценок. Ожидается, что вследствие этих усилий достоверность данных, публикуемых ФАО, повысится, что даст возможность показать эффективность использования данных и расширить число стран, предоставляющих информацию. В результате появится возможность дезагрегировать региональные и глобальные оценки по странам и тем самым выполнить требования, установленные СО ООН.

Показатель ЦУР 14.6.1. Оценка степени соблюдения международно-правовых документов по борьбе с незаконным, несообщаемым и нерегулируемым рыбным промыслом

Незаконный, несообщаемый и нерегулируемый промысел (ННН-промысел) остается одной из самых серьезных угроз для водных экосистем, а также для рыбаков и населения, чье питание и чья жизнедеятельность зависят от ресурсов, источником которых являются эти системы. Это объясняется тем, что ННН-промысел способен серьезно подорвать национальные и региональные усилия по устойчивому управлению рыболовством и сохранению морского биоразнообразия (ФАО, 2022f).

Важнейшую роль в борьбе с ННН-промыслом играют соответствующие международно-правовые документы. Показатель ЦУР 14.6.1 измеряет степень соблюдения государствами положений пяти основных документов. В апреле 2018 года Межучрежденческая и экспертная группа по показателям достижения ЦУР от имени государств утвердила методику (СО ООН, 2022d), призванную обеспечить эффективность и содержательность показателя как основы для измерения прогресса в мире и свести к минимуму бремя представления отчетности, возлагаемое на государства. Расчет показателя производится на основании ответов государств-членов на вопросы, включенные в вопросник, традиционно используемый Комитетом по рыбному хозяйству (КРХ) для мониторинга применения Кодекса ведения ответственного рыболовства (КВОР) и связанных с ним документов. В соответствии с руководством, принятым КРХ на его тридцать второй и тридцать четвертой сессиях, в материалы, представляемые в Статистический отдел ООН (СО ООН), включаются только оценки, подтвержденные соответствующими странами, и только они учитываются при последующем анализе.

В период с 2018 по 2022 год степень выполнения положений международных документов по борьбе с ННН-промыслом в среднем по миру, измеряемая показателем, выросла (СО ООН, 2022b; см. рисунок 61). За этот период совокупная оценка показателя в мире выросла с 3 до 4 (при максимальном уровне в 5 баллов). Как показывает представленная странами отчетность по показателю ЦУР 14.6.1, применяя рекомендованные меры по борьбе с ННН-промыслом, они в целом добились ощутимого прогресса: в 2022 году почти 75 процентов из них получили высокие оценки по степени применения соответствующих международных документов, по сравнению с 70 процентов в 2018 году. В малых островных развивающихся государствах, для которых полное применение этих документов представляет особую трудность в силу большой площади акваторий, находящихся в их юрисдикции, в период с 2018 по 2020 год была зарегистрирована лишь средняя степень их применения, а в 2022 году – уже высокая степень. В наименее развитых странах, многие из которых сталкиваются с трудностями при применении этих документов, в период с 2018 по 2022 год степень применения оставалась средней. Что касается региональных групп, то в ряде регионов в прошедшие годы степень применения была неравномерной, и однозначная динамика совокупного показателя не прослеживалась.

РИСУНОК 61 ДОСТИГНУТЫЙ РЕГИОНАМИ ПРОГРЕСС С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ СТЕПЕНИ ВЫПОЛНЕНИЯ ПОЛОЖЕНИЙ МЕЖДУНАРОДНЫХ СОГЛАШЕНИЙ ПО БОРЬБЕ С ННН-ПРОМЫСЛОМ, 2018–2022 ГОДЫ (ПОКАЗАТЕЛЬ ЦУР 14.6.1)

1 Государства предоставили недостаточно данных для выведения общей оценки этой региональной группы в 2022 году.

ПРИМЕЧАНИЕ: на графике показан средний уровень выполнения показателя странами в каждой группе, от самого низкого (1) до самого высокого (5).

ИСТОЧНИК: ФАО.

Оценка степени выполнения показателя ЦУР 14.6.1 во всем мире проводилась на основе данных примерно по 50 процентов от общего числа государств – членов ФАО; единственным исключением был 2018 год, когда количество государств, предоставивших данные, достигло 60 процентов. Представленные цифры свидетельствуют об улучшении положения в целом, но на показатель могут влиять различия в количестве и составе предоставивших данные государств в отдельных региональных группах; теми же различиями могут объясняться колебания в оценках по определенным регионам в разные годы. Например, в таблице 16 показано, что в период с 2018 по 2020 год заметно снизилось число соответствующих государств, предоставивших данные по показателю, в Центральной и Южной Азии (с 7 до 2) и в Африке к югу от Сахары (с 18 до 9). Чтобы решить эту проблему и обеспечить более точный анализ динамики выполнения показателя ЦУР 14.6.1, необходимо обеспечить увеличение количества предоставляющих данные государств.

ТАБЛИЦА 16 ДИНАМИКА ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ЧЛЕНАМИ ФАО ДАННЫХ ПО ПОКАЗАТЕЛЮ ДОСТИЖЕНИЯ ЦУР 14.6.1 В РАЗБИВКЕ ПО РЕГИОНАМ, 2018–2022 ГОДЫ

1 Соответствующие государства – это государства, которые предоставляют данные и на которые показатель распространяется в их национальном контексте.

ПРИМЕЧАНИЕ: также приводятся цифры в отношении ассоциированных членов ФАО.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Показатель ЦУР 14.7.1– измерение вклада устойчивого рыболовства в экономику стран

Рыболовство обеспечивает средства к существованию миллионов людей во всем мире, являясь важным источником дохода и продовольственной безопасности. Обеспечение надлежащей охраны рыбных ресурсов является обязательным условием поддержания их вклада в экономику и устойчивое развитие стран, особенно наименее развитых стран (НРС) и малых островных развивающихся государств (МОСТРАГ).

Показатель ЦУР 14.7.1 (Экологически рациональный рыбный промысел в процентах от ВВП в малых островных развивающихся государствах, в наименее развитых странах и во всех странах) представляет собой сопоставимый на международном уровне единый показатель, одновременно измеряющий вклад рыболовства и биологическую устойчивость региональных запасов, который позволяет странам лучше понять важность устойчивого рыболовства для их экономики (ФАО, 2022g). В 2019 году (СО ООН, 2022b) на долю устойчивого рыболовства приходилось чуть менее 0,1 процента валового внутреннего продукта (ВВП) во всем мире; в МОСТРАГ этот показатель составлял 0,46 процента, а в НРС – 0,88 процента. В ряде стран этот показатель гораздо выше, например, на Коморских островах в 2011 году на устойчивое рыболовство приходилось 4,5 процента ВВП, в 2019 году – уже 7 процентов.

Важнейшим показателем вклада устойчивого рыболовства в экономику является биологическая устойчивость запасов. Устойчивая эксплуатация рыбных запасов остается крайне важным фактором сохранения роли рыболовства в экономическом росте и равноправном развитии и в удовлетворении существующих потребностей без ущерба для будущих поколений.

В последние годы объемы производства сектора и создаваемой им добавленной стоимости стабильно росли, что приносило экономические дивиденды и способствовало устойчивому экономическому росту (см. рисунок 62). Но в будущем этот вклад в экономику можно сохранить только за счет разумного управления рыбными запасами. В ряде регионов запасы эксплуатируются крайне интенсивно. Так в Океании (за исключением Австралии и Новой Зеландии), регионе, где устойчивое рыболовство составляет самую высокую долю в национальном ВВП (1,54 процента), средний уровень устойчивости повсеместно падает. В результате ухудшились показатели в таких регионах, как Восточная и Юго-Восточная Азия, где доля устойчивого рыболовства в ВВП снизилась с 1,06 процента в 2011 году до 0,80 процента в 2019 году.

РИСУНОК 62 ВКЛАД РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В ЭКОНОМИКУ, 2019 ГОД (ПОКАЗАТЕЛЬ ДОСТИЖЕНИЯ ЦУР 14.7.1)

ПРИМЕЧАНИЕ: ВВП = валовый внутренний продукт

ИСТОЧНИК: ФАО.

Используя существующую методику оценки выполнения показателя ЦУР 14.7.1, можно получить исходные данные для оценки сектора в мире (СО ООН, 2022e). При этом корректировки и параллельные показатели могут стать более точным отражением отличающихся национальных контекстов. В настоящее время показатель по большинству стран стандартно рассчитывается, исходя из данных о состоянии запасов в разбивке по регионам, но увеличение количества страновых данных по показателю ЦУР 14.4.1 (Доля рыбных запасов, находящихся в биологически устойчивых пределах) даст возможность точнее рассчитывать показатель ЦУР 14.7.1 с использованием коэффициента устойчивости запасов. Кроме того, в настоящее время в странах ведется экспериментальная работа по повышению качества отчетности по показателю ЦУР 14.7.1 и корректировке показателя для измерения ВВП и ценности устойчивого рыболовства применительно к различным группам населения, таким как женщины, рыбаки, ведущие промысел для собственных нужд, и сельские работники (см. врезку 23).

ВРЕЗКА 23 ПОВЫШЕНИЕ КАЧЕСТВА И РАСШИРЕНИЕ ОХВАТА ОТЧЕТНОСТИ ПО ПОКАЗАТЕЛЮ ЦУР 14.7.1 ПОСРЕДСТВОМ ДЕЙСТВИЙ ПО НАРАЩИВАНИЮ ПОТЕНЦИАЛА – ПРИМЕРЫ СТРАН

Важнейшей особенностью показателя ЦУР 14.7.1, который измеряет вклад устойчивого рыболовства в экономическое развитие, является то, что для оценки этого показателя страны не должны предоставлять дополнительную отчетность. Увеличение объема отчетности часто сопряжено с высокими затратами и требует от правительств усилий по сопоставлению затрат и возможных выгод. Показатель ЦУР 14.7.1 рассчитывается исключительно по исходной информации, уже имеющейся в системах национальных счетов, так, чтобы решить существующие проблемы и обеспечить наиболее полное представление актуальной информации на глобальном уровне.

В настоящее время ФАО дорабатывает анализ, связанный с методикой расчета показателя, проверяя, есть ли у стран возможность предоставлять дополнительные данные исходя из их условий и потребностей. В настоящее время методика применяется в экспериментальном режиме в Кирибати и Самоа в партнерстве с Секретариатом Тихоокеанского сообщества. Как и во многих других малых островных развивающихся государствах (МОСТРАГ), в Кирибати и Самоа рыболовство является традиционным видом деятельности и продолжает играть важную роль в обеспечении средств к существованию и экономического благосостояния населения. Сбор необходимых данных, в частности, демографической информации, сведений о вкладе промысла для собственных нужд в экономику и о добавочной стоимости продукции на каждом этапе производственно-сбытовых цепочек, позволит лучше понять вклад рыболовства в ВВП стран и в обеспечение средств к существованию различных групп населения. Анализ вклада женщин, сельского населения и работников сектора может сделать собираемую информацию гораздо более полезной для отрасли и директивных органов.

Поскольку МОСТРАГ и другие развивающиеся страны имеют различные возможности и несут разные затраты на сбор и предоставление дополнительной информации, все решения о расширении используемой методики будут приниматься на индивидуальной основе. Опыт, полученный при адаптации показателя ЦУР 14.7.1 к национальному контексту этих тихоокеанских островных государств, могут использовать и другие страны, сталкивающиеся с подобными проблемами и желающие полнее изучить вклад рыболовства в их национальную экономику и выгоды, которые оно приносит разным группам населения.

Показатель ЦУР 14.b.1 – оценка признания и защиты прав доступа мелких рыбопромысловых предприятий

Мероприятия 2022 года подтверждают важность реализации задачи 14.b ЦУР – обеспечить доступ мелких хозяйств, занимающихся кустарным рыбным промыслом, к морским ресурсам и рынкам. Проводящийся в 2022 году Международный год кустарного рыболовства и аквакультуры (МГКРА) стал чрезвычайно важной платформой, способствующей повышению степени применения правовых, нормативных, стратегических и институциональных механизмов, направленных на признание и защиту прав доступа мелких рыбопромысловых предприятий к ресурсам, что измеряется с помощью показателя ЦУР 14.b.1 (СО ООН, 2022f).

С 2015 года большинство регионов стали шире применять нормативно-правовые механизмы, способствующие развитию маломасштабного рыболовства и внедрению коллективных процессов принятия решений (см. рисунок 63). Среднемировая оценка выполнения показателя ЦУР 14.b.1 указывает на положительную динамику, при которой отчетность стран выросла с 3 баллов (из максимально возможных 5) в 2018 году, до 4 баллов в 2020 году, а в 2022 году – уже до 5 баллов (СО ООН, 2022b). На региональном уровне общая оценка осталась без изменения или повысилась. Однако в Северной Африке и Западной Азии в 2022 году оценки были ниже, чем в 2020 году.

РИСУНОК 63 ДОСТИГНУТЫЙ РЕГИОНАМИ ПРОГРЕСС С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ОБЪЕМА ПРИМЕНЕНИЯ НОРМАТИВНО-ПРАВОВЫХ/СТРАТЕГИЧЕСКИХ/ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫХ МЕХАНИЗМОВ, ОБЕСПЕЧИВАЮЩИХ ПРИЗНАНИЕ ВАЖНОСТИ МЕЛКИХ РЫБОЛОВЕЦКИХ ХОЗЯЙСТВ И ЗАЩИТУ ИХ ПРАВ ДОСТУПА К РЕСУРСАМ ПО РЕГИОНАМ, 2018-2022 ГОДЫ (ПОКАЗАТЕЛЬ ЦУР 14.В.1)

1 Государства предоставили недостаточно данных для выведения общей оценки этой региональной группы в 2022 году.

ПРИМЕЧАНИЕ: на графике показан средний уровень выполнения показателя странами в каждой группе, от самого низкого (1) до самого высокого (5). ИСТОЧНИК: ФАО.

Цифры свидетельствуют об улучшении положения в целом, но важно учитывать и долю государств, предоставляющих данные (таблица 17). На глобальном уровне этот показатель в рассматриваемый период оставался относительно стабильным: в 2022 и 2020 годах данные предоставляли 52 процента государств по сравнению с 63 процентами в 2018 году (ФАО, 2022h). На показатель могут влиять различия в количестве и составе предоставивших данные государств в отдельных региональных группах; теми же различиями могут объясняться колебания в оценках по определенным регионам в сторону улучшения или ухудшения в разные годы. Можно предположить, что средняя оценка по Центральной и Южной Азии, Северной Африке и Западной Азии, а также по странам Африки к югу от Сахары за 2022 год не отражает ситуацию в регионе, поскольку в этих регионах количество государств, предоставивших данные, в период с 2018 по 2022 год снизилось соответственно с 9 до 5, с 10 до 7 и с 26 до 13. Таким образом, очевидно, что оснований для самоуспокоенности нет и необходимо удвоить усилия.

ТАБЛИЦА 17 ДИНАМИКА ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ЧЛЕНАМИ ФАО ДАННЫХ ПО ПОКАЗАТЕЛЮ ДОСТИЖЕНИЯ ЦУР 14.B.1 В РАЗБИВКЕ ПО РЕГИОНАМ, 2018–2022 ГОДЫ

1 Соответствующие государства – это государства, которые предоставляют данные и на которые показатель распространяется в их национальном контексте.

ПРИМЕЧАНИЕ: также приводятся цифры в отношении ассоциированных членов ФАО.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Показатель ЦУР 14.b.1 оценивается по трем основным критериям. Первый и основной – разработка и применение создающих благоприятные условия механизмов. Например, необходимо, чтобы законодательство обеспечивало поддержку маломасштабного рыболовства. В 2022 году в правовой базе данных ФАОЛЕКС будет создан специальный раздел по маломасштабному рыболовству с информацией, на которую можно опираться при проведении нормативно-правовых реформ, нацеленных на содействие маломасштабному рыболовству в будущем; кроме того, в Интернете опубликовано руководство по законодательному обеспечению устойчивого мало-масштабного рыболовства (ФАО, 2020g, 2022i). Ряд стран, включая Кабо-Верде, взяли на себя обязательства по разработке соответствующих законов, в которые непосредственно вошли положения Добровольных руководящих принципов обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства в контексте продовольственной безопасности и искоренения бедности (Принципов УМР).

Второй критерий, по которому выполняется оценка, – конкретные действия в поддержку мало-масштабного рыболовства. Ряд стран применяют стратегический подход, разрабатывая национальные планы действий по обеспечению применения Принципов УМР с учетом интересов широкого круга сторон. Например, такие планы разрабатываются в Объединенной Республике Танзания, Намибии, Мадагаскаре и Малави (см. раздел "Партнерское взаимодействие, направленное на расширение практического применения Добровольных руководящих принципов обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства").

И последний критерий оценки – участие субъектов маломасштабного рыболовства в принятии решений. Важно напомнить, что, хотя ЦУР 14 относится только к морскому рыболовству, улучшение доступа к ресурсам и рынкам также необходимо в интересах рыболовства во внутренних водоемах. Этот вывод подтверждается новыми данными, приведенными в исследовании "Выявление скрытых ресурсов" (ФАО, Университет Дьюка и Всемирный центр по рыбным ресурсам, готовится к публикации; см. также раздел "Выявление скрытых ресурсов: вклад маломасштабного рыболовства в устойчивое развитие"). Авторы исследования указывают на важность признания во всем мире того, что для эффективного и справедливого регулирования необходимы механизмы совместного управления. Так, 35–40 процентов улова, вылавливаемого мало-масштабными рыболовецкими хозяйствами в морях и внутренних водоемах, о котором сообщается в 58 тематических исследованиях по странам и территориям, представленных в рамках подготовки ВСР, добывается в зонах, официально регулируемых положениями о совместном управлении. Но всего одна пятая часть рыбаков, ведущих промысел в таких зонах в морях и внутренних водоемах, оценивает уровень эффективности своего участия как высокий. Это свидетельствует о том, что благоприятные условия сами по себе не гарантируют значимого участия; для него также необходимо развивать потенциал и создавать инклюзивные институциональные структуры.

Кроме того, исследование ВСР показало, что 22 страны (на которые приходится 48 процентов продукции морского промышленного рыболовства в мире) в период 2013–2017 годов в среднем экспортировали почти 26 процентов улова морского маломасштабного рыболовства в натуральном выражении. Девять стран (на которые приходится 25 процентов мирового объема продукции промышленного рыболовства во внутренних водоемах) за тот же период экспортировали в среднем чуть более 16 процентов улова, добытого во внутренних водоемах маломасштабными хозяйствами. Это исследование – первая попытка оценить роль маломасштабного рыболовства на фоне стремительной глобализации мира.

Принимаются и другие меры, способствующие решению задачи 14.b ЦУР. В их числе – разработка Регионального плана действий в области маломасштабного рыболовства Генеральной комиссией по рыболовству в Средиземном море (ГКРС, 2022), а также поддержка Африканской континентальной координационной платформы для негосударственных субъектов в области рыболовства и аквакультуры (ИБАР-АС, 2021) и Региональной платформы управления знаниями в Латинской Америке и Карибском бассейне на период до 2030 года (ЭКЛАК, 2022). Тем не менее странам по-прежнему требуется значительная поддержка в работе по реализации задачи 14.b ЦУР и подготовке отчетности по показателю 14.b.1 ЦУР.

Десятилетие, посвященное науке об океане в интересах устойчивого развития (2021-2030)

Возможности для управления рыболовством и аквакультурой, связанные с наукой

Наука является одним из ключевых факторов ускорения прогресса в преобразовании продовольственных систем и достижении целей в области устойчивого развития (ЦУР) (ООН, 2019), поскольку научные данные необходимы для выработки устойчивых решений. Активное взаимодействие между наукой и политикой имеет решающее значение для выработки таких решений и в конечном счете для того, чтобы решения, соглашения и мероприятия готовились с опорой на наиболее полные имеющиеся фактические данные. Научные информация легла в основу ряда мероприятий, проведенных при содействии ФАО в последнее время. Целью Международного симпозиума по устойчивости рыболовства (18–21 ноября 2019 года, Рим) было определение путей укрепления взаимодействия науки и политики по вопросам эксплуатации рыбных ресурсов, производства и сбыта рыбной продукции на принципах устойчивости в целях улучшения положения на местах. Симпозиум объединил экспертов и участников со всего мира (около 1 000 человек более чем из 100 стран), стал площадкой для налаживания открытого диалога и взаимопонимания и создал условия для распространения информации о научно обоснованных стратегиях определения взаимовыгодных действий и мер политики по созданию благоприятных условий на всех уровнях. По результатам проведенных обсуждений был определен комплекс научно обоснованных рекомендаций и всеобъемлющих мероприятий, нацеленных на формирование устойчивых, справедливых и жизнестойких продовольственных систем, в которых используются водные биоресурсы[4], а также на повышение производительности на принципах устойчивости в интересах улучшения положения в области продовольственной безопасности и питания, содействия экономическому росту, повышению уровня жизни и расширению прав и возможностей женщин, молодежи и уязвимого населения (ФАО, 2020h).

Всемирная конференция по аквакультуре "Тысячелетие +20" стала четвертой в серии проходящих каждые 10 лет конференций по вопросам развития и науки, на которых задаются ориентиры для развития мировой аквакультуры. В ней приняло участие более 1 700 делегатов, представляющих более 100 стран и разные отрасли. На конференции были определены ключевые новшества в сфере политики и техники, представлены результаты научных изысканий, возможности для инвестиций и направления сотрудничества, которые будут способствовать дальнейшему развитию устойчивой аквакультуры. Информационную основу конференции составили девять научно обоснованных тематических обзоров, шесть региональных обзоров и глобальный сводный доклад и более 100 стендовых докладов по научным вопросам. В Шанхайской декларации – ключевом документе по итогам конференции – были изложены общая концепция и основные приоритеты и был сформулирован призыв к действиям по приданию устойчивости аквакультуре. Декларация полностью основывается на научно обоснованной информации, полученной из тематических обзоров и в ходе конференции.

Расширяющееся признание важности пищевой продукции из водных биоресурсов диктует необходимость углубления научных знаний об их питательной ценности и общей роли в обеспечении питанием растущего населения и решении задач, поставленных в Повестке дня на период до 2030 года (врезка 24). Результаты вышеперечисленных мероприятий и диалога о новых потребностях в исследованиях, связанных с пищевой продукцией из водных биоресурсов, должны стать основой для разработки приоритетных мер, которые определят роль науки в проведении Десятилетия Организации Объединенных Наций, посвященного науке об океане в интересах устойчивого развития (2021–2030 годы) и в конечном счете помогут повысить долгосрочную устойчивость рыболовства и аквакультуры.

ВРЕЗКА 24 ОПРЕДЕЛЕНИЕ РОЛИ ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ ИЗ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ В ОБЕСПЕЧЕНИИ НАСЕЛЕНИЯ СТРАН ПИТАТЕЛЬНОЙ ПИЩЕЙ В ПЕРИОД ДО 2030 ГОДА И ВПОСЛЕДСТВИИ [1]

Научная группа Саммита ООН по продовольственным системам определила поддержание производства пищевой продукции из водных биоресурсов как одну из семи научно обоснованных приоритетных задач, которые необходимо решить для ускорения перехода к более здоровым, устойчивым, равноправным и невосприимчивым к внешним воздействиям продовольственным системам. Кроме того, обеспечение населения пищевой продукцией из водных биоресурсов было названо одним из элементов как решений по выполнению конкретных задач, предусмотренных целями в области устойчивого развития (ЦУР), так и в интересах преобразования продовольственных систем.

В 2021 году были представлены два масштабных научных проекта по определению роли пищевой продукции из водных биоресурсов в достижении ЦУР: дискуссионный документ структуры "ООН-питание" "Роль пищевой продукции из водных биоресурсов в формировании устойчивого и здорового рациона питания"[2], и рецензируемый документ "Роль пищевой продукции из водных биоресурсов в обеспечении населения стран питательной пищей", подготовленный инициативой Blue Food Assessment[3]. В этих документах представлен широкий спектр имеющихся фактических данных и предложены рекомендации по установлению ориентиров в сферах политики, инвестиций и исследований, выполнение которых позволит увеличить вклад пищевой продукции из водных биоресурсов в повышение качества питания и уровня продовольственной безопасности в мире.

Для признания всех преимуществ пищевой продукции из водных биоресурсов как "суперпродуктов"[4] необходимо перейти от концепции "накормить население" к концепции "обеспечить население питательной пищей". Необходимо внимательнее относиться к данным о важности разнообразной пищевой продукции из водных биоресурсов – животных, растений и микроорганизмов – как источника множества биодоступных микронутриентов (например, кальция, железа, цинка, витамина B12 и витамина A), незаменимых жирных кислот и белка и получать больше таких данных. Кроме того, необходимы исследования, которые помогут в разработке разнообразной, культурно приемлемой, доступной и удобной пищевой продукции из водных биоресурсов для употребления в первые 1000 дней жизни, которые помогут улучшить здоровье и повысить качество питания женщин и будут способствовать когнитивному и общему развитию и росту детей младшего возраста.

Огромные пробелы в дезагрегированных данных о моделях потребления, разнообразии и относительном количестве продукции, ее экологическом следе и устойчивых системах производства разнообразных продуктов из водных биоресурсов препятствуют полноценному обсуждению, изучению этих продуктов и учету их роли в преобразовании продовольственных систем. Необходимо придать приоритетность междисциплинарным исследованиям преимуществ пищевой продукции из водных биоресурсов для различных групп населения в интересах обеспечения продовольственной безопасности и питания, экологической устойчивости и социально-экономического развития, особенно в странах с низким и средним уровнем дохода.

Чтобы разработать научно обоснованную программу по расширению использования пищевой продукции из водных биоресурсов как "суперпродуктов" для обеспечения населения стран питательной пищей, необходимо сформировать подход к системам производства этой продукции с учетом вопросов питания. Для этого нужны, в частности, следующие виды исследований:

- ▸анализ содержания питательных веществ в разнообразной пищевой продукции из водных биоресурсов, источником которых являются морское рыболовство, рыболовство во внутренних водоемах и аквакультура, и безопасности этих продуктов;

- ▸разработка инновационных решений по сокращению потерь и порчи;

- ▸развитие комплексных систем, в которых будет производиться разнообразная пищевая продукция из водных биоресурсов, а также питательные продукты растительного происхождения; и

- ▸формирование научной базы для включения разнообразной пищевой продукции из водных биоресурсов в национальные диетологические рекомендации по нормам потребления пищевых продуктов.

Кроме того, следует обратить внимание на включение в рацион продуктов из низкотрофных водных видов, таких как морские водоросли, медузы и морской огурец.

Сбои и риски, обусловленные нарастающими масштабами климатического кризиса, создают растущую угрозу для систем производства продовольствия из водных биоресурсов. Пандемия COVID-19 еще больше обнажила нестабильность этих систем, усугубив негативное воздействие на продовольственную безопасность и питание, доходы и источники средств к существованию, особенно мелких субъектов. Чтобы сделать системы производства продовольствия из водных биоресурсов устойчивыми, необходимы исследования масштабов сбоев и уязвимости различных групп субъектов, включая потребителей, малоимущее и уязвимое население.

Организация Объединенных Наций объявила 2022 год Международным годом кустарного рыболовства и аквакультуры; его проведение создаст прочную основу для расширения исследовательской работы и более полного признания роли разнообразной пищевой продукции из водных биоресурсов как "суперпродуктов", которые можно использовать для обеспечения населения стран питательной пищей.

[1] См. также врезку 19.

[2] UN Nutrition. 2021. The role of aquatic foods in sustainable healthy diets. Discussion Paper. Rome, FAO. (также доступно по адресу: www.unnutrition.org/wp-content/uploads/FINAL-UN-Nutrition-Aquatic-foods-Paper_EN_.pdf).

[3] Golden, C.D., Koehn, J.Z., Shepon, A., Passarelli, S., Free, C.M., Viana, D.F., Matthey, H. et al. 2021. Aquatic foods to nourish nations. Nature, 598: 315–320.

[4] "Суперпродукты" – это богатые микронутриентами и питательными веществами продукты, которые обладают уникальными преимуществами с точки зрения питания и здоровья и которым необходимо уделять особое внимание при составлении рациона.

На тридцать четвертой сессии Комитета по рыбному хозяйству (КРХ) в феврале 2021 года была единогласно принята Декларация КРХ об устойчивости рыболовства и аквакультуры (ФАО, 2021b), призванная создать условия для более широкого учета достижений науки и признания достижений сектора и стоящих перед ним проблем в период после утверждения Кодекса ведения ответственного рыболовства. В Декларации признается, что осуществление эффективных мер по рациональной эксплуатации рыбных ресурсов сопряжено с проблемами, которые носят комплексный, многосторонний характер, зависят от специфики регионов, еще более осложняются вследствие изменения климата и закисления океана и часто обусловлены недостаточностью данных для принятия научно обоснованных решений. В ней отмечается необходимость решения этих проблем с помощью инновационных, инклюзивных, эффективных и гибких мер по управлению рыболовством, разрабатываемых с опорой на имеющуюся научную информацию. В документе признается ключевая роль экосистемного подхода как эффективной основы для достижения комплекса целей по сохранению и устойчивому использованию ресурсов и указывается на необходимость расширения научной базы в поддержку решений по управлению рыболовством и аквакультурой. Предполагается, что в ходе этой работы будут использоваться новые информационные и коммуникационные технологии и последние технические достижения, такие как совместимые системы информации о рыбных ресурсах, открывающие новые возможности для более эффективного мониторинга рыболовства и аквакультуры и получения комплексных междисциплинарных данных и сведений для научных исследований, результаты которых лягут в основу политики в области управления и взаимодействия с широким кругом заинтересованных сторон (врезка 25). Не менее важно содействие международному научному сотрудничеству, наращиванию потенциала, образованию и подготовке кадров. Наконец, в Декларации отмечаются перспективы дальнейшего роста аквакультуры и признается необходимость применения инновационных методов, помогающих бережно относиться к окружающей среде с особым вниманием к регионам, испытывающим нехватку продовольствия. В ней заложены стратегические ориентиры для укрепления взаимодействия между наукой и политикой и более рациональной эксплуатации рыбных ресурсов под эгидой КРХ как основного глобального форума для обсуждения и принятия решений по вопросам, связанным с рыболовством и аквакультурой, в целях дальнейшего обеспечения широкого участия в принятии научно обоснованных решений[5].

ВРЕЗКА 25 ЦИФРОВЫЕ ИННОВАЦИИ ДЛЯ ИДЕНТИФИКАЦИИ ВИДОВ

Технические новшества меняют подходы к сбору, распространению информации и знаний о живых водных видах и предоставлению их лицам, принимающим решения. Применяя машинное обучение и портативные устройства с веб-интерфейсом, можно донести знания таксономистов и ученых, занимающихся вопросами рыбных ресурсов, до рыбаков, работающих в секторе, и широкой общественности.

В число инноваций, помогающих делать научные открытия в интересах устойчивого развития, входят достижения в идентификации морских организмов, представляющих фактический и потенциальный интерес для рыболовства и аквакультуры. Такие новшества облегчают доступ к средствам идентификации видов и позволяют повышать качество данных во всех производственно-сбытовых цепочках в рыболовстве и аквакультуре.

Для популяризации достижений и объединения новаторов, занимающихся такими вопросами, ФАО провела глобальный форум "Искусственный интеллект для цифровой голубой планеты", в ходе которого ученые и аналитики данных из морских исследовательских институтов, университетов и частного сектора обменялись знаниями, навыками и инновационными идеями. На форуме рассматривались вопросы о том, как искусственный интеллект помогает идентифицировать изображения тысяч водных видов и может использоваться для определения размера, количества и стадии жизни водных организмов. Кроме того, обсуждалось, как международные структуры могут работать вместе в виртуальной среде и вырабатывать решения, которые в дальнейшем можно будет совершенствовать и внедрять[1].

После глобального форума был проведен вебинар, посвященный использованию неподвижных изображений и видеозаписей для регистрации уловов глубоководных акул и лова в уязвимых морских экосистемах[2], на котором были продемонстрированы передовые технологии фото- и видеосъемки, которые можно использовать для поддержки специалистов, наблюдающих за рыбными ресурсами, на борту судов, и особенно для таксономической классификации редких видов, которые трудно идентифицировать исследователям рыбных ресурсов.

ФАО продолжит играть важную роль в объединении различных субъектов, разрабатывающих инновационные цифровые решения в области идентификации видов, и стимулировать более широкое использование съемочного оборудования, связанное с машинным обучением, в различных районах рыболовства по всему миру. Разрабатывая рекомендации и технические советы по идентификации важных целевых или становящихся объектами прилова видов, ФАО создает условия для принятия целенаправленных мер по рациональной эксплуатации и сохранению рыбных ресурсов и производственно-сбытовых цепочек в аквакультуре.

[1] Форум "Искусственный интеллект для цифровой голубой планеты" был проведен при содействии правительства Японии 28–30 июня 2021 года. С докладами Форума можно ознакомиться, просмотрев следующие видеозаписи:
FAO. 2021. Artificial Intelligence for a Digital Blue Planet [видеозаписи]. [По состоянию на 26 октября 2021 года]. . www.youtube.com/playlist?list=PLzp5NgJ2-dK72rgBePlkQoD1gMTjNEJHs
Перечень видеозаписей (в хронологическом порядке и в соответствии с исходной повесткой дня) размещен по следующему адресу:
FAO. 2021. Artificial Intelligence for a Digital Blue Planet Forum agenda overview. Доступно онлайн [по состоянию на 26 октября 2021 года]. www.fao.org/3/cb5356en/cb5356en.pdf

[2] Виртуальный семинар ФАО "Использование фото- и видеокамер для регистрации уловов глубоководных акул и показателей уязвимых морских экосистем (УМЭ) наблюдателями-учеными" был проведен 31 августа 2021 года при содействии правительства Японии. С информацией, представленной на вебинаре, можно ознакомиться по следующему адресу:
FAO. 2021. Use of still and video cameras to record deepwater shark and VME indicator catches by scientific observers [видео]. [По состоянию на 26 октября 2021 года]. www.youtube.com/results?search_query=Use+of+still+and+video+cameras+to+record+deepwater+shark+and+VME+indicator+catches+by+scientific+observers

Что такое "Десятилетие, посвященное науке об океане"?

Провозглашение Генеральной Ассамблеей ООН в декабре 2017 года Десятилетия Организации Объединенных Наций, посвященного науке об океане в интересах устойчивого развития (2021–2030 годы) (ДНОУР ООН) показывает, что государства – члены ООН уделяют приоритетное внимание достижению устойчивости океанов и убеждены в том, что наука должна играть в этом процессе центральную роль.

Мероприятия в рамках Десятилетия призваны стимулировать "науку, которая нам нужна, чтобы океан стал таким, как мы хотим", "задать импульс для внедрения направленных на всеобъемлющие преобразования решений, касающихся науки об океане, в интересах устойчивого развития, устанавливая связь между людьми и нашим океаном" (ЮНЕСКО-МОК, 2021, стр. 17), и обеспечить, чтобы наука об океане служила полноценной основой для действий стран по устойчивому управлению океаном и достижению целей Повестки дня на период до 2030 года.

Десятилетие будет проводиться в соответствии с планом (ЮНЕСКО-МОК, 2021), разработанным в ходе инклюзивного коллективного процесса под эгидой Межправительственной океанографической комиссии, в котором приняли участие и в который внесли ощутимый вклад более 1 900 заинтересованных сторон, включая государства-члены, тематических экспертов, гражданское общество и представителей органов ООН.

План осуществления – непредписывающий документ, представляющий собой основу для направленных на всеобъемлющие преобразования действий с опорой на существующие достижения, распространяющийся на разные географические районы, сектора, дисциплины и поколения. В этом плане, посвященном решению десяти задач, сформулированы основные приоритеты Десятилетия, призванные объединить партнеров и привлечь их к коллективным действиям, которые обеспечат совокупный результат, превышающий сумму отдельных составляющих.

Задача 3 ДНОУР ООН особенно актуальна для сектора рыболовства и аквакультуры, поскольку она предполагает получение знаний, поддержку инноваций и выработку решений для оптимизации роли океанов в обеспечении населения мира продовольствием на принципах устойчивости на фоне меняющихся экологических, социальных и климатических условий.

В ближайшие 30 лет население мира вырастет еще на 2 млрд человек, и все они будут нуждаться в продовольствии. Мировой океан играет огромную роль в обеспечении продовольственной безопасности и питания и потенциально способен занять еще более важное место в глобальной продовольственной системе. Мероприятия в рамках Десятилетия дают возможность укрепить связи между рыболовством, наукой и политикой и стимулировать создание сетей и партнерств, необходимых для осуществления на практике рекомендаций, содержащихся в Декларации КРХ 2021 года.

ФАО и действия в рамках Десятилетия

Действия в рамках Десятилетия, посвященного науке об океане, являются одним из основных механизмов взаимодействия в контексте данного комплекса мероприятий − это действенные глобальные инициативы в течение следующих 10 лет, направленные на решение задач, определенных в Плане реализации ДНОУР ООН. Действия будут направлены на совершенствование и применение знаний, которые помогут вырабатывать решения и устранять неравенство с точки зрения потенциала и возможностей науки об океане.

Мероприятия могут предлагаться и осуществляться широким кругом сторон, включая, в частности, научно-исследовательские институты, правительства, структуры ООН, межправительственные организации, другие международные и региональные организации, деловые круги и промышленность, благотворительные и корпоративные фонды, неправительственные организации, педагогов, группы представителей населения и отдельных лиц (например, через коллективные инициативы в области науки) (см. рисунок 64).

РИСУНОК 64 ОТКРЫВАЙ, КОНТАКТИРУЙ, ДЕЙСТВУЙ: ДЕСЯТИЛЕТИЕ ООН, ПОСВЯЩЕННОЕ НАУКЕ ОБ ОКЕАНЕ В ИНТЕРЕСАХ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ (2021–2030 ГОДЫ)

ИСТОЧНИК. ФАО.

ФАО совместно с партнерами проводит целенаправленные мероприятия и помогает обеспечивать вклад науки и инноваций в обеспечение населения мира устойчивым продовольствием и в искоренение нищеты путем содействия развитию рыболовства и аквакультуры и информационного обеспечения мер политики в ответ на изменение экологических, социальных и климатических условий. Ниже приводится краткое описание двух мероприятий под руководством ФАО, проводящихся при поддержке Десятилетия, посвященного науке об океане.

Программа "ЭПР-Нансен"

Программа "ЭПР-Нансен" (ФАО, 2021h) – многолетняя совместная программа Норвегии[6] и ФАО. Она реализуется с опорой на более чем 45-летний опыт, и в настоящее время в ее осуществлении участвуют 32 страны-партнера в Африке и Юго-Восточной Азии, региональные рыбохозяйственные организации и другие структуры и учреждения. Цель программы – содействие устойчивому использованию морских ресурсов путем совершенствования управления, развития науки и наращивания знаний, а также развития потенциала в странах-партнерах, которые взяли на себя основную работу по проведению Десятилетия. Еще одним важным аспектом, имеющим отношение к принципам устойчивого развития, является внедрение экосистемного подхода к рыболовству (ЭПР) (ФАО, 2003), предполагающего, в частности, учет экологических, социальных и экономических аспектов устойчивости.

Программа призвана содействовать достижению целей в области устойчивого развития (ЦУР), в частности ЦУР 14 (сохранение морских экосистем) и направленной на расширение гендерного равенства ЦУР 5 (гендерное равенство).

Программа разделена на три основных направления работы:

1. углубление знаний о рыбных ресурсах и морских экосистемах для использования в процессе принятия решений и разработки мер политики;

2. поддержка устойчивого управления рыболовством путем осуществления конкретных мер по содействию странам и регионам в реализации ЭПР;

3. развитие потенциала стран-партнеров с целью расширения их базы знаний по управлению рыболовством путем организации специальных семинаров и программ обучения.

Уникальной особенностью программы, тесно связанной с Десятилетием, посвященным науке об океане, является ее участие в сборе научных данных в ходе экспедиций исследовательского судна "Д-р Фритьоф Нансен" (ФАО, 2019c). Это единственное морское исследовательское судно, которое в настоящее время ходит под флагом ООН и ведет работу исключительно в области международного развития. В ходе научных исследований, проводимых в водах Африки и Юго-Восточной Азии, а также в открытом море собираются данные и информация о морских экосистемах, в том числе о рыбных ресурсах, биоразнообразии, питательных свойствах пищевой продукции из водных биоресурсов, изменении климата и воздействии загрязнения.

Обычно научное судно проводит исследования в течение примерно 270 дней в году; в 2019 году в этой работе приняли участие 215 ученых из 19 стран-партнеров, что во многом способствовало развитию международного сотрудничества в области науки и в целях развития. Приоритетные задачи исследований, которые ведет судно, определены в Научном плане программы (ФАО, 2020i) и основаны на потребностях национальных и региональных партнеров, связанных с их приоритетами в области управления рыболовством.

Программа помогает анализировать и использовать данные и знания в процессе принятия решений на национальном и региональном уровнях, например, через партнерские региональные рыбохозяйственные органы, такие как Организация по рыболовству в Юго-Восточной Атлантике, Комитет по рыбному промыслу в восточной части Центральной Атлантики и Комиссия по рыболовству в юго-западной части Индийского океана, а также межсекторальная Комиссия по Бенгальскому течению. Странам оказывается поддержка в разработке, внедрении и мониторинге планов, мер политики и законодательства в области управления рыболовством, соответствующих требованиям ЭПР, а также в установлении циклов управления рыболовством. Наконец прилагаются масштабные усилия по решению гендерных вопросов и содействию равному участию мужчин и женщин в управлении рыболовством.

"Цифровые инновации рука об руку с научным мониторингом рыбных ресурсов и эко-систем"

Цель этой программы (ФАО, 2021i) состоит в разработке атласа, в котором открытые данные и открытая научная информация будут использоваться для описания экосистем (включая рыбные ресурсы) и в соответствующих случаях для мониторинга решения задач ЦУР и достижения результатов ДНОУР ООН. Основой программы служит инициатива ФАО "Рука об руку" (ИРР), которая реализуется самими странами на основе фактических данных и с учетом их интересов и преследует цель ускорить переход к устойчивому развитию сельских районов в интересах искоренения нищеты (ЦУР 1), а также ликвидации голода и неполноценного питания во всех его проявлениях (ЦУР 2). Первоочередное внимание в рамках ИРР уделяется странам, которые обладают самым низким собственным потенциалом и получают самый низкий объем международной поддержки или сталкиваются с особенно значительными трудностями при реализации мероприятий, включая кризисы природного и антропогенного характера. Благодаря использованию передовых методов геопространственного моделирования и аналитического инструментария в рамках инициативы выявляются самые перспективные возможности для повышения доходов, сокращения неравенства и снижения уязвимости населения сельских районов, которое составляет подавляющее большинство населения мира, живущего в нищете (врезка 26).

ВРЕЗКА 26 ПРОСТРАНСТВЕННЫЙ МНОГОКРИТЕРИАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ РЕШЕНИЙ В РАМКАХ ИНИЦИАТИВЫ "РУКА ОБ РУКУ" В НИГЕРИИ

В рамках инициативы ФАО "Рука об руку" (ИРР) оказывается поддержка проектам, осуществляемым более чем в 35 странах. В рамках одного из таких проектов в Нигерии оценивался потенциал африканского сома и нильской тилапии[1]. Исследование стало примером экспериментального применения в аквакультуре географических информационных систем (ГИС) с использованием многокритериального анализа решений (МКАР).

Инициатива "Рука об руку" оказывала помощь в разработке методик зонирования для определения районов страны, которые имеют высокий, но, очевидно, нереализованный потенциал с точки зрения аквакультуры. Кроме того, в рамках программы координировался вклад специалистов в различных областях из ФАО и страновых технических целевых групп, в том числе посредством круглых столов, на которых определялись приоритеты. В ходе анализа МКАР, проведенного с использованием моделей по методике, ранее определенной ФАО, с помощью системы ГИС были разграничены различные системы ведения хозяйства, для чего взвешивались различные факторы; из анализа исключались (в зависимости от системы ведения хозяйства) охраняемые или высокоурбанизированные территории, крупные водоемы и территории, расположенные на чрезмерном расстоянии от основных дорог.

В результате исследования были составлены карты, на которых были указаны районы, пригодные для разведения обоих видов интенсивными методами, и предложены зоны регионального и государственного масштаба, на которых можно создавать открытые комплексные системы прудов для неинтенсивного рыбоводства с высоким потенциальным воздействием с точки зрения сокращения нищеты и улучшения положения с питанием и продовольственной безопасностью.

Результаты исследования, в котором учитывались оптимальные природные условия и доступ к городским рынкам, указывают на значительный потенциал расширения систем интенсивного рыбоводства в юго-западном, юго-восточном регионах Нигерии и на севере центрального региона страны; однако исследователи отмечают, что основными ограничивающими факторами для развития всей производственно-сбытовой цепочки в этих регионах являются отсутствие (или ненадежность) энергоснабжения и неудовлетворительно функционирующая транспортная инфраструктура. Тем не менее сравнение южных и северных районов показало, что последние обладают более высоким потенциалом для устройства альтернативных систем производства солнечной энергии, что создает возможности для интенсификации производства на участках, расположенных в северной части центрального региона. При этом наиболее перспективными остаются юго-восточные штаты.

Моделирование интенсивных систем разведения тилапии в крупных водоемах показало значительный неиспользованный потенциал этого вида с точки зрения аквакультуры, который в перспективе позволит получить высокую отдачу от инвестиций на юго-западе, в центре и на севере страны (см. рисунок А). Мероприятия по развитию, направленные на формирование комплексных неинтенсивных систем разведения (см. рисунок В), которые могут внести вклад в достижение ряда целей в области устойчивого развития, в перспективе могут оказаться крайне эффективными; трудности могут возникать только в засушливых регионах на севере и северо-востоке. Определив в качестве основного сдерживающего фактора нищету, исследователи установили, что высоким потенциалом обладают центральный пояс и некоторые районы на севере и северо-востоке, которые можно считать приоритетными районами для развития аквакультуры.

РИСУНОК A Смоделированные благоприятные места для выращивания тилапии в садках (крупные водоемы), Нигерия

ПРИМЕЧАНИЯ: оценка местоположения является результатом арифметической взвешенной суммы фактора (критериев) размещения на сетке, нормализованного со значениями от 0 до 100, где 100 соответствует идеальному местоположению для систем интенсивного садкового выращивания тилапии. Пригодные участки отмечены розовым цветом, непригодные — синим цветом. Определение наиболее подходящих мест, наконец, приводит к составлению списка рекомендуемых плотин или водоемов с наилучшими условиями для интенсивных садковых систем выращивания тилапии (краткий список здесь не представлен).

ИСТОЧНИК: по материалам рисунка 16, Ribeiro, N. 2021. Многокритериальный анализ решений ГИС – Разведение пресноводных рыб в Нигерии. Рим, ФАО. Рабочий документ для внутреннего пользования. [По состоянию на 13 апреля 2022 г.]. https://sdlc.review.fao.org/confluence/download/attachments/4752761/MCDA_NGA_FishFarming_V1.4.pdf?api=v2

РИСУНОК B Смоделированные благоприятные места для выращивания (малые водоемы), Нигерия

1 ГВАУ = Границы второго административного уровня (Комитет экспертов по глобальному управлению геопространственной информацией: https://ggim.un.org).

ПРИМЕЧАНИЯ: оценка местоположения является результатом арифметической взвешенной суммы факторов (критериев) с координатной сеткой, нормализованных со значениями от 0 до 100, где 100 соответствует идеальному местоположению для открытых систем неинтенсивного земледелия (пруды и другие небольшие водоемы). Непригодные участки отмечены красным цветом, непригодные участки – фиолетовым цветом.

ИСТОЧНИК: по материалам рисунка 16, Ribeiro, N. 2021. Многокритериальный анализ решений ГИС –Разведение пресноводных рыб в Нигерии. Рим, ФАО. Рабочий документ для внутреннего пользования. [По состоянию на 13 апреля 2022 г.]. https://sdlc.review.fao.org/confluence/download/attachments/4752761/MCDA_NGA_FishFarming_V1.4.pdf?api=v2

Исследование в рамках ИРР показало наличие потенциала, но учет дополнительных критериев позволил бы получить более полную картину. Например, в ходе этого экспериментального исследования не учитывались экологические аспекты, которые могут повлиять на долгосрочную устойчивость. Кроме того, по мере развития сектора, вероятно, возрастет важность мониторинга здоровья и болезней, поддержания здоровья и борьбы с болезнями. Эти факторы следует учитывать в будущем, наряду с экологическими показателями, от рисков наводнений до долгосрочных климатических рисков.

В будущем при осуществлении любых действий в области аквакультуры в теплых пресноводных водоемах следует также учитывать этническое и культурное разнообразие и существующие в стране проблемы конкуренции за ресурсы. Важно отметить, что рассмотренные выше модели представляют собой ориентиры для дальнейшей работы в рамках инициативы "Рука об руку", а не готовые решения. Расширение сотрудничества на местах, которое поможет дополнить методику, в частности, изучить производственно-сбытовые цепочки, социально-экономические сценарии и сценарии производства рыбоводческой продукции, позволит дополнительно повысить качество исследования.

[1] Ribeiro, N. 2021. GIS Multicriteria Decision Analysis - Nigeria Fresh water fish farming. См.: GIS analysis documentation. Доступно онлайн [по состоянию на 29 ноября 2021 года]. https://sdlc.review.fao.org/confluence/display/GA/GIS+analysis+documentation
ПРИМЕЧАНИЕ. Группа анализа геопространственных данных в рамках инициативы «Рука об руку» разрабатывает модели анализа местоположения и оценки пригодности для поддержки вмешательств, проектирования и планирования в странах-участницах. Группа также оказывает содействие в публикации данных и обучении работе с платформой геопространственных данных инициативы “Рука об руку”.

Программа предполагает использование Платформы геопространственных данных ИРР для доступа к информации о рыбных ресурсах и тематическим экологическим картам с использованием избранных элементов данных, подготовленным ФАО (в частности, Организация составляла каталоги карт зон компетенции региональных рыбохозяйственных органов (РРХО), распространения видов, запасов и районов промысла) и партнерами ДНОУР ООН. Используя эти инструменты, страны и РРХО смогут распространять комплексные открытые данные о состоянии и эксплуатации рыбных ресурсов и экосистем и воздействии на них и осуществлять мониторинг своего прогресса в достижении ЦУР и результатов ДНОУР ООН. Кроме того, программа будет: i) способствовать развитию сотрудничества, поскольку странам и регионам будет необходимо достичь договоренностей о стандартах распространения открытых данных; и ii) способствовать преодолению цифрового разрыва, поскольку будет осуществляться с опорой на усилия ФАО по содействию разработке информационных продуктов в области рыболовства с участием прибрежных государств Западной и Восточной Африки, Юго-Восточной Азии и малых островных развивающихся государств.

Десятилетие по восстановлению экосистем и действия по всестороннему учету проблематики биоразнообразия

Рыболовство и аквакультура и Десятилетие ФАО–ЮНЕП по восстановлению экосистем

Провозглашенное Генеральной Ассамблеей ООН в марте 2019 года Десятилетие ООН по восстановлению экосистем, которое рассчитано на срок с 2021 по 2030 год, является общемировой инициативой по возрождению экосистем и предоставляемых ими услуг. В числе его задач – восстановление среды обитания и видов, которые являются компонентами экосистем, с целью обеспечить продуктивность социально-экологических систем и их невосприимчивость к воздействию существующих и прогнозируемых стрессов (таких как глобальное изменение климата, растущее загрязнение окружающей среды, деградация и фрагментация среды обитания и стресс, связанный с рынками).

Восстановление экосистем является основополагающим компонентом работы по достижению целей в области устойчивого развития (ЦУР), касающихся ликвидации нищеты и обеспечения продовольственной безопасности, а также целей Рио-де-Жанейрских конвенций. В послании Генерального секретаря ООН по случаю Всемирного дня окружающей среды, опубликованном в июне 2021 года, говорилось следующее:

"Деградация окружающей среды уже сейчас отрицательно сказывается на благополучии 3,2 млрд человек, то есть на 40 процентах человечества. К счастью, Земля обладает устойчивостью. Но ей нужна наша помощь. У нас еще есть время, чтобы устранить нанесенный нами ущерб. Именно поэтому... мы объявляем Десятилетие Организации Объединенных Наций по восстановлению экосистем". (ООН, 2021b).

Генеральная Ассамблея поручила ФАО и Программе ООН по окружающей среде (ЮНЕП) возглавить осуществление этой десятилетней инициативы с учетом интересов широкого круга сторон и на принципах эффективности и экономичности. На первом этапе ФАО и партнеры помогли мировому сообществу точнее определить результат Десятилетия, которого оно стремится достигнуть, настаивая на прагматичной концепции восстановления экосистем с полным учетом интересов людей и их действий по сохранению ресурсов планеты.

Восстановление – это процесс обращения вспять деградации экосистем, таких как ландшафты, водно-болотные угодья и океаны, с целью восстановления их экологической функциональности, иными словами, разработка мер политики и поддержка действий по повышению производительности экосистем в интересах удовлетворения потребностей общества и сохранения их функций во имя жизни. Этих целей можно достигнуть путем как создания условий для естественного восстановления чрезмерно эксплуатируемых экосистем, так и активного вмешательства для содействия восстановлению природы с использованием активных и гибких подходов к управлению.

Для восстановления экосистем необходимы политика и практические методы, направленные не только на решение традиционной задачи по "восстановлению дикой природы" но и на воссоздание "первозданной дикой природы". Эта работа включает улучшение экосистем в районах, где люди живут, работают и производят продукты питания, и пересмотр традиционных концепций так, чтобы сделать взаимодействие людей с остальными элементами природы более "взаимовыгодным". Это необходимо, чтобы удовлетворить растущую потребность в продовольствии в условиях, когда воздействие человека на природу ощущается уже повсеместно (Plumptre et al., 2021). Более здоровые экосистемы с богатым биоразнообразием приносят больше пользы и более стойки к изменениям. Оздоровление водных систем повысит продуктивность водных и рыбных ресурсов и их способность хранить парниковые газы. Определенная таким образом задача будет решаться с опорой на новый комплекс из десяти руководящими принципов восстановления экосистем, разработанных ФАО, ЮНЕП, Международным союзом охраны природы и природных ресурсов (МСОП), Комиссией по вопросам управления экосистемами (КУЭ) и Обществом восстановления экологии (ОВЭ) (ФАО и др., 2021) с должным учетом потребностей и чаяний людей.

ФАО признает масштабность задачи по восстановлению прибрежных и морских экосистем и экосистем внутренних водоемов, цель которого в ряде районов состоит в том, чтобы обратить вспять долгосрочное отрицательное "изменение биоразнообразия". При разработке политических механизмов и оказании содействия работе по восстановлению ФАО должна изменить подход к восстановлению разнообразных водных экосистем. Учитывая динамичность водных систем суши, моря и ландшафтов и тесную взаимосвязь между их элементами, ФАО помогает согласовывать полицентрические подходы к управлению на всех уровнях, включающие различные действия по сохранению и устойчивому производству, предпринимаемые многочисленными субъектами, секторами и юрисдикциями. Это необходимо, поскольку задачу по улучшению взаимоотношений людей с другими аспектами природы можно решить только в том случае, если все субъекты, включая международные и национальные органы власти, местные органы управления, частный сектор, научные круги и гражданское общество, объединят усилия по внедрению перспективных, долгосрочных решений, направленных на обращение вспять утраты экосистемных услуг.

Что могут сделать ФАО и ЮНЕП, чтобы помочь улучшить отношения мирового сообщества с природой, с тем чтобы экосистемы помогали людям в решении насущных проблем, стоящих перед человечеством сегодня? Практическая поддержка начинается с того, что ФАО и партнеры характеризуют отправные точки для восстановления водных систем, с тем чтобы деятельность вписывалась в широкий диапазон восстановительных мероприятий (ФАО et al., 2021, принцип 3). Десятилетие предоставляет возможность создания сетей и партнерств по всему миру и налаживания контактов между ними, укрепляя тем самым связь между восстановлением, наукой и политикой. Партнеры ООН организуют форум для оказания помощи в увязке планируемой и текущей работы по восстановлению в рамках усилий ФАО по содействию "голубой" трансформации стран[7] (см. раздел "Голубая" трансформация: концепция преобразования продовольственных систем, в которых используются водные ресурсы»). Предполагается, что скоординированное и эффективное восстановление в результате преобразований, направленных на повышение продуктивности и устойчивости водных систем, к 2030 году позволит создать миллионы новых рабочих мест и принесет более 7 трлн долл. США, что поможет искоренить бедность и голод (ООН, 2021b).

Для производства пищевой продукции из водных биоресурсов нередко необходимо уделять более пристальное внимание восстановлению экосистем, поддерживающих это производство, включая мангровые леса, подводные морские луга и рифы, а также реабилитации наземных водосборов и водно-болотных угодий. Помимо этого необходимо оптимизировать управление живыми водными ресурсами, которые сами по себе являются основным компонентом биоразнообразия водных систем. Непосредственные восстановительные мероприятия в данном контексте включают усилия по минимизации воздействия побочных эффектов человеческой деятельности на структуру и функции экосистем. В частности, необходимо восстанавливать рыбные запасы (см. врезку 27) и снижать негативное воздействие рыболовства на окружающую среду. В секторе аквакультуры, функционирование которой часто предполагает изменение природных систем для обеспечения максимальных объемов производства, основное внимание уделяется восстановлению структуры и функций экосистем для обеспечения населения продовольствием и при этом минимизации воздействия, загрязнения, отходов и вспышек болезней водных животных. В этом отношении продвижение аквакультуры экстрактивных видов или внедрение инновационных систем, таких как интегрированная мультитрофная аквакультура, представляют собой перспективные решения (см. раздел "Разведение двустворчатых моллюсков").

ВРЕЗКА 27 ВОССТАНОВЛЕНИЕ РЫБНЫХ РЕСУРСОВ

Рыбные запасы являются основным компонентом живой биомассы планеты и играют огромную роль в функционировании морских и пресноводных экосистем. Рыба составляет самую значительную долю позвоночных животных, живущих на Земле; она значительно превосходит по количеству всех остальных существ в этой группе, включая человека, сельскохозяйственных животных и диких млекопитающих[1].

Успешное восстановление истощенных рыбных запасов на местном и региональном уровнях стало возможным благодаря инвестициям в проверенные методы управления рыболовством, такие как снижение улова и усилия, регулирование орудий лова, временной и пространственный контроль, а также инновационные и инклюзивные способы распределения улова и регулирования[2]. Кроме того, решать эту задачу помогают меры по борьбе с загрязнением и по восстановлению структуры экосистем, например, в местах обитания, которые являются районами нагула рыбы. При выработке мер по управлению необходимо в полной мере учитывать социально-экономические и культурные условия и адаптировать решения к местному контексту.

Проведенные ФАО глобальные оценки рыбных запасов с использованием данных фундаментальной науки о рыбных ресурсах в отношении примерно половины зарегистрированного улова морской рыбы в мире[3] указывают на то, что численность рыбы и объем вылова растут и находятся на предложенных целевых уровнях. В работе Hilborn et al. (2020)[4] приводятся данные оценки 882 рыбных запасов по всему миру (крупных запасов в Северной и Южной Америке, Европе, Южной Африке, Австралии, Новой Зеландии, Перу, Чили, Японии, Российской Федерации, Средиземном и Черном морях и на северо-западе Африки) и отмечается, что рыбные запасы восстанавливаются и в среднем можно говорить об обращении вспять отмечавшихся ранее тенденций к их уменьшению. Исследование показало, что до 1995 года средняя интенсивность рыбного промысла росла, сопровождаясь снижением биомассы, после чего начала снижаться (см. рисунок А).

рисунок A Временная шкала, отражающая изменения в антропогенном воздействии

ПРИМЕЧАНИЕ: человек начал оказывать воздействие на рыбные ресурсы задолго до промышленной революции; воздействие достигло пика в 1980-х годах, а в последнее время темпы его роста замедлились (отмечаются значительные различия между регионами). Следует отметить, что эта тенденция не распространяется на другие факторы воздействия, такие как загрязнение и изменение климата.

ИСТОЧНИК: по материалам Duarte, C.M., Agusti, S., Barbier, E., Britten, G.L., Castilla, J.C., Gattuso, J. & Fulweiler, R.W. 2020. Rebuilding marine life. Nature, 580: 39–51. https://doi.org/10.1038/s41586-020-2146-7

К 2005 году значительная доля рыбных запасов была восстановлена и средняя биомасса начала расти (см. рисунок В). К 2016 году биомасса всех подвергавшихся анализу запасов в среднем превышала требуемую для соблюдения глобального стандарта устойчивости (максимальный устойчивый вылов [МУВ]), а интенсивность промысла была ниже уровня, при котором был бы достигнут МУВ. Такое положение наблюдалось не по всем оцененным запасам; для более рациональной эксплуатации 24 процентов запасов, на которые приходится 19 процентов потенциального улова, требуются дополнительные усилия. В исследовании Hilborn et al. (2020) было показано, что избыточная интенсивность рыбного промысла все еще приводит к потере примерно 3–5 процентов максимально возможного улова и есть возможности для дальнейшего восстановления.

рисунок B Мировая динамика относительной биомассы (Б/БМУВ) оцененных запасов рыб и беспозвоночных и относительной интенсивности вылова (Р/РСУВ) по прогнозам на основе модели пространства состояний1

1 БМУВ = биомасса, соответствующая максимальному устойчивому вылову; РСУВ = промысловая смертность при устойчивом вылове.

ПРИМЕЧАНИЕ: сплошная линия обозначает среднее геометрическое, а заштрихованные области – доверительный интервал 95 процентов с поправкой на конечную совокупность. В годы, когда оценивались все запасы, неопределенность не учитывалась.

ИСТОЧНИК: по материалам Hilborn, R., Amoroso, R.O, Anderson, C.M., Baum, J.K., Branch, T.A., Costello, C. & de Moor, C.L. 2020. Effective fisheries management instrumental in improving fish stock status. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 117(4): 22182224. www.pnas.org/content/117/4/2218

Сколько же времени требуется для восстановления запасов до международно согласованного уровня (МУВ)? Предыдущий обзор более 150 перелавливаемых запасов[5] показал, что для восстановления запасов, истощенных до уровня ниже 0,5 биомассы, соответствующей максимально устойчивому вылову (БМУВ), достаточно десяти лет, но для восстановления запасов, близких к полному истощению (ниже 0,2 БМУВ), требуется более длительное время, и для восстановления разных запасов оно неодинаково. Повышение численности восстанавливающихся рыбных запасов было напрямую связано с изменениями в законодательстве и последующим внедрением механизмов управления рыболовством.

Истощенные рыбные запасы восстанавливаются не везде, и мировое сообщество все еще испытывает трудности в связи с отсутствием достоверной информации о состоянии и динамике значительной части мировых рыбных запасов в районах с низкой интенсивностью регулирования рыболовства, при этом, по мнению экспертов, восстановление рыбных ресурсов крайне необходимо. В таких районах нужно более тщательно подходить к сбору данных и изучать, как меняется ситуация.

Такие пробелы представляют собой самую большую проблему с точки зрения восстановления неоцененных рыбных запасов, значительная доля которых приходится на тропические и субтропические регионы; такие запасы зачастую отличаются весьма разнообразным, смешанным составом, а население, занимающееся их добычей, как правило, зависит от этой деятельности в самой значительной степени. Положение осложняется необходимостью отмены вредных субсидий, борьбы с незаконным, несообщаемым и нерегулируемым промыслом и смягчения разрушительного воздействия определенных методов промысла на окружающую среду. Кроме того, необходимы ресурсы, которые помогут рыбацким общинам решать проблемы нищеты и отсутствия альтернативных возможностей трудоустройства.

В районах, где по-прежнему ощущается нехватка инструментов рыбохозяйственной науки и управления, например, в определенных регионах Южной и Юго-Восточной Азии и Восточной Африки, для содействия восстановлению рыбных запасов нужны масштабные инвестиции в эффективные механизмы политики, меры регулирования рыболовства и диверсификацию средств к существованию. Эти инвестиции необходимы не только для сокращения известных пробелов в производстве продовольствия, но и для того, чтобы бороться с утратой экосистемных услуг, которая приводит к проблемам в области сохранения биоразнообразия.

[1] Bar-On, Y.M., Phillips, R. & Milo, R. 2018. The biomass distribution on Earth. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 115(25): 6506–6511. (также доступно по адресу: https://pnas.org/content/115/25/6506).

[2] Birkenbach, A.M., Kaczan, D.J. & Smith, M.D. 2017. Catch shares slow the race to fish. Nature, 544(7649): 223–226.

[3] ФАО. 2020. Состояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2020. Меры по повышению устойчивости. Рим. 223 стр. (также доступно по адресу: www.fao.org/3/ca9229en/ca9229en.pdf).

[4] Hilborn, R., Amoroso, R.O, Anderson, C.M., Baum, J.K., Branch, T.A., Costello, C. & de Moor, C.L. 2020. Effective fisheries management instrumental in improving fish stock status. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 117(4): 22182224. (также доступно по адресу: www.pnas.org/content/117/4/2218).

[5] Neubauer, P., Thorson, J.T., Melnychuk, M.C., Methot, R. & Blackhart, K. 2018. Drivers and rates of stock assessments in the United States. PLoS ONE, 13(5): e0196483. Доступно онлайн [по состоянию на 29 октября 2021 года]. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0196483

В предстоящее десятилетие ФАО должна оказывать содействие в повышении осведомленности и поддержку лицам, принимающим решения, в получении научной информации и технических ноу-хау для восстановления водных экосистем, связанных с рыболовством и аквакультурой. В частности, необходимы обмен информацией о новых технологических достижениях, содействие сотрудничеству, наращиванию потенциала, образованию и подготовке кадров, а также обеспечение шагов к тому, чтобы решения во всех сегментах производственно-сбытовых цепочек, одним из элементов которых являются водные системы, принимались в соответствии с местными особенностями восстановления экосистем суши и морских ландшафтов с использованием наиболее качественной научно-консультативной поддержки (FAO et al., 2021, принцип 8).

Рыболовство и аквакультура и Глобальная рамочная программа в области биоразнообразия на период после 2020 года

В 2022 году и в ближайшее десятилетие к усилиям по поддержанию и восстановлению социально-экологических систем будет приковано внимание международного сообщества, так как Стороны Конвенции о биологическом разнообразии (КБР) совместно разрабатывают план работы, который создаст условия для реализации разработанной ими Концепции на период до 2050 года "Жизнь в гармонии с природой". Три цели Конвенции – i) сохранение биологического разнообразия; ii) устойчивое использование компонентов биоразнообразия; и iii) обеспечение справедливого и равноправного распределения выгод от генетических ресурсов – во многом перекликаются с Повесткой дня в области устойчивого развития на период до 2030 года.

Наряду с ростом численности населения, продолжительности жизни и доходов на душу населения в мире уже длительное время наблюдается снижение биоразнообразия. Нагрузка, связанная с ростом населения, урбанизацией, неустойчивыми моделями потребления и производства, загрязнением окружающей среды, распространением инвазивных чужеродных видов и изменением климата, негативно влияет на способность экосистем предоставлять услуги, поддерживающие жизнь.

Принятая в 1992 году КБР координирует многосторонние экологические соглашения (МПС), что помогает странам в изучении снижения биоразнообразия и попытках обратить его вспять путем содействия принятию и реализации соответствующих документов на директивном и законодательном уровне. Эта работа сопряжена с определенными трудностями, поскольку, несмотря на некоторые достижения, внушающие оптимизм, сторонам Конвенции чаще всего не удается решать задачи, поставленные в рамках двух последних десятилетних инициатив. В октябре 2021 года 193 участника КБР обновили свои планы работы и завершили разработку нового комплекса целей и задач КБР на 2030 год, которые были объединены в так называемую Глобальную рамочную программу в области биоразнообразия на период после 2020 года (Рамочная программа на период после 2020 года)[8].

Рамочная программа на период после 2020 года разрабатывалась в ходе всеохватных консультаций с участием Сторон КБР, представителей научных кругов, неправительственных организаций (НПО) и гражданского общества; на этих консультациях определялись ее формат и содержание[9], а также цели и задачи в области взаимодействия людей с природой на следующее десятилетие. После консультаций были запланированы окончательные переговоры и принятие Глобальной рамочной программы в области биоразнообразия на период после 2020 года на Конференции ООН по биоразнообразию в Куньмине, Китай (29 августа – 11 сентября 2022 года).

МАЛЬТА

Разнообразные виды рыб плавают в морской охраняемой зоне в Средиземном море.

© FAO/Kurt Arrigo

Предполагается, что Рамочная программа на период после 2020 года станет катализатором изменения общепринятых подходов во всех сегментах общества, включая сектор рыболовства и аквакультуры. Разрабатываемая КБР глобальная долгосрочная концепция в области сохранения биоразнообразия направлена на решение тройной задачи:

1. обеспечить принятие и осуществление Рамочной программы на период после 2020 года более широким кругом субъектов за пределами природоохранного сообщества КБР, с тем чтобы стимулировать более широкое участие в решении проблем и поиске решений по сохранению биоразнообразия;

2. обеспечить соответствие ресурсов для реализации изменений масштабности задач, обозначенных в Рамочной программе на период после 2020 года;

3. перевести эту десятилетнюю инициативу в практическую плоскость, сделав ее реализацию живым процессом, который будет построен на получении и использовании практического опыта и растущих масштабах, будет поддаваться точному измерению и сопровождаться продуманной коммуникацией.

На вебинаре "КС-15: в преддверии конференции в Куньмине, построение общего будущего для всех форм жизни на Земле", прошедшем 21 мая 2021 года, Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций заявил:

"Для достижения целей в области устойчивого развития планета должна быть здоровой. Однако биоразнообразие сокращается беспрецедентными и вызывающими тревогу темпами, и нагрузка на него усиливается." (ООН, 2021c).

Так как же мировое сообщество может объединиться, чтобы улучшить отношения между людьми и окружающей средой?

Для ведения деятельности в сфере рыболовства и аквакультуры нужно знать состояние биоразнообразия в водных системах и определять основные проблемы и возможности для действий по поддержанию или восстановлению биоразнообразия так, чтобы сохранить его функции. Функционирование экосистем имеет решающее значение для производства пищевой продукции из водных биоресурсов, которое является источником средств к существованию, связанных с производственно-сбытовыми цепочками в рыболовстве и аквакультуре.

Общепризнанным недостатком рамочных документов КБР в прошлом было недостаточно полное содействие всестороннему учету биоразнообразия во всех секторах в районах, где оно подвергается наиболее активному воздействию. Отвечая на вопрос (1) выше, следует отметить, что важнейшей задачей для производственных секторов, таких как рыболовство и аквакультура, является учет проблематики биоразнообразия при разработке всех стратегий и мероприятий. Важно отметить, что в описательной части Рамочной программы на период после 2020 года должно быть вновь усилено утверждение о том, что в реальности люди являются частью природы, а не существуют отдельно от нее. При таком подходе люди и биоразнообразие находятся во взаимовыгодных отношениях, когда действия людей по обеспечению устойчивого управления природными ресурсами могут обеспечить устойчивость социально-экологических систем к текущим антропогенным и природным нагрузкам. На тридцать четвертой сессии Комитета по рыбному хозяйству в 2021 году (ФАО, 2021j) было рекомендовано содействовать широкому внедрению согласованных механизмов в рамках экосистемного подхода как элементов Рамочной программы на период после 2020 года, поскольку таким образом можно будет создать более целостную структуру для подготовки и осуществления позитивных изменений в водных системах в интересах людей и природы.

Чтобы ответить на вопрос (2), мировому сообществу необходимо найти средства, которые оно будет вкладывать в свое экономическое и социальное развитие в интересах достижения целей Рамочной программы на период после 2020 года. КБР может оказывать помощь в этой работе, определив увеличение объема экосистемных услуг как основное благо для общества. Таким образом она поможет укрепить взаимосвязь между восстановлением биоразнообразия, экономической выгодой и средствами к существованию. В условиях, когда максимальный размер Глобального экологического фонда, из которого финансируется осуществление многих природоохранных конвенций, уже достигнут и не был увеличен, решить проблему мобилизации финансовых ресурсов можно, обратившись к статье 21 КБР, предусматривающей формирование специального финансового механизма в поддержку мер по обеспечению всестороннего учета. На уровне правительств страны могут изменить соотношение между последствиями вредных субсидий и позитивными стимулами, так как на субсидии, которые могут нанести ущерб биоразнообразию, выделяется в пять раз больше средств, чем на инструменты, "создающие благоприятные условия для биоразнообразия"[10]. Кроме того, существуют возможности шире задействовать государственно-частные партнерства, необходимые для финансирования применения продуманных, амбициозных, рассчитанных на длительную перспективу подходов, позволяющих увеличить объем экосистемных услуг или обратить вспять тенденцию к их утрате.

Что касается вопроса (3), то ФАО признает, что восстановление после деградации окружающей среды, как правило, происходит медленно. Чтобы произошли позитивные изменения в управлении рыболовством и аквакультурой, знания, полученные из новых, разнообразных источников, должны быть переведены в плоскость политики; это позволит создать условия для разработки и внедрения новых подходов к руководству (Rice, 2011). Исправление ошибок прошлого, как правило, предполагает поэтапные изменения в подходах к управлению на местном и центральном уровнях, для чего нужна инициатива как снизу, так и сверху, нередко одновременно в обоих направлениях. Для сохранения и восстановления природы крайне необходимы практичные, целенаправленные решения с учетом местного биокультурного контекста, предлагаемые новаторами на местах и местными жителями, работающими в водоемах или рядом с ними. Поэтому КБР должна внедрить динамичный и гибкий процесс, который в предстоящее десятилетие можно будет адаптировать к новым решениям, предлагаемым специалистами-практиками на местах. В частности, в работе будут все шире использоваться информационные технологии и искусственный интеллект, которые будут совершенствоваться благодаря стремительному развитию технологий машинного обучения и глубокого обучения. ФАО помогает субъектам, занимающимся вопросами рыболовства и аквакультуры, в разработке и использовании новых технологий; примерами такой помощи стали прошедший 28–30 июня 2021 года форум по вопросам искусственного интеллекта и вебинар по регистрации уловов глубоководных акул и уязвимых морских экосистем (УМЭ)[11]. Чтобы в течение следующего десятилетия повысить гибкость Рамочной программы на период после 2020 года, мы можем опираться на выводы в отношении принимаемых мировым сообществом мер по решению проблемы климата, которые содержатся в докладе по результатам обзора осуществления, проводящегося каждые пять лет в соответствии с Парижским соглашением. В настоящее время в КБР отсутствует официальный процесс обзора осуществления, который обеспечивал бы более полную подотчетность в интересах повышения эффективности руководства на мировом уровне и помогал бы ставить более амбициозные задачи по обеспечению прогресса в решении проблем биоразнообразия.

Действия по восстановлению уязвимых видов и среды обитания

Взаимодействие ФАО с многосторонними экологическими организациями, занимающимися описанием и восстановлением видов, находящихся под угрозой исчезновения

Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения (СИТЕС), вступившая в силу в 1975 году, является многосторонним договором по охране исчезающих растений и животных и недопущению их попадания на международный рынок, что может угрожать их выживанию в дикой природе. Это важный документ, поскольку продукты рыболовства и аквакультуры[12] является одним из самых продаваемых продовольственных товаров в мире, и объем торговли продолжает расти. Виды, включенные в любое из трех приложений СИТЕС, пользуются разной степенью защиты. В настоящее время в приложения СИТЕС[13] включено почти 2 400 морских, что составляет менее 10 процентов всех видов, включенных в СИТЕС, и около 40 процентов видов животных, включенных в СИТЕС.

В последние десятилетия число водных видов, включенных в Приложения СИТЕС, заметно выросло, при этом большинство видов было включено в Приложение II, регулирующее международную торговлю видами, которые находятся или могут оказаться "под угрозой исчезновения" ввиду рыночного спроса на них (Pavitt et al., 2021). Виды, включенные в Приложение II, могут на законных основаниях становиться предметом международной торговли, но для осуществления сделок с ними требуется документальное подтверждение законности торговли и гарантии устойчивости, предоставляемые страной-экспортером. С 2003 года в Приложение II добавлялись преимущественно акулы и скаты, а также некоторые виды моллюсков и иглокожих (см. рисунок 65).

РИСУНОК 65 ЧИСЛО МОРСКИХ ВИДОВ, ВКЛЮЧЕННЫХ В ПЕРЕЧЕНЬ СИТЕС, В РАЗНЫЕ ПЕРИОДЫ

ИСТОЧНИК: по материалам Pavitt, A., Malsch, K., King, E., Chevalier, A., Kachelriess, D., Vannuccini, S. & Friedman, K. 2021. CITES and the sea: Trade in commercially exploited CITES-listed marine species. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper, No. 666. Rome, FAO. https://doi.org/10.4060/cb2971en

ФАО и СИТЕС продолжают сотрудничать в рамках Меморандума о взаимопонимании (МОВ), подписанного в 2006 году, в котором закреплены обязательства по решению научных и технических вопросов, связанных с составлением перечней и выполнением положений СИТЕС, а также по содействию наращиванию потенциала стран для содействия устойчивой торговле.

Чтобы выяснить, о каких видах, являющихся предметом торговли, сообщается в СИТЕС, когда, в каком объеме и как часто направляется эта информация, ФАО и партнеры, включая ЮНЕП, проанализировали прямые экспортные операции, о которых стороны СИТЕС сообщали в период с 1990 по 2016 год. Анализ показал, что количество сообщений о торговле морскими видами, включенными в Приложение II СИТЕС, выросло в семь раз (Pavitt et al., 2021). Совместно с СИ-ТЕС ФАО продолжает определять эффективные меры контроля торговли перечисленными в СИ-ТЕС видами и вносит предложения по возможному устранению сохраняющихся проблем (Friedman et al., 2020, 2018; ФАО, 2021k).

Стороны СИТЕС снова рассмотрят новые виды для включения в Приложения на Конференции Сторон (КС-19 СИТЕС), которую планируется провести в Панаме в ноябре 2022 года. Что касается предлагаемых водных видов, то, вероятно, будут преимущественно рассматриваться акулы и скаты; но кроме них, на рассмотрении находятся угри, морские огурцы, аквариумные рыбы и другие группы видов. Уведомление о видах, предлагаемых для внесения в перечень на КС-19, будет опубликовано за 150 дней до голосования сторон СИТЕС.

Национальные планы действий в отношении акул и морских птиц

Осуществление международных планов действий (МПД) ФАО и разработка национальных планов действий (НПД) – неизменно актуальные меры решения проблем целенаправленного вылова акул и прилова как морских птиц, так и акул. Государства могут рассмотреть возможность разработки НПД в соответствии с МПД по сохранению акул и управлению их запасами и МПД по сокращению случайного прилова морских птиц при ярусном промысле.

В рамках содействия членам в разработке и осуществлении НПД ФАО создала базу данных с регулярно обновляемой информацией о достигнутом сектором рыболовства прогрессе в сохранении акул, скатов и химер (ФАО, 2020). Она представляет собой единую службу для тех, кто ищет информацию о связанных с акулами мерах по управлению и руководству, введенных СИТЕС, Конвенцией по сохранению мигрирующих видов диких животных, региональными рыбохозяйственными органами и национальными властями, и включает как обязательные, так и необязательные меры по сохранению и управлению, планы действий и национальные законы[14].

Управление рыболовством на порайонной основе в интересах решения глобальных целевых задач в области биоразнообразия

Необходимость включения эффективных мер по сохранению морской среды в общие, единые стратегии рациональной эксплуатации океанов как никогда высока, и сохранение морской среды становится критически важным элементом любых усилий по устойчивому развитию. В частности, мировое сообщество заинтересовано в создании охраняемых морских районов (ОМР) и разработке других инструментов управления на порайонной основе (УРПО), так как эти механизмы помогают сохранять биоразнообразие, восстанавливать продуктивность океанов и укреплять продовольственную безопасность. Использование УРПО в морских и прибрежных зонах регулируется глобальными и региональными соглашениями, а обязательства по их использованию были подтверждены в рамках многих международных процессов.

Повестка дня на период до 2030 года задает ориентиры для действий на национальном и региональном уровне в рамках ЦУР 14 (сохранение морских экосистем). В задаче 14.5 содержится призыв к странам сохранить не менее 10 процентов прибрежных и морских территорий. В Стратегический план в области биоразнообразия на 2011–2020 годы была включена Айтинская целевая задача 11 в области биоразнообразия, в которой сформулирован призыв к 2020 году сохранить "не менее ... 10 процентов прибрежных и морских районов ... за счет эффективного и справедливого управления, существования экологически репрезентативных и тесно связанных между собой систем охраняемых районов и применения других эффективных природоохранных мер на порайонной основе" (CBD, 2021), таким образом уделяя особое внимание потенциалу по использованию управления на порайонной основе для достижения двойной цели – сохранения биоразнообразия и обеспечения получаемых выгод для людей. Международный интерес к УПРО растет. Так в настоящее время стороны КБР ведут переговоры по Глобальной рамочной программе в области биоразнообразия на период после 2020 года, включая проект целевой задачи по увеличению охвата ОМР и ДЭПM, с тем чтобы к 2030 году эксплуатация 30 процентов Мирового океана осуществлялась с помощью средств пространственного контроля (врезка 28).

ВРЕЗКА 28 ПРИМЕНЕНИЕ ДРУГИХ ЭФФЕКТИВНЫХ ПРИРОДООХРАННЫХ МЕР НА ПОРАЙОННОЙ ОСНОВЕ (ДЭПО) В СЕКТОРЕ РЫБОЛОВСТВА – КАК ДОБИТЬСЯ УСПЕХА?

В условиях, когда страны пытаются согласовать различные цели и задачи, закрепленные в международных конвенциях, другие эффективные природоохранные меры на порайонной основе (ДЭПО) широко обсуждаются на многих международных форумах и рассматриваются в растущем числе публикаций[1]. Применение ДЭПО открывает для многих стран широкие перспективы, поскольку оно дает возможности учитывать взаимосвязи между рыболовством, аквакультурой, биоразнообразием и другими аспектами и стимулировать конкретные действия по разработке скоординированных стратегий и мер политики в области управления. Кроме того, учитывая, что основные цели зонального управления рыболовством, как правило, связаны не только с сохранением биоразнообразия, но и с обеспечением устойчивости рыболовства, можно предположить, что решение задач, которые отвечают критериям ДЭПО, поможет не только улучшить положение видов, экосистем и рыбацких общин, но и поддержать социально-экономическое развитие. Поэтому ДЭПО, связанные с рыболовством, имеют особое значение для продовольственной безопасности, сохранения биоразнообразия и устойчивого развития, а также для достижения нескольких целей в области устойчивого развития (ЦУР): ЦУР 1 (ликвидация нищеты), ЦУР 2 (ликвидация голода), ЦУР 12 (ответственное потребление и производство) и ЦУР 14 (сохранение морских экосистем) и для выполнения глобальных целевых задач в области биоразнообразия. В конце 2022 года планируется принятие Глобальной рамочной программы по Конвенции о биологическом разнообразии (КБР) в области биоразнообразия на период после 2020 года, в которой больше внимания будет уделяться задаче по введению мер управления мер на порайонной основе, страны все шире признают ДЭПО и нуждаются в руководящих указаниях по толкованию и применению определения и критериев ДЭПО, особенно в морской среде и секторе рыболовства.

В феврале 2021 года члены ФАО обсудили эти проблемы на тридцать четвертой сессии Комитета ФАО по рыбному хозяйству (КРХ). Они отметили, что важно рассматривать применение различных эффективных инструментов управления с привязкой ко времени и территориям, таких как охраняемые районы и ДЭПО, в целях сохранения и устойчивого использования биоразнообразия. Кроме того, КРХ отметил актуальность ДЭПО для достижения нескольких ЦУР и глобальных целевых задач в области биоразнообразия и обратился к ФАО с просьбой подготовить и распространить практическое руководство, которое поможет членам в их определении и применении[2].

В результате ФАО теперь имеет мандат на разработку и внедрение руководства по ДЭПО. Разработкой этого документа, который страны вскоре смогут использовать для оценки ДЭПО в секторе рыболовства, руководит Отдел рыболовства и аквакультуры Организации, активно сотрудничающий с партнерами и странами – членами ФАО. В данном контексте задача Организации состоит в том, чтобы наращивать потенциал стран в области отчетности по ДЭПО, связанным с рыболовством, и документирования вклада рыболовного сектора в решение целевых задач по сохранению биоразнообразия в условиях конкретных районов. ФАО стремится разработать практическое руководство по применению критериев ДЭПО в секторе рыболовства и помочь членам и региональным рыбохозяйственным органам (РРХО) в оценке и определении ДЭПО, связанных с рыболовством. Отдел рыболовства и аквакультуры ФАО проведет серию совместных учебных семинаров по ДЭПО, связанным с рыболовством; их результаты лягут в основу руководящего документа по определению, разработке и регулированию ДЭПО в рыболовном секторе, который дополнит существующие руководства, не имеющие секторальной направленности.

В конечном счете как страны, так и РРХО должны будут активно содействовать определению ДЭПО и направлению информации о них, с тем чтобы их потенциал был в максимальной степени использован для решения новых целевых задач КБР на период после 2020 года (не были определены на момент подготовки документа) и задачи 14.5 ЦУР (к 2020 году охватить природоохранными мерами не менее 10 процентов прибрежных и морских районов в соответствии с национальным законодательством и международным правом и на основе наилучшей имеющейся научной информации). Обеспечение руководящих документов по конкретным секторам, таких как руководство, разрабатываемое ФАО, крайне важно, чтобы страны и РРХО могли руководствоваться ими в процессе применения критериев ДЭПО в различных секторах.

[1] Например:
Gurney, G.G., Darling, E.S., Ahmadia, G.N., Agostini, V.N., Ban, N.C., Blythe, J., Claudet, J. et al. 2021. Biodiversity needs every tool in the box: use OECMs. Nature, 595: 646–649. https://doi.org/10.1038/d41586-021-02041-4
Jonas, H.D., Ahmadia, G.N., Bingham, H.C., Briggs, J., Butchart, D.H.M., Cariño, J., Chassot, O. et al. 2021. Equitable and effective area-based conservation: towards the conserved areas paradigm. Parks, 27(1): 71–84. https://doi.org/10.2305/IUCN.CH.2021.PARKS-27-1HJ.en

[2] Пункты 17d и 17e документа:
ФАО. 2021. Доклад о работе тридцать четвертой сессии Комитета по рыбному хозяйству (1–5 февраля 2021 года). Сорок вторая сессия Конференции ФАО. Рим, 14–18 июня 2021 года. C 2021/23. www.fao.org/3/ne907en/ne907en.pdf

Эти цели и задачи были дополнены Призывом к действиям по итогам Конференции ООН по океану 2017 года, в котором всем заинтересованным сторонам настоятельно рекомендовалось "в срочном порядке... осуществлять сохранение и рациональное использование океанов, морей и морских ресурсов в интересах устойчивого развития", в частности, поддерживать "использование эффективных и надлежащих инструментов управления на порайонной основе, включая охраняемые морские районы и другие комплексные, межсекторальные подходы" (ГА ООН, 2017, стр. 3-4).

Международные руководящие принципы регулирования глубоководного промысла в открытом море – действия по сохранению и восстановлению уязвимых морских экосистем

Потенциальное воздействие глубоководного донного промысла на морское дно и обитающие на нем уязвимые виды занимает важное место в обсуждениях, посвященных Мировому океану, с 1990-х годов. В Статье 83 принятой в 2006 году Резолюции 61/105 ГА ООН содержится призыв к защите уязвимых морских экосистем (УМЭ, то есть хрупких прикрепленных к субстрату бентических экосистем, таких как кораллы, губки и морские перья) от масштабного негативного воздействия донного промысла. В 2008 году ФАО приняла Международные руководящие принципы регулирования глубоководного промысла в открытом море, направленные на расширение применения комплексных мер управления донным рыболовством в открытом море на порайонной основе. Их принятие полностью изменило подходы к управлению донным промыслом и стимулировало создание новых региональных рыбохозяйственных организаций (РФМО) в северной и южной частях Тихого и Индийского океанов. К 2015 году управление большинством крупных районов донного промысла в открытом море осуществлялось с помощью юридически обязательных механизмов.

Комиссия по рыболовству в северо-восточной части Атлантического океана стала первым органом, который определил УМЭ в северо-восточной части Атлантики и запретил донный промысел в них в 2005 году; ее примеру последовали другие РФМО (см. рисунок 66). Существуют и другие зональные меры по сохранению экологически репрезентативных и тесно связанных систем охраняемых районов. Это, в частности:

- ▸определение районов донного промысла, где промысел может осуществляться в соответствии с согласованными мерами управления ("зеленые" зоны);

- ▸введение строгих протоколов разведки для лова рыбы за пределами существующих районов промысла ("оранжевые" зоны);

- ▸запрет донного промысла в районах УМЭ ("красные" зоны); и

- ▸принятие протоколов соприкосновения для защиты невыявленных УМЭ (все зоны).

РИСУНОК 66 ЗОНЫ, В КОТОРЫХ РФМО РЕГУЛИРУЮТ ДОННЫЙ ЛОВ, В РАЙОНАХ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ДЕЙСТВИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ ЮРИСДИКЦИИ

ПРИМЕЧАНИЕ: РФМО = региональная организация по управлению рыболовством; УМЭ = уязвимая морская экосистема.

ИСТОЧНИК: база данных УМЭ, FAO. 2021c. Vulnerable marine ecosystems. См.: FAO Rome. Доступно онлайн. [по состоянию на 11 ноября 2021 года]. www.fao.org/in-action/vulnerable-marine-ecosystems/en

Эти правила непосредственно дополняют проект Рамочной программы КБР на период после 2020 года, обеспечивая эффективную эксплуатацию не менее 30 процентов морских ландшафтов в целом с помощью порайонных мер сохранения (целевые задачи 1, 3 и 4) и служат примером профилактических подходов к глубоководному лову с целями охраны и поддержания мирового биоразнообразия. Большинство РФМО ввели меры по донному лову в открытом море на всей подведомственной им территории, и они подкрепляются другими мерами, касающимися лова мелких пелагических рыб и тунца. Таким образом, Международные руководящие принципы регулирования глубоководного промысла в открытом море (ФАО, 2009) направлены на расширение применения порайонных мер, в соответствии с которыми донный промысел допускается в районах, где воздействие на биоразнообразие незначительно, но запрещается в районах с хрупким биоразнообразием (например, в УМЭ). Эти меры стимулируют глубоководный промысел в интересах обеспечения питания, дохода и занятости и при этом устраняют негативное воздействие на биоразнообразие, содействуя тем самым устойчивому использованию рыбных ресурсов и выполнению целевых задач КБР по сохранению биоразнообразия.

Рыболовство во внутренних водоемах

Управление бассейнами для обеспечения устойчивого рыболовства во внутренних водоемах

Внутреннее рыболовство не может существовать без водного биоразнообразия, здоровых ключевых мест обитания, таких как нерестилища, зоны выращивания молоди и убежища во время засушливых периодов, без связи между этими местами обитания и без стабильного гидрологического режима. Хотя связанная с рыболовством нагрузка на внутренние водоемы может быть чрезвычайно высокой, основные причины сокращения рыбных ресурсов во внутренних водоемах обычно носят внешний характер по отношению к рыболовному сектору – это могут быть такие факторы, как конкуренция за водные ресурсы между секторами, изменение землепользования и загрязнение. Для решения этих проблем необходимо определять и картировать элементы экосистем, состояние которых требует улучшения, с учетом всех этапов жизненного цикла рыбы, и восстанавливать эти элементы. В частности, могут осуществляться такие мероприятия, как восстановление прибрежной растительности, восстановление положения речного русла, восстановление неоднородности мест обитания, воссоздание нерестилищ и возобновление связи между поймами или застойными водами и руслами рек, а также общебассейновые меры по поддержанию природных водотоков (Valbo-Jørgensen, Marmulla and Welcomme, 2008).

Секторальный подход к управлению природными ресурсами не улучшил положение во внутреннем рыболовстве, поскольку органы управления рыбным хозяйством редко наделяются полномочиями регулировать другие виды деятельности в области водо- и землепользования, влияющие на рыбные ресурсы и поэтому практически не имеют необходимых инструментов для обеспечения устойчивости. Механизмы обеспечения ответственного и добросовестного руководства в водном секторе часто бывают неэффективными, и с менее влиятельными субъектами, такими как рыбаки, не всегда консультируются по поводу затрагивающих их мероприятий. В бассейнах крупных рек можно использовать подход с использованием субводосборов, при котором бассейн делится на единицы с соответствующими экологическими характеристиками, которыми соответствующие стороны могут управлять на соответствующих уровнях. В международных бассейнах соответствующие бассейновые организации должны балансировать затраты и выгоды и устанавливать ориентиры в области развития в соответствии с региональной политикой и международными документами (Valbo-Jørgensen, Marmulla and Welcomme, 2008) (врезка 29).

ВРЕЗКА 29 РЫБОЛОВСТВО ВО ВНУТРЕННИХ ВОДОЕМАХ

Деградация мест обитания и окружающей среды способствовала истощению рыбных ресурсов, но существуют широкие возможности для восстановления экосистем в интересах внутреннего рыболовства. Работа по восстановлению экосистем, как правило, имеет не одну цель и позволяет получить результаты в разных сферах. Рыболовство во внутренних водоемах тесно связано с другими важными, ценными услугами, такими как регулирование количества и качества воды, уменьшение опасности стихийных бедствий, круговорот питательных веществ и сохранение биоразнообразия. Интересы в сфере адаптации к изменению климата также тесно связаны с интересами в области рыболовства во внутренних водоемах, так как для уменьшения риска бедствий необходимо охранять и восстанавливать экосистемы этих водоемов. Многие экосистемные услуги можно представить в денежном выражении, что облегчает их сравнение, но при оценке нужно учитывать и неденежные показатели. Средняя ценность тех типов водных экосистем, от которых зависит внутреннее рыболовство, например, рек, озер и водно-болотных угодий, на единицу площади на несколько порядков выше ценности наземных экосистем.

В ходе обзоров, посвященных восстановлению экосистем для рыболовства во внутренних водоемах, основное внимание, как правило, уделяется Северной Америке и Европе, в основном рассматривается любительское рыболовство и анализируются преимущественно лососевые, тогда как компоненты продовольствия и питания, которые в этих районах уже утратили важность, остаются практически без внимания. Такое положение резко отличается от ситуации в развивающихся странах, при анализе которой в контексте устойчивого развития с учетом интересов малоимущих нужно учитывать социально-экономическое положение различных заинтересованных сторон, как тех, кто выигрывает от изменений, так и тех, кто оказывается в невыгодном положении. Кроме того, местное население развивающихся стран, как правило, в значительной мере зависит от рыболовства во внутренних водоемах и тесно взаимодействует с этим ресурсом, так как обычно проживает внутри соответствующих систем. Такое положение можно использовать при разработке мер по управлению и восстановлению, но в развитых странах этот инструмент в настоящее время недоступен. Значение рыболовства во внутренних водоемах на местном уровне можно точно определять не только по валовому весу улова, но и по важности продукции этого сектора для продовольственной безопасности и питания местного населения и для его уровня жизни – этот показатель может быть очень высоким и может использоваться как веский аргумент при обосновании необходимости восстановления. Множество примеров показывает, что инвестиции в восстановление экосистем для внутреннего рыболовства могут приносить крайне высокую отдачу, нередко при минимальных затратах, особенно если к усилиям по восстановлению привлекается местное население. Эффект от восстановления экосистем для рыболовства во внутренних водоемах можно получить очень быстро: в ряде случаев удвоить или утроить улов в местных водоемах удавалось за один–два года. Возможность достижения такого результата также может служить убедительным аргументом в пользу восстановления экосистем в интересах рыболовства во внутренних водоемах.

ПРИМЕЧАНИЕ: по материалам работы Coates, D., готовится к публикации. Ecosystem restoration and inland food fisheries in developing countries – opportunities for the United Nations Decade on Ecosystem Restoration (2021–2030). FAO Fisheries and Aquaculture Circular No. 1231. Rome, FAO.

Восстановление связей между внутренними водными местами обитания в интересах сохранения биоразнообразия и развития рыболовства во внутренних водоемах

Для восстановления водных экосистем в интересах развития рыболовства во внутренних водоемах необходимо удовлетворять потребности рыбы в разные периоды и в разных районах, создавая места обитания в верхнем течении (нерестилища) и в нижнем течении (выращивание молоди и убежища), обеспечивая связи между этими местами и учитывая влияние эксплуатации водных ресурсов на время гидрологических событий. Необходимо согласовывать эти аспекты при разработке любых планов управления речными бассейнами или водосборами. В центре внимания в последние годы находится растущее число плотин в крупных речных бассейнах мира и их потенциальное воздействие на прибрежные сообщества. Повсеместное устройство небольших плотин, дамб, заграждений и других препятствий для хранения воды или борьбы с наводнениями может снижать частоту наводнений в нижнем течении и лишать рыбу доступа к продуктивным поймам, которые являются важными местами завершения ее жизненного цикла в определенные сезоны; при этом существуют широкие возможности для перепроектирования этих небольших сооружений или более эффективного управления ими в интересах улучшения состояния рыбных запасов и повышения эффективности рыболовства в многоцелевых ландшафтах (ФАО и МСОП, 2017). Опыт показывает, что улучшение экосистемных условий в интересах развития рыболовства во внутренних водоемах положительно воздействует на биоразнообразие; таким образом, сохранение биоразнообразия и внутреннее рыболовство взаимосвязаны (Phang et al., 2019).

Помимо вышеперечисленного, необходимо поддерживать или восстанавливать годовые гидрологические циклы, включая их роль в формировании сезонных пойменных мест обитания, создании условий для миграции и распределении мальков и молоди рыб посредством пассивного дрейфа. Эти потребности рыбы и районов рыболовства необходимо учитывать при расчете природных водотоков для переговоров с другими водопользователями на уровне бассейнов.

Для использования возможностей, создаваемых Десятилетием Организации Объединенных Наций по восстановлению экосистем (2021–2030 годы) и Глобальной рамочной программой в области биоразнообразия на период после 2020 года, в первую очередь необходимо, в частности:

- ▸признавать важность рыболовства во внутренних водоемах для обеспечения продовольственной безопасности и устойчивости источников средств к существованию при разработке соответствующих мер политики и планировании инвестиций;

- ▸решать задачи в отношении рыболовства во внутренних водоемах и в области охраны окружающей среды и биоразнообразия, учитывая их взаимодополняемость, для чего, в частности, проводить целевые мероприятия, помогающие общинам, чья жизнедеятельность зависит от рыболовства во внутренних водоемах, поддерживать экологическую устойчивость; и

- ▸приоритизировать инвестиции в восстановление экосистем, планируя вложения во внутренние водные экосистемы, поскольку, хотя эти системы и их биоразнообразие деградированы наиболее значительно и находятся под угрозой, они приносят ощутимые многоплановые выгоды, в частности, с точки зрения внутреннего рыболовства, продовольственной безопасности, безопасности в отношении водоснабжения и адаптации к изменению климата.

Оптимизация устойчивого использования биоразнообразия, включая смягчение воздействия на экосистемы, с помощью технологий и инноваций

Риски и смягчение воздействия, связанные с искусственно выращиваемыми видами, формирующими водное разнообразие

Широко признано, что рост спроса на пищевую продукцию из водных биоресурсов в будущем можно будет удовлетворить достаточно полно только за счет наращивания производства продукции аквакультуры; важно, чтобы при этом использовались передовые методы устойчивой аквакультуры. Определенные системы или методы, используемые в аквакультуре, могут представлять значительный риск для биоразнообразия водных систем, в которых они применяются. В ходе последней глобальной оценки водных генетических ресурсов (ВГР) для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства (AqGR; ФАО, 2019a) было установлено, что искусственно выращиваемые ВГР и их дикие сородичи во многом связаны, и было показано, что аквакультура может представлять угрозу для разнообразия диких сородичей, обусловленную генетическим взаимодействием с "беглецами" и преднамеренной интродукцией либо изменением мест обитания вследствие производства рыбы и кормов. Наиболее серьезную угрозу представляют неаборигенные и выведенные путем селекции искусственно выращиваемые виды (Lorenzen, Beveridge and Mangel, 2012). Кроме того, в докладе по результатам глобальной оценки указывается на нехватку информации о свойствах ВГР в аквакультуре и на ограниченные знания о воздействии неаборигенных и выведенных путем селекции искусственно выращиваемых типов на экосистемы. В работе Lucente et al. (2021) отмечено, что 14 процентов искусственно выращиваемых видов, в том числе и виды, уже давно использующиеся в аквакультуре, находятся под угрозой в дикой природе. В базе данных по интродуцированным водным видам (ДИАС) (ФАО, 2021d) указано, что интродукция видов преимущественно осуществляется с целью производства продукции аквакультуры. В этой базе можно получить информацию об интродуцированных видах и их воздействии на окружающую среду. Однако ДИАС не дает представления об относительном масштабе отрицательного воздействия (например, вред для окружающей среды) и положительного воздействия (например, экономические выгоды от аквакультуры).

Существуют различные механизмы смягчения воздействия искусственно выращиваемых типов на диких сородичей, включая меры регулирования (например, зонирование аквакультуры) и меры по физическому ограничению (создание барьеров для предотвращения или минимизации взаимодействия культивируемых и диких ресурсов) или биологическому сдерживанию (например, размещение ферм в среде с условиями за пределами толерантности видов, использование стерильного или однополого генетического материала).

Разработан ряд ключевых мер, направленных на коренное преобразование управления генетическим разнообразием в аквакультуре и снижение потенциальных рисков, связанных с дальнейшим расширением производства продукции сектора. Эти меры включены в Глобальный план действий в области водных генетических ресурсов для производства продовольствия и ведения сельского хозяйства, принятый членами ФАО в конце 2021 года. Увеличение объемов доступной информации о свойствах и использовании водного разнообразия в аквакультуре и расширение доступа к этой информации позволит углубить понимание и повысить осведомленность о связанных с ним выгодах и рисках его использования. ФАО решает эту задачу путем разработки AquaGRIS, глобальной информационной системы по ВГР[15]. Когда она будет заполнена данными из разных стран об искусственно выращиваемых типах, ее можно будет использовать для составления отчетов, которые станут информационной основой для разработки соответствующих мер политики и стратегий, направленных на эффективное устранение отрицательных последствий аквакультуры, включая использование неаборигенных видов и выведенных путем селекции искусственно выращиваемых типов.

Предполагается, что разработка, распространение и принятие методических указаний и документов политики, касающихся ответственной интродукции ВГР и обмена ими, также снизят воздействие безответственной интродукции. Применение такого подхода должно основываться на соответствующей оценке рисков[16] и мер по их смягчению, и акцент должен делаться на неаборигенных видах и выведенных путем селекции искусственно выращиваемых типах, при этом разрабатывая и используя соответствующие соглашения о передаче материала.

Технологии ответственного рыболовства

Нововведения в технологиях рыболовства помогают повышать эффективность деятельности, повышать результативность мероприятий и снижать затраты, потребление энергии и воздействие на экосистемы. Такие инновации играют важную роль в работе по восстановлению экосистем и достижению ЦУР 14 (сохранение морских экосистем), особенно по решению следующих задач:

- ▸задача ЦУР 14.1 – обеспечить предотвращение и существенное сокращение любого загрязнения морской среды, включая загрязнение морским мусором;

- ▸задача ЦУР 14.2 – обеспечить рациональное использование и защиту морских и прибрежных экосистем с целью предотвратить значительное отрицательное воздействие.

Действующая при совместной поддержке Международного совета по исследованию моря (МСИМ) и ФАО Рабочая группа по рыболовным технологиям и поведению рыб (РГРТПР), в состав которой входят эксперты по рыболовным технологиям из разных стран мира, регулярно обсуждает и анализирует исследования и практические подходы, касающиеся рыболовных технологий и поведения водных видов в зависимости от орудий лова и вырабатывает рекомендации по управлению, в том числе касающиеся воздействия орудий лова на окружающую среду. Подробная информация об актуальных исследованиях и разработках, направленных на снижение воздействия промысловых операций на морскую среду, сокращение загрязнения и повышение энергоэффективности, приводится в докладе РГРТПР (МСОП, 2021).

Смягчение последствий прилова

После публикации в 2021 году Руководства по предотвращению и сокращению прилова морских млекопитающих при промышленном рыболовстве ФАО продолжает свои усилия по оказанию помощи государствам и РФМО путем предоставления технических консультаций и широкого распространения Руководства на нескольких языках ООН (ФАО, 2021m). Руководство предназначено для лиц, принимающих решения, специалистов по планированию, менеджеров и всех, кто участвует в разработке и осуществлении мер политики и технических мероприятий, связанных с приловом морских млекопитающих в районах рыболовства (ФАО, 2021n).

Пятилетний проект ФАО–ГЭФ "Устойчивое регулирование прилова при ведении тралового лова в регионе Латинской Америки и Карибского бассейна" (REBYC-II-LAC) на 2015–2020 годы помог повысить эффективность регулирования прилова при траловом лове креветок в шести странах Латинской Америки и Карибского бассейна. В настоящее время ведется подготовка нового этапа, REBYC III, задачей которого будет, в частности, сокращение прилова при использовании не только тралов, но и других орудий лова.

Разработка и последующее осуществление мер по решению проблем прилова сыграют важнейшую роль в реализации концепции жизни в гармонии с природой, лежащей в основе Глобальной рамочной программы в области биоразнообразия на период после 2020 года, и связанной, в частности, с задачей 4 ЦУР (CBD, 2021) и Айтинскими целевыми задачами 6 и 12 в области биоразнообразия (CBD, 2020).

Решение проблемы загрязнения в секторе рыболовства

Оставленные, утерянные или иным образом брошенные орудия лова (ОУБОЛ) вызывают растущую озабоченность в связи с их негативным экологическим и экономическим воздействием, в частности, с тем, что они являются источником опасности с разных точек зрения, например, представляют опасность для судоходства. Бесконтрольное попадание водных животных в ОУБОЛ, которое может продолжаться после прекращения их использования (т.е. "фантомный промысел"), наносит ущерб рыбным запасам и потенциально подвергает опасности исчезающие виды и бентическую среду.

Проблема ОУБОЛ признана на международном уровне и является частью глобальной проблемы морского пластикового мусора, с которой борются многие международные организации и на борьбу с которой направлены многие мероприятия и соглашения, а также различные национальные и местные инициативы, реализуемые в разных странах мира. В этом контексте действующая под совместным председательством ФАО и Международной морской организации (ИМО) Рабочая группа 43 Объединенной группы экспертов по научным аспектам защиты морской среды Организации Объединенных Наций (ГЕСАМП), в состав которой входят независимые ученые, подготовила доклад с целями представить актуальную информацию и обеспечить более глубокое понимание масштабов воздействия морских источников морского мусора, в частности, судоходного и рыболовного секторов. Один из разделов доклада посвящен решениям, направленным на сокращение числа морских источников морского мусора (ГЕСАМП, 2021). В настоящее время круг ведения Рабочей группы 43 ГЕСАМП обновляется с учетом последних научных достижений в этой области, и при рассмотрении вопроса о морском пластиковом мусоре, источником которого являются рыболовство и судоходство, обсуждаются выявленные пробелы в данных.

В Декларации КРХ ФАО 2021 года об устойчивости рыболовства и аквакультуры подчеркивается важность снижения воздействия ОУБОЛ и морского мусора. Для устранения пробелов в данных, выявленных Рабочей группой 43 ГЕСАМП, а также для налаживания и стандартизации сбора данных по ОУБОЛ ФАО разработала вопросники и совместно со странами и партнерами, такими как Глобальная инициатива по борьбе с ловом потерянными орудиями лова (GGGI, 2021), проводит обследования, направленные на решение проблемы нехватки данных. Собранные данные позволят получить общее представление о серьезности проблемы ОУБОЛ в различных районах промысла и географических регионах, будут использоваться в ходе анализа долгосрочных тенденций и мониторинга "фантомного промысла" и послужат ориентиром для разработки и внедрения соответствующих технологий и других мер по смягчению рисков.

Важнейшим средством сокращения ОУБОЛ и ННН промысла признается маркировка орудий лова, позволяющая идентифицировать их пользователя и/или владельца. ФАО разрабатывает техническое руководство и механизм оценки рисков, которые страны смогут использовать для оценки потребностей и требований национальных систем маркировки орудий лова, которые помогут государствам в применении Рекомендаций по маркировке орудий лова (РМОЛ) (ФАО, 2019d).

Кроме того, ФАО поддерживает реализацию партнерского проекта GloLitter (IMO, 2019a), финансируемого Норвегией и осуществляемого в сотрудничестве с Международной морской организацией (IMO, 2019b). Проект помогает развивающимся странам осуществлять разработанный ИМО план действий по решению проблемы загрязнения морской среды пластиковым мусором с судов и РМОЛ на национальном уровне. В рамках проекта ФАО разработает и испытает модели орудий лова, направленные на предотвращение "фантомного" промысла в маломасштабном рыболовстве, на которое приходится 90 процентов рабочих мест в мировом рыболовстве (ФАО, Университет Дьюка и Всемирный центр по рыбным ресурсам, готовится к публикации).

В совокупности эти инициативы могут внести синергетический вклад в устранение угроз биоразнообразию путем снижения уровня загрязнения и сброса пластиковых отходов в объемах, предусмотренных соответствующими задачами по достижению ЦУР к 2030 году.

1 Ознакомиться с этими 21 показателями ЦУР можно по ссылке: www.fao.org/sustainable-development-goals/indicators/ru/.

2 Определение пищевой продукции из водных биоресурсов см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА, 2022.

3 Задача 14.4 ЦУР: к 2020 году обеспечить эффективное регулирование добычи и положить конец перелову, незаконному, несообщаемому и нерегулируемому промыслу и губительной рыбопромысловой практике, а также выполнить научно обоснованные планы хозяйственной деятельности, чтобы в кратчайшие сроки восстановить рыбные запасы, доведя их по крайней мере до таких уровней, которые способны обеспечивать максимальный экологически рациональный улов с учетом биологических характеристик этих запасов.

4 См. Глоссарий, включающий определение пищевой продукции из водных биоресурсов, в том числе в контексте СОФИА 2022.

5 Перечень обязательств и приоритетов, закрепленных в Декларации КРХ об устойчивости рыболовства и аквакультуры 2021 года см. по адресу: www.fao.org/3/cb3767en/cb3767en.pdf#page=10

6 Программа финансируется Норвежским агентством по сотрудничеству в области развития (НОРАД) и осуществляется в тесном сотрудничестве с Институтом морских исследований (ИМИ) при поддержке Директората рыбного хозяйства, Берген, Норвегия.

7 Определения ""Голубая" трансформация", производство продукции рыболовства и аквакультуры смотрите в Глоссарии.

8 В настоящем документе для обозначения Глобальной рамочной программы в области биоразнообразия на период после 2020 года используется название "Рамочная программа на период после 2020 года".

9 Технические комитеты (например, Вспомогательный орган по научным, техническим и технологическим консультациям [ВОНТТК] в ноябре 2019 года и мае – июне 2021 года) и три рабочие группы открытого состава (Кения, август 2019 года; Италия, февраль 2020 года; Колумбия, август – сентябрь 2021 года).

10 Генеральный секретарь Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) заявил, что сумма ежегодно выделяемых потенциально вредных субсидий составляет 500 млрд долл. США, тогда как объем положительных стимулов – 78–91 млрд долл. США соответственно.

11 Форум "Искусственный интеллект для цифровой голубой планеты" был проведен при содействии правительства Японии. Все доклады, представленные на форуме, опубликованы на канале ФАО в сети YouTube по адресу: https://www.youtube.com/playlist?list=PLzp5NgJ2-dK72rgBePlkQoD1gMTjNEJHs Виртуальный семинар ФАО "Использование фото- и видеокамер для регистрации уловов глубоководных акул и показателей уязвимых морских экосистем (УМЭ) наблюдателями-учеными" был проведен 31 августа 2021 года при содействии правительства Японии. https://www.youtube.com/results?search_query=Use+of+still+and+video+cameras+to+recording+deepwa-ter+shark+and+VME+indicator+catches+by+scientific+observers

12 Определение продукции рыболовства и аквакультуры смотрите в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

13 См. Дополнительный перечень видов [СИТЕС, 2021a] и Контрольный перечень СИТЕС [СИТЕС, 2021b).

14 Информацию можно бесплатно скачать по адресу: www.fao.org/ipoa-sharks/database-ofmeasures/en/

15 Прототип AquaGRIS с данными по ограниченному числу видов размещен по ссылке: www.fao.org/fishery/aquagris/home

16 Определение оценки рисков смотрите в Глоссарии

ЧАСТЬ 4
НОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

ФИЛИППИНЫ

Перемещение улова тулинганского тунца (Auxis rochei) из трюма судна Перемещение улова тулинганского тунца (Auxis rochei) из трюма судна корзины для перевозки местному покупателю в Инитао. Рыбак надел маску, чтобы соблюсти рекомендации властей по сдерживанию распространения COVID-19.

©FAO/David Hogsholt

COVID-19 – беспрецедентный кризис: первые выводы

Справочная информация

В марте 2020 года Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) объявила вспышку коронавирусной инфекции 2019 года (COVID-19) пандемией. По миру распространилась болезнь, от которой погибли миллионы людей. Число заболевших составило десятки миллионов[1]. IЗа считанные недели произошел резкий спад мировой экономики, обусловленный срочными мерами, принятыми для предотвращения распространения вируса. Такая ситуация имела серьезные последствия для секторов, в значительной мере зависящих от торговли, включая рыболовство и аквакультуру. В частности, региональные рыбохозяйственные органы (РРХО) сообщили о негативном воздействии на деятельность, связанную с мониторингом, контролем и наблюдением (МКН) в секторе рыболовства, а также на исследования и регулирование в области рыболовства и аквакультуры. В большинстве стран и регионов отмечалось серьезное снижение объемов производства продукции рыболовства и аквакультуры; ситуация ощутимо сказалась на занятости населения и ценах. Из-за переноса сроков проведения очных совещаний, учебных мероприятий и семинаров возникали трудности в принятии решений по регулированию рыболовства и в наращивании потенциала (ФАО, 2021о). От пандемии серьезно пострадали четыре крупных рынка сбыта пищевой продукции из водных биоресурсов – Китай, Европа, Япония и Соединенные Штаты Америки. Закрытие границ, введение ограничений на поездки и перебои в импорте нанесли урон развивающимся странам, которым экспорт продуктов из водных биоресурсов[2] приносит валютные поступления.

По оценкам ФАО, здоровое питание финансово недоступно для 3 млрд человек в мире, и число таких людей увеличится еще на 1 млрд, если в результате потрясения их доходы сократятся на треть (ФАО, 2020a). Пандемия создала серьезные проблемы с точки зрения источников средств к существованию, занятости, продовольственной безопасности и питания. Кампании по вакцинации и меры реагирования на COVID-19 на уровне политики позволили в 2021 году восстановить мировую экономику и увеличить объемы производства, торговли и потребления продуктов из водных биоресурсов (FAO, 2021р). Пандемия подхлестнула интерес к приготовлению пищи в домашних условиях, к службам доставки еды и цифровым каналам розничной торговли, и этот интерес продолжает расти (ЮНКТАД, 2022), однако, учитывая риск появления новых штаммов болезни, которое вновь потребует введения ограничительных мер, в настоящее время нельзя определенно сказать, как сектор будет менять свою структуру, приспосабливаться к меняющемуся рынку и решать проблемы, которые могут возникнуть в будущем.

Сбои в цепочках поставок и связанные с ними риски

В результате введения карантинных мер возникли серьезные сбои во всей производственно-сбытовой цепочке в секторе рыболовства и аквакультуры. Внешние потрясения, подобные вспышке COVID-19, еще никогда не наступали столь внезапно; кроме того, пандемия оказала беспрецедентное воздействие на поведение потребителей и торговлю во всем мире. В условиях пандемии проявилась нестабильность систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов продукции со стороны как спроса, так и предложения (ФАО и Всемирный центр по рыбным ресурсам, 2021). Краткосрочное воздействие пандемии на европейские страны заключалось в том, что скоропортящиеся продукты питания продавались ниже себестоимости и/или выбрасывались, а среднесрочное воздействие выразилось в ограничении возможностей пополнения запасов из-за сокращения производственных и транспортных мощностей. Вследствие серьезного сокращения продаж продукции через службы общественного питания и роста сбыта через организации розничной торговли возник избыток предложения продуктов для первых и создался дефицит товаров во вторых, что также сказалось на ценах (Kent, 2021). Во многих странах ограничение передвижения полностью нарушило цепочку поставок продукции рыболовства и аквакультуры, как минимум в первые месяцы пандемии; положение изменилось только после того, как этот сектор был признан жизненно важным и были реализованы инициативы по нормализации функционирования отрасли. В результате ограничений стало невозможно регулярно обеспечивать хозяйства основными производственными ресурсами, такими как корма и семена. Центральноамериканские фермеры, занимающиеся разведением креветок и тилапии, пострадали от падения спроса на эту продукцию как на местных, так и на международных рынках на 75 процентов. В результате вышеперечисленных событий отрасль столкнулась с проблемой затоваривания и непредвиденными расходами на кормление и заморозку и оказалась парализована, что имело серьезные экономические последствия и вынудило ряд производственных предприятий прекратить свою деятельность (OSPESCA and SICA, 2020).

Воздействие пандемии на системы производства пищевой продукции из водных биоресурсов варьировалось в зависимости от видов, рынков и потребительского спроса, а также от структуры рабочей силы и адаптационных возможностей как правительств, так и предприятий (см. рисунок 67). Особенно уязвимыми для ограничений, связанных с COVID-19, оказались цепочки поставок, в которых преобладают малые и средние предприятия (МСП) (ФАО, 2021q). В частности, в Африке и Южной Азии эффективность функционирования этих цепочек была снижена еще до COVID-19 вследствие нехватки мощностей для холодильного хранения и переработки, неудовлетворительного функционирования транспортной инфраструктуры, разрозненности рынков факторов производства и/или недостаточного финансирования поставщиков. Крупные вертикально интегрированные цепочки поставок, в которых более эффективно контролируются поставки ресурсов и продукции, в целом пострадали меньше. Маломасштабные предприятия с трудоемким производством оказались уязвимыми для ограничений на передвижение работников и для сбоев в поставках ресурсов и в функционировании транспорта (IFPRI, 2021). Предварительные результаты исследования, проведенного ФАО и ИНФОФИШ в Южной и Юго-Восточной Азии, показывают, что пандемия COVID-19 и ограничения на передвижение серьезно повлияли на мелких фермеров, занимающихся рыболовством и аквакультурой, в разных странах. Возникали сбои в функционировании цепочек поставок и работе рынков, было затруднено ведение бизнеса, сокращались возможности для трудоустройства, при этом сохранялось неравенство, в частности, гендерное, и повышались колебания доходов домохозяйств; кроме того, снизились налоговые и валютные поступления в государственную казну (ФАО и ИНФОФИШ, готовится к публикации).

РИСУНОК 67 ПРИМЕРЫ СБОЕВ, СТРАТЕГИЙ АДАПТАЦИИ И СНИЖЕНИЯ РИСКОВ И ВЫВОДЫ, ИЗВЛЕЧЕНННЫЕ ИЗ КРИЗИСА, ВЫЗВАННОГО ПАНДЕМИЕЙ COVID-19

ИСТОЧНИК: ФАО.

Работа предприятий и рынков постепенно нормализуется, но рост стоимости перевозок, новые процедуры пограничного контроля, снижение доступности морских контейнеров, затруднения в крупных международных гаванях и риск появления новых штаммов болезни омрачают среднесрочные перспективы (ФАО, 2021p). В целом удалось обеспечить адаптацию производственной системы к сложившейся ситуации и сохранить потоки продукции и ресурсов, но многие предприятия прекратили деятельность или находятся в неустойчивом положении (ФАО и Всемирный центр по рыбным ресурсам, 2021).

Работа, гендерная проблематика и продовольственная безопасность

Пандемия отразилась на работе, доходах и покупательной способности населения (ФАО и Всемирный центр по рыбным ресурсам, 2021; Béné et al., 2021). Четверо из пяти работников во всем мире частично или полностью потеряли работу или были вынуждены работать на дому (Tooze, 2021). В результате усугубилась ситуация с отсутствием у миллионов людей доступа к достаточному питанию, и проблема продовольственной безопасности этой группы населения стала еще более масштабной и приобрела хронический характер. Особую тревогу вызывает уязвимость по причине резкого снижения доходов в странах с низким уровнем дохода, где многим не по карману питание, удовлетворяющее основные потребности в энергии (ФАО, 2021q).

Многие исследования показывают, что от потрясений в первую очередь страдают уязвимые и маргинализированные группы населения; такое же положение сложилось и вследствие пандемии COVID-19[3]. Семьи с низким уровнем дохода, мелкие производители, женщины, дети грудного и раннего возраста, пожилые, люди с инвалидностью, коренное население, беженцы, мигранты, перемещенные лица и меньшинства во всем мире подвергаются самому высокому риску ощутить на себе отрицательное воздействие пандемии. Мелкие рыбаки и работник рыбного хозяйства, чей доход зависит от сезонной миграции, пострадали от запретов на поездки и смену места проживания (Sowman et al., 2021). Моряки пострадали от проблем со сменой экипажей и сокращения доступа к береговым услугам, включая рабочих-мигрантов, занятых на экспедиционных промышленных рыболовных судах (Vandergeest, Marschke and MacDonnell, 2021). Многие работники, занятые на предприятиях по переработке, добыче и сбыту продукции, потеряли работу (Alam et al., 2022). Кроме того, из-за ограниченного пространства и влажности работа на борту рыболовецких судов и на предприятиях, где осуществлялась обработка рыбы после вылова, упаковка и переработка продукции, создавала повышенный риск передачи вируса и вспышек COVID-19 среди работников (IFPRI, 2021).

Поскольку доля женщин, занятых в секторах, наиболее серьезно пострадавших от карантинных мер, выше, число женщин, потерявших работу, также превысило число оставшихся без работы мужчин (ФАО и Всемирный центр по рыбным ресурсам, 2021). В работе Yuan et al. (2022) исследовалось воздействие на средства к существованию домохозяйств, занятых в производственно-сбытовых цепочках аквакультуры в Китае. Вследствие снижения заработной платы и уменьшения доходов от бизнеса доходы семей значительно сократились (например, доходы всех производителей генетического материала сома упали более чем на 50 процентов); семьи 30–40 процентов опрошенных фермеров столкнулись с финансовыми трудностями; кроме того, из-за закрытия школ женщины были вынуждены выполнять возросший объем работы по уходу за детьми и их обучению и несли дополнительную нагрузку по удовлетворению основных бытовых потребностей семьи. Женщины составляют половину рабочей силы в первичном и вторичном сегментах сектора рыболовства и аквакультуры вместе взятых (ФАО, 2020a). Тем не менее, несмотря на их незаменимость во всех сегментах производственно-сбытовой цепочки и в обеспечении средств к существованию и питания домохозяйств, их важность для отрасли недооценивается. Более того, вторичный сегмент, где трудится большинство женщин, понес наиболее ощутимый урон вследствие пандемии. При этом нельзя не отметить, что женщины стали проводниками перемен и взяли на себя ведущие роли в борьбе с COVID-19 (ФАО, 2020j, 2021r; Misk and Gee, 2020). В основе стратегий, которые женщины используют для преодоления последствий кризиса, вызванного COVID-19, часто лежит взаимопомощь; кроме того, они используют свои навыки, знания и связи для разработки инновационных решений и оказания друг другу поддержки (Всемирный центр по рыбным ресурсам, 2021). Как и во всех секторах, в рыболовстве и аквакультуре необходимы согласованные усилия для того, чтобы пандемия не привела к потере результатов, достигнутых на пути к гендерному равенству (Turquet and Koissy-Kpein, 2020). Крайне важно разработать соответствующие стратегии смягчения последствий с учетом гендерной проблематики, направленные на улучшение экономического положения и ситуации в области здравоохранения и на повышение жизнестойкости людей, занятых в рыболовстве и аквакультуре (ФАО, 2020c).

Стратегии адаптации

Ни одна страна мира и ни одно предприятие отрасли (в каких бы масштабах ни велась их деятельность) не были готовы к такому потрясению. Тем не менее части предприятий удалось постепенно приспособиться к обстоятельствам и выработать новаторские подходы. Некоторые малые предприятия смогли адаптироваться и выжить благодаря использованию платформ электронной торговли и изменению структуры своей деятельности (Stoll et al., 2021; Witteven, 2021). Организации мелких рыболовецких хозяйств в Латинской Америке применяют инновационные подходы к коммерциализации своей продукции. Например, они организовали временные торговые точки вблизи густонаселенных городских районов Чили, Перу, Панамы и Никарагуа, а мелкие хозяйства стали рекламировать и продавать свою продукцию через платформы электронной торговли и службы доставки. На фоне закрытия рынков развивались новые рынки с прямыми продажами. В Малайзии онлайн-платформа – посредник по доставке рыбы MyFishman.com помогла малым и средним предприятиям рыболовства и аквакультуры наладить сбыт свежей рыбы по подписке и через службы доставки, что позволило обходиться без рынков свежей продукции и прямого контакта с потребителями (IFPRI, 2021). Можно предположить, что часть нововведений приживется надолго, и есть признаки того, что COVID-19 может способствовать консолидации отрасли (Simeon, 2020).

Мелкие рыбаки, предприятия аквакультуры и рыбного хозяйства в Южной и Юго-Восточной Азии адаптировались к ситуации по-разному в зависимости от строгости действующих ограничений, наличия или отсутствия государственной поддержки, а также собственной жизнестойкости и готовности предлагать новаторские решения. В целом их деятельность сократилась. Однако им удалось повысить свою жизнестойкость за счет диверсификации, замещения доходов домохозяйств поступлениями от других видов сельскохозяйственной деятельности, оптимизации затрат на ведение бизнеса с их доведением до необходимого минимума и освоения онлайновых систем маркетинга и прямых поставок. Переход на новые методы ведения деятельности открывает для мелких рыбаков, предприятий аквакультуры и рыбного хозяйства новые перспективы и дает им возможности налаживать более тесные и прямые контакты с клиентами, осваивать новые рынки и предлагать новые виды продукции (ФАО и ИНФОФИШ, готовится к публикации).

Можно привести следующие примеры стратегий смягчения воздействия, предлагаемых РРХО: оперативное расширение внедрения усовершенствованных электронных средств мониторинга для МКН, разработка особого порядка посадки на рыболовные суда и специальных процедур досмотра, проведение совещаний в виртуальном формате, внедрение онлайновых процессов принятия решений, онлайновый маркетинг продукции из водных биоресурсов и содействие переходу от свежей к переработанной продукции из водных биоресурсов с добавленной стоимостью (ФАО, 2021о). В таких странах, как Китай, начали действовать национальные платформы для размещения информации о спросе и предложении, которые помогают налаживать контакты между производителями, перерабатывающими предприятиями и покупателями, оптимизировать производство с учетом спроса, направлять излишки продукции на заморозку и холодное хранение, а также развивать внутреннюю и международную торговлю (Alam et al., 2022; ФАО, 2021s).

Меры государственной поддержки

Государственная поддержка домохозяйств, предприятий и рынков, направленная на сдерживание экономических последствий карантинных мер и других ограничений, приобрела масштабы, невиданные со времен Второй мировой войны. Центральные банки отреагировали на потрясение, которое Международный валютный фонд назвал "беспрецедентным кризисом", беспрецедентными мерами помощи правительствам в выплате государственного долга и поддержки банков (Tooze, 2021).

Для борьбы с последствиями пандемии были приняты разносторонние, комплексные меры с учетом сложности проблем, требующих решения, приоритетов, а также возможностей и ресурсов стран. В частности, принимались меры, ориентированные на здравоохранение, социальную сферу, экономику, образование и охрану окружающей среды. Как указано в публикации Love et al. (2021), ответные меры, принятые субъектами и учреждениями в системах производства пищевой продукции из водных биоресурсов, в основном были направлены на: i) охрану здоровья населения, включая работников рыбохозяйственного сектора; ii) поддержку предприятий, пострадавших от COVID-19, и лиц, которые вследствие пандемии частично или полностью лишились работы и доходов; и iii) поддержание поставок продуктов из водных биоресурсов потребителям.

Государственная поддержка в странах Латинской Америки варьировалась от предоставления льготных и беспроцентных кредитов мелким производителям, освобождения от налогов и лицензионных сборов и субсидирования топлива до временного приостановления обязательств по кредитам. В Соединенном Королевстве Великобритании и Северной Ирландии она принимала форму поддержки доходов, программ сохранения рабочих мест, кредитов на восстановление и отсрочки уплаты подоходного налога; кроме того, вводились меры, специфика которых не была связана с конкретной страной, такие как создание фондов помощи нуждающимся в секторе морского рыболовства Шотландии, поддержка рыбной промышленности в Северной Ирландии и помощь со стороны благотворительных организаций (например, фонда The Seafarers' Charity) (Patience, Motova and Cooper, 2021).

Предварительные исследования в Южной и Юго-Восточной Азии показывают, что государственные меры могут иметь как положительный, так и отрицательный эффект. Результаты опросов указывают, в частности, на необходимость индивидуальных и целенаправленных мер, подкрепленных надлежащими нормативными актами, на потребность в более полном учете интересов лиц разной гендерной принадлежности, расширении информирования и просвещения по вопросам потенциала цифровых рынков и онлайновых платформ, а также в сохранении качества продукции и удовлетворении нужд потребителей. Для поддержания средств к существованию мелких рыбаков, производителей продукции аквакультуры и предприятий рыбного хозяйства необходимо согласовывать действия всех заинтересованных сторон (ФАО и ИНФОФИШ, готовится к публикации).

Однако в большинстве стран оказание поддержки осложнялось нехваткой государственных средств. Кроме того, налоговые и финансовые меры поддержки уязвимых групп населения будут иметь важные последствия с точки зрения задолженности, способности обслуживать долг и приемлемости долга в целом. Например, в странах Африки к югу от Сахары "пандемическая задолженность" – долг сверх прогнозируемого, возникший вследствие кризиса, связанного с COVID-19, – выросла на 4,5 процента (Heitzig, Aloysius Uche and Senbet, 2021). Такие ситуации могут серьезно снизить эффективность общего руководства и управления в отраслях, в которых используются живые водные ресурсы.

Социальная защита

Как показывает анализ ответных мер в связи с пандемией COVID-19, страны, где системы социальной защиты функционируют эффективно, реагировали на пандемию более гибко, адаптируя программы социальной защиты с учетом воздействия пандемии (ФАО, 2021g). Другие страны оказались не в состоянии удовлетворить потребности населения, чья жизнедеятельность зависит от живых водных ресурсов, особенно в районах, где преобладают неофициальные формы организации деятельности (ФАО, 2020l). Многие работники сектора рыболовства и аквакультуры трудятся на неофициальной основе; на них не распространяются меры социальной защиты; они не зарегистрированы в системах обязательного социального обеспечения, получают зарплату ниже минимального уровня, установленного законом и работают без заключения письменного договора или как самозанятые. В их число входят мелкие рыбаки, рыбаки-мигранты, представители этнических меньшинств, члены экипажей, лица, занимающиеся добычей водных организмов, уборщики и уличные продавцы, но в первую очередь – женщины, которые пострадали от пандемии больше всего (ФАО, 2021g).

Многие из тех, кто потерял работу, также не получали никаких денежных пособий. Одни страны внедрили новые схемы поддержки, а другие расширили существующие схемы по горизонтали или вертикали, например, путем увеличения охвата программ, смягчения требований к доступу, увеличения продолжительности программ или выплаты чрезвычайных денежных пособий. В рыболовном секторе и секторе аквакультуры чаще всего применялись временные меры социальной помощи, от ежемесячных разовых выплат до трехмесячных программ необусловленных пособий в денежной и натуральной форме (продовольственная помощь). Кроме того, сектору оказывалась финансовая поддержка, например, путем отмены пошлин и субсидирования затрат на наживку, лед и топливо, а также на поставку семян для целей сектора аквакультуры и строительство аквакультурных предприятий; кроме того, предоставлялась техническая поддержка для создания рабочих мест и восстановления сектора (ФАО, 2021g).

Первые выводы

Кризис, вызванный пандемией COVID-19, носит затяжной характер, и появление новых штаммов вируса вызывает новые последствия. Важно продолжать мониторинг, оценку и документирование как воздействия пандемии на сектор рыболовства и аквакультуры, так и ответных мер; это поможет обосновать краткосрочные, среднесрочные и долгосрочные стратегии и подготовиться к новым волнам.

Одним из уроков пандемии COVID-19 стало понимание взаимозависимости рынков: последствия сбоев на одном или нескольких этапах цепочки поставок водных ресурсов не ограничиваются одной местностью, страной, или наднациональной территорией. Нарушение функционирования рынков может порождать риски инфляции (Kent, 2021). Для построения жизнестойких систем производства пищевой продукции из водных биоресурсов необходимо, в частности, повышать эффективность переработки, диверсифицировать источники поставок и рынки, налаживать связи посредством создания более надежных сетей транспортировки продовольствия и логистики, а также создавать возможности для закупок у разных поставщиков (ФАО, 2021q).

Признавая, что во многих странах рыболовство и аквакультура являются важнейшим сектором и неотъемлемой частью продовольственных систем, важно содействовать бесперебойному функционированию всех звеньев цепочек поставок, поддерживать продовольственную безопасность, доход и занятость с учетом специфических проблем, с которыми сталкиваются уязвимые группы населения, включая женщин и рабочих-мигрантов (ФАО и Всемирный центр по рыбным ресурсам, 2021).

COVID-19 усугубила ранее существовавшее неравенство. Мелкие производители продукции рыболовства и аквакультуры, МСП, женщины и другие уязвимые группы (например, лица, работающие на условиях неформальной занятости, и мигранты) все чаще лишаются прав и возможностей и нуждаются в надлежащей защите.

Пандемия показала необходимость расширения охвата систем социальной защиты и создания комплексных, инклюзивных национальных систем, способных адаптироваться к потрясениям и в достаточной степени удовлетворяющих потребности сектора. Важно согласовывать меры политики и действия национальных отраслевых министерств. Поскольку программы социальной защиты могут влиять на гендерную динамику, необходимо учитывать гендерные аспекты на всех этапах их разработки, реализации и оценки. Благодаря социальной защите домохозяйства могут получать более широкие возможности адаптироваться к потрясениям и могут отказываться от негативных стратегий преодоления проблем, которые в долгосрочной перспективе снижают качество их жизни. Социальная защита может способствовать повышению благосостояния и совершенствованию регулирования рыболовства.

Меры экономической поддержки, принимаемые правительствами, зависят от имеющихся ресурсов и возможностей. В большинстве развивающихся стран экономические меры отрицательно сказываются на положении с национальным долгом; их воздействие связано с уровнем долга до пандемии, способностью обслуживать долг и приемлемостью долга. При этом возможно снижение эффективности общего руководства и управления в отраслях, в которых используются живые водные ресурсы. Ряд экспертов рекомендуют пересмотреть существующие институциональные механизмы так, чтобы обеспечить возможности обслуживать и реструктуризировать долг (Heitzig, Aloysius Uche and Senbet, 2021).

В новых публикациях, посвященных COVID-19 и адаптации к изменению климата, приводятся свидетельства того, что пандемия затрудняет достижение закрепленной в Парижском соглашении цели по "укреплению адаптационных возможностей, повышению сопротивляемости и снижению уязвимости к изменению климата", так как страны переносят внимание на проблемы здоровья и восстановления экономики (UNEP, 2021). При подготовке планов восстановления после COVID-19 важно учитывать социальные и экологические аспекты (например, низкоуглеродные решения, стойкость к изменению климата); в частности, необходимо вкладывать средства в мероприятия, способствующие восстановлению "голубой" экономики и наращиванию адаптационного потенциала (ЮНЕП, 2021).

Не менее важно обеспечить готовность к различным известным или неизвестным рискам. Пандемия расширила круг ранее существовавших проблем (таких как вспышки болезней рыб и моллюсков, экстремальные погодные явления, хронические финансовые трудности), и меры по управлению рыболовством и аквакультурой должны быть направлены на решение этих проблем с помощью комплексных подходов с учетом рисков[4], чтобы выработать устойчивость к пандемии COVID-19 и к будущим потрясениям или факторам стресса в целом, целесообразно изучать вопрос о том, какие отдельные меры и комплексы мероприятий оказывались эффективными в различных условиях и как изменились системы, а также описывать долгосрочные последствия и фиксировать выводы (Love et al., 2021).

Кризис оказал и положительное воздействие. В частности, кризис привел к ускорению цифровизации сектора, развитию электронных средств мониторинга и усилению контроля за исполнением требований в промысловом рыболовстве, а также способствовал расширению использования "зеленых" и чистых источников энергии и ускорению формирования местных рынков, побудив рыбоводов оптимизировать использование доступных в ограниченных объемах факторов производства, таких как корма, и продемонстрировав важность внутреннего производства.

Адаптация рыболовства и аквакультуры к изменению климата

Справочная информация

В шестом докладе об оценке (МГЭИК, 2021) Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК) подтверждается, что глобальное потепление ускоряется, и подчеркивается, что оно уже привело к необратимым изменениям. В Климатическом пакте Глазго (РКИК ООН, 2021), принятом на двадцать шестой сессии Конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (КС26 РКИК ООН) (врезка 30), указывается на настоятельную необходимость принятия мер на просторах океана, а в ходе обсуждений, посвященных климату, вновь было указано на то, что водные экосистемы обладают способностью накапливать углерод в больших количествах. С учетом этих выводов и в свете новой концепции, которая постепенно формируется в рамках международных диалогов по климату, необходимо принимать более масштабные и оперативные меры по смягчению последствий изменения климата и адаптации к ним в секторе рыболовства и аквакультуры. В прошедшие годы участники глобальных обсуждений по воздействию изменения климата на сектор опирались на рекомендации по адаптации, разработанные ФАО (Poulain, Himes-Cornell and Shelton, 2018); в данном разделе рассматриваются пять приоритетных направлений действий по адаптации рыболовства и аквакультуры на местах, которые могут внести ощутимый вклад в "голубую" трансформацию[5].

ВРЕЗКА 30 ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ КЛИМАТИЧЕСКОГО ПАКТА ГЛАЗГО

С 31 октября по 13 ноября 2021 года в Глазго, Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии, проходила двадцать шестая сессия Конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК ООН) – КС 26. В документе по итогам Конференции, Климатическом пакте Глазго[1], освещаются вопросы и проблемы в семи областях, в которых необходимы действия. Огромное внимание в нем уделяется вопросам адаптации, и особо отмечается настоятельная необходимость расширения масштабов направленных на адаптацию действий. Кроме того, в нем сформулирован призыв к развитым странам к 2025 году значительно увеличить коллективное финансирование адаптации развивающихся стран по сравнению с уровнем 2019 года. Это крайне важная задача, учитывая нехватку финансов, выделяемых на адаптацию, которая усугубляется возросшей задолженностью развивающихся стран вследствие пандемии COVID-19.

В Климатическом пакте Глазго признается, что для ограничения глобального потепления до 1,5°C необходимо в кратчайшие сроки обеспечить всеобъемлющее и устойчивое сокращение выбросов парниковых газов в мире. Странам настоятельно рекомендуется пересмотреть в сторону увеличения целевые показатели на 2030 год, установленные в их определяемых на национальном уровне вкладах, если это необходимо, чтобы привести их в соответствие с целью по температуре на 2022 год, поставленной в Парижском соглашении.

Еще одним важнейшим вопросом, который рассматривался на КС 26 и привлек особое внимание развивающихся стран, было решение проблемы убытков и ущерба. В Климатическом пакте Глазго сформулирован призыв к развитым странам выделить средства на техническую помощь в рамках действующей Сантьягской сети. Кроме того, документом был учрежден Диалог Глазго для обсуждения механизмов финансирования деятельности по решению проблем убытков и ущерба.

Страны признали взаимосвязь между изменением климата и утратой биоразнообразия и важнейшую роль охраны, сохранения и восстановления природы и экосистем. Особое внимание было уделено океану: КС 26 призвала в рамках профильных программ работы и в соответствующих официальных органах РКИК ООН рассмотреть вопрос о том, как можно объединить и расширить деятельность, связанную с океаном, предусмотренную их мандатами и планами работы, и сообщать об этой деятельности при предоставлении отчетности в существующих форматах. Страны согласились расширить деятельность на просторах океана и продолжить ежегодные диалоги по океану в 2022 году.

ФАО активно участвовала в различных мероприятиях в рамках КС 26 и прилагала усилия к тому, чтобы в рамках РКИК ООН уделялось внимание вопросам рыболовства и аквакультуры. Кроме того, Организация использовала эту возможность, чтобы подтвердить свое твердое намерение и в дальнейшем помогать странам в их работе по повышению устойчивости и жизнестойкости рыболовства и аквакультуры в сотрудничестве с партнерами в системе ООН, организациями, занимающимися вопросами океана, и частным сектором.

[1] UNFCCC. 2021. Decision -/CP.26 Glasgow Climate Pact. (также размещено по адресу: https://unfccc.int/sites/default/files/resource/cop26_auv_2f_cover_decision.pdf).

Учет вопросов изменения климата в регулировании рыболовства и развитии аквакультуры

Растет объем фактических данных, свидетельствующих о том, что изменение климата изменяет характеристики водных экосистем; складывающая ситуация диктует необходимость учитывать стрессовые факторы, связанные с изменением климата, при регулировании рыболовства и развитии аквакультуры и прочнее увязывать планы адаптации и действия по регулированию и развитию. Целесообразно перейти на гибкие и адаптивные подходы к управлению, которые могут периодически корректироваться с учетом новых данных о воздействии. При разработке управленческих циклов в соответствии с рекомендациями ФАО следует предусматривать дополнительные каналы обратной связи, использование которых позволит своевременно реагировать на изменения, и сокращать управленческие циклы, приспосабливаясь к меняющимся условиям (см. рисунок 68).

РИСУНОК 68 ЦИКЛЫ АДАПТИВНОГО УПРАВЛЕНИЯ С ДОПОЛНИТЕЛЬНЫМ КАНАЛОМ ОБРАТНОЙ СВЯЗИ, ОТРАЖАЮЩИМ ДИНАМИКУ ИЗМЕНЕНИЯ КЛИМАТА

ПРИМЕЧАНИЕ: дополнительный канал обратной связи обозначен красной пунктирной линией.

ИСТОЧНИК: на основе публикации FAO. 2003. Fisheries management 2. The ecosystem approach to fisheries. FAO Technical Guidelines for Responsible Fisheries. No. 4, Suppl. 2. Rome. 122 pp. (также доступно по ссылке: www.fao.org/3/y4470e/y4470e.pdf).

Использование систем мониторинга окружающей среды, построенного на оценке рисков, поможет принимать эффективные решения по адаптации, если в таких системах будут применяться разработанные с учетом специфики и условий на местах косвенные показатели и индикаторы, связанные с климатическими факторами, оказывающими существенное воздействие на рыболовство и аквакультуру (такими как повышение температуры, изменение характера осадков, уровень кислорода в воде). Более широкое использование в регулировании рыболовства и развитии аквакультуры подходов с учетом рисков помогает оптимизировать работу по смягчению рисков, связанных с изменением климата, на разных этапах управленческого цикла – от планирования до осуществления[6]. Кроме того, необходимо точнее определять пространственные и временные параметры единиц управления в рыболовстве и рыбоводстве, согласовывая их с мерами по смягчению последствий изменения климата и адаптации к ним.

По инициативе ФАО был проведен анализ примеров успешного внедрения гибких подходов к регулированию морского рыболовства (Bahri et al., eds, 2021); но такую работу необходимо продолжать; в частности, нужно описывать и изучать практические примеры мероприятий с учетом последствий изменения климата, направленных на регулирование рыболовства в пресноводных водоемах или управление сектором аквакультуры, обеспечивающих стабильную продуктивность и жизнестойкость хозяйств (см. пример проекта по управлению прибрежными районами во врезке 31).

ВРЕЗКА 31 СОДЕЙСТВИЕ АДАПТАЦИИ К ИЗМЕНЕНИЮ КЛИМАТА И СМЯГЧЕНИЮ ЕГО ПОСЛЕДСТВИЙ ПУТЕМ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ УПРАВЛЕНИЯ ПРИБРЕЖНЫМИ РАЙОНАМИ

Прибрежное рыболовство является жизненно важным источником пищи и средств к существованию для миллионов людей. Тем не менее морское биоразнообразие прибрежных районов истощается. Одной из основных проблем, ставящих под угрозу водные виды и угрожающих прибрежным экосистемам, включая мангровые заросли, является изменение климата.

ФАО и Программа ООН по окружающей среде/Абиджанская конвенция в сотрудничестве с населением департамента Сасандра (Кот-д'Ивуар) и дельты реки Салум (Сенегал) реализуют финансируемый Глобальным экологическим фондом комплексный проект "Инициатива по прибрежному рыболовству в Западной Африке", в число целей которого входят обеспечение устойчивого управления мангровыми зарослями, повышение эффективности эксплуатации рыбных ресурсов и функционирования производственно-сбытовых цепочек.

В 2021 году в рамках проекта были проведены мероприятия по восстановлению мангровых зарослей, содействию естественной регенерации и охране природы на экспериментальной территории площадью 700 га. Использовался инклюзивный подход с привлечением местных сообществ и неправительственных организаций.

Кроме того, в рамках проекта оказывается содействие введению в действие плана по регулированию запасов прибрежных креветок в дельте реки Салум и проводится работа по развитию потенциала населения с акцентом на женщин, занимающихся переработкой устриц, и на распространение информации на местных языках через различные СМИ.

Эти мероприятия приносят масштабный положительный эффект. Они повышают устойчивость средств к существованию населения, занимающегося рыболовством, к климатическим рискам и бедствиям, повышают уровень связывания углерода, а также помогают решать проблемы, связанные с биоразнообразием.

ПРИМЕЧАНИЕ: более подробную информацию см. по адресу: www.fao.org/in-action/coastal-fisheries-initiative/en

Разработка и реализация всеобъемлющих планов адаптации

Рыбаки и рыбоводы уже сейчас адаптируются к изменению климата, диверсифицируя источники средств к существованию, приспосабливаясь к изменениям в окружающей среде и изменяя применяемые методы, однако для повышения действенности самостоятельной адаптации[7] и предотвращения дезадаптации необходимо ускорять перестройку институтов и систем управления. Для этого необходимы всеобъемлющие планы национального, субнационального и местного уровней, которые создадут условия для самостоятельной адаптации в среднесрочной и долгосрочной перспективе и помогут преобразовать рыболовство и аквакультуру так, чтобы повысить их стойкость к изменению климата в будущем. ФАО выпустила руководство (Brugere and De Young, 2020), которое поможет лицам, отвечающим за разработку мер политики, в министерствах и учреждениях, занимающихся вопросами рыболовства и аквакультуры, активнее участвовать в разработке мероприятий, направленных на признание важности сектора и учет его интересов при разработке национальных планов адаптации. Этими рекомендациями могут воспользоваться и другие заинтересованные стороны, желающие выбрать форматы участия в разработке планов адаптации и принятия решений о разработке таких планов на субнациональном и местном уровнях.

При разработке всеобъемлющих планов адаптации необходимо учитывать потребности субъектов рыболовства и аквакультуры всех масштабов, однако для того чтобы сектор продолжал вносить вклад в достижение глобальных целей по сокращению нищеты и обеспечению продовольственной безопасности, особое внимание следует уделять наиболее уязвимым слоям населения. Поэтому при разработке и выполнении таких планов необходимо применять инклюзивный подход с учетом интересов широкого круга сторон, изучать потребности населения, занимающегося маломасштабным рыболовством и рыбоводством, в развивающихся странах, которые в наибольшей степени страдают от воздействия изменения климата, и понимать, какие выгоды принесет населению реализация таких планов. Одним из примеров такого подхода является разработка 120 комплексных планов управления с привлечением местного населения в Мьянме в рамках проекта ФАО FishAdapt, призванного повысить жизнестойкость местного населения, занимающегося рыболовством и аквакультурой, и их средств к существованию к изменению климата.

Принятие пространственных подходов к управлению с учетом климатических факторов

Пространственные подходы к управлению служат мощной основой для разработки планов и мер по адаптации и смягчению последствий изменения климата в секторе рыболовства и аквакультуры с учетом существующих и будущих рисков и возможностей, обусловленных климатическими факторами. Без рационального управления и планирования с применением пространственных подходов потепление и закисление океанов вызовут ряд связанных с климатическими факторами изменений, включая изменение географического распределения, ареалов обитания, характера вспышек и распространения заболеваний, а также обострение социальных конфликтов между пользователями внутренних водоемов и океанов.

Планирование и управление с применением пространственного подхода представляют собой ориентированный на поиск решений подход, в котором пространственные данные и модели используются для более глубокого понимания и прогнозирования возможного влияния изменения климата на рыболовство и аквакультуру, а также для изучения различных факторов, воздействующих на разные территории, и внедрения стратегий адаптации с учетом специфики конкретных районов. Эффективное пространственное планирование и передовые методы управления на уровне хозяйств и районов с использованием таких вспомогательных пространственных технологий, как дистанционное спутниковое зондирование, аэрофотосъемка, глобальные системы позиционирования, географические информационные системы и информационно-коммуникационные технологии, могут снизить уязвимость хозяйств для рисков, связанных с изменением климата, и помочь им более полно адаптироваться к его последствиям. Например, в Чили карты связанных с изменением климата рисков для аквакультуры, разработанные в рамках проекта ARClim, реализуемого под эгидой Министерства окружающей среды, используются для подготовки научно обоснованных сообщений о вредоносном цветении водорослей, которые помогают снижать смертность выращиваемых лососевых (см. рисунок 69).

РИСУНОК 69 КАРТА РИСКОВ УТРАТЫ БИОМАССЫ ЛОСОСЕВЫХ ВСЛЕДСТВИЕ ВРЕДОНОСНОГО ЦВЕТЕНИЯ ВОДОРОСЛЕЙ НА ОСНОВАНИИ ПРОГНОЗОВ ИЗМЕНЕНИЯ КЛИМАТА

ПРИМЕЧАНИЕ: замкнутыми ломаными линиями обозначены участки, выделенные под лососевые хозяйства (УЛХ) по осям широты (Y) и долготы (X). Цветами на картах A–C показана оценка компонентов риска в баллах: подверженность воздействию (E), угроза (H) и чувствительность (S). Каждый компонент оценивается по шкале от 1 (минимум) до 5 (максимум). На карте D показаны уровни риска, рассчитываемые по формуле R = (E × H × S)/125. Множитель 125 означает максимально возможные уровни (5 × 5 × 5); таким образом, риск варьируется от 0 (минимальный) до 1 (максимальный).

ИСТОЧНИК: по материалам публикации Soto, D., León-Muñoz, J., Garreaud, R., Quiñones, R.A. & Morey, F. 2021. Scientific warnings could help to reduce farmed salmon mortality due to harmful algal blooms. Marine Policy, 132: 104705. https://doi.org/10.1016/j.marpol.2021.104705

Для внедрения механизмов пространственного управления рыболовством и аквакультурой с учетом климатических факторов может потребоваться гибкое изменение механизмов управления; кроме того, рекомендуется адаптировать применяемые подходы так, чтобы обеспечить участие и привлечение различных заинтересованных сторон и использование научных данных и знаний, полученных на местах, при разработке и осуществлении инновационных стратегий смягчения и адаптации, таких как решения, основанные на природных факторах. Кроме того, важно создавать базы пространственных данных, в которых будут отображаться как экологические, так и социально-экономические характеристики среды; развивать системы океанографических и климатических наблюдений, которые помогут получать сведения о местных факторах в режиме реального времени; развивать национальный и региональный потенциал для внедрения моделей и показателей раннего предупреждения, которые помогут субъектам рыболовства и аквакультуры смягчать последствия изменения климата или адаптироваться к ним.

Учет соображений равенства и прав человека

В центре обсуждений, посвященных климату, всегда должны стоять вопросы равенства. От изменения климата могут в первую очередь пострадать те, кто меньше всего виноват в климатическом кризисе, например, население, занимающееся маломасштабным рыболовством и рыбоводством, в особенности жители стран с низким уровнем дохода и островных государств. В конечном счете равенство также связано с правами человека. Изменение климата может препятствовать осуществлению права людей на питание, доступ к питьевой воде, образованию, здравоохранению и жилью и оказывать наиболее серьезное воздействие на тех, кто находится в уязвимом положении, будь то отдельные люди, группы населения и народы, например на женщин, детей, пожилых людей, представителей коренных народов, меньшинств, мигрантов и малоимущих.

Важность равноправия и прав человека признается в Добровольных руководящих принципах обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства в контексте продовольственной безопасности и искоренения бедности, Декларации Комитета ФАО по рыбному хозяйству об устойчивости рыболовства и аквакультуры и Парижском соглашении. Следует планировать как процессы, так и результаты адаптации к изменению климата в секторе рыболовства и аквакультуры с учетом соображений равноправия и прав человека. Планируя процессы, необходимо в первую очередь обеспечивать прозрачность, учет интересов широкого круга сторон, доступ к правосудию и недискриминацию. Планируя результаты, следует обеспечивать соблюдение права на жизнь и сопутствующие права на достаточное питание, жилье, воду и средства к существованию. Необходимо привлекать к разработке планов по адаптации уязвимые сообщества, включая мелких рыбаков и рыбоводов, и расширять их права и возможности. Страны должны оценивать факторы уязвимости в секторе рыболовства и аквакультуры и действовать исходя из соображений равноправия и соблюдения прав человека. Они должны принимать упреждающий подход, обеспечивать готовность к будущим событиям, как экстремальным, так и медленно прогрессирующим, обеспечивать доступ к стойким к внешним воздействиям объектам инфраструктуры и государственным службам (включая службы здравоохранения).

Инвестирование в инновации

Изменение климата ставит перед сектором рыболовства и аквакультуры новые задачи и побуждает его участников предлагать комплексные новаторские решения, ориентированные на технические, политические и рыночные преобразования. При содействии ФАО разрабатываются и внедряются новые совместимые информационные системы, представляющие собой средства систематизации и консолидации данных о рыболовстве, аквакультуре и изменении климата на уровне стран, ориентированных на пользователей и лиц, принимающих решения. Кроме того, Организация помогает в разработке и внедрении систем раннего предупреждения, способствующих сокращению числа инцидентов и смертельных случаев и оперативному оказанию гуманитарной поддержки в экстремальных ситуациях, связанных с климатическими факторами. Примерами такой работы являются уже действующий механизм, который был объединен в единую систему, в Чили (ИФОП, 2021), использование технологий социальных сетей для получения информации в режиме реального времени и более полного соблюдения требований в районе озера Маломбе в Малави (ФАО, 2019е), а также расширение мониторинга и оценки воздействия изменения климата для разработки мер политики и планов и поддержки населения, занимающегося рыболовством и аквакультурой, в Мьянме (ФАО, 2021t).

Подобные инновационные подходы применяются и в других регионах мира. Например, на Филиппинах внедрено приложение ISDApp[8], которое преобразует собранные локализованные метеорологические данные в упрощенные прогнозы погоды и отправляет их в виде текстовых сообщений на зарегистрированные мобильные номера рыбаков, даже не имеющих смартфона, а в рамках проекта Moana[9], реализуемого в Новой Зеландии, традиционные знания и данные, предоставляемые производителями морепродуктов, объединяются с данными зондирования океана, получаемыми с помощью передовых датчиков и современных числовых моделей, и используются для создания надежных систем прогнозирования состояния океана в помощь морским отраслям.

На рыболовство и аквакультуру приходится лишь незначительная доля выбросов углерода в мире. Тем не менее есть возможности для декарбонизации всей производственно-сбытовой цепочки в секторе, повышения ее эффективности за счет сокращения потерь и порчи рыбы, в том числе в интересах мелких рыбаков и рыбоводов. Ввиду высокой стоимости существующих технологий декарбонизации доступ к ним и расширение масштабов их применения остаются проблематичными. Необходимо внедрять финансовые схемы и осваивать многосторонние подходы, благодаря которым предприниматели и местное население, включая женщин и молодежь, смогут получать доступ к кредитам; кроме того, нужно внедрять стимулирующие меры политики, которые будут способствовать внедрению чистых технологий и использованию чистых источников энергии во всех сегментах производственно-сбытовых цепочек рыболовства и аквакультуры, и изучать новаторские решения, которые принесут положительные результаты.

Заключение

Страны проявляют растущий интерес к вопросам адаптации рыболовства и аквакультуры к изменению климата. Согласно последнему отчету ФАО об определяемых на национальном уровне вкладах (ОНУВ), в общей сложности в период с 1 января 2020 года по 31 июля 2021 года страны в рамках своих обязательств по Парижскому соглашению представили 85 новых или обновленных ОНУВ, при этом 62 из 77 (81 процент) ОНУВ, которые включали компоненты адаптации, касались адаптации рыболовства и аквакультуры, в том числе эксплуатации океанов и прибрежных зон (Crumpler et al., 2021). Страны могут ориентироваться на описанные выше пять приоритетных направлений при выполнении своих обязательств по ОНУВ, что поможет им достигнуть долгосрочных целей по адаптации, предусмотренных Парижским соглашением.

Решение КС26 придало официальный характер обсуждению вопросов океана на заседаниях РКИК ООН, и важно расширить вклад рыболовства и аквакультуры в глобальные усилия в этой области за счет обмена решениями по адаптации и смягчению последствий, актуальных для сектора, а также постепенно устранять серьезный пробел, связанный с тем, что в ходе международных обсуждений, посвященных вопросам климата, уделяется недостаточное внимание рыболовству и аквакультуре в пресноводных водоемах.

На пути к гендерному равенству в секторе рыболовства и аквакультуры

Полное и равное участие женщин и мужчин в различных процессах, получение ими выгод в полных объемах и на равных условиях – иными словами, гендерное равенство – в секторе рыболовства и аквакультуры имеет решающее значение для обеспечения устойчивости и инклюзивности сектора (ФАО, 2020m).

Хотя женщины составляют половину рабочей силы во всех цепочках создания стоимости в секторе и выполняют в нем важнейшие функции, именно они составляют подавляющее большинство тех, кто занят в неформальном секторе, выполняет самые низкооплачиваемые, требующие самой низкой квалификации работы и имеет наименее стабильную занятость. Они составляют 28 процентов рабочей силы в первичном сегменте сектора аквакультуры; 18 процентов работников в секторе рыболовства и оценочно до 50 процентов занятых в сегментах производственно-сбытовых цепочек до и после добычи. Женщины не только являются основными субъектами сельской экономики (ФАО, 2020m), но и вносят значительный вклад в обеспечение продовольственной безопасности и питания домохозяйств, выполняя при этом обязанности по ведению домашнего хозяйства и по уходу за членами семей. Функции, которые выполняют женщины, чаще всего во многом определяются социальными, культурными и экономическими условиями, в которых они живут, и они часто сталкиваются с гендерными ограничениями, которые являются препятствиями для их субъектности (т.е. способности делать выбор и действовать в соответствии с ним) и не позволяют им в полной мере воспользоваться благами, связанными с их ролями в секторе.

Гендерная принадлежность – это не мужской и женский пол (определяемый биологическими характеристиками, которые отличают мужчин, женщин и интерсексуалов), а социальная структура, которая зависит от контекста и времени. Это комплекс социально обусловленных характеристик и возможностей, связанных с принадлежностью к мужскому или женскому полу. Таким образом, гендерная принадлежность – это роли, поведение, деятельность и атрибуты, которые то или иное общество в определенное время считает подходящими для мужчин и женщин. Кроме того, это фактор, определяющий отношения между мужчинами и женщинами, от которого зависит, что должны делать первые и вторые, что им разрешено и что ценится в них в том или ином контексте.

Обусловленные гендерной принадлежностью ожидания во многом определяют то, как женщины и мужчины участвуют в функционировании производственно-сбытовых цепочек в рыболовстве и аквакультуре и то, в каком объеме они могут пользоваться результатами своей деятельности. Для понимания того, как распределяются роли и выгоды, важно ознакомиться с концепцией "пересечений". Необходимо учитывать, что различные аспекты неравенства не только между женщинами и мужчинами, но и между разными женщинами и между разными мужчинами могут пересекаться и усугубляться под влиянием взаимосвязанных социальных факторов (не только пола, но и класса, возраста, этнической принадлежности, расы, касты, религии и сексуальной ориентации), которые являются составляющими идентичности.

Такие пересечения необходимо учитывать при проведении анализа, чтобы понимать особенности социального положения людей, их доступа к власти или степени угнетения и уязвимости в сравнении с другими группами; это поможет определить роль тех или иных групп в секторе рыболовства и аквакультуры (Williams et al., eds, 2012). Если не учитывать взаимосвязи, о которых говорится выше, можно непреднамеренно упустить из виду интересы наиболее уязвимых групп и создать риск укоренения и усугубления неравенства в общинах, где население занимается рыболовством и аквакультурой (Ferguson, 2021).

Женщины не являются однородной группой, и их роли в секторе рыболовства и аквакультуры широко варьируются: они могут заниматься сбором моллюсков и водорослей и мелким рыболовством, ремонтировать сети, перерабатывать и продавать продукцию рыболовства и аквакультуры[10] (врезка 32). Однако динамика гендерных отношений, при которой мужчины сохраняют привилегированное положение по отношению к женщинам и контроль, основанный на гендерных ролях, остается неизменной (ФАО, 2017d). Многие женщины, занятые в секторе рыболовства и аквакультуры, не только обременены тройной рабочей нагрузкой и нередко сталкиваются с гендерным насилием (Siles et al., 2019), но и:

- ▸имеют ограниченный доступ к информации, услугам по распространению знаний и опыта и финансовым услугам, инфраструктуре, социальной защите и возможностям достойной занятости;;

- ▸имеют ограниченный доступ к физическим и капитальным ресурсам;

- ▸не допускаются до принятия решений и руководящих должностей;

- ▸получают меньше выгод от своей деятельности и имеют меньше прав и привилегий; и

- ▸практически не контролируют решение вопросов, связанных с рынками, ценообразованием и взаимодействием в производственно-сбытовых цепочках.

ВРЕЗКА 32 УСПЕШНАЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЖЕНЩИН

Проект по аквакультуре на Филиппинах: укрепление потенциала мелких предпринимателей в сфере аквакультуры: пример женского объединения на Филиппинах
Клуб по улучшению условий в сельской местности Бинмалей (BRIC) – небольшое женское объединение, специализирующееся на выращивании и переработке ханоса, – стало важным субъектом соответствующей производственно-сбытовой цепочки и местной экономики. Объединение открыло женщинам возможность для самоорганизации и стало примером эффективного предприятия в секторе аквакультуры, действующего под руководством женщин. ФАО использовала этот пример в ходе учебного семинара по развитию производственно-сбытовых цепочек в аквакультуре и участию в их функционировании, наглядно продемонстрировав, как подобные объединения могут расширять экономические возможности женщин, что поможет развитию общин и позволит повысить масштаб результатов предпринимательской деятельности. Знания и навыки женщин сыграли решающую роль как в создании прочной базы для эффективного выполнения различных задач, так и для производства высококачественной переработанной продукции из качественного сырья. В целях обеспечения эффективности и прибыльности женщины, опираясь на собственные кулинарные навыки, наладили производство продуктов из искусственно выращиваемой рыбы с высоким уровнем переработки, что позволило диверсифицировать предложение, а также сократить объемы потерь и порчи. Таким образом женщины расширяли свои возможности: они более уверенно брали на себя руководящие роли, обеспечивая семьям дополнительный доход, и в то же время способствовали развитию предприятий аквакультуры на местном уровне и вносили вклад в достижение гендерного равенства в долгосрочной перспективе.

Проект по морским водорослям в Кении: содействие развитию марикультуры в Кении в рамках экосистемного подхода (TCP/KEN/3502): группы самопомощи
В 2015 году, после обращения правительства Кении за технической помощью, ФАО реализовала проект, направленный на расширение возможностей мелких производителей и обучение их выращиванию морских водорослей, мидий, устриц, крабов и ханоса. Kibuyuni Seaweed Women – одна из пяти групп, ставших бенефициарами проекта ФАО, в рамках которого была оказана помощь в строительстве сушильных навесов с высокими стеллажами, где можно разложить собранную продукцию для безопасной сушки. Цель проекта заключалась в сокращении послепромысловых потерь и повышении качества продукции с целью ее поставки на рынки по более высоким ценам. Кроме того, проект помог наладить контакты между международной компанией, закупающей сушеные морские водоросли, и организацией Kibuyuni Seaweed Women, в которой в конце проектного цикла насчитывалось 52 участника и которая была зарегистрирована правительством Кении как группа самопомощи.

Широкий резонанс вызвала история Тимы Мвалиму Джашо, занимающейся выращиванием морских водорослей, которая на часть своих сбережений построила дом с одной спальней, который сдает в аренду: после проведения учебного мероприятия, посвященного культивированию морских водорослей в Кении, было продано 41 тонны морских водорослей, за которые было получено более 13 000 долл. США. Она подчеркнула: "Мы жили в бедности, не зная, что у нас есть то, что поможет улучшить нашу жизнь в будущем".

Благодаря организованному в рамках проекта обучению передовым методам управления предприятием по выращиванию морских водорослей и созданию добавленной стоимости члены группы увеличили свои доходы от производства водорослей. Группа поставляет морские водоросли покупателям в виде сырья и получает дополнительный доход, продавая широкий ассортимент продукции с добавленной стоимостью, включая соки, печенье, торты, овощные салаты, твердое и жидкое мыло и другие косметические товары. Доход, полученный от продажи сырья и продукции с добавленной стоимостью, помог населению постепенно повысить уровень жизни, причем наиболее ощутимо улучшилось положение женщин: они обеспечили свои семьи продовольствием, построили новые дома, дали образование своим детям и стали приобретать более качественные строительные материалы для своих домов.

Проект завершился в 2017 году, но его результаты ощущаются и сейчас. Экспериментальная инициатива помогла объединению Kibuyuni Seaweed Women, которое в результате проекта превратилось из группы самопомощи в кооперативное общество – ассоциацию фермеров, занимающихся выращиванием морских водорослей в Кибуюни, зарегистрированную как сберегательно-кредитный кооператив.

Дискриминация по гендерному признаку не только непосредственно влияет на женщин, но и наносит существенный ущерб сектору рыболовства и аквакультуры за счет снижения произво-дительности, неэффективности деятельности и упущенных возможностей для инноваций и женского предпринимательства.

Вопросы гендерного равенства стали еще более актуальными в контексте пандемии COVID-19, которая способствовала распространению и выявлению неравенства и усугубила уже существующую в секторе дискриминацию. В ситуации, когда школы были закрыты, а системы здравоохранения оказались перегружены работой по сдерживанию пандемии, усилилась тенденция к разделению неоплачиваемой работы по уходу и ведению домашнего хозяйства по гендерному признаку и обязанности по уходу были возложены на плечи женщин и девочек. Кроме того, положение осложнялось тем, что женщины и девочки столкнулись с ограничениями в доступе к медицинскому обслуживанию и услугам по охране сексуального и репродуктивного здоровья. Кроме того, в мире наблюдается рост масштабов бытового, гендерного и сексуального насилия и эксплуатации. Женщины традиционно преимущественно выполняют послепромысловые операции, в том числе относящиеся к конечным звеньям производственно-сбытовых цепочек, такие как переработка продуктов их водных биоресурсов[11], торговля свежей рыбой, ее хранение, упаковка и сбыт, и являются уязвимой и подверженной риску группой населения. Их уязвимость усугубляется тем, что они должны продолжать работать, чтобы сохранять доход и кормить семьи (Misk and Gee, 2020).

Всесторонний учет гендерной проблематики в секторе рыболовства и аквакультуры

В Политике ФАО по обеспечению гендерного равенства на 2020–2030 годы поставлена ясная цель – обеспечение равенства между мужчинами и женщинами в сфере устойчивого сельско-хозяйственного производства и развития сельских районов для ликвидации голода и нищеты (ФАО, 2015). Согласно простому определению, гендерное равенство – это состояние, при котором женщины и мужчины пользуются равными правами и возможностями в гражданской и политической жизни. Достижению гендерного равенства может способствовать разработанный ФАО инструмент учета гендерной проблематики. Для его использования необходимо оценить последствия для женщин и мужчин любых планируемых действий, включая законодательство, меры политики и программы, в любой сфере и на любом уровне. Благодаря этому инструменту учет проблем и опыта как женщин, так и мужчин становится неотъемлемой частью разработки, реализации, мониторинга и оценки мер политики и программ во всех политических, экономических и социальных сферах, с тем чтобы женщины и мужчины на равной основе пользовались соответствующими благами, а неравенству был положен конец. Конечной целью является обеспечение гендерного равенства. Она сформулирована в ЦУР 5 "Обеспечение гендерного равенства и расширение прав и возможностей всех женщин и девочек", которая представляет собой отдельную цель и сквозной вопрос, а также ориентир для устойчивого развития с учетом гендерной проблематики во всех его плоскостях. Именно поэтому неоднократно отмечалось, что без систематического учета гендерных аспектов в ходе работы по достижению и мониторингу ЦУР прогресс неизбежно замедлится и задачи Повестки дня на период до 2030 года не будут решены ("ООН-женщины", 2021).

В Добровольных руководящих принципах обеспечения устойчивого маломасштабного рыболовства в контексте продовольственной безопасности и искоренения бедности (Принципах УМР) закреплено четкое обязательство по обеспечению гендерного равенства и равноправия, создавав прецедент и став первым документом в области рыболовства, в котором напрямую затрагиваются гендерные вопросы (GAF, 2018). В принятой в 2018 году Декларации Сантьяго-де-Компостела о равных возможностях в рыболовном секторе и аквакультуре прозвучал настоятельный призыв улучшить положение женщин, которые трудятся в секторе рыболовства и аквакультуры, путем создания для них равных возможностей (Venugopalan, 2018). В следующем году ФАО провела Международный симпозиум по устойчивому рыболовству (ФАО, 2019f), на котором была отмечена роль женщин во всем секторе и подчеркнута необходимость расширения и полного признания этой роли и придания приоритетного значения достижению гендерного равенства. В 2021 году была представлена Декларация КРХ об устойчивости рыболовства и аквакультуры (см. раздел "Возможности для управления рыболовством и аквакультурой, связанные с наукой"; ФАО, 2021b).

В Декларации КРХ признается важнейшая роль женщин как субъектов сектора рыболовства и аквакультуры, играющих важную роль в достижении ЦУР. В ней содержится твердое обязательство членов ФАО "содействовать расширению прав и возможностей женщин путем обеспечения им полноправного доступа и равных возможностей в рыболовстве и аквакультуре посредством проведения соответствующей гендерной политики". Шанхайская декларация, принятая участниками Всемирной конференции по аквакультуре "Тысячелетие + 20", призвана стать средством широкого установления гендерного равенства и расширения прав и возможностей женщин в рамках развития аквакультуры. В настоящее время разрабатываются Рекомендации по устойчивому развитию аквакультуры, которыми члены ФАО и все заинтересованные стороны будут руководствоваться в ходе диалогов, при осуществлении политических процессов и действий в интересах устойчивого и справедливого развития аквакультуры. Гендерное равенство и расширение прав и возможностей женщин включены в них как тематический модуль и как сквозной вопрос, что свидетельствует о необходимости уделять особое внимание этим фундаментальным вопросам и учитывать их во всех аспектах аквакультуры (ФАО, 2022).

Подходы, ориентированные на преобразование гендерных взаимоотношений

Подходы, ориентированные на преобразование гендерных взаимоотношений (ППГВ), были разработаны как инструмент, позволяющий выявлять глубинные причины и определять масштабы гендерного неравенства и дискриминации, а затем устранять эти причины путем устранения дисбаланса власти на индивидуальном и общественном уровнях. ППГВ – эффективный инструмент расширения прав и возможностей женщин и девочек и осуществления всеобъемлющих изменений в сообществах, занимающихся рыболовством и аквакультурой. Однако следует подчеркнуть, что эти изменения происходят медленно и только при участии мужчин, семей и сообществ в целом. Этот подход рассчитан на перспективу и может быть адаптирован и уже адаптируется к условиям, в которых функционирует сектор рыболовства и аквакультуры, так, чтобы сектор мог полностью раскрыть свой потенциал путем достижения гендерного равенства.

Женщины как проводники перемен

Работа ФАО по учету гендерных аспектов в рыболовстве и аквакультуре ведется с применением методов ППГВ и согласована с четырьмя целями, поставленными в Стратегии ФАО по обеспечению гендерного равенства (ФАО, 2020):

- ▸обеспечение мужчинам и женщинам равных прав голоса и равных полномочий по принятию решений в сельских институтах и организациях при формировании соответствующей нормативно-правовой базы, политических мер и программ;

- ▸обеспечение женщинам и мужчинам равных прав на доступ к природным и производственным ресурсам и контроль над ними, чтобы они могли вносить вклад в устойчивое развитие сельского хозяйства и сельских районов и пользоваться полученными в результате благами;

- ▸обеспечение женщинам и мужчинам равных прав и равного доступа к услугам, рынкам и достойной занятости, равного права распоряжаться получаемыми в результате доходами и благами;

- ▸снижение трудовой нагрузки на женщин за счет расширения их доступа к технологиям, производственным методам и инфраструктуре и обеспечения справедливого распределения обязанностей, в том числе на уровне домохозяйств.

Эта работа направлена на развитие потенциала и возможностей женщин, принадлежащих к сообществам, занимающимся рыболовством и аквакультурой, по всему миру, наряду с признанием их роли в качестве ключевых проводников изменений в интересах "голубой" трансформации[12]. Как заявил Генеральный директор ФАО:

"Женщины и девочки могут сыграть решающую роль в осуществлении ответных мер в связи с пандемией COVID-19 и, в частности, в преобразовании наших агропродовольственных систем. Мы должны все вместе добиваться перемен, необходимых, чтобы стимулировать назревшие изменения и расширять права и возможности женщин и девочек, особенно в сельских районах." (ФАО, 2020u).

Прогнозы по развитию рыболовства и аквакультуры

Примечание. На момент подготовки настоящего раздела (март 2022 года) еще один уровень неопределенности в глобальных производственно-сбытовых цепочках и торговле создает конфликт в Украине. Цены на энергоносители и производственные ресурсы, включая корма для аквакультуры, уже начали стремительно расти. В результате увеличиваются операционные расходы, что приводит к росту цен на продукцию рыболовства и аквакультуры. Отмена рейсов и/или изменение маршрутов создает нагрузку на систему грузоперевозок и приводит к дополнительным сбоям в цепочках поставок и задержкам в поставках. Кроме того, конфликт чреват всеобъемлющими геополитическими изменениями, которые повлияют на торговые отношения между Соединенными Штатами Америки, Европой, Китаем, Российской Федерацией и остальными странами мира. Как можно предположить, эти изменения будут оказывать серьезное воздействие на сектор рыболовства и аквакультуры. Приведенные ниже прогнозы лишь в незначительной степени учитывают потенциальное влияние войны. По мере поступления оценок воздействия в пересмотренные прогнозы будут вноситься коррективы.

В этом разделе представлен среднесрочный прогноз с использованием модели развития рыбного хозяйства ФАО (ФАО, 2012b, стр. 186–193), разработанной в 2010 году для прогнозирования изменений в рыболовстве и аквакультуре в будущем. Модель развития рыбного хозяйства привязана к модели Aglink-Cosimo, но не интегрирована в нее. Aglink-Cosimo используется для подготовки десятилетних сельскохозяйственных прогнозов, которые ежегодно совместно составляются ОЭСР и ФАО и публикуются каждый год в издании "Сельскохозяйственный прогноз ОЭСР-ФАО" (ОЭСР и ФАО, 2021b). В модели ФАО для составления сельскохозяйственных прогнозов используется ряд макроэкономических допущений и выборка цен. Прогнозы по развитию рыболовства и аквакультуры, представленные в данном разделе, были получены в результате проведенного ФАО специального анализа ситуации на 2021–2030 годы.

В разделе рассматриваются перспективы сектора рыболовства и аквакультуры с точки зрения его продукции[13], ее использования и сбыта[14], цен на нее и тех ключевых факторов, которые способны влиять на предложение и спрос в будущем. Важно подчеркнуть, что это не точные прогнозы, а вероятные сценарии, которые дают представление о возможном развитии субсекторов исходя из конкретных предположений относительно: будущей макроэкономической среды; правил международной торговли и тарифов; частоты событий и их воздействия на ресурсы; отсутствия других серьезных событий, таких как цунами, тропические штормы (циклоны, ураганы и тайфуны), наводнения и новые заболевания водных видов; усовершенствованных мер управления рыболовством и аквакультурой, включая ограничения на вылов; и отсутствия рыночных потрясений. Учитывая, что Китай является крупным производителем продукции рыболовства и аквакультуры, в прогнозах также учтены допущения о дальнейших изменениях в сфере политики в стране (ФАО, 2018b, врезка 31, стр. 183) в соответствии с положениями тринадцатого (2016–2020 годы) и четырнадцатого (2021–2025 годы) пятилетних планов, предусматривающих меры по повышению устойчивости и экологичности рыболовства и аквакультуры. Будущее сектора будет определяться множеством факторов глобального, регионального и местного значения. Ожидается, что рост населения и экономики, урбанизация, развитие технологий и диверсификация рациона питания приведут к увеличению спроса на продовольствие, в частности, на продукты животного происхождения, включая пищевую продукцию из водных биоресурсов[13].

Производство

Исходя из использованных допущений, ожидается, что общий объем производства продукции рыболовства и аквакультуры (за исключением водорослей[13]) продолжит расти и в 2030 году достигнет 202 млн тонн (см. рисунок 70). Это на 14 процентов и больше и на 24 млн тонн в абсолютном выражении больше, чем в 2020 году (таблица 18). Однако, несмотря на то, что совокупный объем производства продолжит расти, темпы роста и его объемы в абсолютных цифрах снизятся по сравнению с показателями 2010–2020 годов (23 процента и 33 млн тонн). Прирост мирового производства продукции рыболовства и аквакультуры в значительной мере будет обеспечиваться за счет аквакультуры: в 2027 году объем производства этого субсектора впервые превысит 100 млн тонн. Ожидается, что в 2030 году производство продукции аквакультуры вырастет до 106 млн тонн (на 22 процента, или почти на 19 млн тонн) по сравнению с 2020 годом. Доля искусственно выращиваемых видов в общемировом объеме продукции рыболовства и аквакультуры (производимой для пищевых и непищевых целей) вырастет с 49 процентов в 2020 году до 53 процентов в 2030 году (см. рисунок 71).

РИСУНОК 70 МИРОВОЙ ОБЪЕМ ПРОДУКЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ, 1980–2030 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: исключая водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водоросли. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

ТАБЛИЦА 18 ПРОГНОЗЫ ПО ПРОИЗВОДСТВУ ПРОДУКЦИИ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ НА ПЕРИОД ДО 2030 ГОДА (ЭКВИВАЛЕНТ ЖИВОГО ВЕСА)

1 Кипр отнесен как к Азии, так и к Европейскому союзу. 2 В суммарный объем за 2020 год включены 1 030 тонн по неидентифицированным странам, данные по которым не учтены при расчетах других суммарных показателей.

Источник: ФАО.

РИСУНОК 71 МИРОВОЙ ОБЪЕМ ПРОДУКЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ, 1980–2030 ГОДЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: исключая водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водоросли. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В следующем десятилетии среднегодовые темпы роста производства продукции аквакультуры должны снизиться до уровня менее половины показателя за предыдущее десятилетие: в 2010–2020 годах – 4,2 процента, а в 2020–2030 годах – 2,0 процента (см. рисунок 72). Этому изменению будет способствовать ряд факторов[15]. Это, в частности, более широкое принятие и применение экологических норм; снижение объемов воды в наличии и сокращение числа районов, пригодных для производства; увеличение числа вспышек заболеваний водных животных, связанных с применением интенсивных методов производства; и снижение прироста производительности аквакультуры. Ожидается, что снижение темпов роста будет во многом обусловлено политикой Китая. Вероятно, страна продолжит осуществлять политику, которую проводит с 2016 года; продолжится переход от экстенсивной к интенсивной аквакультуре наряду с интеграцией более эффективного производства с природоохранными мерами путем внедрения экологически безопасных технических новшеств, при этом вначале будут сокращаться мощности, а затем повышаться темпы роста. В период до 2030 года Китай сохранит лидирующие позиции по производству продукции аквакультуры в мире, но в 2020–2030 годах оно вырастет на 21 процент, что почти в два раза меньше, чем в 2010–2020 годах (40 процентов). В 2020 году в Китае производилось 57 процентов мирового объема продукции аквакультуры, а к 2030 году прогнозируется снижение этого показателя до 56 процентов, несмотря на то, что доля продукции аквакультуры в общем объеме продукции сектора, произведенной в стране, за тот же период увеличилась с 79 до 82 процентов. Ожидается, что снижение темпов роста производства в Китае будет частично компенсировано увеличением производства в других странах.

РИСУНОК 72 ГОДОВОЙ ПРИРОСТ МИРОВОГО ОБЪЕМА ПРОДУКЦИИ АКВАКУЛЬТУРЫ, 1980–2030 ГОДЫ

1 Данные за 2030 год рассчитаны в составе 2020-х годов.

ПРИМЕЧАНИЕ: без учета водорослей.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Объемы производства в секторе аквакультуры продолжат расти на всех континентах, но ассортимент видов и продукции в разных странах и регионах будет разным (см. рисунок 73). Наиболее существенно сектор расширится в Северной и Южной Америке (на 29 процентов по сравнению с 2020 годом), Африке (на 23 процента) и Азии (на 22 процента). Рост производства продукции аквакультуры в Африке будет обусловлен вводом в эксплуатацию дополнительных мощностей в последние годы, а также национальной политикой, создающей благоприятные условия для развития субсектора, катализатором которого является рост спроса на местах в результате ускорения экономического роста. При этом, несмотря на ожидаемый рост, общий объем производства продукции аквакультуры в Африке останется незначительным и в 2030 году составит немногим более 2,8 млн тонн, при этом основная доля (1,9 млн тонн) будет производиться в Египте. Азиатские страны сохранят доминирующую роль в аквакультуре: в 2030 году их доля в общемировом объеме производства продукции субсектора останется на уровне 88 процентов, и за счет этих стран будет обеспечиваться более 88 процентов прироста производства.

РИСУНОК 73 ВКЛАД АКВАКУЛЬТУРЫ В ПРОИЗВОДСТВО ПРОДУКЦИИ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ В РЕГИОНАХ

ПРИМЕЧАНИЕ: исключая водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водоросли.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Производство всех групп культивируемых видов продолжит расти, но темпы роста в разных группах будут неравномерными, и, как следствие, изменится доля различных видов в общем объеме. Объем производства видов, в рацион которых входит больше рыбной муки и рыбьего жира, будет расти медленнее из-за ожидаемого повышения цен на рыбную муку и снижения ее доступности.

После небольшого спада в 2019 и 2020 годах в ближайшие десятилетия прогнозируется восстановление объемов промышленного рыболовства: мировое производство продукции этого субсектора в конце прогнозного периода вырастет на 6 процентов и достигнет 96 млн тонн, что более чем на 5 млн тонн больше, чем в 2020 году. Но в течение следующего десятилетия ожидаются некоторые колебания, связанные с явлением Эль-Ниньо, следствием которых станет снижение уловов рыбы, особенно анчоуса, в Южной Америке. Общее снижение мирового производства продукции промышленного рыболовства в эти годы составит около 2 процентов[16]. Общий рост производства продукции промышленного рыболовства обусловлен, в частности, следующими факторами: i) увеличение вылова в ряде районов промысла, где запасы некоторых видов восстанавливаются благодаря повышению эффективности регулирования ресурсов; ii) рост вылова в водах небольшого числа стран с недолавливаемыми ресурсами, где существуют новые возможности для рыболовства или где действуют менее жесткие ограничительные меры по регулированию рыбных ресурсов; и iii) повышение эффективности использования улова, включая сокращение выбросов, потерь и порчи в результате принятия законов и повышения рыночных цен на водные виды для производства продовольственных и непродовольственных товаров. Ожидается, что Китай сохранит ведущие позиции в промышленном рыболовстве, даже если в следующем десятилетии он продолжит проводить направленную на охрану окружающей среды политику и объем продукции субсектора в стране останется на уровне 2020 года. Политика Китая в области промышленного рыболовства направлена на сокращение внутреннего вылова за счет контроля за лицензированием, сокращения числа рыбаков и рыболовных судов и контроля за объемами производства. Кроме того, поставлены следующие цели: модернизация орудий лова, судов и инфраструктуры; регулярное сокращение субсидий на топливо; ликвидация незаконного, несообщаемого и нерегулируемого промысла (ННН-промысла); восстановление национальных рыбных запасов с помощью зарыбления, искусственных рифов и сезонных запретов на промысел. Однако в рамках этой политики предполагается компенсировать ожидаемое снижение внутреннего вылова за счет увеличения вылова экспедиционным флотом. Ожидается, что в 2030 году производство рыбной муки и рыбьего жира увеличится по сравнению с 2020 годом на 11 процентов и 13 процентов соответственно, хотя доля продукции промышленного рыболовства, перерабатываемой в рыбную муку и рыбий жир, должна снизиться до 17 процентов (по сравнению с 18 процентами в 2020 году). Ожидаемое увеличение производства рыбной муки и рыбьего жира обусловлено общим ростом производства продукции промышленного рыболовства в 2030 году по сравнению с 2020 годом, а также повышением объемов производства рыбной муки и рыбьего жира, получаемых из рыбных отходов и побочных продуктов переработки (см. рисунок 74). Согласно прогнозам, в период с 2020 по 2030 год доля рыбной муки, получаемой из рыбных отходов, увеличится с 27 до 29 процентов, а доля рыбьего жира несколько снизится (с 48 до 47 процентов).

РИСУНОК 74 ПРОИЗВОДСТВО РЫБНОЙ МУКИ В МИРЕ, 1990–2030 ГОДЫ

ИСТОЧНИК: ФАО.

Потребление[17]

Продукция рыболовства и аквакультуры будет преимущественно использоваться для потребления человеком; ожидается, что доля направляемой на эти цели продукции продолжит расти: если в 2020 году она составляла 89 процентов, то к 2030 году достигнет 90 процентов. По прогнозам, общий объем пищевой продукции из водных биоресурсов, предназначенный для потребления человеком, к 2030 году увеличится на 24 млн тонн по сравнению с 2020 годом и достигнет 182 млн тонн. Таким образом, показатель вырастет на 15 процентов, что ниже показателя 2010–2020 годов (23 процента). Это замедление в первую очередь связано с сокращением объема дополнительной продукции в секторе рыболовства и аквакультуры, повышением цен на продукты питания из водных биоресурсов в номинальном выражении, замедлением роста численности населения и насыщением спроса в ряде стран, особенно в странах с высоким уровнем дохода, где, согласно прогнозам, потребление пищевой продукции из водных биоресурсов практически не вырастет (среднегодовой прирост в 2020–2030 годах составит 0,3 процента).

Основными факторами роста потребления пищевой продукции из водных биоресурсов в целом будут высокий спрос, связанный с ростом доходов и урбанизацией, наряду с повышением производства продукции рыболовства и аквакультуры, совершенствованием методов послепромысловой обработки и развитием каналов дистрибуции, способствующих повышению объемов коммерциализации продукции[18]. Кроме того, катализаторами спроса будут изменения в моделях питания в сторону повышения разнообразия потребляемых пищевых продуктов, а также повышенное внимание к здоровью, питанию и рациону, с приданием важной роли пищевой продукции из водных биоресурсов.

Спрос будет в основном расти за счет стран со средним уровнем дохода, на долю которых, как ожидается, придется 82 процента роста потребления к 2030 году и 73 процента потребления пищевых продуктов из водных биоресурсов, доступных для потребления человеком (по сравнению с 72 процентами в 2020 году). Около 72 процентов мировой продукции рыболовства и аквакультуры, доступной для потребления человеком в 2030 году, будет потребляться в Азии, а самым низким будет объем ее потребления в Океании. К 2030 году население всех континентов будет потреблять больше пищевой продукции из водных биоресурсов, чем в 2020 году; самые высокие темпы роста прогнозируются в Африке и Океании (в обоих регионах – на 26 процентов), Северной и Южной Америке (17 процентов), Азии (15 процентов) и Европе (6 процентов).

Видимое потребление пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения в 2030 году достигнет 21,4 кг по сравнению с 20,2 кг в 2020 году. При этом среднегодовые темпы роста потребления этой продукции на душу населения в 2020–2030 годах снизятся до 0,6 процентов по сравнению с 1,0 процентов в 2010–2020 годах. Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения вырастет во всех регионах, кроме Африки. Самые высокие темпы роста прогнозируются в Океании (12 процентов), Северной и Южной Америке (9 процентов), Азии (7 процентов) и Европе (6 процентов). При этом в разных странах и разных регионах внутри стран общая динамика изменения количества и разнообразия потребляемой рыбы будет неодинаковой. Ожидается, что в 2030 году около 59 процентов пищевой продукции из водных биоресурсов, доступной для потребления человеком, будет производиться в секторе аквакультуры (в 2020 году этот показатель составлял 56 процентов) (см. рисунок 75).

РИСУНОК 75 ВОЗРАСТАЮЩАЯ РОЛЬ АКВАКУЛЬТУРЫ

ПРИМЕЧАНИЕ: исключая водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водоросли.

ИСТОЧНИК: ФАО.

В Африке ожидается незначительное снижение годового потребления пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения (с 9,9 кг в 2020 году до примерно 9,8 кг в 2030 году). Наиболее существенно показатель в этот период снизится в странах Африки к югу от Сахары (с 8,6 кг до 8,4 кг). Предложение пищевой продукции из водных биоресурсов будет расти за счет роста производства и импорта, но поступающих объемов будет недостаточно, чтобы оно росло быстрее, чем численность населения Африки. Одним из немногих исключений станет Египет: в этой стране объемы производства продукции аквакультуры были значительными еще в 2020 году, а в 2030 году производство вырастет еще на 20 процентов. Прогнозируемое снижение потребления пищевой продукции из водных биоресурсов на душу населения в Африке, особенно в странах Африки к югу от Сахары, вызывает обеспокоенность с точки зрения продовольственной безопасности: в регионе широко распространено недоедание (ФАО и др., 2021); кроме того, для населения многих африканских стран рыба является источником существенной доли потребляемого животного белка (см. раздел "Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов"). Помимо прочего, снижение потребления этой продукции может помешать странам, населению которых она необходима в наибольшей степени, выполнить задачи в области питания в рамках Цели устойчивого развития 2 "Ликвидация голода, обеспечение продовольственной безопасности и улучшение питания и содействие устойчивому развитию сельского хозяйства" – задачи 2.1 и 2.2 ЦУР.

Торговля

В течение прогнозного периода рост торговли продукцией из водных биоресурсов продолжится, но замедлится по сравнению с предыдущим десятилетием, что станет следствием снижения темпов роста производства, повышения цен на продукцию рыболовства и аквакультуры (которое будет сдерживать общий спрос на водные виды и их потребление), а также более высокого внутреннего спроса в ряде стран с самым высоким объемом производства и экспорта, таких как Китай, который, как ожидается, увеличит производство продукции аквакультуры для внутреннего рынка. Торговля будет продолжать играть важную роль в секторах рыболовства и аквакультуры, в частности, с точки зрения обеспечения продовольствием и продовольственной безопасности. По оценкам, в 2030 году около 36 процентов от общего объема продукции рыболовства и аквакультуры будет направляться на экспорт (31 процент без учета торговли внутри Европейского союза) в виде различных продуктов для потребления человеком или несъедобных товаров. Все больше пищевой продукции из водных биоресурсов, поставляемых на международные рынки, будет производиться в секторе аквакультуры. В количественном выражении основным экспортером пищевой продукции из водных биоресурсов по-прежнему будет Китай, за которым будут следовать Вьетнам и Норвегия. Экспорт пищевой продукции из водных биоресурсов будет в первую очередь расти за счет Азии, которая обеспечит 52 процента прироста объемов рыбы, поступающей на международные рынки, к 2030 году. Доля Азии в мировой торговле рыбой, предназначенной для потребления человеком, повысится с 47 процентов в 2020 году до 48 процентов в 2030 году. Страны с высоким уровнем дохода будут, как и ранее, в значительной мере удовлетворять внутренний спрос за счет импортируемой продукции. На Европейский Союз, Японию и Соединенные Штаты Америки в 2030 году будет приходиться 39 процентов от общего объема импорта пищевой продукции из водных биоресурсов – это несколько ниже, чем в 2020 году (40 процентов).

Ожидается, что объем торговли рыбной мукой и рыбьим жиром увеличится на 9 процентов и 7 процентов соответственно. Основными экспортерами рыбьего жира останутся Перу и Чили, а основными импортерами – Норвегия и Европейский Союз; в частности, они будут закупать его для разведения лососевых в аквакультуре. На первом месте по экспорту рыбной муки останется Перу; в несколько меньших объемах ее будут экспортировать Европейский Союз и Чили. Основным импортером этого товара будет Китай.

Цены

Ожидается, что в течение всего десятилетия цены на продукцию рыболовства и аквакультуры в номинальном выражении будут расти. Эту тенденцию будут, в частности, определять следующие факторы: повышение доходов, рост численности населения и повышение цен на мясо на стороне спроса; незначительное увеличение производства продукции промышленного рыболовства, замедление роста производства продукции аквакультуры и рост цен на ряд важнейших ресурсов, таких как корма, энергия и рыбий жир, на стороне предложения. Кроме того, снижение темпов роста производства продукции рыболовства и аквакультуры в Китае приведет к повышению цен на внутреннем рынке страны и, как следствие, на мировых рынках. Наиболее ощутимо вырастут средние цены на продукцию, реализуемую на рынках (на 33 процента в 2030 году по сравнению с 2020 годом); менее существенно вырастет средняя цена на продукцию аквакультуры (на 29 процентов); еще менее значительным будет прирост цен на продукцию промышленного рыболовства (19 процентов, без учета рыбы, используемой в непищевых целях). Также будут повышаться цены на культивируемые водные виды. Их рост будет вызван повышением цен на рыбную муку и рыбий жир, которые, как ожидается, к 2030 году поднимутся на 11 процентов и 1 процент в номинальном выражении в результате высокого мирового спроса. Высокие цены на корма могут также повлиять на видовой состав продукции аквакультуры: хозяйства перейдут на выращивание видов, требующих меньше кормов или более дешевых кормов либо вообще не требующих кормов. Вследствие повышения цен на этапе производства в сочетании с высоким спросом на пищевую продукцию из водных биоресурсов средняя цена на продаваемую на международном рынке пищевую продукцию из водных биоресурсов к 2030 году вырастет на 18 процентов по сравнению с 2020 годом.

Предполагается, что в реальном выражении все цены, за исключением цен на продукцию аквакультуры и поставляемую на рынки продукцию из водных биоресурсов, в течение прогнозного периода несколько снизятся, оставаясь при этом достаточно высокими. Колебания цен на отдельные продукты могут быть более выраженными вследствие колебаний спроса или предложения. Кроме того, поскольку большую долю поставляемой на мировые рынки продукции сектора рыболовства и аквакультуры будет составлять именно продукция аквакультуры, то ее влияние на формирование цен на национальных и международных рынках продукции из водных биоресурсов может вырасти. Сильнее всего снизятся цены на рыбную муку и рыбий жир. Тем не менее цены на оба этих товара снижаются ранее были довольно высокими, поэтому к 2030 году цены на рыбную муку все еще будут на 28 процентов выше, чем в 2005 году, когда начался резкий рост цен. Рост цен на рыбий жир был еще более выраженным, поэтому реальная цена на него в 2030 году, как ожидается, будет на 70 процентов выше, чем в 2005 году. Если рассматривать эти факторы в совокупности и при прочих равных условиях, то можно сделать вывод, что переработка отходов продукции промышленного рыболовства в целом и рыбы в частности в рыбную муку и рыбий жир будет оставаться прибыльным видом деятельности в течение всего прогнозируемого периода.

Резюме основных выводов по итогам прогнозирования

По результатам анализа были выявлены следующие основные тенденции на период до 2030 года:

- ▸ожидается, что объемы производства, потребления и сбыта продукции рыболовства и аквакультуры во всем мире будут расти, но темпы роста постепенно замедлятся;

- ▸прогнозируется, что объемы продукции промышленного рыболовства вырастут лишь умеренно, так как возрастут объемы производства в сегментах сектора, где обеспечено надлежащее управление ресурсами;

- ▸ожидается, что, несмотря на снижение темпов роста мирового производства продукции аквакультуры, оно позволит в значительной степени устранить разрыв между спросом и предложением;

- ▸предложение пищевой продукции из водных биоресурсов увеличится во всех регионах, тогда как в Африке, особенно в странах Африки к югу от Сахары, ожидается некоторое снижение потребления на душу населения, что вызывает обеспокоенность с точки зрения продовольственной безопасности;

- ▸торговля продукцией из водных биоресурсов будет расти медленнее, чем в прошедшие 10 лет; однако доля продукции рыболовства и аквакультуры, предназначенной для экспорта, останется стабильной;

- ▸все цены в номинальном выражении вырастут, но в реальном выражении ожидается их снижение на все продукты, за исключением продукции аквакультуры и продукции, являющейся предметом торговли;

- ▸ожидается, что новые реформы и политика в области рыболовства и аквакультуры, которые будут проводиться Китаем в течение срока выполнения его тринадцатого (2016–2020 годы) и четырнадцатого (2021–2025 годы) пятилетних планов, окажут заметное влияние на положение во всем мире и приведут к изменению цен и объемов производства и потребления.

Основные факторы неопределенности

Прогнозы, представленные в данном разделе (см. также врезку 33), основаны на ряде допущений в области экономики, политики и экологии. Отклонение любого из этих допущений приведет к изменению прогнозов по развитию рыболовства и аквакультуры. В краткосрочной перспективе самая серьезная неопределенность связана с пандемией COVID-19 и ее последствиями, ввиду того, что глобальные производственно-сбытовые цепочки и торговля еще не восстановились до конца, а также с конфликтом между Украиной и Российской Федерацией. Можно предположить, что продолжающийся конфликт будет иметь многоплановые последствия с точки зрения торговли, цен, логистики, производства, инвестиций, экономического роста и средств к существованию, окажет серьезное косвенное воздействие на продовольственную безопасность не только Украины, но и многих других стран, и будет иметь серьезные последствия для секторов рыболовства и аквакультуры (врезка 34).

ВРЕЗКА 33 ВОЗМОЖНЫЕ СЦЕНАРИИ РАЗВИТИЯ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ ДО 2050 ГОДА

ФАО подготовила предварительные прогнозы на период до 2050 года[1], разработав три правдоподобных сценария развития рыболовства и аквакультуры с целью рассмотрения и принятия мер. Прогнозы основаны на предположениях в отношении роста сектора, в первую очередь на выводах из анализа с применением модели развития рыбного хозяйства ФАО, приведенных в публикации "Сельскохозяйственный прогноз ОЭСР-ФАО"[2]. Сценарии приведены ниже.

Обычный сценарий
Этот сценарий построен на тенденциях, аналогичных рассчитанным на основе прогнозов ОЭСР-ФАО до 2030 года, и предполагает небольшой рост объемов промышленного рыболовства (в основном за счет повышения качества регулирования) и значительный рост производства аквакультуры, хотя и более медленный по сравнению с предыдущими десятилетиями). Согласно сценарию, объемы промышленного рыболовства в морях и внутренних водоемах незначительно вырастут, отчасти благодаря появлению более совершенных систем подачи информации о рыболовстве во внутренних водоемах. Доля продукции промышленного рыболовства в морях, не используемой для непосредственного потребления в пищу, к 2050 году должна несколько снизиться по сравнению с 2030 годом в результате применения более совершенных технологий.

Пессимистичный прогноз
В этом сценарии предполагается, что ряд попыток расширить аквакультуру окажутся неудачными и в субсекторе продолжат использоваться неустойчивые методы, что снизит эффективность многих новых инициатив и обусловит лишь ограниченный рост аквакультуры и некоторое сокращение объемов промышленного рыболовства. Состояние ресурсной базы промышленного рыболовства, ведущегося как в морях, так и во внутренних водоемах, будет ухудшаться. Помимо этого, в рамках пессимистичного сценария предполагается, что в 2050 году будет теряться 9,6 процента добычи, что соответствует прогнозам воздействия изменения климата в рамках репрезентативной траектории концентраций (РТК) 8.5 ("обычный сценарий")[3]. Доля продукции морского промышленного рыболовства, не предназначенная для непосредственного потребления в пищу, должна остаться без изменений по сравнению с ожидаемым уровнем 2031 года, без положительного воздействия дополнительных технических новшеств.

Оптимистичный прогноз
Этот сценарий предполагает определенные положительные изменения, которые позволят развивать и расширять аквакультуру на устойчивой основе. Темпы роста будут умеренными, но достаточно существенными, поскольку наращивание инвестиций в марикультуру создаст условия для роста. Положительные изменения ожидаются и в морском промышленном рыболовстве: к 2050 году будет достигнут предполагаемый максимальный устойчивый вылов для океанов и морей – 95,5 млн тонн. В результате совершенствования систем сбора данных и внедрения мер регулирования, которые в настоящее время не применяются во многих речных бассейнах, объем промышленного рыболовства во внутренних водоемах вырастет до 13,5 млн тонн. Объемы вылова в секторах промышленного рыболовства как в морях, так и во внутренних водоемах в 2050 году снизятся на 4,05 процента, что согласуется с прогнозами в рамках РТК 2.6 ("строгие меры по смягчению последствий"), касающимися воздействия изменения климата на ситуацию в промышленном рыболовстве[3]. В результате развития технологий, в том числе сокращения потерь и порчи, снизится доля продукции морского промышленного рыболовства, не предназначенной для непосредственного потребления в пищу.

ПРОГНОЗЫ ПО ПРОИЗВОДСТВУ И ИСПОЛЬЗОВАНИЮ ПРОДУКЦИИ РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ К 2050 ГОДУ ПО ТРЕМ ОТДЕЛЬНЫМ СЦЕНАРИЯМ

ПРИМЕЧАНИЕ: исключая водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водоросли.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Потребление водных продуктов на душу населения при реализации обычного сценария к 2050 году вырастет до 22,3 кг по сравнению с показателем 2020 года (20,2 кг), и пищевая продукция из водных биоресурсов станет более важным, чем в настоящее время, средством борьбы с голодом и неполноценным питанием. Увеличение потребления на душу населения до 25,5 кг, которое предполагает оптимистичный сценарий, теоретически возможно за счет инновационного и интенсивного развития аквакультуры в сочетании с амбициозным и эффективным управлением всеми районами, в которых ведется промышленное рыболовство, во всем мире. Однако если не будут решены существующие проблемы перелова и рост аквакультуры останется ограниченным, подушевое потребление к 2050 году может вернуться к уровню до 2012 года (18,5 кг), что серьезно скажется на продовольственной безопасности, особенно в странах, где пищевые продукты из водных биоресурсов составляют значительную долю в рационе населения.

Сравнение производства и потребления в 2020 и 2050 годах по трем сценариям

ПРИМЕЧАНИЕ: ОС = обычный сценарий. Исключая водных млекопитающих, крокодилов, аллигаторов, кайманов и водоросли. Данные выражены в эквиваленте живого веса.

ИСТОЧНИК: ФАО.

Результаты этих прогнозов представлены в таблице.

Они предназначены не для предсказания будущего, а для задания граничных условий, на которые следует ориентироваться при разработке мер, необходимых для обеспечения продовольственной и пищевой безопасности. В частности, ФАО считает наиболее правдоподобным обычный сценарий, поскольку в нем экстраполированы на период до 2050 года средние тенденции, рассчитанные по модели развития рыбного хозяйства ФАО. В модели используются макроэкономические допущения и выборка цен, а не только прогнозы роста, но на допущения воздействуют факторы неопределенности, поэтому необходима их регулярная корректировка. Что же касается пессимистичного и оптимистичного сценариев, то они позволяют оценить диапазон вариантов возможного развития событий. Этот диапазон сценариев позволяет вести диалог с учетом того, что не всегда можно сделать точный прогноз на будущее, отталкиваясь от настоящего, и того, что решения, принятые в будущем, будут оказывать масштабное, поддающееся измерению воздействие на вклад водных продуктов в продовольственную безопасность и питание. Сектор сохранит решающую роль в обеспечении продовольствием мирового населения, которое к 2050 году может достигнуть 9,7 млрд человек, при этом принятие оптимальных стратегических решений поможет повысить этот вклад.

[1] ООН-питание. 2021. Роль пищевой продукции из водных биоресурсов в формировании устойчивого и здорового рациона питания. Документ для обсуждения. Рим. (также размещено по адресу: https://www.unnutrition.org/wp-content/uploads/Aquatic-foods-and-SHD-Paper_RUok.pdf).

[2] OECD (Organisation for Economic Co-operation and Development) & FAO. 2020. Chapter 8: Fish. См.: OECD-FAO Agricultural Outlook 2020–2029. Paris, OECD Publishing. Доступно по адресу [по состоянию на 20 апреля 2022 года]: www.oecd-ilibrary.org/docserver/4dd9b3d0-en.pdf?expires=1650400376&id=id&accname=guest&checksum=512B2A7A9D84422B9E01EEA8FB9E4E67

[3] Barange, M., Bahri, T., Beveridge, M.C.M., Cochrane, K.L., Funge-Smith, S. & Poulain, F., eds. 2018. Impacts of climate change on fisheries and aquaculture: Synthesis of current knowledge, adaptation and mitigation options. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper No. 627. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/I9705EN)

ВРЕЗКА 34 УКРАИНА: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ВЫВОДЫ О ВОЗДЕЙСТВИИ КОНФЛИКТА НА СЕКТОР РЫБОЛОВСТВА И АКВАКУЛЬТУРЫ

СПРАВОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
До конфликта общий объем производства продукции рыболовства и аквакультуры в Украине составлял около 87 000 тонн: во внутренних водоемах добывалось 26 700 тонн, в морских водах – 41 900 тонн, а с объектов аквакультуры поступало 18 500 тонн. Рыболовные суда страны осуществляли лов в Черном и Азовском морях в пределах исключительной экономической зоны Украины и соседних стран, а также в отдаленных акваториях, в частности в Атлантике и антарктической части Тихого океана. В 2020 году общий вылов в Черном и Азовском морях составил около 20 800 тонн – этот объем был добыт в общей сложности 1 300 судами.

В стране было зарегистрировано более 4 000 рыбоводческих хозяйств, в основном мелких, которые производили преимущественно карпа, а также сома, щуку и форель, выращиваемых в кустарных прудах. С 2014 года Украина не осуществляет производство в четырех хозяйствах по разведению моллюсков и одном инкубаторе по разведению тюрбо, поскольку они расположены во временно оккупированной Автономной Республике Крым и в городе Севастополь, Украина.

Потребление продуктов из водных биоресурсов на душу населения в стране составляло около 12–13 кг в год и обеспечивалось в основном за счет импорта из европейских стран. В последние годы регистрировался рост импорта, хотя и со значительными колебаниями; в 2021 году он достиг пикового уровня (более 1 млрд долл. США). Экспорт рыбной продукции в том же году оценивался в 66 млн долл. США. В страну импортируются лососевые, скумбрия, сельдь и хек; почти треть этой продукции (31 процент) ввозится из Норвегии. Экспортируется преимущественно филе лосося и трески, причем более половины этой продукции направляется в несколько европейских стран.

Воздействие
Согласно информации, предоставленной Государственным агентством рыбного хозяйства Украины, из-за продолжающегося конфликта и связанных с ним рисков для рыбаков все причалы и порты, расположенные на побережье, закрыты, а морское рыболовство остановлено. Серьезно пострадало и рыболовство во внутренних водах: лов ведется в объемах не более 30 процентов. В ряде областей (таких как Черниговская, Херсонская и Запорожская) промысел полностью прекратился, в то время как в других продолжается вылов в лиманах, водохранилищах и озерах.

Также в Украине наблюдаются серьезные сбои в рыбоводстве, вызванные перебоями с поставками сеголетков, кормов и других услуг, повреждением инфраструктуры и низким спросом на продовольствие. По предварительным оценкам, в случае продолжения конфликта экономические издержки в первичном производстве в 2022 году составят не менее 70 млн долл. США, а вероятнее всего, они окажутся в три раза больше, если учитывать стоимость продукции на послепромысловых этапах, а также чистые убытки вследствие потери экспортных поступлений в размере 66 млн долл. США. Кроме того, потеря импорта привела к значительному снижению потребления пищевой продукции из водных биоресурсов; серьезно пострадала инфраструктура, а в портах Украины остановлены все коммерческие перевозки, что ведет к серьезному падению торговых потоков в страну и из страны.

В соседних с Украиной странах морскому рыболовству также нанесен серьезный урон. Многие из них сообщают о наличии взрывчатых веществ в Черном море в своих соответствующих морских районах и рекомендуют проявлять максимальную осторожность и разрешают промысловые операции исключительно в очень безопасных районах. Были прерваны многие рыбохозяйственные исследования, а также мероприятия по мониторингу, контролю и наблюдению.

В целом конфликт в Украине создает серьезные сбои на мировых рынках. Все страны, экспортирующие в страну продукцию из водных биоресурсов, включая Норвегию, Исландию, Соединенные Штаты Америки, Канаду и европейские страны, должны будут искать альтернативные рынки сбыта своей продукции. Рыбная промышленность Российской Федерации (которая в 2020 году находилась на пятом месте в мире по производству продукции промышленного рыболовства) в значительной степени ориентирована на экспорт. В 2020 году страна экспортировала продукцию рыболовства и аквакультуры на 4,9 млрд долл. США, а в 2021 году этот показатель достиг 6,1 млрд долл. США. Текущая ситуация привела к серьезным сбоям в экспорте. Пока неясно, как это отразится на стоимости экспортируемой продукции и направлениях, в которых она будет вывозиться. Инфляционное давление на мировую экономику, связанное с ростом стоимости производственных ресурсов и себестоимости производства в странах, производящих самые высокие объемы пищевой продукции из водных биоресурсов, ухудшает доступ к инвестициям в сектор, при том, что частные и институциональные инвестиции в него и ранее зачастую считались рискованными.

Кроме того, в следующем десятилетии вероятны масштабные изменения в состоянии окружающей среды, доступности ресурсов, макроэкономических условиях, правилах и тарифах международной торговли и рыночной конъюнктуре, которые могут повлиять на производство, рынки и торговлю в среднесрочной перспективе. Ожидается, что изменчивость и изменение климата, в том числе частота и масштабы экстремальных погодных явлений, окажут серьезное воздействие на доступность, переработку и сбыт продукции из водных биоресурсов, которое сделает страны более уязвимыми для рисков. Это воздействие будет неодинаковым на разных территориях. Эти риски могут усилиться под воздействием следующих факторов: i) неэффективное регулирование ресурсов, которое провоцирует деградацию окружающей среды и разрушение среды обитания, повышает интенсивность эксплуатации ресурсов и ведет к перелову, распространению ННН-промысла и болезней, а также вторжению "беглецов" и неаборигенных видов; и ii) проблемы аквакультуры, связанные с физической доступностью и наличием участков и водных ресурсов, а также с доступом к кредитам, генетическому материалу и специализированным знаниям. Но эти риски можно снизить путем гибкого и эффективного руководства, в рамках которого будут создаваться условия для введения жестких режимов управления рыболовством, а также путем ответственного развития аквакультуры, совершенствования технического обеспечения отрасли, инноваций и исследований. В долгосрочной перспективе реализация этих позитивных изменений и введение необходимых мер политики в области управления поможет существенно повысить общий объем производства продукции рыболовства и аквакультуры, как показано в разработанном ФАО оптимистичном сценарии до 2050 года. Кроме того, международная торговля продуктами рыболовства и аквакультуры будут и в дальнейшем регулироваться требованиями к доступу на рынок, связанными со стандартами безопасности, качества и прослеживаемости пищевых продуктов, а также требованиями в отношении законности происхождения продукции.

1 На момент подготовки настоящего доклада (7 июня 2022 г.), по сообщениям ВОЗ, в мире насчитывалось 529 410 287 подтвержденных случая COVID-19, в том числе 6 296 771 случаев смерти от этой болезни (WHO, 2022).

2 Определение продукции рыболовства и аквакультуры смотрите в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

3 Дополнительную информацию см. по адресу: https://data.unwomen.org/features/covid-19-and-gender-what-do-we-know-what-do-we-need-know

4 Определение управления рисками см. в Глоссарии.

5 Опредение "голубая" трансформация" см. в Глоссарии.

6 Пример действий по развитию аквакультуры см. в публикации Aguilar-Manjarrez, Soto and Brummett (2017).

7 Самостоятельная, или спонтанная, адаптация – это инициативы, которые субъекты частного сектора осуществляют в процессе своей штатной деятельности, без вмешательства государственных органов, при возникновении изменений в природных системах и рыночной конъюнктуре или при изменении уровня благосостояния в сообществах (Klein and Maciver, 1999).

8 Дополнительную информацию см. по адресу: www.isdapp.ph

9 Дополнительную информацию см. по адресу: www.moanaproject.org

10 Определение продукции рыболовства и аквакультуры смотрите в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

11 Определение продуктов из водных биоресурсов смотрите в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

12 Определение "голубой" трансформации см. в Глоссарии.

13 Смотрите Глоссарий, включающий определения водорослей, пищевых продуктов из водных биорусурсов, производства продукции рыболовства и аквакультуры ,продуктов рыболовства и аквакультуры, в том числе в контексте СОФИА 2022.

14 В разделе "Прогнозы по развитию рыболовства и аквакультуры" статистический анализ производства, использования, потребления и торговли охватывает только водных животных (за исключением водных млекопитающих и рептилий). Подробный охват видов и конкретные отраслевые исключения указаны в Глоссарии.

15 Важно отметить, что снижение темпов роста не свидетельствует о снижении объемов производства. Темпы роста, выраженные в процентах, обычно выше, когда рассчитываются от низкого базового уровня, и ниже при более высокой базе.

16 Прогнозы делаются исходя из нормальных погодных и производственных условий, за исключением влияния явления Эль-Ниньо, которое, судя по наблюдаемым в последнее время тенденциям, будет повторяться в отдельных странах Латинской Америки каждые пять лет. Годы, в которые оно будет иметь место, могут быть указаны неточно, но информация дает представление о возможном общем воздействии на производство продукции промышленного рыболовства и аквакультуры. Под воздействием этого климатического явления снижается производство рыбной муки и рыбьего жира, получаемых из анчоуса и других мелких пелагических видов, в затронутом регионе, что сказывается на ценах на продукцию аквакультуры и ее себестоимости.

17 Как и в разделе"Потребление пищевой продукции из водных биоресурсов" потребление выражается в эквиваленте живого веса и означает видимое потребление пищевой продукции из водных биоресурсов (определение видимого потребления пищевой продукции см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022).

18 Определение продукции из водных биоресурсов см. в Глоссарии, в том числе в контексте СОФИА 2022.

ГЛОССАРИЙ

Произошедшие в последние годы изменения в рыболовстве и аквакультуре, характеризующиеся возрастающей ролью сектора в обеспечении продовольственной безопасности, питания людей и торговле, сопровождались расширением соответствующего терминологического аппарата, приводя к необходимости повышения точности и специфичности используемых терминов и обеспечения единообразия их применения в докладе "Состояние мирового рыболовства и аквакультуры" (SOFIA).

Данный глоссарий составлен во исполнение решения ФАО об анализе, пересмотре и уточнении ряда специфических терминов, требовавших разъяснения. Термины основываются на авторитетных источниках в ФАО или других организациях с учетом особенностей сбора и обобщения данных, которые в ряде случаев ведут к появлению исключений из стандартных определений.

Общие определения описывают интуитивно понятное, общепринятое значение соответствующего термина. При необходимости термин сопровождается пояснительным примечанием с подробной информацией о его значении применительно к рыболовству и аквакультуре. Соображения в колонке "Контекст колонки SOFIA 2022" касаются - среди прочего - конкретных исключений из стандартных определений, возникающих при использовании в отчетности и статистическом анализе.

Одним из ярких примеров является использование термина "рыба", который широко применялся в предыдущих изданиях для общего обозначения всех таксонов водных животных в различных контекстах, таких как "производство рыбы", "сбыт рыбы" и "потребление рыбы". Однако в меняющемся мультикультурном глобальном контексте термин "рыба" может вводить в заблуждение или быть нерепрезентативным. Эти нюансы учтены в настоящем Глоссарии.

БИБЛИОГРАФИЯ

1. Aguilar-Manjarrez, J., Soto, D. & Brummett, R. 2017. Aquaculture zoning, site selection and area management under the ecosystem approach to aquaculture. Full document. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/958ece24-3675-4f9c-ae1c-7269ff0e791c).

2. Ahonen, H. & Pirhonen, J. 2018. An overview of aquaculture education in the Nordic countries, with special emphasis on recirculating aquaculture systems (RAS). Finland, University of Jyvaskyla. (также размещено по адресу: www.luke.fi/wp-content/uploads/2018/03/uaculture_education_Nordic_countries.pdf).

3. Alam, G.M.M., Sarker, M.N.I., Gatto, M., Bhandari, H. & Naziri, D. 2022. Impacts of COVID-19 on the fisheries and aquaculture sector in developing countries and ways forward. Sustainability, 2022, 14(3): 1071. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.3390/su14031071).

4. Aquatic Network. 2021. Investments and funding sources. In: Aquatic Network – Resources for Aquaculture & Aquaponics. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: www.aquanet.com/investments

5. AU-IBAR (African Union InterAfrican Bureau for Animal Resources). 2021. African Continental Non-State Actors Coordination Platform in Fisheries and Aquaculture established and elects new bureau members. In: AU-IBAR News. Доступно онлайн [по состоянию на 16 марта 2022 года]: www.au-ibar.org/au-ibar-news/african-continental-nonstate-actors-coordination-platform-fisheries-and-aquaculture

6. Bahri, T., Vasconcellos, M., Welch, D.J., Johnson, J., Perry, R.I., Ma, X. & Sharma, R., eds. 2021. Adaptive management of fisheries in response to climate change. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper No. 667. Rome, FAO. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb3095en).

7. Béné, C., Bakker, D., Chavarro, M.J., Even, B., Melo, J. & Sonneveld, A. 2021. Global assessment of the impacts of COVID-19 on food security. Global Food Security, 31: 100575. Доступно онлайн [по состоянию на 17 декабря 2021 года]: www.sciencedirect.com/science/article/pii/S2211912421000833

8. Blaha, F. 2017. Barriers to large-scale interoperability of traceability technology in seafood. In: Francisco Blaha. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: www.franciscoblaha.info/blog/2017/10/24/barriers-to-largescale-interoperability-of-traceability-technology-in-seafood

9. Blue Earth Consultants. 2020. Workforce development in aquaculture and fisheries: landscape analysis of ocean-related career pathways for leadership and career development, pp. 1–24.

10. Borit, M. & Olsen, P. 2016. Seafood traceability systems: Gap analysis of inconsistencies in standards and norms. FAO Fisheries and Aquaculture Circular No. 1123. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i5944e/i5944e.pdf).

11. Borit, M. & Olsen, P. 2020. Beyond regulatory compliance: Seafood traceability benefits and success cases. FAO Fisheries and Aquaculture Circular No. 1197. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/ca9550en/CA9550EN.pdf).

12. Brown, D. & Poulain, F., eds. 2013. Guidelines for the fisheries and aquaculture sector on damage and needs assessments in emergencies. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/657b2fb3-d9c9-53a6-8b9e-5d6ffead59c2).

13. Brugere, C. & De Young, C. 2020. Addressing fisheries and aquaculture in National Adaptation Plans. Supplement to the UNFCCC NAP Technical Guidelines. Rome, FAO. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/ca2215en).

14. Brummett, R., Cai, J. & Marttin, F. 2017. Financing African aquaculture for sustainable economic development. FAO Aquaculture Newsletter, 57: 32–33. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i7851e/i7851e.pdf#page=32).

15. Cai, J., Lovatelli, A., Aguilar-Manjarrez, J., Cornish, L., Dabbadie, L., Desrochers, A., Diffey, S. et al. Seaweeds and microalgae: an overview for unlocking their potential in global aquaculture development. FAO Fisheries and Aquaculture Circular No. 1229. Rome, FAO. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb5670en).

16. Cattermoul, B., Brown, D. & Poulain, F., eds. 2014. Fisheries and aquaculture emergency response guidance. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i3432e/i3432e.pdf).

17. CBD (Convention on Biological Diversity). 2020. Aichi Biodiversity Targets. См.: Convention on Biological Diversity. Montreal. Доступно онлайн [по состоянию на 2 ноября 2021 года]: www.cbd.int/sp/targets/#GoalA

18. CBD. 2021. Aichi Target 11. См.: CBD. Доступно онлайн [по состоянию на 11 ноября 2021 года]: www.cbd.int/aichi-targets/target/11

19. CITES (Convention on International Trade in Endangered Species of Wild Fauna and Flora). 2021a. Species+. Доступно онлайн [по состоянию на 2 ноября 2021 года]: www.speciesplus.net

20. CITES. 2021b. Checklist of CITES Species. Доступно онлайн [по состоянию на 2 ноября 2021 года]: https://checklist.cites.org/#/en

21. Codex Alimentarius Commission. 1997. Report of the Twenty-Second Session of the Joint FAO/WHO Codex Alimentarius Commission. Appendix II - Amendments to the Procedural Manual of the Codex Alimentarius Commission. Definitions for the purposes of the Codex Alimentarius definitions of risk analysis terms related to food safety. Rome, FAO and WHO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/v5979e/v5979e0k.htm).

22. Codex Alimentarius Commission. 2021. Information on activities of FAO and WHO relevant to the work of CCFFP. CX/FFP 21/35/3. Joint FAO/WHO Food Standards Programme, Code Committee on Fish and Fishery Products, Thirty-fifth Session, 20 September – 25 October 2021. Rome, FAO and WHO. (также размещено по адресу: www.fao.org/fao-who-codexalimentarius/sh-proxy/en/?lnk=1&url=https%253A%252F%252Fworkspace.fao.org%252Fsites%252Fcodex%252FMeetings%252FCX-722-35%252FWD%252Ffp35_03e.pdf).

23. Cook, K., Rosenbaum, K.L. & Poulain, F. 2021. Building resilience to climate change and disaster risks for small-scale fisheries communities. A human-rights-based approach to the implementation of Chapter 9 of the Voluntary Guidelines for Securing Sustainable Small-Scale Fisheries in the Context of Food Security and Poverty Eradication. Rome, FAO. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb7616en).

24. Coppola, D., Lauritano, C., Palma Esposito, F., Riccio, G., Rizzo, C. & de Pascale, D. 2021. Fish waste: From problem to valuable resource. Marine Drugs, 19(2): 1–39. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.3390/md19020116).

25. Costopoulou, C., Ntaliani M. & Karetsos, S. 2016. Studying mobile apps for agriculture. IOSR Journal of Mobile Computing & Application, 3(6): 44–99.

26. Cottrell, R.S., Blanchard, J.L., Halpern, B.S., Metian, M. & Froehlich, H.E. 2020. Global adoption of novel aquaculture feeds could substantially reduce forage fish demand by 2030. Nature Food, 1: 301–308. Доступно онлайн [по состоянию на 10 февраля 2022 года]: www.nature.com/articles/s43016-020-0078-x?proof=t

27. Crumpler, K., Abi Khalil, R., Tanganelli, E., Rai, N., Roffredi, L., Meybeck, A., Umulisa, V., Wolf, J. & Bernoux, M. 2021. 2021 (Interim) Global update report: Agriculture, Forestry and Fisheries in the Nationally Determined Contributions. Environment and Natural Resources Management Working Paper No. 91. Rome, FAO. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb7442en).

28. Curtis, J., Nyandat, B. Yang, Z., Ridler, N., Menezes, A., Matias, F., Zhang, Z. & Murekezi, P. (готовится к публикации). Dynamics of aquaculture governance (2010–2020).

29. De, H.K., Saha, G.K. & Radheyshyam. 2013. Aquaculture field school to promote farmer-to-farmer extension. Journal of Global Communication, 6(2): 77–85.

30. Di Cintio, A., Labanchi, L., Spagnolo, M., Musella, G., Romeo, T., Garozzo, V., Di Genio, S. et al. 2022. Fishing capacity in Southern Italy: An insight into the status and trends of the Campanian fishing fleet. Regional Studies in Marine Science, 49: 102102. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1016/j.rsma.2021.102102).

31. EATIP (European Aquaculture Technology and Innovation Platform). 2021. Digitalisation in aquaculture – From vision to action. In: EATIP Forum. Liege, Belgium. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: http://eatip.eu/?p=4854

32. ECLAC (Economic Commission for Latin America and the Caribbean). 2022. Regional Knowledge Management Platform. In: 2030 Agenda in Latin America and the Caribbean. Доступно онлайн [по состоянию на 16 марта 2022 года]: https://agenda2030lac.org/en/sdg/14-life-below-water

33. Engle, C.R. 2021. The workforce needed to support future growth of aquaculture. Journal of the World Aquaculture Society, 52(4): 768– 771.

34. FAO. 2003. Fisheries Management 2. The ecosystem approach to fisheries. FAO Technical Guidelines for Responsible Fisheries. No. 4, Suppl. 2. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/in-action/globefish/publications/details-publication/en/c/346126).

35. FAO. 2009. International Guidelines for the Management of Deep-sea Fisheries in the High Seas. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i0816t/i0816t00.Htm).

36. FAO. 2010. Aquaculture development. 4. Ecosystem approach to aquaculture. FAO Technical Guidelines for Responsible Fisheries. No. 5, Suppl. 4. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i1750e/i1750e.pdf).

37. FAO. 2011a. Review of the state of world marine fishery resources. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper No. 569. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i2389e/i2389e00.htm).

38. FAO. 2011b. Global food losses and food waste – Extent, causes and prevention. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/mb060e/mb060e.pdf).

39. ФАО. 2012a. Добровольные руководящие принципы ответственного управления владением и пользованием земельными, рыбными и лесными ресурсами в контексте национальной продовольственной безопасности. Рим. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i2801r/i2801r.pdf).

40. ФАО. 2012b. Состояние мирового рыболовства и аквакультуры 2012. Рим. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i2727r/i2727r.pdf).

41. FAO. 2015a. Voluntary Guidelines for Securing Sustainable Small-Scale Fisheries in the Context of Food Security and Poverty Eradication. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i4356en/I4356EN.pdf).

42. FAO. 2015b. Promoting gender equality and women’s empowerment in fisheries and aquaculture. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i6623e/i6623e.pdf).

43. FAO. 2016. The biosecurity approach: A review and evaluation of its application by FAO, internationally and in various countries. International Plant Protection Convention. Rome. (также размещено по адресу: www.ippc.int/static/media/files/irss/2016/09/09/Review_of_biosecurity_approaches_FINAL_report.pdf).

44. FAO. 2017a. Global initiative on food loss and waste. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i7657e/i7657e.pdf).

45. FAO. 2017b. Trade Policy Briefs. FAO support to the WTO negotiations at the 11th Ministerial Conference in Buenos Aires. No. 28. Rome. (также размещено по адресу: https://unctad.org/system/files/official-document/MC11_01_FAO_en.pdf).

46. FAO. 2017c. Aquaculture development. 7. Aquaculture governance and sector development. FAO Technical Guidelines for Responsible Fisheries No. 5 Suppl. 7. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i7797e/i7797e.pdf).

47. FAO. 2017d. Towards gender-equitable small-scale fisheries governance and development – A handbook. In support of the implementation of the Voluntary Guidelines for Securing Sustainable Small-Scale Fisheries in the Context of Food Security and Poverty Eradication. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i7419e/i7419e.pdf).

48. FAO. 2018a. International Seminar on Sustainable Seafood Value Chain: Traceability. In: GLOBEFISH – Information and Analysis on World Fish Trade. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: www.fao.org/in-action/globefish/news-events/details-events/en/c/1174288

49. FAO. 2018b. Cостояние мирового рыболовства и аквакультуры 2018. Достижение целей устойчивого развития. Рим. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i9540ru/i9540ru.pdf).

50. FAO. 2019a. The State of the World’s Aquatic Genetic Resources for Food and Agriculture. FAO Commission on Genetic Resources for Food and Agriculture Assessments. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/ca5345ru/ca5345ru.pdf).

51. ФАО. 2019b. COFI Sub-Committee on Aquaculture 10th Session Documents. См.: Доклад о работе десятой сессии Подкомитета по аквакультуре. Тронхейм, Норвегия,23–27 августа 2019 года. Рим. Доступно онлайн [по состоянию на 20 декабря 2021 года]: https://www.fao.org/about/meetings/cofi-sub-committee-on-aquaculture/cofi-aq10-documents/ru/

52. FAO. 2019c. Fishery and oceanographic research Vessel – The R/V Dr Fridtjof Nansen. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/ca3274en/ca3274en.pdf).

53. ФАО. 2019d. Рекомендации по маркировке орудий лова Рим. (также размещено по адресу: https://www.fao.org/3/ca3546ru/ca3546ru.pdf).

54. FAO. 2019e. Building resilience to climate change in the Malawian fishery sector. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/ca5030en/CA5030EN.pdf).

55. FAO. 2019f. International Symposium on Fisheries Sustainability. Key messages. См.: FAO. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 8 ноября 2021 года]: www.fao.org/about/meetings/sustainable-fisheries-symposium/key-messages/en

56. FAO. 2020a. ФАО. 2020. Cостояние мирового рыболовства и аквакультуры – 2020. Меры по повышению устойчивости. Рим, ФАО. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/ca9229ru).

57. ФАО. 2020b. Потери и порча пищевой продукции в производственно-сбытовых цепях рыбного хозяйства. См.: ФАО. Рим. Доступно онлайн [по состоянию на 30 марта 2022 года]: www.fao.org/flw-in-fish-value-chains/ru/

58. FAO. 2020c. Progress towards development of the progressive management pathway for improving aquaculture biosecurity (PMP/AB): Highlights of 2019 activities. FAO Fisheries and Aquaculture Circular No. 1211. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/cb0560en).

59. FAO. 2020d. Blue finance guidance notes. Microfinance for smallscale fisheries. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/ca8645en/CA8645EN.pdf).

60. FAO. 2020e. Climate-smart fisheries and aquaculture. См.: FAO elearning Academy. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: https://elearning.fao.org/course/view.php?id=579

61. FAO. 2020f. SDG Indicator 14.4.1 – Fish stocks sustainability. См.: FAO elearning Academy. Доступно онлайн [по состоянию на 5 марта 2022 года]: https://elearning.fao.org/course/view.php?id=502

62. FAO. 2020g. Legislating for Sustainable Small-Scale Fisheries – A guide and considerations for implementing aspects of the Voluntary Guidelines for Securing Sustainable Small-Scale Fisheries in the Context of Food Security and Poverty Eradication in National Legislation. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/cb0885en/CB0885EN.pdf).

63. FAO. 2020h. Proceedings of the International Symposium on Fisheries Sustainability: strengthening the science-policy nexus. FAO Headquarters, 18–21 November 2019. FAO Fisheries and Aquaculture Proceedings No. 65. Rome. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/ca9165en).

64. FAO. 2020i. The EAF-Nansen Programme Science Plan – Supporting the application of the ecosystem approach to fisheries (EAF) management considering climate and pollution impacts (2017–2021). Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/cb2432en/CB2432EN.pdf).

65. FAO. 2020j. The effect of COVID-19 on fisheries and aquaculture in Asia. Bangkok. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/ca9545en).

66. FAO. 2020k. Adding a gender lens into FAO’s response to COVID-19 – Programme guidance. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/ca9299EN.pdf).

67. FAO. 2020l. Social protection and COVID-19 response in rural areas. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/ca8561en).

68. ФАО. 2020m. Политика ФАО по обеспечению гендерного равенства на 2020–2030 годы. Рим. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/cb1583ru/cb1583ru.pdf).

69. FAO. 2021a. Voluntary Code of Conduct for Food Loss and Waste Reduction. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/nf393en/nf393en.pdf).

70. ФАО. 2021b. Декларация КРХ об устойчивости рыболовства и аквакультуры 2021 года. Рим. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb3767ru).

71. FAO. 2021c. Implementation of the Code of Conduct for Responsible Fisheries: Trends over the last 25 years. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/cb2990en/CB2990EN.pdf).

72. ФАО. 2021d. Приложение портала «Укрепление потенциала». См.: ФАО. Рим. Доступно онлайн [по состоянию на 15 ноября 2021 года]: www.fao.org/iuu-fishing/capacity-development/ru/).

73. ФАО. 2021e. Глобальный реестр рыбопромысловых судов, рефрижераторных транспортных судов и судов снабжения. См.: ФАО. Рим. Доступно онлайн [по состоянию на 2 декабря 2021 года]: www.fao.org/global-record/ru/

74. FAO. 2021f. Advancing end-to-end seafood traceability: Online public consultation. In: GLOBEFISH – Information and Analysis on World Fish Trade. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: www.fao.org/in-action/globefish/news-events/details-news/en/c/1379471

75. FAO. 2021g. The role of social protection in the recovery from COVID-19 impacts in fisheries and aquaculture. Rome. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb3385en).

76. ФАО. 2021h. Программа EAF-Нансен– Поддержка применения экосистемного подхода к рыболовству (ЭПР) в области управления с учетом воздействия климата и загрязнения. См.: Десятилетие океана ООН в целях устойчивого развития. Доступно онлайн [по состоянию на 1 ноября 2021 года]: https://www.oceandecade.org/ru/actions/the-eaf-nansen-programme-supporting-the-application-of-the-ecosystem-approach-to-fisheries-eaf-management-considering-climate-and-pollution-impacts/

77. ФАО. 2021i. Цифровые инновации рука об руку с научным мониторингом рыболовства и экосистем. См.: Десятилетие океана ООН в целях устойчивого развития. Доступно онлайн [по состоянию на 1 ноября 2021 года]: www.oceandecade.org/ru/actions/digital-innovation-hand-in-hand-with-fisheries-and-ecosystems-scientific-monitoring/

78. ФАО. 2021j. Доклад о работе тридцать четвертой сессии Комитета по рыбному хозяйству. ( 1–5 февраля 2021 года). Сорок первая сессия Конференции ФАО, Рим, 14–18 июня 2021 года. C 2021/23. Доступно онлайн [по состоянию на 2 ноября 2021 года]: www.fao.org/3/cb8322ru/cb8322ru.pdf

79. FAO. 2021k. Better data collection in shark fisheries – Learning from practice. FAO Fisheries and Aquaculture Circular No. 1227. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/cb5378en).

80. FAO. 2021l. Database on introductions of aquatic species (DIAS). См.: FAO. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 2 ноября 2021 года]: www.fao.org/fishery/dias/en

81. FAO. 2021m. Fishing operations. Guidelines to prevent and reduce bycatch of marine mammals in capture fisheries. FAO Technical Guidelines for Responsible Fisheries No. 1 Suppl. 4. Rome. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb2887en).

82. FAO. 2021n. Ответственная практика в интересах устойчивого рыболовства. См.: ФАО. Рим. (также размещено по адресу: www.fao.org/responsible-fishing/resources/ru/).

83. FAO. 2021o. The impact of COVID-19 on fisheries and aquaculture – A global assessment from the perspective of regional fishery bodies: Second assessment – November 2020. Rome. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb5269en).

84. FAO. 2021p. Food Outlook – Biannual Report on Global Food Markets. Food Outlook. November 2021. Rome. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb7491en).

85. ФАО. 2021q. Положение дел в области продовольствия и сельского хозяйства хозяйства – 2021. Повышение жизнестойкости агропродовольственных систем в условиях потрясений и стрессов. Рим. (также размещено по адресу: https://www.fao.org/3/cb4476ru/cb4476ru.pdf).

86. FAO. 2021r. International Women’s Day: Fishing for gender equality. In: General Fisheries Commission for the Mediterranean – GFCM. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 17 декабря 2021 года]: www.fao.org/gfcm/news/detail/en/c/1379247

87. FAO. 2021s. The impact of COVID-19 on fisheries and aquaculture food systems. Possible responses. Information paper, November 2020. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/cb2537en/CB2537EN.pdf).

88. FAO. 2021t. FishAdapt. Strengthening the adaptive capacity and resilience of fisheries and aquaculture-dependent livelihoods in Myanmar. См.: FAO. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 17 декабря 2021 года]: www.fao.org/in-action/fishadapt/en

89. FAO. 2021u. Empowering women and girls is crucial to ensure sustainable food security in the aftermath of COVID-19, say UN food agency heads ahead of International Women’s Day. См.: FAO. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 16 ноября 2021 года]: www.fao.org/news/story/en/item/1379059/icode

90. FAO. 2022a. Fishery and Aquaculture Country Profiles. China. Country Profile Fact Sheets. In: Fisheries and Aquaculture Division. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 1 марта 2022 года]: www.fao.org/fishery/en/facp/chn?lang=en

91. ФАО. 2022b. Понимание и применение схем документации улова - Руководство для национальных органов власти. Техническое руководство ФАО по ответственному рыбному хозяйству № 14. Рим. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb8243ru).

92. FAO. 2022c. FAOLEX Database. In: FAO. Rome. Доступно онлайн [по состоянию на 9 февраля 2022 года]: www.fao.org/faolex/en

93. ФАО. 2022d. Цели в области устойчивого развития. См.: ФАО. Доступно онлайн [по состоянию на 16 марта 2022 года]: www.fao.org/sustainable-development-goals/overview/ru/

94. ФАО. 2022e. Цели в области устойчивого развития – Показатель 14.4.1. См.: ФАО. Доступно онлайн [по состоянию на 1 мая 2022 года]: www.fao.org/sustainable-development-goals/indicators/1441/ru/

95. ФАO. 2022f. Цели в области устойчивого развития – Показатель 14.6.1. См.: ФАО. Доступно онлайн [по состоянию на 1 мая 2022 года]: www.fao.org/sustainable-development-goals/indicators/1461/ru/

96. ФАO. 2022g. Цели в области устойчивого развития – Показатель 14.7.1. См.: ФАО. Доступно онлайн [по состоянию на 1 мая 2022 года]: www.fao.org/sustainable-development-goals/indicators/1471/ru/

97. ФАО. 2022h. Цели в области устойчивого развития – Показатель 14.b.1. См.: ФАО. Доступно онлайн [по состоянию на 1 мая 2022 года]: www.fao.org/sustainable-development-goals/indicators/14b1/ru/

98. FAO. 2022i. A policy and legal diagnostic tool for sustainable smallscale fisheries – In support of the implementation of the Voluntary Guidelines for Securing Sustainable Small-Scale Fisheries in the Context of Food Security and Poverty Eradication. Rome. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb8234en).

99. FAO. (готовится к публикации, a). Guidelines on developing a mechanism for interagency cooperation for the effective implementation of the Agreement on Port State Measures. Rome.

100. FAO. (готовится к публикации, b). Evaluation of the impact of unemployment insurance on the socioeconomic conditions of small-scale fishers. Rome.

101. Комитет по рыбному хозяйству ФАО. 2015. Research and Education for Aquaculture Development. Eighth Session of the Sub-Committee on Aquaculture of the Committee on Fisheries, Brasilia, Brazil, 5–9 October 2015. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: www.fao.org/fi/static-media/MeetingDocuments/COFI_AQ/2015/8Rev1e.pdf

102. FAO, Duke University & WorldFish. 2022. The contributions of small-scale fisheries to sustainable development. Rome, FAO. (также размещено по адресу: https://www.fao.org/3/cb8233en/cb8233en.pdf).

103. FAO, Duke University & WorldFish. (готовится к публикации). Illuminating Hidden Harvests: Report of key findings into the contributions of smallscale fisheries to sustainable development. Rome, FAO, Durham, USA, Duke University, and Penang, Malaysia, WorldFish.

104. ФАО, МФСР (Международный фонд сельскохозяйственного (Международный фонд сельскохозяйственного развития), ЮНИСЕФ (Детский фонд ООН), ВПП (Всемирная продовольственная программа) и ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения). 2021. Положение дел в области продовольственной безопасности и питания в мире – 2021. Преобразoвание продовольственных систем в интересах обеспечения продовольственной безопасности, улучшения качества питания и экономической доступности здоровых рационов питания для всех. Рим, ФАО. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb4474ru).

106. FAO, IMO (lnternational Maritime Organization) & ILO (lnternational Labour Organization). 2020. 2020. Joining forces to shape the fishery sector of tomorrow – Promoting safety and decent work in fisheries through the application of international standards. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/documents/card/en/c/cb0627en).

107. FAO & INFOFISH. (готовится к публикации). Resilience and seizing opportunities: Small-scale fisheries and aquaculture businesses that thrived during the COVID-19 pandemic in South and Southeast Asia. Bangkok, FAO.

108. FAO & IUCN (International Union for Conservation of Nature and Natural Resources). 2017. Identification of spatial priorities for the re-opening of wetlands to maintain the water flow required for ecological functioning, biological connectivity and habitat maintenance. Xe Champhone Ramsar Site, Lao PDR, CAWA Project, December 2017. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/I8804EN/i8804en.pdf).

109. FAO, UNEP (United Nations Environment Programme), IUCN, CEM (Commission on Ecosystem Management) & SER (Society for Ecological Restoration). 2021. Principles for ecosystem restoration to guide the United Nations Decade 2021–2030. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/cb6591en/cb6591en.pdf).

110. ФAO и ВОЗ. 2020. Рыба и рыбные продукты. Свод правил и норм. Рим. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb0658ru).

111. FAO & WorldFish. 2021. Aquatic food systems under COVID-19. Rome. (также размещено по адресу: www.fao.org/publications/card/en/c/CB5398EN).

112. Ferguson, C. 2021. A rising tide does not lift all boats: Intersectional analysis reveals inequitable impacts of the seafood trade in fishing communities. Frontiers in Marine Science, 8: 625389. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.3389/fmars.2021.625389).

113. Fitzgerald, C., Gallagher, E., Tasdemir, D. & Hayes, M. 2011. Heart health peptides from macroalgae and their potential use in functional foods. Journal of Agricultural and Food Chemistry, 2011; 59(13): 6829-6836. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1021/jf201114d).

114. Friedman, K., Gabriel, S., Abe, O., Adnan Nuruddin, A., Ali, A., Bidin Raja Hassan, R., Cadrin, S.X. et al. 2018. Examining the impact of CITES listing of sharks and rays in Southeast Asian fisheries. Fish and Fisheries, 19(4): 662–676. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1111/faf.12281).

115. Friedman, K., Braccini, M., Bjerregaard-Walsh, M., Bonfil, R., Bradshaw, C.J.A., Brouwer, S., Campbell, I. et al. 2020. Informing CITES Parties: Strengthening science-based decisionmaking when listing marine species. Fish and Fisheries, 21(1): 13–31. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1111/faf.12411).

116. Fugazza, M. 2017. Fish trade and policy: A primer on Non-Tariff Measures. UNCTAD Research Paper No. 7. Geneva, United Nations Conference on Trade and Development. (также размещено по адресу: https://unctad.org/system/files/official-document/ser-rp-2017d7_en.pdf).

117. GAF (Gender in Aquaculture and Fisheries Section). 2018. GAF7: Expanding the Horizons. Book of Abstracts, 7th Global Conference on Gender in Aquaculture and Fisheries, 18–21 October, Bangkok. Malaysia, GAF of the Asian Fisheries Society. (также размещено по адресу: www.genderaquafish.org/wp-content/uploads/2019/01/gaf7_book-of-abstracts.pdf).

118. GCA (Global Conference on Aquaculture). 2021. 2020 Global Conference on Aquaculture – Aquaculture for Food and Sustainable Development, 22–25 September, Shanghai, China. Доступно онлайн [по состоянию на 10 декабря 2021 года]: (также размещено по адресу: www.aquaculture2020.org).

119. GESAMP (United Nations Joint Group of Experts on the Scientific Aspects of Marine Environmental Protection). 2021. Sea-based sources of marine litter. GESAMP Working Group 43. Reports and Studies No. 108. London, IMO. (также размещено по адресу: www.gesamp.org/site/assets/files/2213/rs108e.pdf).

120. GFCM (General Fisheries Commission for the Mediterranean). 2022. Advancing the RPOA-SSF in the context of the GCFM 2030 Strategy. См.: FAO. Доступно онлайн [по состоянию на 16 марта 2022 года]:www.fao.org/gfcm/meetings/hl-event-rpoa-ssf/en

121. GGGI (Global Ghost Gear Initiative). 2021. Protecting our oceans and the life within them. In: GGGI. Доступно онлайн [по состоянию на 2 ноября 2021 года]: www.ghostgear.org

122. Glencross, B., Fracalossi, D., Hua, K., Izquierdo, M., Ma, K., Overland, M., Robb, D. et al. 2021. Harvesting the benefits of nutritional research to address global challenges in the 21st century. FAO Global Conference on Aquaculture 2020: Feeds and Feeding Session, 22–25 September 2021, Shanghai, China. (также размещено по адресу: https://aquaculture2020.org/uploads/gca-tr4-aquaculture-feeds-andfeeding.Pdf).

123. g-nous. 2020. Fishalytics – Precision Aquaculture. In: g-nous. Bari, Italy. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]:https://g-nous.com/work/27/fishalytics-precision-aquaculture

124. Golden, C.D., Koehn, J.Z., Thilsted, S.H., Shepon, A., Passarelli, S., Free, C.M, Viana, D.F et al. 2021. Aquatic foods to nourish nations. Nature, 598: 315–320. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1038/s41586-021-03917-1).

125. Gutierrez, N.L., Hilborn, R. & Defeo, O. 2011. Leadership, social capital and incentives promote successful fisheries. Nature, 470: 386–389.

126. Heitzig, C., Aloysius Uche, O. & Senbet, L. 2021. Sub-Saharan Africa’s debt problem: Mapping the pandemic’s effect and the way forward. In: Brookings. Доступно онлайн [по состоянию на 17 декабря 2021 года]:www.brookings.edu/research/sub-saharan-africas-debt-problemmapping-the-pandemics-effect-and-the-way-forward

127. Hilborn, R., Amoroso, R.O, Anderson, C.M., Baum, J.K., Branch, T.A., Costello, C., de Moor, C.L. et al. 2020. Effective fisheries management instrumental in improving fish stock status. Proceedings of the National Academy of Sciences, 117(4): 2218–2224. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1073/pnas.1909726116).

128. Hishamunda, N., Ridler, N. & Martone, E. 2014. Policy and governance in aquaculture: lessons learned and way forward. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper No. 577. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/fi/oldsite/eims_search/1_dett.asp?calling=simple_s_result&lang=en&pub_id=306252).

129. HLPE (High-Level Panel of Experts on Food Security and Nutrition). 2014. Food losses and waste in the context of sustainable food systems. A report by the High Level Panel of Experts on Food Security and Nutrition of the Committee on World Food Security. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i3901e/i3901e.pdf).

130. HLPF (United Nations High-level Political Forum on Sustainable Development). 2022. High-level Political Forum on Sustainable Development. См.: United Nations. Доступно онлайн [по состоянию на 16 марта 2022 года]:https://sustainabledevelopment.un.org/hlpf

131. Hosch, G. & Blaha, F. 2017. Seafood traceability for fisheries compliance: Country-level support for catch documentation schemes. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper No. 619. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i8183en/i8183en.pdf).

132. Houston, R.D., Bean, T.P., Macqueen, D.J., Gundappa, M.K., Ye. H.J., Jenkins, T.L., Selly, S.L.C. et al. 2020. Harnessing genomics to fast-track genetic improvement in aquaculture. Nature Reviews Genetics, 21: 389–409. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1038/s41576-020-0227-y).

133. Hua, K., Cobcroft, J.M., Cole, A., Condon, K., Jerry, D.R., Mangott, A., Praeger, C. et al. 2019. The future of aquatic protein: Implications for protein sources in aquaculture diets. One Earth, 1(3): 316–329. (также размещено по адресу: www.cell.com/one-earth/pdf/S2590-3322(19)30132-0.pdf).

134. ICES (International Council for the Exploration of the Sea). 2021. ICES-FAO Working Group on Fishing Technology and Fish Behaviour. ICES Scientific Reports, 3(27). (также размещено по адресу: https://doi.org/10.17895/ices.pub.8022).

135. IFAD. 2018. Development of Kenya’s aquaculture sector could reduce rural poverty and tackle chronic malnutrition and food insecurity. IСм.: IFAD. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: www.ifad.org/en/web/latest/-/news/development-of-kenya-s-aquaculture-sector-could-reduce-ruralpoverty-and-tackle-chronic-malnutrition-and-food-insecurity

136. IFFO (Marine Ingredients Organisation). 2021. By-product. См.: IFFO. Доступно онлайн [по состоянию на 30 марта 2022 года]: www.iffo.com/product

137. IFOP (Institute of Fisheries Development). 2021. Sistema de informacion interoperable para seguimiento del cambio climatico. См.: IFOP. Доступно онлайн [по состоянию на 30 декабря 2021 года]: www.ifop.cl/red-de-monitoreo-cambio-climatico

138. IFPRI (International Food Policy Research Institute). 2021. Smallholder and agrifood SME resilience to shocks: Lessons from COVID-19 for the UN Food System Summit. In: IFPRI Blog. Доступно онлайн [по состоянию на 17 декабря 2021 года]:www.ifpri.org/blog/smallholder-and-agrifoodsme-resilience-shocks-lessons-covid-19-un-food-system-summit

139. IMO. 2019a. Marine litter. См.: IMO. Доступно онлайн [по состоянию на 2 ноября 2021 года]: www.imo.org/en/OurWork/PartnershipsProjects/Pages/GloLitter-Partnerships-Project-.aspx

140. IMO. 2019b. GloLitter Partnerships Project. См.: IMO. Доступно онлайн [по состоянию на 2 ноября 2021 года]: www.imo.org/en/MediaCentre/HotTopics/Pages/marinelitter-default.aspx

141. IOC-UNESCO (Intergovernmental Oceanographic Commission). 2021. The United Nations Decade of Ocean Science for Sustainable Development (2021–2030) Implementation Plan. Paris. Paris, UNESCO Доступно онлайн [по состоянию на 3 ноября 2021 года]: www.oceandecade.org/wp-content/uploads//2021/09/337567-Ocean%20Decade%20Implementation%20Plan%20-%20Full%20Document

142. IPCC (Intergovernmental Panel on Climate Change). 2021. AR6 Climate Change 2021: The physical science basis. Working Group I Report. In: Sixth Assessment Report. Доступно онлайн [по состоянию на 17 декабря 2021 года]: www.ipcc.ch/report/ar6/wg1

143. Jolly, C. & Menezes, A. (forthcoming). Capacity building. In: FAO. Guidelines for sustainable aquaculture. Rome. Jones, N. 2021. Why the market for “blue carbon” credits may be poised to take off. In: Yale Environment 360. Yale School of the Environment. Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: https://e360.yale.edu/features/why-the-market-for-blue-carbon-credits-may-be-poisedto-take-off

144. Kent, K. 2021. Impacts of COVID-19 on the fisheries and aquaculture food systems with a focus on Europe and the United Kingdom. Paper presented at the XXV Conference of the European Association of Fisheries Economists (EAFE) 5–6 October 2021.

145. Klein, R.J.T. & Maciver, D.C. 1999. Adaptation to climate variability and change: Methodological issues. Mitigation and Adaptation Strategies for Global Change, 4: 189–199. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1023/A:1009690729283).

146. Koehn, J.Z., Allison, E.H., Villeda, K., Chen, Z., Nixon, M., Crigler, E., Zhao et al. 2021. Fishing for health: Do the world’s national policies for fisheries and aquaculture align with those for nutrition? Fish and Fisheries, 00: 1–18. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1111/faf.12603

147. Little, D.C., Newton, R. & Beveridge, M. 2016. Aquaculture: a rapidly growing and significant source of sustainable food? Status, transitions and potential. Proceedings of the Nutrition Society, 75(3): 274–286.

148. Lorenzen, K., Beveridge, M.C.M. & Mangel, M. 2012. Cultured fish: integrative biology and management of domestication and interactions with wild fish. Biological Review, 87(3): 639–660. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1111/j.1469-185X.2011.00215.x).

149. Love, D.C., Allison, E.H., Asche, F., Belton, B., Cottrell, R.S., Froehlich, H.E., Gephart, J.A. et al. 2021. Emerging COVID-19 impacts, responses, and lessons for building resilience in the seafood system. Global Food Security, 28: 100494. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1016/j.gfs.2021.100494).

150. Lucente, D., Sims, S., Lei, G. & Mair, G. 2021. Conservation of farmed aquatic species: an opportunity we must not miss! FAO Aquaculture News, 63: 51–53. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/cb4850en/cb4850en.pdf#page=51).

151. Menezes, A., Eide, A. & Raakjar, J. 2011. From poverty to wealth creation? Economic development of artisanal fisheries in Mozambique. In: S. Jentoft & A. Eide, eds. Poverty mosaics: Realities and prospects in small-scale fisheries, pp. 407–425. Springer.

152. Misk, R. & Gee, J. 2020. Women as agents of change in the response to COVID-19. FAO Aquaculture Newsletter, 62: 50–52. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/cb1550en/CB1550EN.pdf).

153. OECD (Organisation for Economic Co-operation and Development) & FAO. 2021a. OECD-FAO Agricultural Outlook 2021-2030. Paris, OECD Publishing. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1787/19428846-en).

154. OECD & FAO. 2021b. OECD-FAO Agricultural Outlook. Доступно онлайн [по состоянию на 25 марта 2022 года]: www.agri-outlook.org/about

155. OSPESCA (Central American Organization of the Fisheries and Aquaculture Sector) & SICA (Central American Integration System). 2020. Informe Ejecutivo sobre el estado actual del sector pesquero y acuícola en la región del SICA, ocasionada por la pandemia del COVID-19. San Salvador, El Salvador.

156. Patience, N., Motova, A. & Cooper, J. 2021. Covid-19 impacts on the UK catching sector in 2020. Seafish Report No. SR757. Edinburgh, UK, Seafish Industry Authority. (также размещено по адресу: www.seafish.org/document/?id=cb60c1ea-4078-4f73-a440-567ac92d812d

157. Pavitt, A., Malsch, K., King, E., Chevalier, A., Kachelriess, D., Vannuccini, S. & Friedman, K. 2021. CITES and the sea: Trade in commercially exploited CITES-listed marine species. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper, No. 666. Rome, FAO. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb2971en).

158. Phang, S.C., Cooperman, M., Lynch, A.J., Steel, E.A., Elliott, V., Murchie, K.J., Cooke, S.J., Dowd, S. & Cowx, I.G. 2019. Fishing for conservation of freshwater tropical fishes in the Anthropocene. Aquatic Conservation Marine and Freshwater Ecosystems, 29(7): 1039–1051. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1002/aqc.3080).

159. Pita, C., Eleftheriou, M., Fernández-Borras, J., Gonçalves, S., Mente, E. & Santos, M.B., Seixas, S. & Pierce, G.J. 2015. Generic skills’ needs for graduate employment in the aquaculture, fisheries and related sectors in Europe. Aquaculture International, 23: 767–786.

160. Plumptre, A.J., Baisero, D., Belote, R.T., Vázquez-Domínguez, E., Faurby, S., Jędrzejewski, W. & Kiara, H. et al. 2021. Where might we find ecologically intact communities? Frontiers in Forests and Global Change, 4: 626635. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.3389/ffgc.2021.626635).

161. Poulain, F., Himes-Cornell, A. & Shelton, C. 2018. Methods and tools for climate change adaptation in fisheries and aquaculture. Cм.: M. Barange, T. Bahri, C.M. Beveridge, K.L. Cochrane, S. Funge-Smith & F. Poulain, eds. Impacts of climate change on fisheries and aquaculture – Synthesis of current knowledge, adaptation and mitigation options. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper No. 627, pp. 535–566. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i9705en/i9705en.pdf).

162. Qiang, C.Z., Kuek, S.C., Dymond, A. & Esselaar, S. 2012. Mobile applications for agriculture and rural development. World Bank, Washington, DC.

163. Rajagopalan, R. 2021. Handbook on Convention of Biological Diversity (CBD) for small-scale fishing communities. Netherlands, International Collective in Support of Fisherworkers (ICSF). (также размещено по адресу: www.foodsovereignty.org/handbook-on-convention-on-biologicaldiversity-cbd-for-small-scale-fishing-communities).

164. Rice, J. 2011. Managing fisheries well: delivering the promises of an ecosystem approach. Fish and Fisheries, 12(2): 209–231. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1111/j.1467-2979.2011.00416.x).

165. Rousseau, Y., Watson, R.A., Blanchard, J.L. & Fulton, E.A. 2019. Evolution of global marine fishing fleets and the response of fished resources. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 116(25): 12238–12243. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1073/pnas.1820344116).

166. Rubio, N., Datar, I. Stachura, Kaplan, D. & Krueger, K. 2019. Cell-based fish: A novel approach to seafood production and an opportunity for cellular agriculture. Frontiers in Sustainable Food Systems, 3: 43. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.3389/fsufs.2019.00043).

167. Short, R.E., Gelcich, S., Little, D.C., Micheli, F., Allison, E.H., Basurto, X., Belton, B. et al. 2021. Harnessing the diversity of small-scale actors is key to the future of aquatic food systems. Nature Food, 2: 733–741 Доступно онлайн [по состоянию на 20 января 2022 года]: https://doi.org/10.1038/s43016-021-00363-0

168. Siles, J,. Prebble, M., Wen, J. Hart, C. & Schuttenberg, H. 2019. Advancing gender in the environment: Gender in fisheries – A sea of opportunities. Washington, DC, IUCN and USAID.

169. Simeon, L.M. 2020. Government sees further growth in agriculture, fishery industries. The Philippine Star, 7 August 2020. (также размещено по адресу: www.philstar.com/business/2020/08/07/2033411/governmentsees-further-growth-agriculture-fishery-industries).

170. Sowman, M., Sunde, J., Pereira, T., Snow, B., Mbatha, P. & James, A. 2021. Unmasking governance failures: The impact of COVID-19 on small-scale fishing communities in South Africa. Marine Policy, 133: 104713. (также размещено по адресу: https://dx.doi.org/10.1016%2Fj.marpol.2021.104713).

171. Steele, L & Orrell, T. 2017. The frontiers of data interoperability for sustainable development. Joined-Up Data Standards project, Publish What You Fund and Development Initiatives Доступно онлайн [по состоянию на 1 декабря 2021 года]:www.publishwhatyoufund.org/wp-content/uploads/2017/11/JUDS_Report_Web_061117.pdf

172. Stoll, J.S, Harrison, H.L, De Sousa, E., Callaway, D., Collier, M., Harell, K., Jones, B. et al. 2021. Alternative seafood networks during Covid-19: Implications for resilience and sustainability. Frontiers in Sustainable Food Systems, 5:614368. Доступно онлайн [по состоянию на 10 февраля 2022 года]: www.frontiersin.org/articles/10.3389/fsufs.2021.614368/full

173. The Nature Conservancy. 2021. Global Principles of Restorative Aquaculture. Arlington, VA. (также размещено по адресу: www.nature.org/content/dam/tnc/nature/en/documents/TNC_PrinciplesofRestorativeAquaculture.pdf).

174. Thiao, D. & Bunting, S.W. 2022. Socio-economic and biological impacts of the fish-based feed industry for sub-Saharan Africa. FAO Fisheries and Aquaculture Circular No. 1236. Rome, FAO, Worldfish and University of Greenwich. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb7990en).

175. Tooze, A. 2021. Shutdown: How Covid shook the world’s economy. Allen Lane, London.

176. Toppe, J., Olsen, R.L., Penarubia, O.R. & James, D.G. 2018. Production and utilization of fish silage. A manual on how to turn fish waste into profit and a valuable feed ingredient or fertilizer. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/i9606en/I9606EN.pdf).

177. Trendov, N.M., Varas, S. & Zeng, M.T. 2019. Digital technologies in agriculture and rural areas. Briefing Paper. Rome, FAO. (также размещено по адресу: www.fao.org/3/ca4887en/ca4887en.pdf).

178. Tsan, M., Totapally, S., Hailu, M. & Addon, B. 2019. The digitalisation of African agriculture. Report 2018–2019. Wageningen, Netherlands, Technical Centre for Agricultural and Rural Cooperation (CTA).

179. Turquet, L. & Koissy-Kpein, S. 2020. COVID-19 and gender: What do we know; what do we need to know? См. UNWomen. Доступно онлайн [по состоянию на 18 января 2022 года]: https://data.unwomen.org/features/covid-19-and-gender-what-do-we-know-what-do-we-need-know

180. UNCTAD (United Nations Conference on Trade and Development). 2022. Impact and implications of COVID-19 for the ocean economy and trade strategy. Case studies from Barbados, Belize and Costa Rica. Geneva, UN. (также размещено по адресу: https://unctad.org/system/files/official-document/ditcted2021d4_en.pdf).

181. UNEP (United Nations Environment Programme). 2021. The gathering storm – Adapting to climate change in a post-pandemic world. Adaptation Gap Report 2021. Nairobi.

182. UNFCCC (United Nations Framework Convention on Climate Change). 2021. Decision -/CP.26 Glasgow Climate Pact. (также размещено по адресу: https://unfccc.int/sites/default/files/resource/cop26_auv_2f_cover_decision.pdf).

183. UNGA (United Nations General Assembly). 2017. Our ocean, our future: call for action. Resolution 71/312 adopted by the General Assembly on 6 July 2017.

184. United Nations. 2011. Guiding principles on business and human rights: Implementing the United Nations “Protect, Respect and Remedy” Framework. New York. (также размещено по адресу: www.ohchr.org/documents/publications/guidingprinciplesbusinesshr_en.pdf).

185. ООН. 2018. Обеспечение устойчивого рыболовства, в том числе за счет реализации Соглашения 1995 года об осуществлении положений Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву от 10 декабря 1982 года, которые касаются сохранения трансграничных рыбных запасов и запасов далеко мигрирующих рыб и управления ими, и связанных с ним документов. A/RES/72/72. Нью-Йорк, США. (также размещено по адресу: https://documents-dds-ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N17/421/86/PDF/N1742186.pdf?OpenElement).

186. ООН. 2019. Будущее уже наступило: наука на службе устойчивого развития. Доклад об устойчивом развитии в мире, 2019 год, Нью-Йорк. (также размещено по адресу: https://sustainabledevelopment.un.org/content/documents/26927Russian_Global_SD_Report2019_WEB.pdf).

187. ООН. 2021a. Доклад о целях в области устойчивого развития, 2021 год, Нью-Йорк 2021. (также размещено по адресу: https://unstats.un.org/sdgs/report/2021/The-Sustainable-Development-Goals-Report-2021_Russian.pdf).

188. United Nations. 2021b. Secretary-General’s message on World Environment Day. In: United Nations. New York. Доступно онлайн [по состоянию на 10 ноября 2021 года]: www.un.org/sg/en/content/sg/statement/2021-06-05/secretary-generals-message-world-environment-day-scroll-downfor-french-version

189. United Nations. 2021c. Secretary-General’s remarks to Webinar entitled, “COP15: Road to Kunming, Building a Shared Future for All Life on Earth”. In: United Nations. New York. Доступно онлайн [по состоянию на 10 ноября 2021 года]:www.un.org/sg/en/content/sg/statement/2021-05-21/secretary-generals-remarks-webinar-entitled-cop15-roadkunming-building-shared-future-for-all-life-earth-delivered

190. UN Nutrition. 2021. 2021.The role of aquatic foods in sustainable healthy diets. Discussion Paper. (также размещено по адресу: www.unnutrition.org/wp-content/uploads/FINAL-UN-Nutrition-Aquatic-foods-Paper_EN_.pdf).

191. UNSD (United Nations Statistics Division). 2022a. The Sustainable Development Goals Report 2020. Progress summary for SDG targets with a 2020 deadline. In: United Nations. New York. Доступно онлайн [по состоянию на 1 марта 2022 года]:https://unstats.un.org/sdgs/report/2020/progresssummary-for-SDG-targets

192. UNSD. 2022b. SDG Indicators Database. In: United Nations. New York. Доступно онлайн [по состоянию на 1 мая 2022 года]:https://unstats.un.org/sdgs/dataportal

193. UNSD. 2022c. SDG Indicators: Metadata repository. In: United Nations. New York. Доступно онлайн [по состоянию на 1 мая 2022 года]: https://unstats.un.org/sdgs/metadata/?Text=&Goal=14&Target=14.4

194. UNSD. 2022d. SDG Indicators: Metadata repository. In: United Nations. New York. Доступно онлайн [по состоянию на 1 мая 2022 года]: https://unstats.un.org/sdgs/metadata/?Text=&Goal=14&Target=14.6

195. UNSD. 2022e. SDG Indicators: Metadata repository. In: United Nations. New York. Доступно онлайн [по состоянию на 1 мая 2022 года]: https://unstats.un.org/sdgs/metadata/?Text=&Goal=14&Target=14.7

196. UNSD. 2022f. SDG Indicators: Metadata repository. См.: United Nations. New York. Доступно онлайн [по состоянию на 1 мая 2022 года]: https://unstats.un.org/sdgs/metadata/?Text=&Goal=14&Target=14.b

197. UN Women. 2021. Turning promises into action: Gender equality in the 2030 Agenda for Sustainable Development. New York. (также размещено по адресу: www.unwomen.org/en/digital-library/sdg-report).

198. Van Anrooy, R., Carvalho, N., Kitts, A., Mukherjee, R., Van Eijs, S., Japp, D. & Ndao, S. 2021. Review of the technoeconomic performance of the main global fishing fleets. FAO Fisheries and Aquaculture Technical Paper No. 654. Rome. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb4900en).

199. Vandergeest, P, Marschke, M & MacDonnell, M. 2021. Seafarers in fishing: A year into the COVID-19 pandemic. Marine Policy, 134: 104796. Доступно онлайн [по состоянию на 17 декабря 2021 года]: https://doi.org/10.1016/j.marpol.2021.104796

200. Venugopalan, N. 2018. The Santiago de Compostela Declaration: Promoting equal opportunities in fisheries and aquaculture. Yemaya Newsletter, 58. (также размещено по адресу: www.icsf.net/images/yemaya/pdf/english/issue_58/2321_art_Yemaya_58_Milestones.pdf).

201. Von Braun, J., Afsana, K., Fresco, L.O. & Hassan, M. 2021. Food systems: seven priorities to end hunger and protect the planet. Nature, 597: 28–30. (также размещено по адресу: https://media.nature.com/original/magazine-assets/d41586-021-02331-x/d41586-021-02331-x.pdf).

202. WHO (World Health Organization). 2022. WHO Coronavirus (COVID-19) Dashboard. Доступно онлайн [по состоянию на 1 июня 2022 года]:https://covid19.who.int

203. Wijaya, A. & Junianto. 2021. Review Article: Fish bone collagen. Asian Journal of Fisheries and Aquatic Research, 11(6): 33–39. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.9734/ajfar/2021/v11i630222).

204. Williams, M.J., Porter, M., Choo, P.S., Kusakabe, K., Vuki, V., Gopal, N. & Bondad-Reantaso, M., eds. 2012. Gender in aquaculture and fisheries: Moving the agenda forward. Asian Fisheries Science (Special Issue) 25S.

205. Witteveen, A. 2021. COVID-19 analysis impacts on the UK seafood processing sector. In: Seafish. Доступно онлайн [по состоянию на 18 января 2022 года]:www.seafish.org/document/?id=E0754230-EDAA-4700-A283-BE421FE6ABB4

206. WorldFish. 2021. African women join forces to overcome COVID-19 challenges in aquatic food systems. In: WorldFish. Доступно онлайн [по состоянию на 17 декабря 2021 года]: www.worldfishcenter.org/story/african-womenjoin-forces-overcome-covid-19-challenges-aquatic-food-systems

207. WTO (World Trade Organization). 1995. Agreement on the Application of Sanitary and Phytosanitary Measures. Geneva. (также размещено по адресу: www.wto.org/english/tratop_e/sps_e/spsagr_e.htm).

208. WTO. 2021. Glossary. In: WTO. Geneva Доступно онлайн [по состоянию на 22 ноября 2021 года]: www.wto.org/english/thewto_e/thewto_e.htm

209. WTO. 2022. Statistics on merchandise trade. In: WTO. Geneva. Доступно онлайн [по состоянию на 21 апреля 2022 года]: www.wto.org/english/res_e/statis_e/merch_trade_stat_e.htm

210. Ye, Y., Cochrane, K., Bianchi, G., Willmann, R., Majkowski, J., Tandstad, M. & Carocci, F. 2013. Rebuilding global fisheries: the World Summit Goal, costs and benefits. Fish and Fisheries, 14(2): 174–185.

211. Ye, Y. & Gutierrez, N.L. 2017. Ending fishery overexploitation by expanding from local successes to globalized solutions. Nature Ecology and Evolution, 1: 0179. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.1038/s41559-017-0179).

212. Yuan, Y., Yuan, Y.M., Dai, Y., Miao, W. & Yuan, X. 2022. Preliminary investigation on the impact of COVID-19 on aquaculture in China: A case study on farmed tilapia and channel catfish sector. FAO Fisheries and Aquaculture Circular No. 1243. Rome, FAO. (также размещено по адресу: https://doi.org/10.4060/cb7868en).

213. Zhang, W., Belton, B., Edwards, P., Henriksson, P.J.G., Little, D.C., Newton, R. & Troell, M. 2022. Aquaculture will continue to depend more on land than sea. Nature, 603: E2–E4. Доступно онлайн [по состоянию на 25 марта 2022 года]: https://www.nature.com/articles/s41586-021-04331-